Необычная сказка

             Игорю не нравился ночной Петербург. Ночь это про криминал, нескончаемые смены, убогий растворимый кофе в участке, отлов вандалов, маргиналов, облавы и…       — Уснула? — спрашивает Гром, когда дверь на балкон открывается. Тут же теплые руки обнимают, горячая щека прижимается к холодной голой спине.       — Еще бы не уснула после сказки про дракона, — бурчит Петя и ближе жмется, всё согреть хочет.       — Все — таки выпросила, — смеётся Игорь и тушит сигарету в пепельнице, чувствуя спиной улыбку мужа.       — Все понять не могу, почему ей не нравятся все эти среднестатистические сказки про принцесс, почему ей нравится сказка, которую мы от балды придумали? Игорь помнит, как они, больше двух с половиной лет назад, историю придумывали, когда крошка Валя капризничала и просила сказку по-новее, по-интересней. И Петя начал сочинять, а Игорь, подхватывая, дополнять.              Сказка была про злого дракона Вадима, прототипом которого был знакомый Грома: наемник, служивший в Сирии и подставивший своих сослуживцев. Этот знакомый Петю бесил невероятно, наверное, поэтому именно его имя и вспомнил Хазин первым. В сказке древний дракон зверски убивал людей, которые имели наглость заявиться к нему в сад, где росли все самые красивые цветы и ценные травы, и срывать всё, что видят. Срывать варварски и безжалостно. Однажды, как это бывает, к замку дракона пришел старец. Старец три дня сидел у ворот Вадима, не евши. И звал его, а когда тот прилетел, то просил разрешения собрать целебные травы для дитя, который из-за болезни не мог ходить. Вадим согласился при условии, что дитя, достигнув определенного возраста, сам явится к дракону.       Так и случилось.       Семнадцатилетний юноша с кожей, напоминающей фарфор и черными змеиными косами через двенадцать лет явился к нему. Древний дракон был удивлён тем, что тот пришел, исполнил «предназначение». И за это Вадим хотел наградить юношу златом, но парень отказался. И вместо наград, просил дать ему приют и возможность находится в саду, ухаживать за растениями.       Дракон Вадим был ошарашен, но согласился. Он дал юноше имя Алтан, значащее «золото». И охранял с того дня драгоценного для него человека.       — Так она еще и продолжение просит, — тепло улыбается Гром и глядит куда-то вдаль, куда-то вглубь ночного города.       — Надо будет придумать       — Обязательно       — Майор, а не угостите ли вы меня сигареткой? Гром ожидаемо достает «сигаретку» из пачки, однако сам обхватывает губами и зажигает, делая затяжку. Поворачивается к Хазину и выдыхает, в приоткрытые губы, дым. Хазин получает двойное удовольствие от никотина и ощущение любимых губ на своих губах. Хорошо. Очень хорошо. После того, как Гром делает вторую затяжку, Петя сигарету выхватывает и затягивается сам.       Они смеются. Заливисто. С наслаждением. И касаются друг друга будто впервые, аккуратно так, с нежностью и трепетом, а следом целуются, медленно, смакуя вкус друг друга. Оба смотрят с горящими, влюбленными глазами. Петя снизу вверх, а Игорь в размерах почти уменьшается, потому что разницу в сантиметрах сокращает, горбится чуток, да ноги подгибает. И на душе не весна расцветает, а уже солнце южное во всю асфальт плавит.       Игорю не нравился ночной Петербург до тех пор, пока в его жизни не появилась их маленькая солнечная девочка Валя.