В сумерках прячутся звезды

      Йерсель не рождается ни эльфийкой, ни серокрылой, не получает ни божественного предзнаменования, ни благословления, не становится мессией и даже не оказывается избранной.       Вопреки судьбе, диктующей свои условия, Йерсель рождается ведьмой, а вместе с тем и Видящей – уникальный, редчайший дар, доступный отнюдь не каждой ведьме. Йерсель может видеть суть вещей и людей, заглядывать в такие потаенные уголки души, о которых обычный человек не может даже помыслить.       Это становится ее началом – и концом одновременно.       Потому что даже Видящая не может преступать дозволенные грани, не имеет права поддаваться любопытству и пытаться узнать больше положенного, принося в мир тьму запретных знаний. За свою воистину детскую неразумность Йерсель едва не расплачивается жизнью Верены, единственного дорогого ей человека, – поэтому оказывается вынуждена исправлять свою ошибку сама.       Плата за душу сестрицы – всевидящие глаза, наказание за глупость – бóльшая часть сил, накопленных на протяжении многих десятков лет. Йерсель должна радоваться, что осталась жива – и она радуется.       Правда радуется. По крайней мере, пытается, потому что вместо огромных крыльев, закрывающих небо, теперь жалкие обрубки, вместо взгляда, проникающего в суть вещей, пелена сизого тумана, а вместо колдовства, способного вершить настоящее чудо, лишь жалкие искры магии, больше похожие на базарные фокусы.       Сестрица Верена правит Сумеречными пустошами недрогнувшей рукой и бесконечно сожалеет о прошлом, Йерсель становится ее верной соратницей, задыхающейся от беспомощности. Вместе они долгое время лечат сердца друг друга и бесконечно цепляются за протянутые навстречу руки.       Наверное, только это и спасает Йерсель. Она привыкает к новой жизни, по крупицам накапливает магическую мощь и делает все, чтобы Сумеречные пустоши процветали. Ведьмы Пустошей не прощают тех, кто решает покуситься на их драгоценный покой: то, что они так старательно оберегают.       Правительнице Сумеречных пустошей подчиняются беспрекословно: поэтому Йерсель даже не удивляется, когда сестрица говорит, что ей вскоре выходить замуж. Если Пустошам нужен этот политический союз, так тому и быть: Йерсель приложит все усилия, чтобы брак был успешным.       А потом она встречает Луффи. И ее мир, покрытый сизым туманом, впервые озаряет теплое, ласковое солнце.