Громео и Хазельетта

Ебучий холод. Нет, Гром безумно любил свой родной город и скалился злобной псиной, как только кто-то приезжий начинал тупо шутить про местный климат и вечные дожди. Но как же он ненавидел эту позднюю осень с ее слякотью и жутким ветром. Сверху в капусту закутайся, чтобы не просквозило, снизу через лужи и грязь прыгай, лишь бы ноги не промочить. И сквозняки... Дома, в управлении. Безумно хотелось закопаться в кровати и впасть в спячку до первой оттепели. Но кто ж тогда маньяков да хулиганов ловить будет? А тут как раз объявились крайне отбитые ребятки. В белых масках с застывшим криком на пластике они шатались по улицам в ночи, пугая прохожих, отжимая кошельки с телефонами, а одному особо упрямому студентику умудрились всадить в печень перо. По камерам компашку отследить было не сложно, но те как-то подозрительно ловко ныкались по темным углам, скидывая свое облачение там и смешиваясь с другими людьми. Поэтому Игорь уже несколько ночей гуляет по Питеру, пытаясь нарваться на этих недопризраков, а потом до обеда отсыпается в камере управления. - Это еще что такое? Гром привычно юркнул в кабинет своего мужика, чтобы отодрать его от всяких бумажек-отчетов и вытащить перекусить хотя бы в ближайшей кофейне. И соскучился, и накормить этого трудоголика не помешало бы. Чмокнув взъерошенную макушку Пети, который пытался что-то срочно допечатать, пока сильная рука за шкирку не поднимет его над стулом, Игорь увидел пару ярких конвертов с логотипом "Вместе". Темно-оранжевый картон переливался едва заметными блесточками, а черные завитушки складывались в пугающую надпись Halloween. Хазин зевнул и, потянувшись к конвертам, цапнул один, подкидывая его в руки Игоря. - Курьер пару часов назад притащил, - он вновь покосился на монитор и нажал несколько буковок на клавиатуре, - Приглашение от Разумовского на его частную вечеринку в честь грядущего праздника. Игорь скривился. К юному компьютерному гению он относился терпимо, а уж пропустить по пиву с его мужиком никогда не отказывался, но вот слово "вечеринка" не вдохновляло. Гром не был любителем громкой музыки и большого скопления людей, а уж в том, что владелец огромной компании закатит именно многолюдное празднование, майор не сомневался. - Ну чего ты, дядь? Не хочешь идти? Гром, подняв брови домиком, просяще глянул на обернувшегося Хазина и замотал головой. Тот цокнул: - Мда, и это ты еще не видел, что это приглашение на маскарад... Игорь, откинув голову, застонал и стукнул приглашением себя по лбу. - Скажи Серому, что у меня дежурство. И вообще, тут эти любители плохих голливудских комедий в масках бегают... Петя закатил глаза и наконец оторвался от отчета, вставая и потягиваясь. Игорь только заметил, что тот сидит в шерстяном свитере, подаренном теть Леной, из-под которого выглядывает фланелевая рубаха Грома. Хазину явно было еще тяжелее, чем Игорю, переживать холода. Худенький, теплолюбивый, привыкший к полам с обогревом и более мягкому климату столицы. Надо ему носки, что ли, теплые подогнать... Всю дорогу до кафешки да и во время обеда Петька казался Игорю подозрительно грустным и отрешенным. Поначалу майор думал, что виной всему холодрыга, ибо Хазин кутался в свое пальто, и даже в помещении снял его не сразу. Покрасневшими ладонями он держался за кружку с кофе и шмыгал носом. Прямо над нахохлившимся Петькой висела гирлянда в виде летучих мышей, а за его плечом, у окна, лыбилась жутким ртом огромная тыква. И обычный Хазин уже всучил бы телефон Грому, требуя сфоткать, а сегодняшний лишь молча прикладывался к своему напитку. - Ты чего грустный такой, Петь? - Игорь уставился на парня, всем своим видом намекая, что от допроса тот не отвертится. Но в ответ получил лишь неопределенное движение плечами и мотание головой. - Петь? - Гром напрягся, - Я тебя обидел? - Да нет, конечно, - Хазин утомленно вздохнул и улыбнулся, - Просто... Когда приглашения получил, подумал, что круто будет вместе сходить. Отдохнем хоть. Игорь виновато поджал губы: - Петь, я, правда, не люблю все эти пафосные сборища... - Да там..., - Хазин хотел было перебить Грома, но тот быстро начал извиняться. - Прости. Сходи один, я буду только рад, если ты повеселишься. Беспомощно разведя руки, Петя вздохнул и угукнул, кивая официанту, чтобы попросить счет. Разговоры со своим мужиком - это хорошо, но работа не ждет. Оставшуюся неделю до Хэллоуина Гром усиленно ловил "масочников". Он уже и сам был не рад, что вызвался вести это дело. Те будто точно знали, где именно сегодня будет гулять майор, и обходили район по кривой дуге. Хотелось уже нормально ночевать дома: засыпать под теплым одеялом, обнимать любимого человека. Этот самый человек в то же время умудрялся и шастать по рейдам, и заполнять бумажки, и искать по всему Питеру себе костюм, здраво рассудив, что мужик-интроверт не может помешать ему самому отметить профессиональный праздник. В конце концов, каждый нарик в этом городе считал Хазина той еще нечистью. Гром теперь, как ни заглядывал в кабинет Пети, постоянно слышал там щебетание Пчелкиной, получившей такой же оранжевый конвертик. Лицо журналистки мелькало на экране хазинского смартфона то в обрамлении кучи костюмов, то демонстрируя очередную вариацию праздничного мейка, то просто обсуждая грядущий вечер. Стоило Игорю понять, с кем болтает его ненаглядный, как он сразу же разворачивался и смывался от кабинета. Просто Юля ему тоже звонила... Пчелкина набрала его в тот же день, как пришли приглашения, и прошипела, что Игорь - эгоист, трус и вообще не ценит Петеньку. А Гром не понимал даже, за что его отчитывают. Любит? Любит. Заботится? Заботится. Запрещает что-то? Да никогда! Он же знает, как Петька любит всякие вечеринки и дружеские посиделки, вот пусть и отдыхает. Сам Хазин ему никаких претензий не предъявлял. Улыбался, помогал с отчетами, целовал каждое утро. Словом, все было хорошо. Но звонок Юльки поселил какое-то мерзкое ощущение в сердце. Хэллоуин? Что там, Ночь всех святых? Гром бы поспорил. Вот прям в тот самый момент, когда гнался за этой стремной троицей в масках. Он наконец-то нашел неуловимых грабителей, заступив на смену вечером тридцать первого. Чмокнув и проводив надушенного и уложенного Петьку, уезжающего сразу с работы в башню Разумовского, Гром всего-навсего решил добежать за сигаретами в соседний двор. А на обратном пути из темной арки услышал доносившееся: - Ой, ребятушки, да что ж вы творите?! Трое ряженых грабителей окружили бабульку с небольшой сумкой на колесиках и ждали, пока она выскребет из карманов кошелек и телефон. Сплюнув недокуренную сигарету, майор хрустнул шее и уверенным шагом направился прямиком к ним. - Эй, обычно этой ночью только конфеты собирают! Преступники громко выматерились и, выхватив из рук старушки кошелек, рванули от хмурого мужика. Гром сорвался следом. Ребята в масках явно не отличались умом, ибо даже не попробовали разбежаться в разные стороны. Они петляли по закоулкам, подгоняя друг друга и то и дело оглядываясь. Но Гром не был бы Громом, если бы не просек их попытку выйти к шумной и многолюдной улице, где проще было бы затеряться. Поэтому троица была крайне нецензурно удивлена, когда их преследователь вдруг исчез, вырастая через пару минут прямо перед ними. Что ж, не отличались они не только умом, но и выносливостью. Хрипло дыша, они попытались всем скопом навалиться на Игоря, но тот, схватив ближайшего за куртку, просто снес остальных с ног. Вырубив одного, Гром заметил, как еще один упавший достает из складок мантии нож дрожащей рукой. В следующую же секунду конечность оказалась прижата к асфальту, а лезвие выпало со стуком. - Просто сегодня не ваш день, нечисть, - Игорь, сплюнув, выудил телефон, вызывая наряд. Наконец-то он выспится. Дубин с парой стажеров примчались быстро, благо и отбежать Гром с "масочниками" далеко не успели. Преступников и пострадавшую бабульку с разным комфортом доставили в управление. - Ох, сынки, спасибо! Я уж со всем простилась! А вы вон что... - старушка радостно причитала, благодаря полицейских и крепко сжимая свой кошелек. Махнув рукой, будто что-то вспомнила, она ловко полезла в свою сумку, выуживая оттуда несколько пар шерстяных носков, - Вот, держите! Я сама вязала, пущай спасителей моих греют! Дубин тут же смущенно принялся отнекиваться, но бабуля с удвоенным упорством впихнула подарок и ему в руки, и Грому. - Вы меня спасли, ребятушки! Не обижайте бабушку! В сознании Игоря тут же всплыл кутающийся в несколько одежек Хазин. Сам же хотел ему носки подогнать! А тут ему даже зеленые протягивают, Петька оценит. Поблагодарив старушку, Гром сунул их в карман кожанки и направился к выходу из управления, надеясь наконец-то перекурить. У самой парковки его нагнал Дубин в куртке нараспашку, из-под которой была видна не привычная форма, а черная рубашка с колораткой. - Праздновать? - Игорь кивнул на костюм, на что Дима пожал плечами, открывая свой видавший виды "Хендай". - Да, к Разумовскому. Гром даже не удивился. Он помнил, как Серый восторженно рассматривал скетч-бук Дубина и спрашивал, не хочет ли тот нарисовать несколько паков стикеров для его сети. - А ты? - тон, которым был задан этот вопрос, был абсолютно наивным, но вот прищурившиеся глаза Димы заставили искать подвох. - Да как-то... - Игорь, - Дубин снял очки, сжимая переносицу двумя пальцами, - что Юля, что Петя свято уверены, что до тебя дойдет самостоятельно. Я же, наверное, хочу просто убыстрить процесс... Гром непонимающе нахмурился. - ...Пете не надо просто повеселиться. Пете надо повеселиться вместе с тобой. Поджав губы, Игорь уставился куда-то в горизонт. - Но почему он сам об этом не сказал? - Потому что не хотел заставлять, - Дима пожал плечами и, нырнув в салон авто, выудил оттуда какой-то пакет, - Держи, это Юлька просила передать, если ты вдруг решишься. Поднимаясь в лифте башни "Вместе", Гром отмечал идеальную звукоизоляцию. Абсолютная тишина. В зеркальной стене, рядом с католическим священником, на него смотрел чувак в бежевой рубахе, красно-золотом галстуке и с круглыми очками на носу. Мальчик, который выжил, блин. На жилом этаже было не намного больше шума: лилась лишь какая-то знакомая мелодия, но гвалта не было. В комнате, на фоне автомата с газировками кривлялись на камеру Юлька в черном комбинезоне, разрисованная под собаку, и незнакомый синеволосый парниша в голубом платье с фартучком. Разумовский с Волковым развалились на диване, облаченные в фиолетовый и черный сюртуки, рубахи с кучей рюш и оборок и какие-то широкие панталоны. Парни, дурачась, дирижировали в ритм песни, то и дело кидались листами, исписанными нотами и тянулись легонько поцеловать друг друга. На полу, напротив них, скрытый креслом, сидел Петька. Он снимал Сережу с Олегом на свой телефон и хихикал, вставляя комментарии: - Известная всем история Моцарта и Сальери - вранье! Перед вами реальные отношения маэстро! Сам Хазин был одет в черный костюм и черную рубаху, в которых и уезжал из управления. Но теперь на его шее болтался серо-зеленый галстук, а в свободной руке мелькала волшебная палочка. Так вот почему Юлька передала Грому костюм Гарри Поттера... Других людей в помещении не наблюдалось, и Игорь отвесил себе очередной мысленный пинок. Надо было сразу выяснить у Пети характер вечеринки. Тихонько обойдя кресло, майор опустил ладонь на зализанную макушку Хазина: - Мистер Малфой, - Петя дернулся и охуевше уставился на смеющегося Грома, - я надеюсь, вы не будете против компании дурацкого гриффиндорца? Губы Хазина растянулись в улыбке и он замотал головой, подрываясь и стискивая Игоря в объятиях. Сережа ехидно подергал бровями, подмигивая Волкову, и оба вытащили по зелененькой купюре и протянули их адски довольной Пчелкиной. - Я же говорила, что он решится! Всегда верьте Артемону! Гром хохотнул и чмокнул Петю в лоб. - Ну затупил, бывает. Я не волшебник, я только учусь! А есть, что пожрать? Такая пробежка сейчас была... Да, Игорь не всегда способен разобраться в причинно-следственных связях чужих эмоций и вылезти из собственно панциря. Но, ради счастливого Петьки, он и не такому научится.