Лысая капля любви

Стас выходит из кабинета психолога и тихонько прикрывает двери, матерясь про себя всеми нецензурными словами. Насколько хорошей идеей было идти к общему "звездному" специалисту, который помогает всем - от Позова до Дусмухамметова - непонятно, но навряд ли такой крутой врач будет трепаться об их интимной жизни направо и налево. У них с Сережей наступила черная полоса в их анальной жизни - то не встает у Сережи, пока Стас крутит попкой в джинсовых шортиках; то у Сережи снова вылез геморрой... У Стаса гемор может быть только на работе, да и то не в особо крупных размерах, а вот у Сережи он длинный, красный, как перезрелая красная сгнившая склизкая груша. Вспомнив о грушах, живот предательски урчит, и Стас открывает приложение с доставкой еды - нужно срочно что-то перекусить, а заодно заказать что-то на вечер. Их сегодня ждет долгий разговор об их сексуальных предпочтениях. Их отправили в БДСМ клуб. Вернее не так - врач сказал, что им категорически необходимо попасть в закрытую тусовку-оргию, где они смогут полностью раскрепоститься, вспомнить былые времена и посмотреть за своей второй половинкой, пока ее трахает жирный дед. Стас не особо рад такой перспективе, но эту фантазию он случайно узнал у Сережи, а отказывать любимому в собственном фетише как-то не комильфо. Часы показывают половину пятого, а значит, самое время ехать домой и начать готовиться: нужно простирнуть кружевное белье с повязками, достать портупею и кожаный ошейник - подарок семейства Шастунов на новый год. Было ли это от чистого сердца или же лишний повод поржать - никто так и не понял, но Сереже понравилось, а это главное. Закончив все приготовления, Стас разливает вино по бокалам и смотрит на накрытый стол - фаршированные яйца, сардельки и острые крылья KFC - все, как любит его благоверный. Натянув на себя черные кружевные трусики, он подцепляет к ним подвязки, кое-как застегивает портупею и заканчивает свой образ длинным жемчужным ожерельем. Кожаные ремни больно впиваются в располневшее тело, а левый сосок противно натирает, но другого выхода у него нет. Окинув себя взглядом, Стас довольно кивает и встает на четвереньки у входной двери. - Кукусик мой, я дома! - воркует Сережа, закрывая за собой входную дверь. Перед мужчиной открывается просто умопомрачительная картина: его любимый, в кружевном белье и с ошейником на шее, стоит на четвереньках и смотрит на него влюбленным, полным похоти взглядом. В воздухе витают запахи яиц и крылышек, что распаляют желание Зинченко так, что в штанах начинается движение. На секунду ему кажется, что это опять лобковые вши, от которых он избавился только две недели назад, но стоит Стасу прогнуться в спине и показать свою аппетитную попку в кружеве, Серж понимает, что это его член наконец-то решил восстать из мертвых. Романтику портит звук умирающего кита из живота Сережи. Он не успел пообедать в офисе, а ароматы любимой еды лишь усугубляют положение.Стас знает, что, будучи голодным, его любимый не сможет вставить свой жезл в его пещерку. Поэтому он стискивает зубы и ведет его к столу. - Поешь, мой ненаблядный, а я буду твоим десертом, - игриво закусив губу, блеет Стасик. Есть всего три вещи перед которыми Зинч не может устоять: крылышки KFC, его любимый пусяль и унитаз во время острого приступа диареи. Сожрав ведро крыльев и смачно рыгнув, Сережа тянется грязными, от кисло-сладкого соуса, руками к бедру любимого. Сжимая податливое тело, целуя сладкие губы Стаса Сережа уверен - сегодня у него точно встанет. Однако желудочно-кишечный тракт мужчины кричит ему: - "Фак ю бич, соси кирпич". Именно эту фразу пропердывает Зинченко прямо во время страстной прелюдии. - Прости, любимый, мне нужно отойти, - кукурузится Сережа и выбегает из комнаты по направлению к уборной. По звукам из туалета Стас понимает, что ближайшие два часа ему ничего не светит, а значит секса до БДСМ клуба ему не видать. Накинув на свой секси наряд пальто, Шеминов начинает вызывать такси в обитель разврата, ожидая, что вскоре из уборной выйдет его засранец. - У меня для тебя сюрприз. Такси подъедет через десять минут, - мурлычет Стас и, видя растерянное лицо любимого, добавляет: - Не бойся, тебе понравится, ты доверяешь мне? Вместо ответа Сережа берет своего мужчину за руку и направляется на выход. Намджон живет в Москве несколько лет, но до этого вся его работа складывалась из стройки, охранных предприятий и клининга. Сегодня же, в первый день работы в такси, он решает похвастаться жене, что все-таки смог восстановить свои права и оседлать эту оранжевую машинку. - Вах, Намджон, аккуратнее только. Там одни гомосеки в Москве твоей. Тут ты один, смотри еще, чтобы не покусали и не кашляли на тебя - вдруг заразишься и уйдешь от меня к какому-нибудь Стасику. - Мадина, дорогая, - смеется таксист, - ну кому я тут нужен. Все, давай попозже созвонимся - тут мои первые клиенты. Целую тебя, - с этими словами мужчина кладет трубку и смотрит на странную парочку. Огромная женщина в генеральском пальто и на каблуках идет в обнимку с гопником в спортивках и шапочке-гандонке под руку. Спотыкается, бедная, но упрямо идет, выясняя о чем-то отношения со своим...братом? сыном? Спустя минуту они все-таки садятся в машину, и Намджон, взволнованный своей первой поездкой, включает свет и поворачивается к клиентам, чтобы их поприветствовать. - Салам Алейкум, дорогие пасса-а-а-а-а-а-а... Ты кто блять? - бедный мужчина пялится на странного мужика с красными губами, огромными сапогами сорок пятого размера и совсем, совсем голыми ногами. Огромные чернявые волосы завиваются в колечки, но это никак не смущает обладателя шампуня Жумайсынба, который, очевидно, не знает о том, что его мажут на голову, а не на ноги. Голова лысая, скрытая кепкой, что придает некий шарм этим странным пассажирам. - Стасик, блять, - рычит Стас, и у бедного таксиста от страха бегают глаза. Мадина только что говорила ему про всяких "Стасиков", которые кашляют на тебя, и ты становишься, как, кхм, они. - Поехали, мы опаздываем. - В-в-в-аш адрес Кутузовский проспект, дом пять? - Верно, дорогой, едем туда. - Н-н-н-н-о там же клуб для извращенцев, - Намджон нервно икает и перебирает все возможные варианты, как избавиться от странных педрил. - А мы по твоему поехали к бабке цветы садить? Давай быстрее, - с этими словами лицо Стаса вмиг меняется, словно он съел перезревший лимон. - Аа-а-пчхи, - слюна летит на испуганного таксиста, и тот резко икает проглатывая ее. - Так все, пошли нахуй отсюда. Если что, то я крещеный - вон иконки на панели, - мужчина цепляется за нагрудный крестик и лепечет про себя: - "Отче наш, Иже еси на небесе́х! Да святится имя Твое, да прии́дет Царствие Твое, да будет воля Твоя, яко на небеси́ и на земли́." - Долбанутый, - Стас вырывает ручку двери и вываливается обратно во двор под дикий смех Сережи. - И как мы туда поедем, а? - Стасик, - Сережа смахивает слезу и смотрит в слегка размазанный макияж. - У меня остался мопед в гараже. Могу прокатить с ветерком, как в старые добрые времена До гаража мужчины добираются без происшествий, не считая того, что Сережа переодически попердывает. Все-таки острые крылья KFC мощно разодрали его кишечник, а лучше бы его разодрал член Стаса. Кое-как заведя старенький мопед "Карпаты", наши герои отправляются навстречу анальным приключениям. Однако, любовники не учитывают одного: дорога проходит через лес, который имеет дурную славу у местных. По слухам, в этом лесу люди сходили с ума и либо умирали, либо выходили из него полностью обезумевшими. Как назло, старый драндулет глохнет посредине леса, издав свой последний аккорд, и больше не заводится, как бы мужчины его ни дрочили. - Что-то кушать уже хочется, - канючит Сережа, и, в подтверждение слов своего хозяина, его живот опять начинает исполнять симфонию Баха. - Вон грибы какие-то виднеются, перекуси, - отмахивается от него Стас. Все мысли лысого заняты раздумьями о том, как завести дряхлый транспорт. На самом деле Шеминов уже проклинает и психолога, посоветовавшего сходить в этот несчастный клуб; и бездонный желудок своего парня; и ханжу таксиста. А главное - чертову портупею, которая натирает сосок до такой степени, что его левая грудь опухает и становится похожа на геморрой Сережи. Поняв, что транспорт не собирается заводиться, Шеминов присоединяется к своему парню, который сидит под деревом и уплетает грибы. Несмотря на все неурядицы, Сережа сейчас был очень красивым: взмокшие сальные кудряшки выглядывают из-под шапки, причмокивающие губы и пальцы-сардельки, сжимающие грибочки. Стас чувствует возбуждение. Он берет пальцы мужчины в свои руки и развратно начинает есть кушанье из них, а после облизывает их с пошлым звуком, который эхом отдается в лесной тишине. Что произошло дальше - никто из них точно не помнит : вот они уже ласкают друг друга полностью раздетые. Шеминов тянется пальцами к дырочке парня, пытаясь проникнуть внутрь, но огромный налившийся геморрой не пропускает даже фаланги. Это бесит Стаса. Он хочет секса прямо сейчас. - С-с-стас, мы...кхм... можем по другому, - стонет Зинч, кидая взгляд на мопед. - Мы так делали, хгм, в детстве. Давай покажу. Не дождавшись ответа, Сергей с трудом поднимается и, шатаясь, подходит к транспорту. Пристраивается к глушителю и начинает поступательные движения, не сдерживая стон. Поистине невероятное зрелище открылось Стасу: его любимый, в темноте, с невероятно сексуальными рыками, трахает свой ржавый мопед в глушак. Надолго Серого не хватает - через минуты три он, утробно простонав, спускает семя в драндулет. Недолго думая, Стас занимает его место. Шеминова хватает и на того меньше - через минуту глушитель принял вторую порцию спермы. Счастливая и удовлетворенная пара валяется на траве, глупо хихикая, пока их покой не нарушают звуки выстрелов и шагов из глубины леса. Приход после грибов как рукой сняло. Подорвавшись, мужчины быстро принимаются одеваться, а тем временем шаги приближаются к ним. - Вот черт, муравьи покусали мою попку! - ворчит Зинч. - Быстрее, Стас, пробуй завести мопед, мне страшно. У Шеминова сжимается сердце от жалобного голоса любимого. Не теряя больше ни секунды, он залезает на Карпаты и, о чудо, он заводится с первого раза. Видимо, смесь их семени открывает второе дыхание у старого мопеда. Прыгнув на свой старенький драндулет, парни несутся по убитой дороге сквозь деревья. Ветки хлещут нежные тела, задевая самые чувствительные и болевые точки. Стаса, получившего уже несколько раз по вспухшему соску, начинают кусать комары. Наконец-то вдалеке виднеется трасса. Сережа и Стас счастливо выдыхают и выезжают на ровный асфальт. Это может значить только одно - через несколько минут они откажутся у того самого столичного клуба. Припарковав свой старенький байк, Стас захлопывает пальто и с гордым лицом заходит в клуб под свист уличных алкашей. В клубе жарко. Слишком. Парни снимают верхнюю одежду и заходят в первый грот - огромный деревянный крест с металлическими цепями стоит посреди зала. На нем прикован мужчина в кожаной шапке с прорезями для глаз, и какая-то толстая женщина в латексном костюме бьет его тонким прутом по члену. - Стас, - сзади тихонько подкрадывается Сережа и хватает своими пухлыми ручонками за небольшие складочки над трусами. - Милый, я познакомился с Семеном Аркадьевичем, и он обещал, что помассирует мне простату своим членом. Можно? Ну пожалуйста, - Зинченко обхватывает своим ртом ухо Стаса и слегка оттягивает, попутно играясь с любимыми складочками. - Хорошо, но при одном условии. Он кончит в твою попку своей старой спермой. Договорились? Сережа расплывается в благодарной улыбке и целует своего парня в шею, счастливо ускакивая за своим сегодняшним кавалером. Тем временем Стас изучает глазами скрытую дверь под прозрачной вуалью вдали грота. Он вылавливает молодую официантку с пушистым хвостиком, торчащем из голой попы, и наклоняется поближе, чтобы скрыть интерес. - А что там за этой дверью? - О, - девушка хихикает, оглядывая мужчину в одном нижнем кружевном белье, бусах и кепке. - Там у нас тайная комната, как в Гарри Поттере. Но вместо василиска, там стоит коза Василиса. Интересует? Стас, недолго думая, кивает головой и направляется к заветной двери. Вечер обещает быть жарким. На самом деле Стас думает, что коза Василиса- это какой-то псевдоним местной госпожи, но открыв дверь и увидев настоящую белую козу с рогами, мужчина немного тушуется. Наш герой резко мотает головой из стороны в сторону, дабы проверить не показалось ли ему. Не показалось. Перед ним на самом деле стоит самая настоящая коза, но на этом удивления не кончаются. Подойдя ближе, Стас видит страпон, прицепленный к поясу животного. - Как ебать тебя будем? - человеческим голосом отзывается Василиса, ещё больше вгоняя Шеминова в ахуй. Дальше Стас помнит все урывками. Вот он гладит козу меж рогов, посасывая один из них. Вспышка. Тут коза вылизывает его набухший сосок. Вспышка. Следом сознание подкидывает воспоминание о том как Стас танцует стриптиз перед животным, оставаясь в конце полностью обнаженным. Окончательно в себя мужчина приходит уже когда Валисиса во всю трахает его страпоном в позе раком, но неожиданно для себя Стас понимает: ему нравится. Нравится темп в котором она двигается, её дыхание и то как шерсть трется об его задницу, покусанную муравьями. Кончает Стас бурно, с громким рыком и перекошенным лицом, обильно пачкая сено на котором они и совокуплялись. Коза Василиса, перед тем как выйти из растраханной дырочки, больно бьет копытом по копчику и заявляет: -Это тебе за моего козла, извращенец. Помнишь, в деревне ты ему дрочил своими мерзкими пальцами? После этого он впал в депрессию и у нас не было близости три месяца, - ещё раз раз дав копытом по попке Стаса после своей пламенной речи, Валисиса удаляется из комнаты, оставив мужчину лежать на сене и думать о своем поведении. Когда сено слишком больно стало колоться в ягодицы, Стас поднимается и выходит из комнаты. Отойдя от божественной неги, он пугается - а вдруг кто-то расскажет о его сексуальной жизни? Он - медийная личность, и лишние разговоры ему ни к чему. Прикрыв двери, он выходит в грот с крестом и начинает медленно охреневать - посреди помещения, оперевшись на какую-то деревяшку, лежит Сережа. Музыка громко долбит, но он отчетливо слышит, как его милый стонет. Под каким-то стариком. Этому достопчтенному гражданину нужно внуков воспитывать, на даче полисадник строить. В конце концов водиться с внуками, играясь с их маленькими ручонками. Но этот дед копошится своими пухлыми пальчиками в попе у Сережи, ласково перебирая кудрявые волосы промеж булок. Он невысокого роста, с большим пивным животом, седой растительностью на теле и большой лысиной, словно остров в тихом океане. Стас подходит немного ближе и бросает взгляд на ноги - длинные изогнутые ногти цепляются за деревянный пол и не дают им скользить, пока этот дед доставляет удовольствие Сереженьке. - Ай, больно, - Зинченко кривит лицо и смотрит на своего благоверного. - Что такое, юноша? Три пальца много? - дед облизывается, глядя на мохнатую попку парня. - Нет, вы зацепились за волос, - Стас подходит ближе и засовывает Сереже пальцы в рот, чтобы тот перестал возмущаться. Пока Зинченко тихо берет в рот до костяшек, дед смазывает свой ствол, увитый иссохшими венами, и в одно движение впечатывается в пухлую попку лежащего. Сережа стонет, ему очень хорошо. Он со всей силы сжимает пальцы во рту, стараясь не заплакать от счастья. Стас жадно вглядывается в глаза любимого, а потом переводит глаза на временного любовника своего будущего мужа. Тот явно близок к разрядке: голова закинута вверх, глаза прикрыты, морщинистые складки шлепаются друг о друга, пока тот таранит своим поршнем Сергея. - Да, папочка, - кричит Сережа, выплевывая пальцы Стаса. - Мальчик, я прошел афганскую войну, какой я тебе папочка? - Тогда просто трахайте меня, не останавливайтесь, - глаза Зинченко на мокром месте, когда его прижимают к себе, стараясь нащупать тазовые косточки. По взгляду на пенсионера, он кончает прямо сейчас своей старой спермой в кишку Сергея, пока тот шепчет имя Стаса. - Сема, Семочка, ты ювелир! - протяжно стонет Сергей и кончает под потным телом Аркадьевича. Старик же, в свою очередь, после оргазма молча выходит из парня, надевает свои трикошки и покидает комнату. -Дорогой, я думаю нам пора уходить, - шепчет Стас, помогая Сергею подняться и одеться. Обратно домой пара едет в тишине. Шеминов прокручивает в голове прощальный монолог козы, твердо решив вернуться в деревню и извиниться перед козлом. А Зинченко думает только о старой сперме Семена Аркадьевича, которая вытекает из его ануса, пачкая одежду. Им обоим становится ясно, что нельзя есть грибы в лесу. Хрен его знает - было ли это все галлюцинацией или же реально Стас слышит животных, как гребаный Эйс Винтура. Ну а Серега… Он всегда был таким. Добираются, слава гейсподу, без происшествий. Так же молча мужчины заходят в дом, переодеваются и ложатся спать. В спальне стоит запах сена, козы и чужой спермы. Скорее всего, наши герои и не вспоминали бы больше тот вечер и все что произошло, если бы однажды, примерно месяца через три, в их офис не пришел бы новый сотрудник. -Знакомьтесь, коллеги, это наш новый уборщик туалетов, Семен Аркадьевич. Советую тебе, Зинченко, особенно с ним подружиться, с твоим-то кишечником! - воодушевленно представляет старика Дима, посмеиваясь над другом. Встретившись взглядом с Сергеем и Стасом, на лице его расцветает счастливая улыбка. Но это уже совсем другая история.