Дары Природы. Я подчинил себе твои эмоции.

Уильям недовольно поморщился, интуитивно потер глаза руками, после чего все-таки раскрыл их. Посмотрев на Рияма, мирно спящего и прижимающего его к себе, Уильям понял причину, почему он так морщился во сне. Кожа Яма излучала свечение, будто поблескивая на солнечном свету. Видимо, наступила весна. Чуть приподнявшись на локтях, чтобы не разбудить довольного Рияма, который сквозь сон улыбался и слегка мурчал, Уильям покрутил головой в разные стороны, разминая шею, после чего все же ступил босыми ногами на пол. Из окон лился солнечный свет, а погода стояла на удивление прекрасная. Мягкая, почти невесомая ткань балдахина приятно переливалась на солнце, а комната, наполнившиеся солнечным светом, стала выглядеть как-то по-другому, более свежо и по-новому. - Господин, чашечку кофе? - поинтересовался Вир, когда Уил сел за стол, все еще потирая шею. Видимо, от сна в одной позе она изрядно затекла. Он кивнул Домовику, направляя свой взгляд на вид за окном. Туи, совсем недавно выглядывавшие своими верхушками из-под слоя снега, сейчас заметно расправились, почти освободившись от белых оков. Горячая чашка с ароматным кофе приземлилась рядом, заставляя обратить на нее внимание. - Сегодня у вас с юным Господином прием в главных владениях, - любезно напомнил Вир, скорее сам желая поскорее туда отправиться. - Во сколько? - задал вопрос Уильям, поднося кружку к губам, чувствуя горьковатый кофейный привкус. - В половине седьмого, - с улыбкой тут же выдал Вир, - что бы желали на завтрак? - Приготовь тост с тунцом, - направив взгляд на часы, показывающие начало девятого утра, он добавил: - и омлет. Уильям молча смотрел в окно, анализируя вчерашнюю ночь. Как только он покинул этот дом, трансгрессировав в главные владения его семьи, он сразу наткнулся на мать. Она будто предугадав его приход, сидела на небольшом выступе в стене, куда обычно отец кидал свою рабочую сумку, когда возвращался. - Я знала, что ты уже взрослый, но не думала, что ты съедешь из дома, не сказав ни слова об этом, - недовольно произнесла женщина, закинув ногу на ногу. - Будто вам есть до этого дело, - безразлично ответил ей Уильям, стягивая с себя пуховик. Он не желал разговаривать ни кем из его семьи, для него это было обременительным - иллюзия поддержание семьи. - Уильям, хоть ты и считаешь нас недостойными родителями, мы все равно ими остаемся, - она смотрела на него исподлобья, слегка вздохнув, Расслабив взгляд, она приподняла голову. - Я рада, что ты хотя бы отвечаешь на письма, но почему бы тебе чаще не приходить домой? - спросила она, пытаясь смягчить взгляд. - В этом нет нужды, - в привычной манере ответил Уильям, начиная отступать от матери, чтобы пройти на кухню. Ему всего лишь нужно было забрать пару пакетов с кровью, чтобы вновь покинуть этот дом. - Стой, - сказала она, применяя Вейловскую силу, зная, что сын просто так не послушает ее. Уил остановился на полушаге, недовольно поворачивая голову на женщину. В его взгляде читалась вся ненависть к ней, копившиеся долгие годы. - Все еще пользуешься своей иерархией надо мной? - прозвучал спокойный голос Уильяма. К сожалению, в матери текла большая часть Вейловской крови, чем в нем, поэтому ее приказы действовали на него беспрекословно. - Ты не оставляешь мне другого выбора, - с небольшим вздохом сказала она. - Ты все еще не сблизился с Дориямом, хотя вы живете вместе, - начала размышлять женщина вслух. - Почему нет? Все еще убежден, что так будет лучше для него? А его мнение на этот счет какое? - поинтересовалась она, продолжая сидеть и смотреть на сына. - Это мой выбор, и я предпочитаю не делиться с тобой или с отцом своим мнением на этот счет, - строго проговорил он, холодным взглядом прожигая мать. - Ты все еще ребенок, Уильям, - сказала она, поднимаясь. - Хоть я и не знаю, что происходит в твоей голове, но четко могу сказать одно, - она подошла к нему ближе, заглядывая в черные глаза: - Ты все тот же ребенок, что сидел весь в слезах со страхом в глазах, - тихо произнесла она, проходя мимо него. - Можешь идти. Уильям смотрел ей в след, внутри он не чувствовал ничего: ни злобы, ни обиды, ни огорчения. Он перестал воспринимать слова и поступки матери близко к сердцу, каждый раз реагируя холодом на ее попытки упрекнуть или поддеть его. Сейчас она представляла для него чужого человека, не имеющего ни грамма уважения в его глазах. Сейчас, сидя и попивая кровь, что была собрана без умерщвления животного, Уильям чувствовал свою безысходность. Он знал, что не хочет жить так, но без этого он вовсе не сможет жить. В голове возникали неприятные картинки из детства, но они быстро меркли по сравнению с одной единственной мыслью, что Уильям крутил в голове, как только покинул дом. Там его ждет Дориям. - Уильям! - из мыслей его выдернул оклик Рияма. Повернувшись к нему, Уил уставился на него. - С первым днем весны! - радостно сказал он, подбегая к нему и быстро чмокая его в висок. - Выглядит необычно, - сказал Уильям, наблюдая, как Риям присаживается напротив, все еще сияя и излучая свет. - Это же не приносит вред твоему здоровью? - спросил он, чуть нахмурившись, желая уже протянуть руку к нему, чтобы просканировать его состояние. - Нет-нет! - тут же выпалил Ям, улыбаясь. - Это нормально для солнечных магов, своего рода особенность, - начал пояснять он, поглядывая по сторонам, в поисках Вира. - Такое происходит своевольно каждый первый день весны и лета, а потом в особео жаркие дни, - он махнул рукой, давая понять, чтобы тот не переживал. - Что же, раз так, то ничего, - кивнув, он оглядев Рияма. Сейчас он выглядел будто спустившийся ангел, полная противоположность сидящему напротив нему. Белые длинные ресницы чуть подрагивали, а нос чуть вздернулся из-за не сползающей улыбки на лице. Кожа, заметно поблескивающая и пропускающая сквозь себя свет, делала образ Рияма еще более нереальным и хрупким. - Кофе остыл, давай сделаем новый? - спросил Ям, касаясь холодной кружки, Домовик кивнул, ставя перед ними тарелки с завтраком. Уильям машинально кивнул, продолжая разглядывать Рияма. Он почувствовал странный прилив нежности, которого раньше ни к кому не испытывал. Он отвернулся, пытаясь скрыть смущение. Сейчас разница между ними была заметна более ярко, чем обычно, ее словно можно было пощупать и потрогать. Он чувствовал себя грубым и страшным рядом с ним. Уильям был уверен, если хоть кто-то зайдет сюда и у него будет выбор, с кем сесть рядом, все выберут Дорияма. Он создавал располагающую атмосферу, открытость и легкость, в то время как Уильям пугал своей аурой, казался холодным, закрытым и недоброжелательным. Но он знал точно: будь у Рияма такой выбор, он выберет его.

********

- Дориям! - Миссис Фибрилия крепко обняла Яма, по-матерински прижимая его голову к себе, вдыхая его запах. - Я рада, что ты сам проявил инициативу встречи, - она отстранилась, заглядывая ему в глаза с такой любовью, что Уильям стоял как вкопанный, не зная, куда себя деть. - Я тоже рад, - с такой же улыбкой ответил Риям, чуть отходя от женщины, чтобы поздороваться с отцом. - И тебе родной, рада, что и ты решил присоединиться, - теперь она перешла на Уильяма, так же крепко обвив его руками. Уил не раз замечал это тепло, исходящее от мамы Рияма. В самый первый раз, оказавшись в ее объятьях, он почувствовал материнскую любовь, которую никогда не ощущал от своей матери. Ям был окружен светлыми людьми, умеющими проявлять любовь, не скрывающими своих эмоций, поэтому сам Риям вырос довольно удивительным и искренним. - Не тяжело жить с ним? - спросила женщина, хихикнув и подмигнув. - Нет, что вы, - сразу ответил Уильям, даже не пытаясь спрятать улыбку, как делал это раньше. - Мы еще за стол не сели, а вы уже шепчетесь? - удивленно и наигранно спросил Риям, глядя на эту образовавшуюся парочку. На что мама, лишь посмеявшись, повернулась к Яму, слегка похлопав Уильяма по плечу. - Добрый вечер, Мистер Милендес, - уже более серьезным тоном сказал Уильям, протягивая руку отцу Рияма, что стоял рядом с ним, ожидая, когда можно будет пройти в зал. - Добрый, Уильям, прошу, - сказал он с вежливой улыбкой, рукой приглашая все-таки зайти в зал. - Никаких новостей о школе или чрезвычайном положении? - спросил Риям, как только они все сели и были готовы начинать трапезу. - Милый, нам особо много не говорят, ты же знаешь, мы не так тесно связаны с Министерством, - ответила женщина, положив на тарелку Яму большой кусок запеченного лосося. - Ты же раньше была стражем, неужели не осталось никаких связей? - удивленно спросил он, кивая матери в знак благодарности. - Конечно, остались, просто сейчас повсюду неразбериха, и лишний раз никто не хочет делиться недостоверной информацией, чтобы не оказаться крайним, - спокойно проговорила она, с легкой улыбкой, обращенной к Уильяму, и положила кусок рыбы теперь ему. - Это ожидаемо, - закивал Риям, чуть поджимая губы и обдумывая слова матери. - Как дела с бизнесом? - поинтересовался он уже у отца, который оглядывал блюда. - Продажи сократились, но это временно, - спокойно ответил мужчина, решившись-таки в с выбором. - Ты вчера делал заказ? - его брови чуть поднялись вопросительно. - Да, - быстро ответил Ям, отмахиваясь от подробностей. - Уильям, как поживают родители? - теперь все внимание женщины было направлено к сидящему рядом Уилу. - Все хорошо и спокойно, - поспешил он с ответом, не ожидая, что тема так быстро перейдет на него. - Министерство поставило несколько министерских борцов к территории владений для защиты садов. - Ваш род спонсирует госпитали и Министерство травами, поэтому стоило ожидать этого, - больше размышляя в слух, чем поддерживая беседу, сказал отец, отрезая себе кусочек от индейки. - Не тяжело постоянно находиться под присмотром? - поинтересовался он уже громче и обращаясь к Уильяму. - Дорогой, они же живут вместе, - чуть тише напомнила мать, улыбаясь и поглядывая на парней, сидящих напротив. - Прости, никак не могу привыкнуть к тому, что Риям уже настолько взрослый, - с нотками грусти и неуверенности ответил мужчина, выделяя слово "настолько". - Не подумайте лишнего, мы просто живем вместе, - поспешил объяснить недоразумение Уильям. Снаружи он выглядел спокойно, но внутри не знал, куда себя деть. Как назло именно сейчас, глядя на родителей Дорияма, в голову всплыли картинки недавно стоявшего перед ним на коленях Рияма. Тот лишь чуть улыбнулся, тыкнув пальцем Уильяма под столом. Отец Дорияма задумчиво кивнул, словно принимая объяснение, но во взгляде его читалось легкое сомнение. Мать же лучисто улыбнулась, как будто ничего предосудительного и не подразумевалось. Уильям откашлялся, чувствуя, как кровь приливает к щекам. Он украдкой взглянул на Рияма, который, казалось, совершенно невозмутимо разделывался с лососем, лишь уголки губ выдавали его легкое веселье. - Министерство оказывает большую поддержку в развитии садов, - сменил тему Уильям, надеясь увести разговор подальше от скользкой темы их совместного проживания. - Новые сорта лекарственных трав оказались весьма устойчивы к перепадам температуры. - Это замечательно, - поддержала разговор женщина. - Такие разработки крайне важны для нужд госпиталей. Ваш род всегда славился своей щедростью и вкладом в развитие медицины, - она нежно улыбнулась, аккуратно подложив кусочек вареной моркови в его тарелку. В ее движениях читалась поддержка, будто она говорила: "Не переживай, все хорошо". - Спасибо Миссис Фаулер, - Уильям чуть улыбнулся ей, прячась за чашкой с ароматным чаем. Он окинул взглядом лица Дорияма, его родителей, и ощутил щемящую нежность. Он хотел быть достойным этой семьи, этой теплоты, этой любви. Он хотел стать тем, кем всегда мечтал быть, но не знал, как. Он хотел стать частью чего-то большего, чем его собственное эго и амбиции. Здесь, в доме Фаулеров, он чувствовал себя не просто Уильямом Вандамом, наследником огромного состояния, а просто человеком, которого любят и принимают таким, какой он есть. Легкая и непринужденная беседа с родителями Дорияма ощущалась теплым летним вечером. Уильям был рад находиться в окружении таких светлых и искренних людей. Если бы у него спросили, какой идеал примерной семьи у него в голове, он не задумываясь ответил бы, что это семья Фаулеров. Он вспоминал ужины со своими родителями, где в воздухе чувствовался мрак и одиночество каждого члена семьи. Но это чувство испарялось всякий раз, когда другие члены свиты присутствовали на застольях. Образ идеальной семьи только для окружения, для публики, для других, но не для самих себя. Здесь же, в доме Фаулеров, для него нашлось место, то самое желанное место в нормальной, любящей семье. Его приняли без слов и вопросов, не за его достижения, а просто как возлюбленного их сына. Возможно, Дориям был прав, говоря, что его родители не виноваты во всех погрешностях. От них отвернулась вся семья. Для отца, который всю жизнь жил в полном составе своей семьи, такое отчуждение, было своего рода проклятьем. Он был разбит и не понимал, что ему делать. Он думал. что делает правильный выбор, отказавшись от поддержки семьи, для того чтобы выстроить свою. А мать... Она была молодой и глупой девушкой, не привыкшей к подобной жизни. Ее не приняли в мир, в который она так хотела, поэтому она пошла за помощью к единственной своей поддержке, к своей Вейловской стае. Она была уверена, что растит ребенка правильно, ведь ее воспитывали точно так же. В голове Уильяма невольно всплывали обрывки разговоров, доносившихся до него в моменты, когда мать оставляла его одного в стае. Шепот о том, что его мать - выскочка, ищущая лишь богатства и власти. Слова, полные яда и презрения, направленные в спину юной девушки. Он бы так не сказал. Делиса никогда не пыталась подстроиться под свиту, она всегда вела себя несдержанно, не следовала этикету. Если бы она действительно гналась за богатством, она бы старалась изо всех сил угодить каждому. Он никогда не понимал, почему его мать так отчаянно цеплялась за эту враждебную среду Вейл, почему не ушла, не построила свою жизнь. Тогда же, глядя на светящиеся лица Фаулеров, он начинал улавливать проблески правды. Возможно, его мать отчаянно нуждалась в любви и принятии, в той безусловной поддержке, которую он сам ощущал от семьи Фаулеров, в том уютном доме. Возможно, она надеялась заслужить прощение, стать своей, доказать, что достойна быть частью этого мира. Возможно, она просто боялась остаться одна, без поддержки стаи, без привычного уклада жизни. Эта мысль кольнула Уильяма чувством вины. Он всегда винил мать во всем: в ее холодности, в ее несдержанности и глупости, в той пустоте, что царила в их доме. Он никогда не пытался понять ее, увидеть мир ее глазами, почувствовать ее боль. Он был слишком занят собственной обидой, собственным страданием. - Уильям, - Риям выглядел рассерженным и мрачным. Уильям поднял на него глаза, вопросительно глядя на подошедшего Яма. Как только они покинули главные владения Фаулеров, Уильям уселся у камина, размышляя о своей семье, о поступках своих родителей, о желании создать свою семью, где не допустит таких ошибок, которые допустили с ним или другими несчастными детьми. Риям протягивал ему газету, вечерний выпуск новостей, который пришел, когда они были на ужине. Уильям уже увидел заголовок статьи. Ям благодушно свернул газету вдвое так, чтобы он увидел только эту страницу.

" Нападение в корпорации Массу!

Как сообщает глава древнего рода Массу, Виктор Массу, нападение произошло в разгар рабочего дня. "Сначала прозвучал взрыв на нижних этажах, видимо, заблокировав выходы. Маги в черных одеяниях, накрытых капюшонами, появились из ниоткуда, тогда с ними завязалась битва". Благо, никто не получил серьезных ранений, все сотрудники и члены семьи живы. Единственное, что отмечают Министерские борцы и Виктор Массу, это то, что младший брат Мистера Виктора пропал. В момент нападения он находился на совещании вместе с главой семьи и главным наследником. В разгар сражения подключились еще несколько сотрудников компании, что находились на том же этаже, но никто не видел Мистера Асена. Похищение это или же устранение одного из совладельцев корпорации, пока не ясно."

- Они думают, что Массу сами подстроили нападение, под остальные, чтобы отвести от себя подозрения в устранении собственного брата? - Уильям поднял глаза на Рияма, что погряз в своих размышлениях. - Скорее всего, в написании этой строчки помогло Министерство, - он нахмурил светлые брови, явно сомневаясь в достоверности написанного в газете. - Они пытаются сглаживать каждое нападение, чтобы не пугать народ, я их понимаю. Но когда они пишут каждый раз полную чушь, это начинает бесить! - он недовольно плюхнулся на диван рядом. Скрестив руки на груди, он уверенно заявил: - Завтра пойду в Министерство. Чем раньше мы узнаем правду, тем лучше.

********

Риям проснулся позже обычного. Он особо не торопился, вчера вечером он четко обдумал свой план действий. Лучше всего в Министерство пробраться во время обеда, когда многие находятся не на своих рабочих местах, чтобы спокойно найти нужный ему отдел. Он был настроен решительно, без малейших сомнений или чувства страха. Его беспокоила работа МБСБ, которые словно сидят бездействуя. А может, кто-то из вышестоящих находится в сговоре с преступниками? Раз дело все время заминается и не продвигается, есть вероятность того, что преступники куда могущественнее, чем может показаться на первый взгляд. Уильям явно переживал за него. Он попросил вчера разбудить его, когда Риям встанет, чтобы все проконтролировать. Он решительно настоял на том, чтобы пойти с ним, следить за обстановкой снаружи и, в случае чего, предупредить его с помощью своей Вейловской сущности, или в крайнем случае, вытаскивать его от туда. Ям неохотно согласился, он не хотел втягивать Уильяма в такие дела, это могло навредить ему или испортить его репутацию, но Уильям, казалось, готов на все, если это "все" связано с Риямом. Риям применил на себе скрывающие чары, как только вышел из дома, чтобы его точно никто не заметил. Рядом шел Уильям, придавая еще большей уверенности, поэтому в каком-то смысле, Ям был благодарен ему за его волнение. - Ты же помнишь, в случае чего я трансгрессирую тебе записку, тогда ты должен будешь идти обратно, и не важно, узнал ты, что хотел, или нет, - строго проговаривал часть плана Уильям. Со стороны могло показаться, что он разговаривает сам с собой, но он-то знал, что рядом идет Риям, внимательно его слушая и наверняка кивая на его слова. - Не волнуйся, все пройдет хорошо, Лилу будет подсказывать мне, - тихо произнес Ям, смотря на чуть нахмуренного Уильяма. В его взгляде была видна тревога и переживание. Он слабо кивнул, подходя к зданию Министерства. Многие выходили, чтобы пойти в ближайшие заведения на перекус, некоторые оставались внутри, боясь выходить и решив отобедать в Министерстве. Проскочив с парочкой магов внутрь, Ям отошел в укромный уголок, где в него никто бы не врезался и где он сам никого не задел бы. " - Лилу, ты же помнишь жизнь Асры? "- спросил он у лисицы, что тут же поспешила ответить. - Да. " - Ты сможешь из ее воспоминаний посмотреть планировку Министерства, на вряд ли что-то изменилось за это время, " - сказал он, надеясь, что Лилу поможет, ведь самому копаться сейчас в воспоминаниях далось бы ему не так легко, как ей, да и заняло бы больше времени. - Я постараюсь, но нам в любом случае следует пройти в главный холл, пока я ищу информацию, - ответила лисица, замолкнув и погрузившись в воспоминания. Риям шел неспеша, стараясь ни с кем не столкнуться; благо, большинство народу покинули Министерство, теперь Ям мог передвигаться по нему более спокойно. Достигнув холла, где высота потолка была длиной в этажа два-три, Риям оглядывался, пытаясь найти указатели или еще какую информацию, которая могла бы подсказать ему, куда двигаться дальше. Только вот в Министерстве сидят не дураки: никаких указателей или табличек с информацией не было, им было бы это не на руку, если бы кто-то также проник внутрь, как сделал это он. - Нам надо наверх, седьмой этаж, - подсказала Лилу. В холле располагалось всего два лифта, они вмещали в себя достаточно, но все же многим приходилось пользоваться лестницей. Ям оглядел огромную винтовую лестницу, и казалось, будто она бесконечно устремлена вверх. Сглотнув, Риям посмотрел в сторону лифтов, надеясь встретить кого-то, кто направлялся бы наверх. Парочка магов стояли у лифта, ожидая, когда он спустится к ним. Было, конечно, рискованно ехать на лифте, но зато это займет меньше времени, чем подниматься по лестнице. Он аккуратно подошел, остановившись рядом. Ему повезло, что до этого он купил защитный артефакт от телепатии на достаточно высокий уровень: это не только обезопасило его от нагло влезающей в его голову подруги, но и в других не менее важных моментах. Например, от преступников, что могли влезть в его голову, или сейчас, в Министерстве, его мысли могли услышать маги, владеющие телепатией, тогда он бы быстро попался. Риям осторожно встал спереди двух магов, чтобы быстрее них проскочить в лифт и встать в самом углу. Он не мог наверняка знать, на каком этаже они собираются выходить, поэтому занять место в конце было разумнее всего. - Ты слышал те слухи? - тихо спросил один из мужчин, державший стаканчик с кофе в руках. - Да тут каждый день слухи, про какие ты именно? - с небольшой усмешкой ответил второй, поправляя шарф на горле. - Про Эскеров... - казалось, он говорил так тихо, что только благодаря острому слуху Риям смог его услышать. - Что-то новенькое? - тут же заинтересованно спросил другой, поворачиваясь к мужчине. - В нашем отделении ходят слухи, что у него пропал кто-то из родственников... - он наклонился ближе к уху стоящего рядом, - Семья Эскеров не разглашает это, потому что верхушка приказала молчать об этом инциденте, чтобы не беспокоить всех, - он отпил немного кофе, наблюдая за реакцией мужчины. - Не может быть... - шепотом ответил тот, шокировано глядя на коллегу. - Их можно понять, где это видано, что начальник МБСБ не то что не сберег народ от нападений, так еще и свою семью... - он покачал головой, поджав губы. - Все доверие к нему тут же рухнет, тогда народ правда забастует... - он слегка цокнул, отпивая из своего стакана. - Верно, не знаю, от кого пополз этот слух, но Господин Эскер и вправду несколько дней выглядит померкшим, кажется, у него совсем опустились руки... Что же будет, - вздохнул мужчина, так же покачав головой. Двери лифта раскрылись на девятом этаже, мужчины неспеша вышли из него, направляясь куда-то в сторону. Выскочив из лифта, Риям поспешил к лестнице, уж лучше спуститься два этажа, чем подниматься семь. " - Что дальше? " - поинтересовался он у Лилу, стоя на нужном этаже и наблюдая за множеством коридоров, уходящих в неизвестность. Здание Министерства было самым большим и масштабным зданием во всем их мире. Оно насчитывало более 15 этажей, множество коридоров и свыше тысячи кабинетов. В Министерстве находился Большой суд, где проводились крупные заседания по самым ужасным преступлениям. Также, тюремные камеры в подвале для содержания преступников перед заседанием или после него, парочка больших досмотровых, Черный суд, где проводились заседания исключительно над работниками Министерства, множество архивов, начиная с исторического архива, заканчивая архивом всех дел, что происходили в этом здании. У вышестоящих имелись свои покои, чтобы в случае чего можно было оставаться в Министерстве столько, сколько этого требует работа. Все возможные отделы, такие как: МБСБ, отдел учета, зарплаты, бухгалтерии, отдел стражников лесов, отдел дел переговоров, судебный и тюремный отдел, отдел главных назначений, отдел разбора, отдел персонала и еще бесчисленное количество отделов, которые делятся на свои подотделы. - Налево, второй коридор, - неуверенно проговорила Лилу. - Слишком большое здание, чтобы с первого раза выяснить, где нужный архив, - ей явно было тяжело, Риям это понимал и не торопил ее, сам бы он, наверное, неделями рисовал себе карту этого здания. Риям последовал во второй коридор, который разветвлялся в разные стороны словно лабиринт. Одиночные двери, которые вели в личные кабинеты, большие стеклянные двери, которые вели в отделы. Ям смотрел на таблички, пытаясь понять, где находится, чтобы Лилу было легче ориентироваться. Перед ним был небольшой зал, который вел в отдел регулировки дел, а рядом располагались другие двери, которые вели в кабинеты более узкого профиля этого отдела. - Направо, - сказала лисица, наблюдая глазами Рияма. - Нам надо зайти в серую дверь в конце, - уточнила она. Дойдя до большой металлической двери, Ям огляделся, прежде чем дернуть за ручку и проскочить внутрь. Он оказался на другой лестнице. Поморгав пару раз, он неуверенно спросил: "Что дальше?". - Нам надо подняться на этаж выше, там будет вход в архив, - сказал Лилу, выдохнув с облегчением. Войдя в архив, Риям растерянно огляделся. Он был настолько большим и высоким, что стеллажи с записями поднимались на два метра, если не больше. Сейчас он стоял на небольшом балконе, осматривая масштабы помещение сверху. Спустившись вниз, он стал проходить мимо стеллажей: быстро отыскать нужную информацию не получится. Бродя вдоль, Ям наткнулся на надпись на одном из стеллажей: "Архивные документы 1991 года, самородки". Значит, для упрощения работы они все-таки подписывали их, это упрощало поиски в сотни раз. Рияму нужно было найти подходящий стеллаж с годом рождения Сабины. - Вот оно... - тихо сказал Ям после десяти минут поисков нужного стеллажа. Он стал быстрым взглядом сканировать папки, ища нужную, на которой будет написано: Сабина Томс. Отыскав нужную папку, Риям схватил ее, быстро раскрыл и забегал глазами по информации внутри. "Сабина Томс. Год рождения ХХ. Пол - женский. Набор гармонирующих стихий: Иллюзия/Вода. Родители: отец - Даниель Томс (1986), папа - Глор Томс (1988). Семейный статус: обычный род. Деятельность родителей: оба родителя состоят в научном отделе Министерства. Подотдел: разработка лекарственных препаратов. Спец сводка: Даниель Томс - был осужден на Черном суде по делу: кража документов из Архива судебных дел, а так же нарушение взглядов Министерства. Приговоренный срок осуждения 6,5 лет. Глор Томс - был осужден на Черном суде по делу: сговор в краже документов из Архива судебных дел, помощь в незаконном проникновении на собственность Министерства. Приговоренный срок осуждения 5 лет". Риям захлопнул папку, задумчиво глядя на нее. Этой информации было мало. Как Ям знал, ее родителей освободили примерно в одно время, что не сходится с документами. Он развернулся, двинувшись обратно, читая года на стеллажах. Отыскать нужные папки было проще, чем он думал. "Даниель Томс. Год рождения 1986. Пол - мужской. Набор гармонирующих стихий: Телепатия/Вода. Родители: неизвестен. Семейный статус: неизвестен. Супруг: Глор Томс. Дети: Сабина Томс (ХХ год). Спец сводка: установление личности в 2001 году. Ранее проживал в Уорен Дель, рос без родителей. С поступлением в школу прошел идентификацию. Преступная деятельность: был осужден на Черном суде по делу: кража документов из Архива судебных дел (дело №102952), а так же нарушение взглядов Министерства. Приговоренный срок осуждения 6,5 лет. Записи с допроса осужденного: совершил преступление с целью разузнать о ранее произошедшем деле, из личных побуждений. На собраниях научного отдела предлагал создание лекарственных препаратов, способных лишать той или иной стихии, с целью в дальнейшем разработать препарат, способный наделить желаемой стихией. Добавлено: оговоренный тюремный срок пройден, тюремное заключение без нарушений. Выпущен на свободу ХХ года". "Глор Томс (ранее Макерье). Год рождение 1988. Пол: мужской. Набор гармонирующих стихий: Иллюзия/Огонь. Родители: отец - Михаль Макерье, мать - Глория Макерье. Семейный статус: обычный род. Деятельность родителей: небольшая торговая лавка в городе Уорен Дель. Супруг: Даниель Томс. Дети: Сабина Томс (ХХ год). Преступная деятельность: был осужден на Черном суде по делу: сговор в краже документов из Архива судебных дел, помощь в незаконном проникновении на собственность Министерства. Приговоренный срок осуждения 5 лет. Записи с допроса осужденного: совершил преступление с целью помощи своему супругу в краже документов из Архива судебных дел (дело №102952). Использование Иллюзии на вышестоящих сотрудниках Министерства для отвлечения внимания и проникновения в Архив. Добавлено: проговоренный тюремный срок увеличен на 1,5 года. Тюремное заключение с нарушениями: угрозы убийством в адрес надзирателей, попытка побега. Выпущен на свободу ХХ года. Теперь картина в голове Рияма потихоньку складывалась. Наверняка нарушения Глора были намеренными, чтобы увеличить срок. Только вот зачем? Зная, что у него есть ребенок, который вынужден жить под чужой опекой, увеличивать себе срок? Возможно, они размышляли над планом или искали союзников в тюрьме. Но ставить месть выше собственного ребенка? Теперь понятно, почему Сабина такая закрытая и зажатая. В воздухе возник клочок бумаги, который явно принадлежал Уильяму. "У тебя 10 минут, если ты не выйдешь, я пойду тебя искать!" Риям лишь хмыкнул, представляя недовольное лицо Уила, который обеспокоенно ждет его на улице. Положив папки на место, Ям поспешил выйти из архива и поскорее покинуть Министерство.