Необычный способ поразвлечься

Вечер. Солнце садилось за горизонт; тьма наступает. В маленьком деревянном доме лежат два с виду идентичных тела. Оба без сознания уже долгое время, с того момента как злосчастное магическое заклятие начало действовать. Думается, им пора просыпаться.       — Мгх, - послышался стон боли. Парень привстал, одной из рук упираясь в пол, а другой — прикрывая глаза от лучей закатного солнца. Слишком ярко. Было ещё и тихо, но вот послышался шум со спины. Лололошка обернулся, увидев странного человека. И нет, он не был со странной внешностью или с чем-то необъяснимым в своём внешнем виде. Этот человек был обычным, вот только… полностью похожим на самого парня: те же большие чёрные глаза, те же густые каштановые волосы, даже одежда полностью совпадала. Ощущение, как будто в зеркало глядишь. Их взгляды встретились. Казалось, они оба не понимают суть происходящего и как на это реагировать. Любой бы здравый человек находился в смятении и непонимании, но ответ всё-таки надо найти и, желательно, как можно скорее.

***

      — Здесь говорится о том, что заклятие действует пять лун или может быть снято другим специальным обратным заклятием. Оно не копирует человека, а разъединяет на две личности, - раздавался по помещению местами строгий, но больше всё же безэмоциональный голос, отдающий лишь намёком на какую-то заинтересованность, продолжая своё монотонное чтение:       — У этих личностей есть опыт и воспоминания, что были у разделённого человека раннее, но у каждого они могут различаться, от этого их действия могут быть непредсказуемыми и разными. После соединения опыт, что был усвоен за время разъединения, остаётся, так же как и воспоминания. Нельзя разъединяться часто или несколько раз подряд. Бла, бла, бла…       — Получается, мы разделены на пять дней?       — Получается, что так. Конечно, мы бы могли попытаться снять его, но для этого у нас недостаточно умений и ресурсов.       — Тц… - цокнув в знак недовольства, парень присел. — Ну и повезло мне… То есть, нам найти артефакт, на котором висит подобное заклятие — оно же редкое.       — Ну, здесь есть свои плюсы, - развернувшись к двойнику, парнишка улыбнулся. — Объём выполняемых действий увеличится, действуем аж в четыре руки.       — Ага…       — Может… придумаем себе имена на эти пять дней? - предложил возникшую в голове идею юноша, а встретившись с непонимающим взглядом, решил всё же объяснить:       — Знаешь, будет немного странно, если мы друг друга будем называть одним именем, но если ты не хочешь придумывать, то мы можем взять просто по одному из наших имён. Например, ты будешь Ромой, а я Лололошкой. Хоть и непривычно, но мы сможем быстро адаптироваться к этому.       — Хорошо, думаю, я не против подобного, Лололошка, - на имени был особый акцент, но распробовать значение не удавалось.

***

Лололошка, облокотившись руками на верстак, что-то искал в книге рецептов, перелистывая страницы крафтов одну за другой. Погрузившись в свою мини-миссию по поиску, он успешно игнорировал заинтересованный взгляд Ромы. Наблюдающий за ним человек обвёл взглядом Лололошку и, облизнувшись, подошёл ближе, приобнимая того. Руки Романа скользнули от груди до талии, слегка сжимая кожу через ткань толстовки, медленно вдыхая травянистый запах с волос.       — Чего тебе? - немного удивившись действиям своего клона, проговорил Лололошка, отвлекаясь наконец от дела.       — Я тут думал… Раз уж мы в этом мире не по срочной миссии и одни, да и возможность появилась отличная, почему бы не отдохнуть?.. Поразвлечься, - полушёпотом рассказал свою идею Рома. Его пальцы тем временем опустились ниже, забираясь под ткань толстовки, касаясь обнажённой и горячей кожи. Лололошка прочувствовал табун мурашек, что отзывались слабым возбуждением где-то внизу.       — Я… не против, - и в правду, им стоит немного да развеяться, хоть и таким странным способом. Постоянные путешествия по мирам, стресс и минимум времени на себя и своё тело плохо сказываются на нашем путешественнике, а сейчас их аж двое. На лице Ромы появилась игривая улыбка. Поцеловав первого в висок, он повернул к себе лицом Лололошку, усаживая его на верстак. Руки сразу же прижали к себе Ло, а губы соприкоснулись с губами парня напротив, втягивая в продолжительный французский поцелуй, столь неумелый, но ужасно горячий. Оторвавшись от увлажнённых губ, Рома стянул шарф, поцелуями спускаясь по шее вниз, когда сам Лололошка мычал, не желая отставать от процесса, и руками сжимал чужие плечи, трясь коленом о чужую промежность, чувствуя уже полувставшее состояние органа. Ласки заходили всё дальше. Комната заполнялась горячими вздохами и тихим шёпотом. В одежде было уже тесно и жарко. На пол полетели шарфы, очки, а следом и толстовки. Руки блуждали по разгорячённым телам, задевая чувствительные места, губы проходили по шрамам, словно зализывая старые раны, а с уст обоих были слышны комплименты и тяжёлое дыхание. Было до жути душно, а парням уже было мало прелюдий. Рома, проведя по бугорку в штанах партнёра, медленно расстегнул ширинку, дразня этим парнишку, который вился всем телом и жаждал продолжения. Стянув наконец эти штаны с Лололошки, он освободил и его член от боксеров, после же потянулся и к своим. Теперь они оба оголены. Юноша прижался всем корпусом к Ло, так что их члены соприкасались. Втянув в поцелуй партнёра, Роман двинулся, создавая трение между их уже возбуждёнными членами. Ускоряя темп, парни разорвали поцелуй, вслушиваясь в стоны друг друга. Пульсирующее возбуждение не давало толком думать, а к движениям Ромы подключился и Лололошка, двигая бёдрами в обратном направлении, создавая ещё больше трения. Телодвижения ускорялись, становясь скользкими и страстными. Разрядка долго себя ждать не заставила. В голос произнеся собственные имена, парни кончили. Вся оставшаяся одежда была полностью пропитана потом, оба паренька были мокрые и всё ещё разгорячённые. Казалось, стук их сердец и томное дыхание можно было услышать даже на улице — настолько звуки были громки. Передохнув несколько минут, парни стянули с себя остатки одежды и снова припали к уже изрядно припухшим губам друг друга. Сейчас поцелуи не были такие долгие, но всё ещё такие же страстные и возбуждающие. Руки снова и снова проходили по липкой коже, ласки чувствовались ещё горячее, чем в первый раз, а возбуждение набирало новые силы. Рома одной рукой поглаживал внутреннюю сторону бёдер Лололошки, а второй — рылся в сундуке, что стоял у верстака, что-то ища.       — Мха… М-м… Что… М… Ты ищешь? - протягивал Лололошка между полустонами.       — Что-то, что можно было бы использовать как смазку… Нашёл! Рома вытащил из сундука бутылку с полупрозрачной жидкостью. Это была слизь. Парни хотели использовать её для изготовления липкого поршня, но, видимо, сегодня она им понадобится для другого. Рома перевернул парня, что сразу же локтями упёрся в твёрдую поверхность верстака, а ногами — в пол. Лололошка, стоя на ватных и разведённых в стороны от возбуждения ногах, вытянул зад выше, прогибаясь в спине и матерясь в попытках утихомирить дрожь. Рома открыл баночку со слизью и обильно смочил ей пальцы правой руки, левой же обхватил парня снизу, за живот, тем самым создавая поддержку для него, чтобы тот не свалился, принялся растягивать. Пальцы коснулись разгорячённой дырочки сфинктера, что сжалась ещё сильнее от холодной смазки.       — Пожалуйста, расслабься, - просил своим дрожащим от возбуждения голосом Роман, поглаживая колечко мышц. И как только то стало менее напряжённым, палец проник в пульсирующую глубь. Первые движения давались с трудом, но как только палец стал скользить лучше, к нему просунулся второй. Никому не хотелось навредить чувствительным стенкам, так что парень старался уделить достаточно времени этому. И вот в нутре уже свободно двигалось три пальца, что означало, что можно переходить и к самому процессу. Пальцы вышли с чмокающим звуком под сопровождение глубокого вздоха Лололошки. Рома, нанеся большое количество холодной смазки на свой давно твёрдый член, распространил её по всей длине и наконец приставил ко входу. Руки его опустились на бёдра партнёра, сжимая их в своих крепких пальцах. Протолкнувшись, головка вошла в возбуждённое тело, где сразу же была обхвачена. Лололошку пронзила секундная боль, оставляя за собой, с одной стороны, слегка неприятное чувство заполненности, а с другой — усиливающееся возбуждение. Подождав немного, Рома начал двигаться вперёд, а потом — назад, не выходя из желанного местечка, с каждым толчком входя всё глубже. Новая волна стонов наслаждения послышалась от парней, заполняя комнату ещё большей жарой и пошлыми звуками. Ноги Лололошки, не выдержав толчков, сгибаются, но Рома, придерживающий его, не дал тому упасть, опуская на пол. Стоя на коленях и обхватывая руками верстак, Лололошка чувствует, что Рома тоже опустился на колени, продолжая свои движения под разными углами, входя уже во всю длину. Ло сильнее вжался в бедный верстак, прогибаясь в спине, а из рта его вырывается громкий стон. Поняв, в каком направлении двигаться, Рома поднимает руки с бёдер к талии, сжимая до красных пятен нежную кожу, двигается в уже известном направлении, ускоряя до предела толчки. Лололошка громко стонет, пальцами вжимаясь в деревянную поверхность, пока его член изнывал от возбуждения и жажды ласок. Рома, поняв, чего желает другой, протянул одну из рук к пылающему органу Ло, надрачивая в такт своим сбивчивым толчкам. Голоса их уже срывались, а их стоны уже были похожи на полухрипы. До разрядки обоих оставалось немного. Рома, вытащив свой член из парня, кончил тому на спину, а Лололошка — в его руку. Свалившись на пол, парни пытались отдышаться, что сейчас будто бы казалось невозможным в этом душном помещении.       — Ну… Хочешь ещё раз? Можешь теперь быть сверху, - сбивчиво дыша, протараторил Рома, лежа на полу в виде звезды.       — Я слишком устал, не думаю, что я смогу хотя бы встать, - прохрипел Лололошка, облокачиваясь о верстак, всё ещё вздрагивая от оргазма.

***

Парни уже лежали в кровати, засыпая, однако после такого необычайно яркого и несуразного случая в голове витало множество мыслей, многие из которых точно не будут озвучены, кроме одной:       — Я тут подумал… А вот наш секс можно назвать мастурбацией? Всё же, по идеи, мы один и тот же человек.       — Я даже не знаю, что и ответить… Лучше ложись спать.