Убей меня, если посмеешь

Звон в ушах, нарастающий с каждой секундой, был похож на отголоски кошмара. Я попыталась открыть глаза, но резкая боль пронзила их — линзы. Проклятые линзы! В голове промелькнули последние события, и сердце сжалось от ужаса. Резким рывком я распахнула веки, но вместо привычного света встретила кромешную тьму. Глаза горели, я сидела, прижатая к холодному полу. Комната, погруженная во тьму, была похожа на могилу. Я попыталась пошевелиться, но руки были скованы за спиной, ноги — тоже. Мозг отказывался воспринимать происходящее. Паника, острая и холодная, пронзила меня насквозь. Где я? Что происходит? Вопросы застыли в пустоте, утопая в бездонной тьме. — Эй! — прокричала я, но вышло что-то похожее на хрип. В горле пересохло и, прокашлявшись, я повторила попытку, — Здесь есть кто-нибудь? Где-то в углу комнаты послышалось какое-то движение, и через секунду включился свет. — Чёрт, — прошипела я, глаза пронзило болью, и, невольно зажмурившись, я опустила голову. Привыкнув к яркому свету, я начала оглядываться. Сбоку от меня сидели трое мужчин, пристально наблюдающих за мной. Я невольно дёрнулась, не ожидая увидеть их так близко. — Слушайте, если вы от Марка, то я шла к нему на встречу с деньгами и даже не опаздывала, как это обычно бывает. Так что это шоу можно было бы и не устраивать. Я и так знаю, что меня ждёт в случае, если я не приду, — произнесла я, пристально глядя на них. — Кто такой Марк? — спросил один из мужчин с татуировкой на половину лица, но я так и не смогла разглядеть, что именно там набито. Мужчины переглянулись между собой. Один из них, высокий и крепкий, поднялся и вышел за дверь, которую я заметила только сейчас. Она была прямо за моей спиной, скрытая в полумраке. Сжав кулаки, я немного промассировала затекшие руки. Глубокий вздох, и тут же за спиной снова раздался щелчок замка. Несколько шагов, и из-за моей спины вышел парень. Он опустился на корточки передо мной, наши глаза встретились, и я увидела то самое бездонное голубое небо. — Твою мать, — единственное, что вырвалось из меня. Передо мной сидел тот самый Лор, с которым я зажигала сегодняшней ночью. Сердце забилось с удвоенной силой, и меня начало тошнить. — Неожиданная встреча, не правда ли? — улыбнулся он одним уголком губ и встал, глядя на меня, — этот цвет волос тебе больше идет, — добавил он, хмыкнув, и, взяв кончик моих волос, пропустил его между своих пальцев, после чего сел рядом с остальными. — Слушай, печально, что всё так вышло, — нервно улыбнулась я, стараясь скрыть свой страх. — Но денег у тебя, вроде как, достаточно, так что, может быть, мы просто забудем об этом и попрощаемся? — произнесла я неуверенно. — Кто ты? — все с той же полуулыбкой спросил Лор, будто пропустил всё, что я сказала. — Тебе как, только имя или полностью мою биографию рассказать? — усмехнулась я и тут же мысленно треснула себя по голове. Аристейя, ты сидишь, привязанная к стулу, ещё и пытаешь шутить. — Она человек, и зовут её Аристейя, — сказал кто-то у меня за спиной, после чего раздался хлопок двери. Парень прошел вперед, и я узнала его — он был одним из тех, кто сидел с нами за столом. Для людей, выпивших вчера не менее пяти бутылок виски, они выглядели удивительно свежими. — Аристейя значит, — сказал Лор, будто пробуя мое имя на вкус, глядя мне прямо в глаза. — Да, Лор, обычная девчонка украла у тебя амулет, — сердито проговорил этот парень, имя которого я даже не помнила. — Слушайте, если все это из-за медальона, то я могу вам просто сказать, где он и забуду, что вы меня похитили. А вы, в свою очередь, забудете, что вообще видели меня, — произнесла я, выдерживая их взгляды. Мой голос дрожал, но я старалась звучать уверенно. В глазах парней я промелькнуло полное удивление, после чего они переглянулись. — И где же он? — вкрадчиво, с опасными нотками в голосе, произнес Лор. — В небольшом ларьке на окраине города, хозяина зовут Шон, — пожала я плечами, — правда, он запросит немало денег за него, но я так понимаю это вам не доставит больших проблем. — Она сдала амулет в какой-то ларёк, —светловолосый парень громко рассмеялся, запрокидывая голову назад, — Лор, тебе крупно повезло, очень крупно. — Так мы договорились? И можете сказать, сколько сейчас времени? —быстро спросила я, и молилась, чтобы мне ещё удалось успеть на сделку с Марком. Лор посмотрел на часы. — Почти восемь утра, — протянул он и впился в меня изучающим взглядом. Услышав это, гул в моей голове усилился. Марк, скорее всего, уже в кафе и ищет меня. Даже если я отдам всю сумму, меня ждет не просто неприятный разговор, а настоящий шторм. Представляя его сердитое лицо и тихую ярость, я чувствовала, как в груди разгорается паника. — Чёрт, — прошептала я на выдохе, — слушайте, мы же всё очень мирно решили. Отпустите меня, я, итак, уже опаздываю на важную встречу. И где, кстати, мои вещи? — я помотала головой в разные стороны. — Мы договорились, Аристейя. Твой конверт мы тебе отдадим, не переживай, — сказал Лор, вставая и подходя ко мне ближе. Он аккуратно взял меня за подбородок, заставляя взглянуть в свои глаза. — А сейчас ты забудешь всё, что видела или слышала здесь. Когда очнешься, окажешься в переулке, где была в последний раз. От переутомления ты упала в обморок и потеряла счёт времени, — закончив, он отошел от меня. — Мы же договорились: вы не знаете меня, а я не знаю вас. Мне не нужны проблемы, так что, ради правдоподобности, надеюсь, вы не собираетесь меня вырубать, — неуверенно произнесла я, ощущая на себе пристальные взгляды. — Что за хрень, Лор, ты вчера перепил? — светловолосый парень, который смеялся над ним, перестал ухмыляться. Его лицо резко стало серьёзным, а брови сошлись на переносице. И сейчас он пристально смотрел то на меня, то на Лора. Небесно-голубые глаза напротив налились кровью, и теперь они приобрели оттенок грозовой тучи. На скулах заходили желваки, придавая лицу угрожающий вид. Я почувствовала, как в воздухе повисло напряжение, и сердце забилось быстрее, предвещая надвигающуюся бурю. — Человек говоришь? — Лор в один шаг преодолел расстояние между нами, схватил меня за горло и прижал к стулу, из-за чего я стала жадно хватать воздух, — кто ты такая и кто тебя послал? — прошипел он прямо мне в лицо. Его голос звучал в моей голове, как эхо, отзывающееся в пустом пространстве. — Я же сказала вам, где амулет! Что еще нужно от меня? —из горла вырывался лишь хрип, вместе с остатками воздуха в моих легких. Страх заполнил каждую клеточку моего тела, распространяясь до самых кончиков ног. — Я спросил: кто тебя послал! — отчеканил он каждое слово мне в лицо. — Никто, клянусь! Мне просто нужны были деньги! — от его голоса меня начало трясти, а глаза наполнились невольными слезами, щипавшими их, как будто в них застряли острые иголки. Чертовы линзы! — Оставь её, Лор, она ничего не знает. Посмотри, как её трясёт. — светловолосый отодвинул парня от меня и сам подошёл ближе. Он пристально рассматривал моё лицо, и от этого я съёжилась, пытаясь отодвинуться назад. — Ты ходишь в линзах, и, видимо, в них уже очень долго. Давай я развяжу твои руки, и ты их снимешь. Твои глаза уже покраснели, — нежно сказал он, словно боясь меня спугнуть. Коротко кивнув, я почувствовала, как тяжесть с рук спала. Провернув ими несколько раз, ощутила ноющую боль. Он отошел в другую часть комнаты. Вернулся он уже с бутылкой воды, готовясь промыть мне руки. Пока он лил воду на мои затекшие ладони, я невольно рассматривала его лицо. Оно было усыпано веснушками, словно на нем рассыпали корицу — такие же, как когда-то были у меня в детстве. Глубокие зеленые глаза, словно две изумрудные капельки, притягивали внимание, но вскоре я поняла, что это тоже линзы. Пухлые губы, стянутые в тонкую линию, придавали его лицу серьезное выражение, но я могла представить, как они распускаются в улыбке. Небольшие впадины в щеках вызывали во мне мысль о том, что когда он улыбается, у него, вероятно, появляются милые ямочки, которые делают его еще более привлекательным. Промыв руки, я осторожно начала доставать линзы из глаз. Они успели полностью высохнуть, и я чувствовала, как каждая минута в них приносила мне дискомфорт. — Контейнера у меня с собой, конечно, нет, но я могу купить тебе новые, — он улыбнулся и протянул мне ладонь, в которую я вложила пару и подняла на него взгляд. — Спасибо, у меня есть еще, — ответила я с улыбкой, однако заметила, как его радостное выражение лица постепенно сменилось удивлением. — У тебя красивые глаза, очень редкие, — пробормотал он, отворачиваясь. — Я отвезу тебя туда, куда тебе нужно. Здесь тебя никто не тронет. Развяжите ее и проводите к моей машине, — скомандовал он, прежде чем выйти из комнаты. Пока меня развязывали, я видела, как все косились на меня. Лор, смерив меня ледяным взглядом, вышел следом за светловолосым, а за мной, словно прикованный цепью, последовал мужчина с татуировкой на лице. Мы шли по мрачному коридору из бетонных стен, напоминающему погреб. Мои догадки подтвердились, когда мы стали подниматься по крутой лестнице вверх. Открыв дверь, я невольно зажмурилась, ослепленная ярким светом. Мы вышли в просторную комнату, напоминающую гостиную. В ней были огромные панорамные окна, сквозь которые лился солнечный свет. Около окна стоял большой камин, уютно потрескивающий огнем. Рядом с ним располагались два больших кресла темно-бежевого цвета и такой же огромный диван, идеально подходящий для вечерних посиделок. Длинная лестница, ведущая наверх, намекала на наличие спален. Меня вывели через дверь во двор, где царила атмосфера тихой роскоши. Зелень, усыпанная каплями росы, покрывала все пространство вокруг. Огромное круглое пространство с двумя автомобилями в центре, один из которых был уже знаком — серая Ламборгини Лора. Рядом с ней он и стоял, разговаривая с парнем, имя которого мне, пожалуй, стоит узнать. — Ты не можешь быть в этом уверен, — я услышала обрывок фразы Лора. — Но я уверен, на сто процентов уверен, понимаешь? — сказал парень и повернувшись в мою сторону, улыбнулся. Не знаю почему, но эта улыбка заставила меня ответить тем же. — Садись в машину, Аристейя, — кивнул он на джип, который стоял сбоку от него. Сев на переднее сиденье, я выдохнула и начала нервно теребить руки. Марк меня убьет — я опаздывала на встречу уже больше часа. Он точно разозлится. В это время соседняя дверь открылась, и в машину сел молодой человек. — Можно узнать твоё имя? — в лоб спросила я, повернувшись к нему, — а то вы все знаете моё, — неуверенно добавила я. — Меня зовут Аристен, — произнёс парень, и я удивилась. — Наши имена очень похожи, — хмыкнула я, отвернувшись к окну и разглядывая особняк, в погребе которого сидела связанная. — Вы меня слишком легко отпустили, даже не завязали глаза, чтобы я не запомнила дорогу. — В этом нет необходимости. Думаю, мы всё достаточно мирно уладили. Ты сказала, где амулет, и мы тебя отпустили. Заявление о похищении ты на нас не напишешь, зная, что ты занимаешься кражей и вырубаешь людей, — рассмеялся Аристен. — Ты прав. — я повернулась к нему, — мне нужно, чтобы ты отвез меня в кафе, где мы вчера все вместе отдыхали. И не мог бы ты вернуть мой конверт? — Конечно, — он достал конверт из внутреннего кармана и, открыв его, я стала пересчитывать деньги. — Там всё на месте. Как ты и говорила, деньги для нас не проблема, — усмехнувшись, он снова посмотрел на меня и перевёл взгляд на дорогу, — зачем тебе деньги? — Ну обычно, чтобы жить нужны деньги, — проговорила я и надела на голову капюшон. — Обычно, чтобы жить можно работать, а не воровать. Поэтому, думаю, ты поняла мой вопрос. — Вы меня похитили, а теперь решили поговорить со мной, как будто ничего не произошло? — рассмеялась я, осознавая абсурд этой ситуации. — Нам ехать около часа, так что мы вполне можем поговорить, — он снова повернулся ко мне изучая моё лицо. Я выдохнула, сдаваясь под изучающим взглядом, и нехотя начала рассказывать. — Я должна вернуть деньги одному барыге, и сегодня в семь утра мне нужно было отдать эту сумму. Но, вероятнее всего, меня убьют, ведь из-за вас я так и не смогла туда попасть, — произнесла я, хмыкнув, и начала рисовать узоры на запотевшем стекле машины. — Балуешься наркотиками? — серьезно спросил он и я рассмеялась. — Нет, это наследство от любимого папочки. — конец фразы я произнесла с нескрываемым сарказмом. — А других родственников у тебя нет, верно? — Ты ведь знал, как меня зовут, не смог найти больше моей биографии? — выгнув бровь я повернулась к нему. — Тебя зовут Аристейя Миренчел, тебе 19 лет. Два года ты провела в детском доме, и сейчас прописана на Авганском шоссе, 34, но фактически там не живёшь — дом заброшен и давно стал пристанищем для бездомных. Родителей у тебя нет: отец погиб три года назад в тюрьме — суицид. Бабушка была убита его же руками, что и привело отца за решётку. Мать в твоём свидетельстве не упоминается, о её местоположении и личности не известно ничего. На данный момент ты работаешь официанткой в кафе «Импульс». Я ничего не упустил? — он произнёс это обыденным тоном, продолжая невозмутимо вести машину. От удивления мои брови поползли вверх, а глаза расширились. — Упустил. Ещё накачиваю парней снотворным и обношу их карманы, — ухмыльнулась я. — Ах, да, совсем забыл. — улыбнулся Аристен. Наша беседа протекала так легко, словно мы знакомы несколько лет, как старые приятели, возвращающиеся с отдыха. Время пролетело незаметно, мы обсуждали музыку, фильмы и даже делились предпочтениями в кофе. Когда мы подъехали к кафе и вышли из машины, я заметила, что Аристен тоже вышел следом за мной. — Стой, может, возьмешь мой номер, вдруг я тебе понадоблюсь, — сказал он, протягивая мне небольшой клочок бумаги. — Если вдруг захочу экстрима и похищений? — рассмеялась я, но листок всё же взяла, сама не понимая зачем. — Для этого тоже, — подмигнув, он снова сел в машину и сорвался с места. Зайдя в кафе, я мгновенно оказалась в уютной атмосфере, где аромат свежесваренного кофе и сладкой выпечки смешивался с тихими разговорами посетителей. Я направилась к барной стойке, где стоял Джей. — Черт, Арис, где тебя носит? — прошептал он, наклонившись ко мне ближе, его голос звучал напряженно, а в глазах читалось беспокойство. Он злобно посмотрел на меня, — К тебе уже приходили. — Это очень долгая история. Что-то передавали эти люди? — спросила я, чувствуя, как в груди закололо от волнения. — Да, если ты до десяти утра не появишься на месте, они начнут охоту. Кивнув, я внезапно сорвалась с места и выбежала из кафе, оставив за собой запах кофе и шепот разговоров. В голове крутились мрачные воспоминания о Марке — я знала, на что он способен, и что значит «охота». Полгода назад я пыталась скрыться от него, но он преследовал меня неотступно, как тень. Сначала меня избивали в каждом переулке, потом началась стрельба. Один из патронов попал мне в бок, пронзив плоть и оставив только большой шрам — постоянное напоминание о том, что значит быть его мишенью. Последней каплей стал утес, с которого он хотел меня сбросить, словно я была просто игрушкой. Что он придумает на этот раз, я даже знать не хотела. Страх, холодный и липкий, сковал мое тело, заставляя бежать со всех ног к складу. Зайдя внутрь заброшенного помещения, я почувствовала знакомый запах пыли и ржавчины. Лестница, ведущая на верхние этажи, скрипела под моими ногами, а легкие горели, но я продолжала подниматься, несмотря на усталость. Это был старый склад по переработке пластика, давно заброшенный, пахнущий сыростью и гнилью. Каждую неделю я прихожу сюда, чтобы отдать деньги, получить новую сумму, которую нужно собрать за неделю. И с каждым разом она растет, словно снежный ком, давящий меня своим весом. Добравшись до пятого этажа, я увидела Марка. Он сидел на стуле посередине комнаты, окруженный обшарпанными стенами, его лицо было скрыто в тени. В его глазах читалось что-то темное и угрожающее, и сердце в груди заколотилось от страха. — Сегодня ты не пришла в нужное время, — проговорил он, выдыхая облако табачного дыма, которое медленно рассеивались в холодном воздухе, словно его слова. — Появились проблемы, но как видишь, я здесь, — ответила я, протянув ему конверт и отступив на пару шагов. Ветер шевелил мои волосы, и я чувствовала, как в груди нарастает тревога. Он достал конверт, пересчитал сумму с невозмутимым видом и положил его во внутренний карман. — Сколько я должна буду принести на следующей неделе? — спросила я, стараясь скрыть волнение, которое нарастало с каждой секундой. — Нисколько, твой долг оплачен, — сказал он, и я застыла, как будто меня ударили током. — Что значит «оплачен»? — не удержалась я, пытаясь осознать, что происходит. — Твой долг оплатили Аристейя, — произнес он, не обращая на меня внимания. Его голос звучал так, словно он говорил о погоде, а не о моем будущем. — Можешь уходить, пока я не передумал, — добавил он, взмахнув рукой, и начал кому-то набирать. — Но кто его оплатил? — не унималась я, мое сердце колотилось в груди, как птица, запершаяся в клетке. Он повернулся ко мне с хитрой улыбкой, подмигнул и, казалось, наслаждался моим замешательством. — Видимо, ты кого-то хорошо приласкала, — бросив это, он начал спускаться вниз по лестнице. Простояв еще несколько минут, я пыталась собрать все сказанные слова воедино. Мысли путались в голове. Я больше ничего не должна, совсем ничего. Эта мысль была одновременно освобождающей и пугающей. Слезы, как непрошеные гости, начали скатываться по моим щекам, и я, прижав руки к груди, опустилась на колени, ощущая, как груз уходит. Достав свой мобильный и листок с номером, я стала его набирать. Не прошло и двух гудков, как на линии раздался спокойный голос: — Уже захотелось экстрима? — рассмеялся Аристен. — Это ты сделал? —спросила я, уверенная, что он поймет, о чем речь. — Даже если это сделал и я, то что с того? — Что я должна буду за этот подарок судьбы? — выпалила я, чувствуя, как напряжение спадает с моих плеч. — Как на счет того, чтобы поужинать сегодня в твоем кафе, часов в восемь? — Хорошо, — сказала я и сбросила трубку. Я поднялась на ноги и уставилась на свой телефон, где все еще горел набранный номер. Либо судьба действительно подарила мне второй шанс, либо решила испытать меня на прочность. Эти мысли крутились в голове, когда я, дрожащими руками, достала сигарету из пачки и, подкурив, направилась в сторону кафе. Переступив порог кафе, я едва успела осмотреться, как на меня налетел Джей. — Сколько на этот раз? Тысяча, две? — спрашивал он, сжимая мои плечи. — Нисколько, — тихо ответила я, пытаясь вырваться из его хватки. — Что? — он нахмурился, не веря своим ушам. — Я сказала, нисколько, Джей. Я больше ничего не должна, — повторила я, стараясь говорить твердо, хотя внутри все дрожало. — Во что ты вляпалась, Арис? Что ты ему пообещала? — он тряс меня, дожидаясь ответа. — Я ему ничего не обещала, а вот человеку, который это сделал, да, — сказала я, сделав глубокий вдох, чтобы успокоиться. — Я ничего не понимаю: кто-то заплатил за тебя и теперь этому кому-то ты должна? — он сел рядом со мной, впиваясь в меня взглядом. — Ты все верно понял, этот кто-то попросил лишь ужин сегодня в восемь вечера здесь, — я обвела рукой зал. — Я сама до конца ничего не понимаю, мне нужно поспать, а потом подумать. — С этими словами я встала из-за стола и направилась в свою коморку, оставляя Джея в недоумении. Джей продолжал сидеть за столом, нахмурившись. Но у меня уже не было сил даже думать, голова кружилась от усталости. Зайдя в свою крошечную комнату, я скинула с себя одежду и рухнула на матрас, который жалобно заскрипел под моим весом. «Посплю, и все станет ясно», — надеялась я. С этими мыслями я погрузилась в сон. *** — Папа, пожалуйста, не трогай её! — с отчаянием в голосе закричала девочка, стоя в дверях. — Эта сука знает, где деньги! — прорычал он, глядя на неё с яростью. — Говори, где они?! Крики разносились по всему дому, отзываясь в стенах и сотрясая воздух. На полу валялись осколки битого стекла, сверкающие острыми гранями. Мужчина, возвышаясь над престарелой женщиной, сжимал в руках нож, его лицо искажала ярость, отражая тень безумия. Старая женщина пыталась что-то сказать, её голос дрожал от страха, но она лишь беспомощно смотрела на проход, в котором стояла юная девушка с волосами, сверкающими, как яркое летнее солнце. — Я сказал: говори, где деньги или я прирежу тебя прямо здесь! — мужчина поднес кончик ножа к женщине и закричал ей в лицо. — Папа остановись! Что ты делаешь?! — воскликнула девочка, подбежав к отцу и пытаясь оттащить его от женщины. — Отойди, мелкая дрянь! — он оттолкнул её, и она, словно кукла, полетела в сторону, ударившись о кухонный шкаф, который глухо стукнул. — Копия своей матери, такая же не благодарная стерва! — плюнув ей под ноги он снова вернулся к женщине. —Значит, по-хорошему не будет разговаривать, — прошипел он, проводя кончиком ножа по её горлу, и в этот момент в воздухе повисла угроза. — Бабушка нет! Отойди от неё! — закричала Аристейя. Она пыталась встать, но тело не поддавалось, будто его приклеило к полу. — Всё будет хорошо, дитя моё, не беспокойся за меня, — произнесла она с нежностью, глядя в глаза своей внучке, стараясь придать ей уверенности. Затем её взгляд переместился на мужчину, и в голосе зазвучала непреклонная сила. — А ты, жалкий людишка, будешь гореть в аду. — Старая мразь, — голос мужчины эхом прозвучал в голове девушки, и в этот момент весь мир для неё сжался до одного ужасающего крика. — Нет, нет, нет! — горячие слезы ручьями стекали по щекам Аристейи. Она в истерике подползла к бездыханному телу, из которого торчала лишь рукоятка ножа. *** Распахнув глаза, я резко села на кровати. Сердце бешено колотилось в груди, а щеки были мокрые от слез. Быстро протерев их тыльной стороной ладони, я встала и включила экран мобильного. Половина восьмого, чёрт. Скоро должен приехать Аристен. Подскочив, я схватила полотенце и пару вещей и направилась в общий душ для работников. Пройдя по многочисленным коридорам, я оказалась в холодном, мрачноватом помещении. Кабинки были тесные, а стены покрыты каким-то непонятным налетом. Горячей воды у нас не было, но за пару месяцев к этому привыкаешь. Включив кран, я с сомнением наблюдала, как из него бежит мутноватая струя, прежде чем встала под неё. Ледяная вода стекала по волосам, пробираясь к самой коже. Я закрыла глаза, подставив лицо холодному душу. Несколько минут простояла так, пока вся дрожь не прошла. Стерев с себя все остатки прошлого дня, я надела джинсы с футболкой. И направилась обратно в свою коморку. Взяв фен в руки, я с наслаждением просушила свои волосы, чувствуя, как теплый воздух обвивает их, придавая легкость и объем. Заплетя их в неаккуратный хвост, я взглянула в зеркало, удовлетворенно кидая взгляд на свое отражение. Не забыв надеть линзы, я направилась в кафе. Зайдя в зал, я выбрала первый свободный столик у окна, откуда открывался вид на шумную улицу. Сев, я заказала свой любимый кофе и стала ждать. Не прошло и пяти минут, как кто-то осторожно коснулся моего плеча. — Привет, — произнес голос сзади, и вскоре Аристен сел напротив меня. — При… — начала я, но застыла, уставившись на его лицо. Один глаз был ярко-алым, другой — глубоким голубым. — Очень редкий цвет, — произнесли мы в унисон, и в воздухе повисло молчание. — Но как это возможно? — нахмурившись, спросила я, не в силах скрыть удивление. — Всю жизньмне говорили, что такой цвет уникален и невозможен. Мне просто повезло с генетикой, — я говорила неуверенно, пытаясь понять, что из этого всего теперь правда. — Ты полностью права, такой цвет глаз невозможен и передается только через гены, — сказал Аристен, пристально глядя на меня. — Я ничего не понимаю, — вырвалось у меня, и я бездумно помотала головой. Или, может быть, я просто не хотела понимать, ведь весь мой мир, казавшийся таким стабильным, рушился, как карточный домик. Его лицо, с четкими чертами и сильным подбородком, слишком сильно напоминало моё — то же самое искреннее выражение, те же линии, но в мужском обличии. — Аристейя, — начал он, и его голос звучал так серьезно, что меня охватило волнение, — я понимаю, что, возможно, должен был подготовить тебя к этому разговору. Но сегодня утром, когда я увидел тебя и навёл справки, не мог думать ни о чем другом. Слова его звучали словно гром среди ясного неба, и мое сердце замерло, пропуская несколько ударов. — Я старше тебя на пять лет, — продолжал он, и я почувствовала, как тревога нарастает внутри меня. —Ровно девятнадцать лет назад моя родная сестра погибла в пожаре. Эти слова повисли в воздухе, и я ощутила, как по спине пробежал холод. — Нет, — прошептала я, быстро мотая головой в знак протеста. Мои руки начали нервно жестикулировать, словно стараясь оттолкнуть его слова и заставить замолчать. — Шесть лет назад я узнал, что никакого пожара не было. Моя мать просто бросила тебя с отцом и скрылась вместе со мной. Когда я спросил её об этом, она с холодной безразличностью заявила, что ты погибла вместе с остальной семьей. Вы ведь жили в небольшой деревне Уолсмид? Я лишь кивнула, продолжая слушать то, чего бы не хотела знать всю свою оставшуюся никчемную жизнь. — Я был там, искал зацепки, но вы будто испарились, и в конце концов я окончательно бросил поиски. Я хотел познакомиться с тобой поближе, узнать тебя лучше, и чтобы ты лучше узнала меня. Но теперь я понимаю, что это было бы нечестно. — он медленно достал фотографию из внутреннего кармана, и его руки слегка дрожали. Словно это было нечто священное, он положил её на стол. Я взяла фотографию в руки, и слёзы начали струиться по моим щекам. В голове звучал голос отца: «Копия своей матери». И я действительно была похожа на неё. На снимке мой отец обнимал ту, которую язык не поворачивался назвать матерью — женщину, что бросила меня. Встав из-за стола, я вытерла тыльной стороной ладони слёзы и, с трудом сдерживая эмоции, вернула фотографию Аристену. — Прости, мне нужно все обдумать, — бросила я, не глядя на него. С этими мыслями я направилась к выходу из кафе, машинально доставая из кармана пачку сигарет. Затяжка холодного дыма помогла сдержать накатившие слезы. Выйдя за дверь, я устремилась прочь, в неизвестном направлении.