Громео и Хазельетта

Игоря по жизни всегда волновало многое. Что в стране происходит, какие реформы проводятся, какие новшества с запада завозятся. Или даже когда ремонт в Эрмитаже будет сделан и что нового в Мариинке поставили. Но ни один его интерес не мог сместить фокус внимания с того, что работу свою он должен выполнить хорошо. Поэтому вместо походов по музеям и театрам или чтения газет вечера свои майор милиции Гром коротал за патрулированием улиц родного Санкт-Петербурга. Конечно ему за это не доплачивали. Да и из какой казны: страна глубоко в жо... перестройке? Полупустые прилавки, вечные перестрелки во дворах, шныряющая туда-сюда шпана в потасканных шмотках. Ему хотя бы жалование платили, а кто-то так и перебивался продукцией предприятия, на котором работал. Так что Игорь делал то, что мог: хватал за руки карманников, пресекал разборки мелких шаек, влезал в конфликты людей посерьезнее. Чаще всего ему, конечно, приходилось отлавливать подростков, заполонивших темные закутки города с какими-то таблетками, клейкими пакетами, а то и вовсе шприцами. Таких он тут же сдавал на руки майору местного наркошника Хазину. Тоже тот еще фрукт. Богатенький сынок именитого папаши. Вечно в иностранном тряпье да на сияющем сером "Вольво" девятьсот сороковой модели. Наглый до жопы. Но все ж сотрудник неплохой. Перевелся из столицы сразу после распада Союза и принялся наводить свои порядки среди местных торчков. Те, конечно, этому не обрадовались, поэтому пару раз уже Гром отбивал сослуживца у суровых мужиков в пальто или пацанов в спортивках. Так и скорешились. То от банды вместе отбиться, то помочь кровь смыть с лиц друг друга, то в кабак завалиться, то на один диван завалиться, сплетаясь в объятиях посреди развалин мира. Майорский дуэт. Иногда во время своих обходов Игорь натыкался на ребят без всей этой псевдоувеселительной атрибутики: дети пьющих пар, детдомовцы, просто отчаянные подростки, на которых вкалывающим по три смены родителям вечно не хватало времени. Тогда он лишь провожал отловленных до дома, развлекая историями со службы. Но таких было не много. Обычно, если ты уже оказался на улице, она впихнет в тебя все свои атрибуты: алкоголь, вещества, воровство. В тот вечер, спугивая такую посиделку у приспособленной под печь бочки, Гром был уверен, что всех, кого он успел поймать, дружно спровадит в изолятор к Петру Юрьичу. Тот как раз был на дежурстве и примчал, стоило Грому передать адрес патрулям. Однако уже в участке выяснилось, что у пары мальчишек пустые карманы, вены, ноздри, да и зрачки нормальные. Степку Листьева Игорь лично передал в руки охающей матери, наказывая сторониться подобных друзей, но хваля за то, что не поддался еще их влиянию. А вот Лешку Макарова пришлось уже не в первый раз сопровождать в детский дом. Майор Хазин вызвался подбросить их на своей машине. И теперь подросток угрюмо наблюдал за проносящимися за окном видами Петербурга, пока Игорь деловито крутил ручку радиоприемника, а Петя расслабленно следил за дорогой. Оба майора то и дело бросали взгляды на своего пассажира в зеркало заднего вида. - Малой, тебе ж четырнадцать? - Хазин нарушил скрипящую радиопомехами тишину и обернулся к Лешке. - Пятнадцать скоро, - буркнул пацан, даже не посмотрев в ответ, - за дорогой следите, пожалуйста. - Ох ты, какой, правила соблюдает, - Петя цокнул, закатив глаза, - а когда из дома сбегал, чего о планах не думал? Игорь нахмурился под козырьком кепки и мотнул головой, намекая коллеге закрывать тему с претензиями и подколами. А особенно с домом. Но мальчишка на заднем сиденье уже злобно зыркнул на профиль водителя и прошипел сквозь сжатые зубы: - Это не дом, чтоб там жить можно было. Посмотрел бы я на вас там... Холеный... - А ты смотри, не стесняйся, - Хазин перебивает гневную речь мальца, хмыкая и сжимая руль крепче. - Да пошли вы... Макаров опять отворачивается к окну, всем своим видом показывая, что продолжать разговаривать с майором он не собирается. Петя еще раз оборачивается к пацану, посмеиваясь, но тот упрямо не обращает внимания. - Пиздят вас там, малец? - Петь... - Игорь пытается вклиниться, чтобы избежать еще один конфликт, но Хазин отмахивается. - Да знаю, что пиздят, представляю, как жить в казенном доме. Петя одной рукой достал из кармана вытянутую пачку сигарет, выщелкивая пальцем одну себе в рот, и так же одной рукой ловко прикурил. Салон сразу же окутал дым с ментоловым ароматом, но даже в этом смоге было видно, как дрожат хазинские пальцы. - Не встал вовремя - получи затрещину, не заправил кровать - поджопник, пролил суп - доедай с пола, а то и с собственных рук. Так? - А вам лишь бы поглумиться, - Лешка с насупившейся мордочкой пытался испепелить взглядом Петю, но тот упрямо вел автомобиль. - И слова такие знаешь, - затушив сигарету в пепельнице, Хазин смахнул челку со лба, - Я к чему это, пацан... Тебе вот чуть больше трех лет потерпеть это дерьмо. Да, неправильное. Да, жестокое. Да хоть протестуй там, если не боишься жестче наказание схлопотать! Но вот то, к чему тебя приведут твои уличные друзья, останется с тобой на всю жизнь. Сбежишь от стремной реальности разок - к хорошей потом никогда не вернешься. - Да знаю я, - выплюнул Макаров, - я не курю даже. Игорь удивленно приподнял брови, пользуясь тем, что сидел аккурат перед мальчишкой и лица его тот не видел, и тут же запихнул обратно в карман пачку "Явы", которую уже было достал. Неудобно как-то стало. - Это ты молодец, - Петя прищурился, пытаясь расслеповать в темноте нужный съезд, - но вот придешь ты на такую сходку к пацанам в особо расстроенных чувствах - Ольга Петровна пизды дала или Анна Васильевна заставила десять раз кровать перестелить, - предложат они, кореша твои, таблеточку простую или пакетик волшебный, мол, никаких Юль Андреевн и близко не будет, попустит, полегчает - поверь, хуй кто откажется. Лешка заинтересованно приподнял бровь? - И вы? - И я, - Хазин кивнул, соглашаясь, а его стеклянные глаза отметил только Гром, - Вот, малец, ты кем стать хочешь? Игорь не думал, что Петя так хочет слезть с неприятной почему-то для него темы. Тот всегда был мастером по разглагольствованиям, значит и сейчас неспроста интересовался. Лешка же, неожиданно смутившись, выдал: - Учителем... Хазин оценивающе приподнял бровь: - Хорооош. Вот готовился бы к этому лучше, чем по подворотням ныкаться непонятно с кем. Три года пролетят, поступать придется. Логарифмы, дроби всякие... - Я литературу преподавать хочу, - пацан перебил Хазина, будто открещиваясь от всех этих страшных математических слов. - Тем более, - майор вырулил во двор интерната и заглушил мотор, - книжек читать - не перечитать, а ты... - Понял я, - Лешка снова насупился, но уже не озлобленно, скорее смущенно. Выйдя из машины, Гром потрепал парня по волосам и подмигнул, доставая все-таки сигареты. - А вы внутрь не пойдете? - Макаров удивленно застыл. - Не, - Гром затянулся, а Хазин кивнул, подтверждая его слова, - скажешь, заплутал. Бывай, Лех. Знаешь, где нас найти. Проводив взглядом мальчишку, Гром развернулся к Хазину: - Ты откуда про жизнь в приюте знаешь, майор? При живом отце... Петя сплюнул недокуренную More и оскалился: - С таким отцом никакой приют не нужен. Гром склонялся к тому, что по телеку надо было показывать сеансы убеждения майора Хазина, а не какие-то там пассы Чумака. Пользы больше было бы. Иначе как объяснить, что вот уже вторую неделю Лешка ему не попадался ни разу. Правда что ли книжки читал? С Хазиным они тот вечер вообще не обсуждали, поэтому беспокоить его своим желанием проведать пацана Гром не стал. Выбрал в книжном "Героя нашего времени" и потрясся в ярком трамвае в сторону лешкиного детдома. Пацан встретил его удивленным взглядом и спрятанной за спину перевязанной рукой. - А Вы тут как? Игорь хмыкнул и протянул увесистый томик: - Способствую твоему чтению. А это что? - он кивнул на бинт. Лешка недоверчиво принял подарок: - Спасибо, но Вы не должны... - Ты. Просто Игорь. Так что с рукой? - Обжегся, - Лешка поморщился, а у Игоря в голове всплыли слова Хазина: "...пролил суп - доедай с пола, а то и с собственных рук..." - Если что, приходи, - сжав на прощание плечо мальчишки, Игорь подмигнул тому и направился к выходу, размышляя, что он не Хазин. Хрен бы такое вытерпел. За две недели Гром оттаранил пацану еще пяток книжек, которые, когда-то ему самому понравились. Макаров, по началу смущавшийся, осмелел, начал пересказывать ему особо запомнившиеся моменты или спорить о поступках персонажей. Игорь настолько втянулся в общение с мальцом, что пару раз ловил себя на мысли об оформлении опекунства. Но быстро идею отметал, вспоминая, где он работает, и как легко ему получить в бок перо какой-нибудь особо темной ночью. Сегодня он привез мальчишке сборник стихотворений Вознесенского, где сам отметил особо любимые стихотворения. Но тут же забыл про них, стоило ему во дворе приюта заметить привычную серую "Вольво", которая почти каждый день привозила его домой. Что Хазин тут забыл? Спускающийся по узкой лестнице Лешка заставил забыть и про стихи, и про машину Пети. Одет Макаров был в новенький спортивный костюм, но вот под глазами расцветали почти симметричные фонари, нос был разбит, а походка похожа на дерганья: хромал Лешка на правую ногу знатно. - Лех, что стряслось? - Игорь отбросил книжку на лавку и кинулся к пацану, принимаясь осматривать. Тот скорчил недовольную рожицу, отмахиваясь, но, что удивительно, не отстраняясь. - Сказал воспиталке, что не буду мыть учительские туалеты вне очереди, она шваброй и дала, - он указал на нос и покосился на забытую уже книжку, - О, Вознесенский! Давно хотел, спасибо! - А нога? - Игорь гневно раздувал ноздри, в голове просчитывая, куда обращаться за документами на опекунство. - А, это, - мелкий пожал плечами, - залил кровью тряпки, пришлось переодеться в новый, что Петя привез. Свои уже отделали. "Петя приезжал к нему?" - в голове у Грома не укладывалось, что Хазин так же навещал парня и не говорил Грому. Будто бы Гром обмолвился об этом, ага, прям когда Хазин утром заваривал чай, а его хуй был во рту Игоря. - Да брось, Игорь, не впервой, - Лешка уже схватил книжку и принялся листать, предусмотрительно не перенося вес на правую ногу. - Пошли. Игорь просто потянул за собой ойкнувшего пацана и потопал в сторону кабинетов педагогов. Директорскую дверь он бы нашел и без подсказок Лешки. Просто потому, что из-за нее раздавались оглушительные крики. В следующее же мгновение оттуда вылетел разъяренный Хазин, едва успев затормозить подле замерших парней. - И ты тут, - он кинул взгляд на Грома, но тут же развернулся к Макарову, - Так, пулей собираешь все вещи и мчишь к моей машине. - Что? - То, блять, ко мне переезжаешь. Будут они майору милиции условия еще ставить. Натравлю проверку - узнают! Ускоренный злобным взглядом Хазина и собственным ахуем Лешка похромал к спальням, пока Гром непонимающе рассматривал Петю. - Не объяснишь? Тот закатил глаза и хрустнул шеей: - А что объяснять? Я молчал, когда они тут всех просто тумаками награждали, но это, - Петя ткнул пальцем в сторону ушедшего Макарова, - они ему нос сломали, Игорь! Я на них спущу всех, кого смогу! А пацана больше сюда не верну! - Тиш-тиш-тиш, - Гром успокаивающе сжал ладонь Хазина, - как они вообще его тебе так быстро отдали? Бате звонил? Петя на это недовольно повел плечом, но чужую руку не скинул, даже не оглядываясь, есть ли кто рядом. - Тц, Прокопенко. Отец меня послал бы куда подальше. - Хорошо, Петь. А как же мы? И работа, и прям мы? На лестничном пролете мелькнула фигура Лешки с рюкзаком наперевес, и Петя уверенно посмотрев на Грома ответил: - И работа, и мы будем. Лешка сидел на заднем сиденье совсем как в тот вечер, когда они везли его из участка. Но в этот раз уже не злобно рассматривал пейзажи за окном, а пытался поймать взгляд то одного, то другого майора. - Игорь, - мальчишка, прокашлявшись, робко дотронулся до плеча Грома. Тот обернулся, вопросительно кивая, - а ты больше не будешь со мной книжки обсуждать? Хазин усмехнулся, заметив, как прояснился взгляд Игоря. А тот даже весь приосанился: - С чего это ты взял? Подозревая, что происходит в голове смущенного парня, Хазин позволил ему пробормотать: "Ну, меня же Петя забрал...", и перебил с веселым смешком: - Игорек не отвертится. Он ж прям над нами живет. Так что будете по ролям читать у него. А я буду пока в "Сегу" рубиться. Макаров аж подпрыгнул: - У тебя "Сега" есть?! - Книжки, Лех, книжки...