Старые мелодии о прошлом

Тс… Прислушайся. Слышишь? Тишина. Ха-а, такое редко у нас бывает. Я имею в виду такую тишину, что аж дух захватывает, что кажется, что ты мёртв. В доме тишина и холод. Приоткрывает подобие двери и проскальзывает вовнутрь. Распрямляет плечи, похрустывая позвоночником. Осторожно снимает маску волка, искривляя губы в ухмылке. Обряд удался даже лучше, чем он планировал: дух согласился, попрасив лишь малую плату за сделку (подумаешь, пару побрякушек потеряет, не душу же ставил) — а маску… Может быть, сожжёт, она больше ни к чему. Вдыхает носом воздух и кривится, ощущая гарь. У волков явно обоняние лучше человеческого, теперь он даже не заикнётся, что это не так. Медленно перебирает ногами по полу — истратил все силы, а во рту всё ещё привкус крови — плата. Пусть маленькая шалость и удалась, но впереди ещё долгая кропотливая работа, которую хотелось сделать до полнолуния, надеясь, что в этот раз получится более устойчиво связаться с другим миром и установить крепкую связь с ним, ведь теперь у него есть сопроводитель. Спину обдаёт леденящим холодом, и произойди такое впервые, то он бы испугался. Разворачивается, улавливая почти блеклый бесформенный силуэт, и улыбается уголками губ. Признаться честно, скучал по своему покровителю. Он ощущает на себе серьёзный взгляд, и не решается заговорить первым, слова словно застряли в горле, мешая. Даже не видя, не зная, где находятся глаза силуэта, чувствует всю серьёзность происходящего момента. Говорить не получается, слова застревают в горле. — Из всех, — начинает голос, — кого ты мог выбрать, Элька? Кивает и упирается руками о стол, тихо звеня амулетами. — Ты сказал, что я могу выбрать любого, — спокойно произносит шаман, — так почему бы не выбрать его? — Элька плут, хоть и волк, — отрезает дух и замолкает. Мужчина молчит, выжидающе смотрит, стараясь улавливать взглядом, не терять силуэт из виду. Но в ответ покровитель лишь уважительно кидает: «будь осторожен, Хальца», — и исчезает, растворяясь в воздухе, заставляя шамана нервно вдохнуть воздух. * * * По телу огромный ураганом проходит дикая боль, заставляющая кости ломаться на пополам, а органы выворачиваться наружу. Сгибается, стискивая зубы и стараясь не закричать. Мысли путаются в голове, оставляя лишь бессвязную кашу. Если бы… Если бы он только знал, как больно это будет, то вряд ли бы согласился на это и готовился лучше, но а сейчас солёные слёзы текут из глаз, замыливая взор. Его тошнит, мужчина чувствует, что скоро выблюет себе лёгкое, если не сердце. Вцепляется рукой в землю, сжимая кулак, и окровавливает себе руку, заставляя кровь хлестать, но не чувствует этого из-за агонии, которая творится. Сердце бешено стучит и отдаётся в висках, заставляя голову идти кругом. Больно. Безумно больно до хруста костей. Старается свернуться в маленький калачик в попытках уменьшить боль, но лишь вызывает рвотный рефлекс, который с трудом останавливает. Кажется, сосуды в глазах уже полопались, словно и не спал накануне знаменательной ночи. Успокаивающий шёпот духа-волка лишь сильнее раздражает, делая головную боль сильнее. Хочется умереть и больше никогда не просыпаться. Сильный удар в грудь заставляет кости с громким звуком прохрустеть, а шамана застыть на месте на пару секунд, прежде чем новая волна дикой боли снова накатывает, из-за чего в глазах сначала немного двоится, а потом темнеет. Сжимая кулаки сильнее и окрашивая острые ногти и пальцы кровью, резко выгибается и истошно воет, подобно волку на луну. А люди решат, что стая хищников решила полакомиться мясом.