Теплота

      Дверь в комнату они стараются закрыть как можно тише, но стоит миллиметровой щели исчезнуть, как Антона резко прижимают к двери. Олежа утыкается лбом ему в плечо и обвивает руками, будто пытаясь обездвижить. Может Душнов и не заинтересован в интимных отношениях, но тактильный контакт принимает с большим удовольствием и часто становится инициатором.       Звездочкин обнимает в ответ и кладет подбородок на его макушку. Этот ритуал они выполняют уже больше месяца и прерывать как-то не хочется. Ощущение тёплого тела под ладонями дарит ощущение комфорта, дыхание Олежи погружает в некий транс. Психологи не зря рекомендуют обниматься более семи раз в день: большая часть переживаний затухает, стоит положить руки на подтянутую спину.       Душнов немного отстраняется, но не слишком далеко, нежно проводит кончиками пальцев по скулам, а затем спускается к шее. Движения плавные, неторопливые. У Антона перехватывает дыхание от таких простых действий. Он не спешит торопить события и ждёт, пока Олежа сам потянется к нему.       — Ну нет, чуваки, только не при мне! — слышится с правого угла комнаты недовольный возглас Димы, в котором можно различить хриплые нотки сонливости.       Олежа больше не отскакивает испуганно, как раньше, лишь поворачивает слегка порозовевшее лицо в сторону соседа и спрашивает:       — Разве у тебя сегодня нет репетиции?       — Да мне херово стало на второй паре. Всё-таки надо было надеть эту дурацкую шапку вчера, — недовольно бубнит Побрацкий.       — За лекарствами сходить? — вежливо интересуется Антон.       — Спасибо, не надо, — вражду в глазах Диме полностью спрятать не удаётся. Дима честно пытается искоренить свою неприязнь к представителю золотой молодёжи, да и последнее время Звёздочкин доказывает, что первое впечатление о нём ложное, но пока план выполнен лишь наполовину.       — Купи парацетамол и что-нибудь противовоспалительное, — игнорирует слова друга Душнов.       — Понял, скоро буду.       Дверь закрывается, комната погружается в тишину. Олежа подходит к своей кровати, опускает сумку на пол и подходит к шкафу, чтобы переодеться.       — Я вроде сказал, что мне ничего не нужно.       Олежа знает Диму практически год и уже научился совладать с особенностями его характера. На его колкие выпады он больше не реагирует так же эмоционально как раньше.       — Ты простудился, у нас закончились лекарства, а искать открытую аптеку посреди ночи я не собираюсь.       Дима в ответ обиженно сопит, во время болезни он порой слишком напоминает ребёнка. Ну ничего, они как-то пережили ангину прошлой зимой, справятся и с обычной простудой.       — И, это, конечно, наша общая комната, — издалека начинает Побрацкий, — но у него ведь есть собственная квартира. Зачем ему приходить сюда?       Олежа медленно вдыхает, готовясь к очередному объяснению. Сложно, когда лучший друг имеет не особо хорошее представление о твоём парне.       — Во-первых, как ты отметил, это наша комната. При тебе мы «развратом», — Олежа показывает кавычки в воздухе, — не занимаемся. Плюс мы лишний раз стараемся прийти, пока ты занят и не в комнате. Во-вторых, рано или поздно тебе придётся его принять. Я не собираюсь делать выбор между вами. Я же свыкся с тем, что ты встречаешься с моей сестрой.       — В смысле, свыкся?       — Ну ты меня понял, — устало массирует виски Душнов. — Просто отнесись к нему проще. Пожалуйста.       Дима кривит лицо и на грани слышимости отвечает:       — Попробую.       — Спасибо.       После этого разговора они возвращаются к своим делам: Олежа составляет план вечера, Дима же продолжает страдать, спрятавшись с головой под одеяло. Через пол часа возвращается Антон с пакетом в руках. Олежа даже готов похвалить его за покупку не самых дорогих препаратов. Вечер проходит за лечением Побрацкого и готовкой ужина на троих. Нарезая хлеб, Антон будничным тоном спрашивает:       — Может всё-таки переедешь ко мне? И так половина вещей уже в квартире.       — Эм… Давай обсудим это немного позже. Переезд — не та вещь, на которую можно решиться за доли секунд, — пытается донести свою точку зрения Олежа и спешит добавить: — Я правда рад твоему предложению и не против, но нужно обдумать множество деталей.       Антон понимающе кивает. Если Олеже нужно время, он непременно его даст. Это решение много изменит в их жизни.       — Отнесу порцию Диме и вернусь, пока накрой на стол, пожалуйста.