На службе Его Величества.

Он смотрел на человека, ближе которого у него никого никогда не было, и не узнавал. Жёсткие складки у рта, решительно поджатые губы и глаза, до боли в сердце родные синие глаза, отдававшие сейчас холодной, безжизненной сталью. Зажатый в уверенной руке тяжелый Глок был направлен Дину точно в лоб. И он, переведя завороженный взгляд на маленькое, чёрное дуло глушителя, не мог поверить, что происходящее не дурной сон, не морок. В голове, одна за другой, мелькали картины их недавнего прошлого. Неужели, всё это время, проведённое вместе, не стоит ровным счётом ничего? ...Кас, детка, это же я... Палец на спусковом крючке побелел, голова Дина дёрнулась и пришла темнота. Полтора месяца назад. Они серьёзно поцапались. Нет, они и раньше ругались, так, по мелочам. И каждый их скандал, за редким исключением, заканчивался бурным сексом. Бывало и такое, что строптивый ангел настолько бесился, что Дину приходилось спать на диване в гостиной, своего собственного, между прочим, дома. Из своей собственной, ебать его, постели на диван! Как собаку какую! Но, он безропотно терпел нечеловеческие унижения, зная, что за ночь его сладкий пирожочек остынет и у них будет феерическое утро. Потому, Дин, выслушав в очередной раз в свой адрес железнодорожный состав обвинений, совершенно спокойно повернулся спиной к захлопнувшейся перед его носом двери спальни и отправился спать по указанному адресу. А когда проснулся, на журнальном столике белел наскоро выдранный из блокнота листок. На котором четким, убористым почерком было выведено "Дин, я так больше не могу. Мне надоело всё время подстраиваться под тебя, тогда как ты не делаешь ни единого шага навстречу моим принципам". Дин откинулся на подушку и застонал в голос. Господи, ну что он такого сделал то? Всего навсего, взял его зубную щётку. Старую свою выбросил, а новую купить забыл. Подумаешь, трагедия! И главное, в чем смысл, когда они делают друг с другом что угодно, как угодно и где угодно, в любом состоянии, зачастую не заботясь о какой бы то ни было гигиене? А тут... Где логика? - Личное пространство, Дин! Ты совершеннейший дикарь, Дин! ...Ну да, дикарь! Я и не спорю. Как будто тебе это не нравится? Как будто это не ты кричишь и выстанываешь на все лады моё имя, а потом, припав к груди, не шепчешь усталый и довольный, что такого дикого и необузданного секса у тебя до меня никогда не было... Крякнув, Дин поднялся с дивана и, как был, в одних трусах, отправился в спальню. Подспудно лелея слабую надежду на то, что ангел его разыгрывает дабы проучить. Но, Каса в спальне не было. Его не было нигде в доме, как и его вещей. Только в ванной, на полочке, немым укором, лежала одинокая зубная щётка. Дин вздохнул и почесал макушку. ... не надо было, всё таки, называть его въедливой сучкой... ничего, вернётся... И раньше уходил. На пару, максимум, тройку дней. Перебесится и вернётся как миленький... Но ни на следующий день, ни через два, ни через три Кас не вернулся. Спустя неделю, совершенно одуревший от недотраха и чувства вины Дин, наступив на горло собственной гордости, набрал сообщение - Малыш, ты где? Прости меня, пожалуйста. Я куплю тебе новую щётку. - подумал и стер последнее. ...ещё скажет, что я его подъебываю. С него станется... Написал - Люблю. - и ещё немного подумав, добавил. - Твой Дин. - отправил. Молчание. Выждал полчаса и набрал номер. Выключено. Оставалось надеяться, что его взбалмошный ангелочек где нибудь вне зоны. Второй вариант, блокировку, Дин отказывался принимать во внимание категорически. Потому что, обидно. Он позвонил через полчаса, через час, через два. Безрезультатно, номер отключён. В душу закралась тихая паника вперемешку с чувством досады. Он сварил кофе, накинул куртку и вышел на крыльцо. По крайней мере, во всём есть один плюс, можно спокойно курить, не опасаясь, что кто то рядом начнёт морщить свой длинный нос - Фу, Дин. Ну сколько можно? ... сучка... Он сделал затяжку, хлебнул кофе и вновь достал сотовый. "Привет. Как там наша заноза в заднице? " Они с Касом уже полгода как жили на два дома. И если этот паршивец где и мог сейчас обретаться, так это в Сиэтле. В мотеле Золотой Какаду, со своим давним другом Бенни. Ответ пришёл сразу же. "Привет. Разве он не с тобой? " Дин раздражённо свёл брови. "Кончай придуриваться. Передай этому засранцу, что я зол как тысяча чертей! " "Дин, его здесь нет и давно не было. Ты меня пугаешь." Дин задумчиво поскреб трехдневную щетину. -...херово... "Он давно ушел? " " Неделю назад. Если появится, дай знать. Не говори, что я его искал" "Я могу тут поспрашивать. Может, кто знает. О, господи, Дин! А вдруг что то случилось? " "Не нужно" ... ещё не хватало, чтобы каждая собака знала... " Я сам поищу. Найду, напишу. Бывай. " Простонав в стотысячный раз за сегодня, Дин вернулся в дом и прошел в кабинет. Уселся за письменный стол и открыл ноут. Пизды он получит от Бобби Сингера, как пить дать. Могут и отстранить. А хуже, что придётся писать объяснительную, на каком основании он воспользовался официальным запросом без санкции начальства. Не то заботило, что узнают о его нетрадиционной ориентации, на это, слава богу, в Калифорнии всем давно насрать. А вот то, что он таким образом ищет своего сбежавшего любовника... ведь рано или поздно всё равно всплывёт. Позорище! ... господи... надеюсь, он не валяется где нибудь в канаве с перерезанным горлом... Дин вошёл в свой рабочий аккаунт и открыл бланк официального запроса ФБР о поиске пропавших. Намереваясь разослать его по всем больницам и... черт... моргам штата и близлежащих окрестностей. Скрепя сердце, заполнил графу "Внешние данные/особые приметы": - рост пять футов, десять дюймов, белый, европейский тип, брюнет, синие глаза, стройного, худощавого телосложения, черты лица правильные. Слева на рёбрах шрам от побоев, на животе два шрама от лапароскопии. На внутренней стороне левого запястья наколка ангел. На левой же руке два вертикальных суицидальных шрама. - Дин вздохнул. - над левым соском небольшая родинка. ...твою мать! И в страшном сне... В натянутой струной тишине дома гулко завибрировал сотовый. Дин подскочил на месте. Заматерился, когда узрел абонента. Выходной же! Делать нечего, со вздохом взял трубку. По мере продолжения монолога, лицо его приобретало всё более кислое выражение. - Есть, сэр. - в итоге ответил он, с миной человека только что сожравшего целиком здоровенный лимонище, и отключился. Закрыл форму запроса. ...значит и не нужно... Сменил пароль на аккаунте и компе. Неизвестно, что может случиться, а у него тут полно секретки. Собрать шмотки, три смены белья, средства гигиены, документы, было делом пяти минут. В ванной, укладывая в пакет мыльно- рыльные принадлежности и отправляя туда же злополучную зубную щётку, подумал, что пусть лучше Кас развлекается где нибудь с новым любовником, чем гниёт в канаве или стынет в морозильной камере морга с биркой на пальце - Джон Доу. Хотя, чего скрывать, от одной только мысли, что его ангела ласкает кто то другой, Дина передёрнуло. Он прошёл в зал, выдрал из блокнота листок и быстро набросал: - Кас, солнышко, я уехал. Когда вернусь, не знаю. Люблю тебя. ...три смены белья, значит, минимум, неделя. А там... черт его знает, что старый барбос придумал... Тогда Дин не мог знать, что его записка так и останется не прочитанной. Он опоздал. Поскольку, ни для кого в отделе это не являлось диковинкой, начали не дожидаясь. Дин тихонько прикрыл дверь и мышкой проскользнув к ближайшему креслу, осторожно уселся. Кресло предательски скрипнуло. Бобби Сингер возвёл глаза к потолку, но, вот чудо из чудес, промолчал. А Дин в который раз подивился, как этот старый барбос с внешностью побитого жизнью дальнобойщика, может с поистине врождённой элегантностью носить британский костюм-тройку? В кабинете, помимо Дина и Бобби, было ещё трое. Гейб, Чак и Роше. Если двое первых были мужиками, в общем то, нормальными, хоть и с придурью, а кто нет, то последнего Дин органически не переваривал. От Роше за версту разило гнильцой, к тому же, шуточки его носили исключительно похабный характер. ... озабоченный придурок... - Таким образом, - продолжал Бобби. - я надеюсь, все свои задачи поняли. - он перевёл взгляд маленьких, под набрякшими веками, глазок на Дина. - А мистер Винчестер отправляется прямо сейчас и прямо отсюда в учебный лагерь. Сроком на месяц. - За что? - охренев от такого поворота событий, раззявил рот Дин. Остальные сдержанно захихикали. - Не за что, а для чего. Все! - шеф хлопнул ладонью по полированной поверхности стола. - Больше никого не задерживаю. Проваливайте! Вот что Дин терпеть не мог в своей работе, так это когда с ним обращаются будто он дубина безмозглая. Вращающиеся лопасти вертолёта гнули к земле прошлогодний сухостой, с торчащими сквозь неё стрелками сочной зелени. Пилот не стал глушить мотор и как только Дин спрыгнул в траву и отбежал, пригибаясь, к ближайшему дереву, шутовские козырнул ему и изящно поднял камуфлированную махину вверх. Дин закинул за спину вещь-мешок. Топать до лагеря пару миль. Сели так далеко исключительно ради "сохранения конфиденциальности". Так решило начальство, ему виднее. Дин хмыкнул. Какая тут нахрен секретность, если он, в свои тридцать, будет светиться на фоне сопливых салаг из академии, как слон среди кустарника. Вынул из кармана сотовый. Так и есть, глушат. Похвалил себя, что ещё на борту, как только поднялись, отправил Бенни: - Я уехал. Связь нестабильна, появится возможность - наберу. Касу оставил записку. Бывай. Мили отличной асфальтовой дороги остались позади, Дин предъявил на КПП документы, выкурил сигарету и смяв почти полную пачку, выбросил её в урну. ... Кас, надеюсь, с тобой всё в порядке... И понеслась. Побудка в пять утра, марш бросок, завтрак, стрельбище, рукопашный бой, обед, стрельбище, полоса препятствий, ориентирование на местности, работа с техникой, ужин, отбой. Если и случалось в этом бедламе свободное время, то сил хватало только на то, чтобы добраться до койки и рухнуть ничком. Уже очень скоро Дин понял две вещи. Первая - он себя переоценивал. Сигареты, алкоголь, вредная пища и обилие секса нанесли ощутимый урон его физической форме. Вторая - он крепко подсел на наркотик по имени Кас. Отказаться от сигарет и выпивки оказалось на удивление легко, не до того было. Готовили вполне себе нормально, даже вкусно. С сексом и Касом дела обстояли хуже некуда. Тут был вечный круговорот. Беспокойство о любовнике неизменно приводило к мыслям о сексе, мысли о сексе приходили под руку с тревогой о Касе. Не зная лучшего способа очистить голову и подавить желание, Дин усилил физическую нагрузку. Со временем, он относительно успокоился, а мысли его приобрели рваную форму диалога. - В конце концов... - думал Дин-холодная голова, кладя всю обойму в центр ростовой мишени. - Кас взрослый человек...- опрокидывая в спарринге и подминая под себя очередного салагу. -... и может сам принимать решения. - разбирая и собирая на время М16. - Если он решил уйти... - отжимаясь сотый раз. - то это его выбор. - в марш-броске на восемь миль. - А если, всё же, что то случилось? - парировал другой Дин, Дин-провокатор и паникер. Надевая камуфляж и зашнуровывая берцы. - Если он мёртв или ранен? - впихивая в себя завтрак. - Представь, что его больше нет. - топая вместе со всеми на занятия в компьютерный класс. - Ни в твоей жизни нет, а вообще нет. - в прачечной, закидывая вещи в стирку. - Что ты тогда скажешь? - Я скажу, заткнись, сука, и не капай мне на нервы. - скидывая форму и становясь под душ, в тугие горячие струи. - И всё же, тебе его не хватает. - намыливаясь едким армейским мылом. - Ты его, вообще, любишь? Любил? - нанося на щеки гель для бритья. - или это была только похоть? Только желание обладать и подавлять? Это в твоём духе, тут он прав. - глядя в зеркало, в ненавистную зелень. - Я сказал, заткнись! - падая лицом в подушку и проваливаясь в черноту сна. Глубокую, без сновидений. В один из дней Дину так надоел вкрадчивый, вползающий в разум ядовитой змеей, голос, что он отдал все свои карманные деньги дежурному офицеру за один звонок со стационарного телефона. - Алло. - Бенни, это Дин. Есть новости? Молчание на том конце подозрительно затянулось. - Он звонил. Сердце подпрыгнуло. Жив! - Как он? - С ним все в порядке. ... слава богу... Снова пауза. - Дин, он просил передать, чтобы ты его не искал. Мне жаль. ... ну, вот и всё... Выдохнув, он прислушался к себе. Голова пуста и холодна как арктическая равнина. Сердце билось чётко, размерено. Дин положил трубку, ещё раз поблагодарил офицера, вышел на улицу и присоединился к школоте, гонявшей по плацу футбольный мячик. Был только конец марта, а солнце вовсю палило, тепло в Калифорнии приходит рано. Дин скинул куртку, рубашку и остался в одной тонкой, вылинявшей от громадного количества стирок, футболке. Предъявил документы дежурному на КПП и вышел за ворота учебки. В звенящей зноем тишине раздался автомобильный гудок. Дин оглянулся на звук и хмыкнул, узнав громадный джип Гейба. Ходившая по отделу шутка про компенсацию размеров, давно набила оскомину. Что правда, то правда, мелкий засранец действительно имел невеликий рост и субтильное телосложение. И, что часто бывает с невысокими людьми, был чрезвычайно умён и дьявольски изворотлив. - Динно, шикарно выглядишь! - игриво воскликнул коллега, как только Дин забрался в авто. - Даже завидно. Такие мышцы! Бросив сумку и вещи на заднее сидение, Дин хмуро уставился на Гейба. - Какими судьбами? Тот ловко перекинул малиновый, судя по запаху, чупа-чупс из одного уголка губ в другой, завёл двигатель и плавно выехал со стоянки. - Был тут неподалёку, решил заехать, подвести. - Не пизди, Гейб. - поморщился Дин.- Я в жизни не поверю, что ты притащился черт знает куда, только для того, чтобы сделать мне приятно. Притормозив у обочины, Гейб потянулся и вынул из бардачка тонкую картонную папку, а изо рта леденец. Бросил папку на колени Дину. - До города пилить два часа, у тебя как раз будет время изучить дело. - голос и взгляд его стали серьёзны. - Времени заезжать в отдел не будет. - он плавно вдавил педаль газа и машина тронулась с места. - Только к тебе домой, если есть такая необходимость. - вырулил с обочины и прибавил скорости. - Через четыре часа у нас с тобой самолёт. Чак и Роше уже в полете. Вопросы? Чётко, быстро, лаконично. Можно было не сомневаться и не уточнять, главный на время операции, в их команде Гейб. Дина это устраивало, как только мелкий засранец переставал придуриваться и строить из себя рубаху парня, с ним можно было иметь дело. - Куда летим? - Лондон. - коротко бросил Гейб, не отрывая взгляда от дороги. - Вот как... - буркнул себе под нос Дин и открыл папку со штампом на обложке "Совершенно секретно". Старый барбос всегда предпочитал электронке бумажки. И вместо того, чтобы как все цивилизованные люди, работать за компом, они в отделе вынуждены носиться с чертовыми папками. На первой же странице лежали две фотографии, изображением вниз. Дин взял и перевернул верхнюю. - Давай я тебе вкратце набросаю основную инфу. - покосился на фото Гейб. - остальное прочтёшь по дороге. Дин кивнул, разглядывая темноволосого мужчину средних лет, с жестким, прямым взглядом холодно серых глаз. - Виктор Стеклов. - Русский? - вскинул брови. - Ага. Двойное гражданство. Даже тройное. США, Россия, Соединённое Королевство. Крупный бизнесмен. Жёсткий, циничный, прямой. Прозвище Алмаз. Для достижения цели использует все возможные средства. Развитая интуиция. Ай-кью сто десять, закончил Гарвард, экономист. Пару лет назад жена погибла в автокатастрофе. Ходят слухи, что руку приложила конкурирующая фирма. В порочащих репутацию интимных связях замечен не был. - Гейб позволил себе короткий смешок. Дин взял второе фото. - Его сын Алекс. Двадцать семь лет. Ай-кью выше среднего. На Дина смотрел приятный молодой человек, со светлыми волосами, мягким взглядом и лёгкой полуулыбкой. - Правая рука отца. Из категории - мягко стелет, да жёстко спать. Проще говоря... Гейб нахмурил гладкий лоб - ... конченый ублюдок. Официально, у него крупное охранное агентство. По факту, он глава ОПГ. Наркотики, вымогательства, похищение, пытки. Маниакально жесток и безжалостен. Гомосексуалист. Дин моргнул. - Ориентацию не скрывает. Что дико бесит его папА. Сложив фото, Дин аккуратно закрыл папку и сосредоточился на работе. - У ФБР что за интерес? - Есть информация о контрабандной поставке оружия из Филадельфии. Виктор выступает посредником. - Ясно. Наша задача? Гейб выехал на хайвей и ударил по газам. - Как обычно, наблюдение и сбор информации. Конкретно ты прикрываешь наши тощие задницы. Джип остановился у дома Дина. - Я быстро. - с бьющимся сердцем он взбежал по ступеням крыльца. ... вдруг Кас всё таки ... И сразу же отмёл все надежды. Тонкая нить, прикреплённая под самой притолокой, между входной дверью и косяком, осталась нетронутой. Он вставил ключ и вошёл в холодный, пустой дом. Отключил сигнализацию и бросил сумку у входа. Подавляя в себе желание поскорее уйти, проследовал в зал. Пламя стремительно пожирало клочок сухой бумаги. И вместе с ним исчезали все оставшиеся на самом дне истерзанной души, тщательно контролируемые чувства. Дин бросил остатки того, что было запиской Касу, в унитаз и спустил воду. Чёрное кружево, вокруг не сгоревшего "...лю тебя", закружилось и с шумом кануло в Лету. ... больше никогда. Чтоб я сдох!... Мерное гудение двигателей мощного Боинга умиротворяло, Дин почти задремал. - Ваш скотч, джентльмены. Распахнув глаза, он увидел перед собой, чуть покачивающиеся в глубоком вырезе форменной блузки, небольшие, аккуратные грудки. Стюардесса невинно улыбнулась, очаровательно стрельнув карими глазками. Дин кивнул и взял с подноса свой стакан, отпил. На салфетке с логотипом, как бы случайно упавшей Дину на колени, синели цифры, номер телефона. - Если хочешь, Динно... - Гейб отпил скотч и причмокнул, глядя на удаляющийся по проходу круглый, аппетитный задик. Туго обтянутый юбкой, под которой угадывалось полное отсутствие белья. - ... когда сядем, я прикрою тебя на пару часов. Пока ты.... - он многозначительно подвигал бровями. Дин на это только фыркнул. Последний раз он спал с женщиной, прикрыл глаза, вспоминая, ...да, восемь месяцев назад... Секса у него не было почти полтора. Но, бабу не хотелось. Дин усмехнулся краем рта. Похоже, он окончательно стал геем. Возможно, если будет время, он и подцепит кого нибудь в пабе. Кого нибудь с крепкой задницей и членом в штанах. Отлично сшитый темно серый костюм, тонкой английской шерсти, сидел как влитой. Дин слегка повёл плечами, пиджак не трещал. Открыл дверцу шкафа, гардероб был явно подобран с учётом изменений его фигуры после месяца интенсивных тренировок. Несколько неброских рубашек, брюк в тон. Джинсы и пара невзрачных курток. Всё, что нужно, чтобы не выделяться. - Я подумал, - произнёс Гейб, угадывая ход мыслей напарника, одновременно крутясь перед зеркалом то так, то сяк. - что ты, так сказать, малость раздашься в плечах. На нём был точно такой же костюм, тоном темнее. - Нас примут за парочку геев. - пробурчал Дин, поворачиваясь к зеркалу. Одинаковые костюмы, обувь, даже галстуки. Набриолиненные волосы идентично зализаны. - Таков план. - ответил на это мелкий фигляр и подмигнул. - Легенда - мы новобрачные, проводящие здесь свой медовый месяц. Так что, Динно, - лицо его приобрело игривую, приторную сладость. - я даю тебе полный карт-бланш... ой, кольца! Они набросили лёгкие пальто, покинули конспиративную квартиру ФБР и вошли в сверкающий зеркальный лифт. ... карт-бланш, так карт-бланш... - подумал Дин, как только кабина замерла на нижнем этаже здания, хищно оскалился и ущипнул Гейба за задницу. Тот взвизгнул и пулей вылетел из дверей. Седовласая дама викторианской наружности, с маленькой, пучеглазой собачонкой на коленях, утопающая в огромном кресле посреди холла, вскинула тонкие брови и недовольно поджала морщинистый рот. - Без ствола я чувствую себя голым. - шепнул Дин, выходя из кэба. Обошёл его и галантно распахнул перед Гейбом дверь. Легенда есть легенда, изволь соответствовать. Тот выпорхнул из авто легкой птичкой, взял Дина под руку, и томно прильнув к его плечу, ответил. - На входе металлоискатели. Со стороны они были похожи на воркующих голубков, чего, собственно, и добивались. - Не думаю, что произойдёт что то из ряда вон. - Гейб заботливо поправил партнёру узел галстука. - В конце концов, это лучшее в городе кабаре, а не какой нибудь третьесортный паб с дурной репутацией. Дин, ни секунды не сомневаясь, предпочёл бы последнее. Вертлявый официант в чёрном смокинге принёс меню. На просьбу приглушить над их столиком свет, окинул быстрым взглядом сладкую парочку, заговорщически улыбнулся и склонил голову. Сказать, что публика была вызывающей, не сказать ровным счётом ничего. Тут были дамы, одетые кавалерами, и кавалеры, одетые дамами. Иные, столь искусно замаскированы, что сразу и не определишь пол. Перья, стразы, ажурные и атласные платья в пол, кольца и перстни на тонких и не очень пальцах, колье и бусы на кадыкастых шеях. Всё это пестрело и искрилось, вызывая головокружение и лёгкую тошноту. ... шоу фриков... - По какому поводу веселье? - тихонько поинтересовался Дин, нежно беря руку Гейба и поднося её к губам. - Ведь не из за восшествия же на престол Его Величества Карла Третьего? - он коснулся губами кончиков пальцев коллеги. - И где наш объект? Я его не наблюдаю. ... черт... если бы Дин не знал, что Гейб стопроцентный натурал, он бы отдал на отсечение голову, будучи уверенным, что тот потёк. Чёрные ресницы дрогнули, румянец залил щеки, но мелкий засранец шустро взял себя в руки и томно притушил взгляд. - Его ещё нет, скоро будет. А празднество - Гейб коснулся губ кончиком розового языка. - в честь премьеры шоу. И только то. Лицо, возникшего у столика официанта с подносом в руках, умильно расплылось. - Ты не очень то расходись. - все так же едва слышно прошелестел Дин, лыбясь как влюбленный идиот. - А то он подумает, что мы собираемся прямо тут трахнуться и предложит нам пройти в номера. - Сам же начал. - огрызнулся Гейб с сахарной улыбкой, посылая визави воздушный поцелуй. Дину определённо нравилось выводить из себя маленького паршивца. Алекс Стеклов появился перед самым началом программы. Его скромный серый смокинг выделялся на фоне всеобщей кричащей пестроты. Два дюжих телохранителя, следовавшие по пятам, заняли соседний с ним столик. ... ни дать, ни взять Корсиканец среди разодетого в пух и прах двора... Симпатичный, пожалуй, даже красивый молодой человек. В жизни был намного интересней, чем на фото. Живой, эффектный, игривый. Тонкие черты лица достались ему, несомненно, от матери. Не от отца же. Тот настоящий русский медведь. А этот... изысканная европейская штучка. Бывший балетный, Дин вспомнил досье, отсюда и изящество движений, и интерес к танцам... Пожалуй, Дин замутил бы с ним, не надолго, максимум на недельку. Не будь Алекс Стеклов прирождённый садист и убийца. - Хорош, правда? - прищурился Гейб, потягивая из высокого бокала белое игристое. - И ведь не скажешь же, что собственноручно замучил троих. - он хмыкнул брезгливо. - Ну, чистый ангел во плоти. Вежливый мужской голос из динамика напомнил, что съёмка запрещена и попросил отключить сотовые телефоны. Общий свет в зале погас и на столиках зажглись маленькие лампы, под плотным красным абажуром. Которые при желании можно было выключить, что Дин и сделал. Края сцены тонули в полумраке, центр же был освещён ярким пятном софита. Занавес раздвинулся и в свет величественно выплыла дива. Вернее, див. Судя по вызывающе торчащему кадыку, едва прикрытому оранжевым боа. Корона из таких же по цвету перьев украшала замысловатую прическу. Лицо закрывала полумаска, усыпанная искрящимися стразами. Блестками было усеяно и зелёное платье из какой то просвечивающийся материи. ... попугай... - хрюкнул про себя Дин. Дива подплыла к середине сцены, чувственно сложила на груди лопатообразные ладони и запела арию Мистера Икс. Хорошо поставленным, глубоким баритоном. ... странный выбор репертуара... - поднял одну бровь Дин. - ... причём тут... Додумать он не успел. С обоих краёв сцены, тенями скользнула подтанцовка. Свет стал немногим ярче. Два блондина и два брюнета, одетые в одинаково обтягивающие стройные фигуры, имитации смокингов. На лицах широкие чёрные полумаски. ... ну вот и мистеры Иксы... Дин потерял интерес к диве и увлёкся танцорами. Вот тут был высший пилотаж! Работали слаженно, чувствуя друг друга. Гибкие тела двигались изящно, сексуально, но не пошло. Хороши были и упругие попки, обтянутые тонкой чёрной тканью. Особенно... Левый крайний брюнет сделал плавный поворот, развернувшись спиной к залу, и чувственно повел бедром. Дин сглотнул. - Извини, - бросил он Гейбу. - Мне нужно выйти. Держась в тени, он быстро пересёк зал и скрылся в туалете. Пнул дверь первой же кабинки, откинул сиденье унитаза и его вырвало желчью.