Братец, ты заглядывай к нам в гости!

Своё свободное время в Снежной Тарталья любил проводить вместе с семьёй. Он ценил эти моменты, ведь понимал, что если что-то случится, то никогда больше не увидит своих любимых братьев и сестёр, его не обнимет мать, а отец не бросит удовлетворённый взгляд. И он скучал. Постоянные поездки из одного города в другой утоляли его жажду приключений и новых битв, но чужие пейзажи вызывали необъяснимую тоску по родине. Как любил шутить сам Тарталья — порой он слишком сентиментальный воин. И вот рабочий день закончился, не было нужды оставаться во дворце и ловить на себе холодные взгляды остальных Предвестников. Тарталья укутался в несколько слоёв одежды, ведь суровые снега Снежной не щадят никого, и направился в Морепесок, чтобы наконец-то встретиться с родными, отдать им новые сувениры и побыть с ними рядом. Кто же знал, вдруг завтра его вновь куда-то отправят? В Инадзуму было бы неплохо. Тарталья был наслышан, что там неспокойные времена, много бунтующих и одиноких самураев, которые грабят простых людей. Сразиться с ними было бы неплохо. Но с бюрократией Тарталья ненавидел возиться, а просить помощи у Панталоне не хотел, поэтому шанс отправиться в страну молний и грома стремился к нулю. Холодный ветер нещадно бил в лицо, местные жители точно также, как сам Предвестник, медленно шли через огромные сугробы, перекрикивали визг метели и весело смеялись над собственными шутками. В Снежной всё как обычно. И у Тартальи было бы всё как обычно: вышел из дворца, проскользнул через центр, отправился в деревню. Но есть одно «но». И это «но» — Скарамучча, который плёлся позади. Тарталья не понимал, чего Шестой от него хотел. Стоило остановиться и обернуться, как Скарамучча кривил лицо и тупо смотрел на него, не желая ничего объяснять. Они так могли бы простоять до следующего дня, если бы у Тартальи не было риска замёрзнуть насмерть. А если спрашивал прямо, то получал один и тот же ответ: «Не твоего ума дело». Вообще, это раздражало. Скарамучча хоть и был его коллегой, они даже когда-то вместе выполняли простое задание, но всё равно ему нельзя было доверить спину. Мерзкий, гадкий и до ужаса злобный — вот и вся характеристика Скарамуччи. С ним можно было бы сразиться, да чего там, Тарталья очень сильно хотел этого, но не в центре города, когда рядом много людей. Может, Шестой выжидал, когда они окажутся в снежном поле, чтобы напасть? Мало похоже на него. Или он просто опасался гнева Царицы, если устроит беспорядки прямо на глазах местных жителей? Раздражённый наглым выражением лица у Скарамуччи, Тарталья развернулся и ускорил шаг. Может быть, Шестой споткнётся, упадёт в сугроб и не сможет самостоятельно выбраться со своим-то маленьким ростом? — Аякс! Ая-я-якс! Сердце пропустило удар. Знакомый голос, который при иных обстоятельствах он был бы рад слышать. Но только не сейчас, когда за ним следует Скарамучча. Тот раздражённо цокнул и повернулся в сторону источника шума. — Тевкр?! — голос предательски выдал нервные нотки. — Ты чего тут забыл? — Мама сказала, что ты сегодня к нам заглянешь. Вот я и захотел тебя встретить самым первым! Бросив взгляд на Скарамуччу, чтобы удостовериться, что тот не собирается подходить к Тевкру, Тарталья в два шага оказался рядом с братом. Без задней мысли поправил шапку и затянул шарф. Вероятно, он выглядел недовольно, потому что мальчик виновато опустил голову и что-то пискнул себе под нос. — Это не повод убегать из дома, тем более в такую метель, — укоризненно проговорил Тарталья, присаживаясь на корточки, чтобы заглянуть брату в глаза. — Ну же, я не злюсь на тебя, а беспокоюсь. Я рад тебя видеть! Тевкр поднял голову, раздумывая стоит ли ему обижаться или нет. Это не первый раз, когда он сбегает из дома, чтобы встретить старшего брата. И сколько бы его ни ругали, мальчик не слушался и делал всё по-своему. — Ты хоть маму предупредил? Или мне вновь придётся тебя защищать от её нравоучений? — он захотел разрядить обстановку, поэтому попытался развеселить мальчика. — Мама знает, — Тевкр улыбнулся, кидаясь на брата с объятиями, и переводя взгляд на незнакомца в огромной шляпе. — Привет! — А после шепотом добавил. — А кто это? Извернувшись так, чтобы было видно Скарамуччу, Тарталья постарался вложить угрозу в свой взгляд, намекая, чтобы тот не открывал свой рот и уходил прочь. Зная Шестого, он может сказать что-нибудь гадкое и расстроить этим Тевкра. И, конечно, Тарталья потом услышит тонну ехидных замечаний и угроз в свою сторону. Чтобы Скарамучча не воспользовался столь ценной информацией, что у его «любимого» коллеги есть младший братик? Это невозможно. — Привет, — как на зло Скарамучча подошёл ближе и даже улыбнулся. Что-то было не так. Он так по-доброму никогда не улыбался. Но всё же лучше, если бы он просто ушёл. — А тебе не холодно? Тарталья понимал откуда почему Тевкр удивился. Все в Снежной надевают кучу одежды, чтобы спастись от мороза. Только в особые дни можно надеть что-то более лёгкое. Обычно только Синьора гуляет по городу в своём открытом платье, словно наслаждаясь холодом. Тарталья всегда смотрел на неё странно, но подозревал, что за этим что-то стояло, но что именно — не его ума дело. Скарамучча же… Он тоже не придавал значения погодным условиям. Будь он в Натлане или в Снежной — одежда одна и та же. Но он, в отличие от Синьоры, хотя бы шубу на себя надевал. Вероятно, чтобы не выделяться среди прохожих. Но тогда бы следовало ещё и шляпу снимать. — Вовсе нет, — Скарамучча покачал головой. — Холод мне не страшен. — Братик, — Тевкр потянулся к Тарталье, который неотрывно смотрел на Шестого, словно ожидая подвоха. — А кто это? — Не обращай внимания, я его не зн-… — Я его коллега, — Скарамучча перебил самым наглым образом, с наслаждением наблюдая за злым выражением лица Тартальи. — Ого, ты тоже игрушки продаёшь? Тогда почему я с тобой ещё не познакомился? — Игрушки? Ну вот и всё, думал Тарталья, как же глупо всё выходит. Вся ложь — во благо! — окажется раскрыта самым мерзким человеком во всём Тейвате! И как на это отреагирует Тевкр? Тревога росла с каждой секундой, Тарталья глядел на Скарамуччу и безмолвно шевелил губами: «Молчи, ничего не говори». А Шестого это только забавляло, он криво усмехнулся и сложил руки на груди, выжидающе смотря. Тевкр нахмурился, наблюдая за взрослыми и повторил свой вопрос. — Конечно, игрушки! Мы вот недавно новую поставку в Ли Юэ сделали, — Тарталья пытался придумать что-то правдоподобное, но выходило очень плохо. Скарамучча вот-вот рассмеётся от его вранья. — Игрушки Снежной самые лучшие, верно? — Верно! — захлопал Тевкр. — Игрушки, — задумчиво повторил Скарамучча, вновь расплываясь в добродушной улыбке. — Точно. Но я недавно начал работать с… — Он взглянул на Тарталью. — С твоим братом. Вот поэтому мы с тобой ещё не встречались. У Тартальи пропал дар речи. Он не думал, что Скарамучча начнёт подыгрывать, так ещё выкрутиться из ситуации, чтобы избежать дальнейших неудобных вопросов. Такого он никогда не мог предвидеть. С облегчением выдохнув, он с благодарностью кивнул Скарамучче, но тот его полностью проигнорировал, продолжая смотреть на ребёнка. — А-а-а-а, — протянул младший брат и протянул руку. — Я Тевкр! — Скарамучча, — он пожал детскую ладонь на удивление бережно. И в последний момент резко убрал руку, отводя взгляд в сторону. Видимо в голове у Шестого стало что-то происходить, его взгляд начал метаться из одной стороны в другую, на Тевкра он старался не смотреть. Впервые Тарталья увидел на его лице что-то другое, а не злобу и раздражение. Скарамучча выглядел так, словно что-то неприятное всплыло в его памяти, и он старательно пытался перестать об этом думать. Тарталья сменил тему и стал расспрашивать Тевкра о домашних делах. И пока они говорили об игрушках, об успехах Антона в выговаривании буквы «р» и прочем, Скарамучча успел прийти в себя. Во время разговора Тарталья старался увести брата прочь. Несмотря на доброе поведение Скарамуччи, ему не хотелось, чтобы Тевкр общался с подобными личностями. Но была небольшая проблема — ребёнок сам лез к Скарамучче и старался его разговорить. И почему Шестой ему так сильно понравился? — Братец, ты заглядывай к нам в гости! — вдруг выпалил он, а Тарталья резко дёрнул его за рукав. — Ай… Почему ты никогда не приглашаешь к нам в гости своих друзей? Я вот зову. И нам дома весело. Тем более у тебя такой интересный друг! Что интересного было в Скарамучче — одна сплошная загадка. Тарталье было интересно её разгадать, но место и время неподходящее. Шестой вновь замер и хлопал глазами, едва заметно хмурясь. — Приглашаешь меня? Хорошо, я приду, — ответил он. Тарталья был готов прямо сейчас наброситься на Скарамуччу, выплёскивая недовольство и гнев. Да как он только осмелился согласиться? Тарталья не желал видеть его у себя дома. Если бы Тевкр пригласил бы Пульчинеллу или даже Капитано, то ещё ничего страшного. Они, вроде, неплохие ребята, ничего ужасного не сделают семье. Но не Скарамуччу — самого гадкого из всех. Посоперничать с ним могла только Арлекино, но у неё хотя бы опыт в общении с детьми был. И всё же, какой Шестой противный человек. Стоял, миленько улыбался, кивал радостному Тевкру. Ещё чуть-чуть и возьмёт мальчика за руку! Что за манипуляции детским сознанием?! Ещё немного и Тарталья силой оттащит брата, несмотря на то, что придётся потом как-то объясняться перед ним. Верить лживой доброжелательности было слишком опасно. — Ура! Ты Антону и Тоне понравишься, — Тарталья вновь дёрнул рукав шубы. — Ой. Ты чего злишься? — Не злюсь, — Тарталья постарался ответить спокойно, но нервные нотки так и не уходили прочь. — Но вот так просто незнакомцев нельзя приглашать к себе. — Но ты же его знаешь… Или вы плохо ладите?.. — Да. Точнее, ну… — Тарталья замялся. — Не то, чтобы мы друзья, просто коллеги. Обсуждаем разные деловые вопросы, кто сколько игрушек продал и подобное. Не думаю, что Скарамучче захочется прийти к нам домой из-за простой просьбы. Последнее предложение он нарочно произнёс громче, чтобы Шестой понял намёк. Он задумчиво отвёл взгляд в сторону. Было непонятно что с ним происходит — таким рассеянным его никогда никто не видел. И это напрягало сильнее, нежели его гадкие фразы. Вёл бы как обычно, то вопросов не возникло бы. — Да ладно, — с обидой проговорил Тевкр, цепляясь за руку Скарамуччи. — Братец, приходи к нам. У Аякса сегодня день плохой, поэтому он злюка. — Если он не хочет, — начал Шестой, пытаясь как-то смягчить ситуацию. Он всё же не дурак и понимал чувства Тартальи. — То лучше не нужно. — Ну пожалуйста! Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста! — Тевкр, — с укором проговорил Тарталья. Нет, это бесполезно. Если он начал капризничать, то ничего не могло помочь. Порой Тарталья задумывался, что слишком сильно у него избалованы младшие братья. Губы мальчика дрогнули, он грозился расплакаться. — О Царица, — выдохнул он, прикрывая глаза. — Тевкр, не начинай. — Ну пожалуйста-а-а-а, — протянул брат. — Ладно, — с раздражением произнёс Тарталья. Тевкр победно запрыгал и с улыбкой начал приставать к Скарамучче, рассказывать про Тоню и Антона и предлагать, чем можно будет вместе заняться. А Тарталья медленно осознавал, что ещё пожалеет о своих словах, представлял, во что всё это может вылиться. Скарамучча же выглядел довольным и внимательно слушал ребёнка, не отпуская его руку. Тарталья, наблюдая за происходящей картиной, почувствовал укол ревности. Никогда раньше Тевкр так не приставал к незнакомцам, что же его так сильно манило в Скарамучче? Совладав со своими эмоциями, Тарталья присоединился к разговору. Тевкр обрадовался, что старший брат перестал злиться и обижаться, а потому стал ещё более буйно о чём-то рассказывать. Например, как недавно в городе проходил праздник, на который пришла вся семья (без Аякса), как он сильно скучал по брату во время фестиваля. Иногда прерывал свой монолог и задавал Скарамучче вопросы, а тот охотно отвечал и становился для Тевкра новым лучшим другом. А потом они всё-таки решили разойтись — становилось холоднее. — Хм, — Тарталья подождал, пока Тевкр отойдёт подальше. — Спасибо, что подыграл. Я не думал, что ты… — Тарталья, — Скарамучча отвернулся, вернулась привычная злоба в голосе. — Не смей обижать этого ребёнка. Это было сказано так неожиданно и совсем не к месту. Хотелось спросить, что именно хотел сказать Скарамучча, но он уже начал уходить в противоположную сторону. Вот так Тарталья остался в раздумьях: чего Скарамучча от него хотел с самого начала, и почему он словно стал другим человеком, когда общался с Тевкром?

***

Стоя у входа, Тарталья улыбался. Он сначала сам удивился своему приподнятому настроению, ведь не в его положении радоваться. Насколько нужно быть глупым, чтобы привести к себе домой одного из самых опасных людей во всей Снежной? Он честно долго думал об этом, взвешивал все «за» и «против», чтобы наконец-то прийти к окончательному выводу. А вывод был неожиданный для всех. — Нарядился? — Тарталья издал слабый смешок, когда увидел приближающегося Скарамуччу. — Долго ты. А внешне ничего не изменилось. — Заткнись, — прошипел Скарамучча. — Я хотя бы не выгляжу глупо. — А я хотя бы не замёрзну по дороге. Скарамучча прищурился, собирался что-то ответить, но передумал в последний момент. Лишь поправил свою несуразную шляпу. — Кстати, мы идём пешком, — Тарталья поспешил выйти из дворца, чтобы не получить подзатыльник. — В такую погоду? — недовольно пробормотал Скарамучча, морщась от ветра, дующего прямо в лицо. — Не хватает моры, чтобы вызвать сани? — Хватает. Но я хочу, чтобы ты насладился красотами. — А я не хочу. — Хочешь! — Тарталья рассмеялся, краем глаза наблюдая за недовольным лицом. — Ты только в городе и торчишь, а тут такой шанс посмотреть на всю красоту за его пределами. Скарамучча вздохнул, понимая, что такого упёртого человека, как Тарталья, он не сможет переубедить. Впрочем, он сам выбрал себе такую судьбу — Шестому плевать на погоду, он хоть целый день может простоять в открытом поле с холодным ветром, а вот Тарталья всё же обычный человек, который долго терпеть такую погоду не сможет. Эти злорадные мысли заставили Скарамуччу улыбнуться и пойти следом. Тарталью одолевало чувство дежавю. Но в этот раз он знал, что Скарамучча следует за ним из-за приглашения в гости. Сам факт, что он не отказался — крайне удивительный. Он не стал говорить свои замороченные фразочки, как обычно это делал, а с лёгкостью принял приглашение. Ну как с лёгкостью… Сначала отпирался, но стоило упомянуть Тевкра, как его мнение моментально изменилось. Всю дорогу Тарталья слышал ворчание Скарамуччи, которому порой было трудно проходить через большие кучи снега. Без злого умысла Одиннадцатый предложил ему помощь — пронести на руках через сугробы, на что получил чересчур колкий и неприятный ответ. — Ну, ты выглядишь очень лёгким, — пожал плечами Тарталья. — Я обычно так младшим помогаю. — Замолчи, — пыхтел Скарамучча, забираясь на очередной сугроб, чтобы потому спуститься на другую сторону. — Лучше бы снег тут убирали. — А толку? Всё равно всё заметёт. — Сугробы хоть меньше были бы! Так и пришлось ждать, пока Шестой неуклюже перелезет через все сложные моменты дороги. Попутно Тарталья рассказывал о некоторых легендах, показывал на «достопримечательности» и пытался вовлечь Скарамуччу в культуру Снежной. Шестой старательно делал вид, что его это совсем не интересует. Всё, чего он хотел — быстрее добраться до дома. — А ведь потом обратно идти, — со смехом проговорил Тарталья. — Нет, — резко ответил Скарамучча. — Вызовем сани. Я не пойду пешком во второй раз. — Вызовем? Решил на ночь у нас остаться? — Тарталья по-глупому улыбался, пока Скарамучча пытался унять желание ударить его в лицо. — Я в город вернусь только завтра утром. — Тогда один вызову. Чего придираешься к словам? — От тебя научился. То, что он не плюнул и не развернулся обратно — вызвало в Тарталье огромное уважение. Несмотря на свой заносчивый характер, слово он всё же умел держать. Когда огни деревни начали мелькать в темноте, Скарамучча был рад больше, чем Тарталья, у которого от холода покраснело всё лицо и начали трястись руки. Погода Снежной сурова, не стоило об этом забывать. И слишком долго бродить по улице во время метели тоже не стоило. Тарталья отворил калитку, коридорное окно загорелось, стали слышны детские голоса. На его лице расползлась широкая улыбка, а на душе резко стало теплее. Наконец-то он вновь встретится со своими родными спустя столько времени. Входная дверь открылась, их приветствовала женщина в возрасте с ярко-рыжими волосами. Тарталья крепко обнял её, что-то прошептал на ухо и переключился на младших. Все они были рады видеть брата, заулюлюкали, накинулись с объятиями и не желали отпускать. — А ты чего встал? — мама обратилась к Скарамучче, который топтался во дворе. — Заходи, замёрз же! — Это мой… коллега по работе, — честно признался Тарталья и поспешил успокоить женщину, увидев, как сильно она испугалась. — Не волнуйся, он душка. Иначе бы я его не пригласил к нам. Но этого было недостаточно, к тому же она поняла, что последние фразы были ложью. Мама сделала пару шагов назад, не желая находиться слишком близко к Скарамучче. Она поняла, что это не рядовой фатуи, а сам предвестник. Рядовых она видела и знала, что её сын не стал бы дружить с обычным солдатом. — Братец! — Тевкр отцепился от Тартальи, чем слегка обидел, и поспешил к Шестому. — Ты пришёл, я знал, что ты не обманешь! Тевкр обнял его со всей детской наивностью, на которую был способен. Антон и Тоня, наблюдая за этими двумя, переглянулись и нерешительно подошли ближе. Первым сдался Антон, накинулся на Скарамуччу с объятиями и залепетал: «длуг моего блата — мой длуг!» Тарталье только и оставалось наблюдать за Шестым, который замер, подняв руки над детскими головами, и старался не шевелиться. Судя по выражению лица, он явно не ожидал от детей столь радушного приёма. Тарталья снял с себя верхнюю одежду и невольно улыбался комичности ситуации: Сказитель и дети. — Это Скарамучча, — представил Тарталья. — Это мои братья — Антон и Тевкр, а это Тоня, моя любимая сестрёнка. А это наша мама. Кстати, а где отец? — Ещё не вернулся с рыбалки… «И к лучшему. Не хотелось лишних скандалов из-за того, что я привёл в дом Предвестника. С отцом всегда сложно разговаривать про работу». Тем временем Скарамучча уже обнимал детишек, улыбаясь и утыкаясь в рыжие макушки, словно знал их очень давно. До чего же странно видеть Сказителя вот таким дружелюбным, с улыбкой. Не с той, с которой он любит пытать или ловить людей, наслаждаясь очередным превосходством. А с более человечной. Улыбка Куникудзуши, а не Скарамуччи. — Не хочу вас прерывать, — Тарталья поймал взгляд Скарамуччи. — Но стоять в коридоре — это не дело. Дети рассмеялись и поспешили на кухню. Тарталья положил руку на чужое плече. Удивительно, но Шестой не скинул её. — Тебе общение с детьми на пользу идёт. Скарамучча весело фыркнул.