В города?
18 апреля 2023 г., 10:02
Игорь не спал. Как тут заснешь, когда держишь в себе столько мыслей, невысказанных слов, чувств? «Хотя, наверное, так даже лучше.» — думал Игорь, пытаясь успокоиться. — «Он пострадает, конечно, но забудет, и будет жить нормальной жизнью, как все! А я бы ее сломал, причем не только ему, но и себе. А так — найдет себе подружку еще, может, и галлюцинации его пройдут…». Думал он, конечно же, о Валере. Раньше Корзухин полагал, что к Лагунову у него только чувства, какие испытывают к младшим братьям или детям, даже в какой-то степени отеческие. Но осознание пришло в тот момент, когда он, целуя Несветову, вспомнил именно о нем, а не о других девушках, которых он когда-то целовал. Ему такие ощущения были не в новинку — все уже было в его жизни, и первая нетрадиционная любовь, конечно, тайная, тоже. Но все было по-другому, совсем по-другому.
Размышления Игоря прервал пронзительный крик из палаты. «Твою мать, неужели с ними хотя бы одного спокойного вечера не будет?!» — раздраженно думал вожатый, натягивая спортивные штаны, которые удачно валялись на полу.
Крик не стихал, а, казалось, наоборот, усиливался, как сирена. Кричали в палате Лагунова.
—Что опять здесь происходит? — еще не зайдя внутрь, начал Игорь. Когда он зашел, то увидел странную картину: Хлопов лежал на кровати Валеры, с которой был сорван вездесущий «домик», и подхныкивал, скрючившись так, будто бы в него выстрелили картечью. Лагунов, только нашедший свои очки, испуганно смотрел то на него, то на Хлопова. Остальные пионеры спросонья поняли столько же, сколько и Игорь, — ничего.
—Лагунов, выйди, пожалуйста. — сказал Игорь и Валера, чуть ли не дрожавший от страха, поплелся к выходу. Разве этого он хотел добиться? Разве так дети реагируют на просьбы вожатого? Вспоминая, как он сам же на него накричал прошлым вечером, Игорь почувствовал, как ему стало еще стыднее.
—Игорь Саныч, простите, я случайно, он…
—Валер, что случилось? — как можно мягче спросил Игорь.
—Вы все равно мне не верите, но он полез кусаться, а я его пнул, но не так сильно, и вообще, он боли не чувствует! Не должен, по крайней мере. — протараторил мальчик и прижался к стенке.
Нет, все-таки, Валера уже не настолько маленький, чтобы придумать себе таких реалистичных вампиров и до слез пугаться залезшего к нему друга! Может, он все-таки говорит правду, но это все так невероятно, что верится с трудом до сих пор.
—Валера, иди ко мне в вожатскую, я тут пока детей успокою. — сказал он Валере и развернул пионера по направлению к вожатской.
—Хлопов, хорош комедию ломать уже. — обратился Игорь уже к Хлопову. — Не так уж сильно тебя и ударили.
Тот молча повиновался.
Валера неловко стоял у дверей вожатской. В коридоре было темно, да и сейчас он стоял полностью беззащитный перед пиявцами — кусай, кто хочет. В целом, хуже уже не будет, а если его укусят — то станет даже легче, ведь он все забудет, и просто доживет до конца смены спокойно. Лагунов просто устал. Такое чувство, что вся его жизнь — это бесконечная борьба со всеми окружающими: в школе с одноклассниками и учителями, с экзаменами, но все это в прошлом. А теперь — вампиры. «Но когда я уеду из «Буревестника», все же будет хорошо?» — думал пионер. — «В городе не будет стратилатов, Игоря Саныча, Хлопова, и я забуду все это как страшный сон.»
Игорь вернулся и жестом пригласил его внутрь. Он снял штаны и сел на кровать, приглашая Валеру сесть рядом. Кудрявый делал вид, что спит, но у него это плохо получалось.
—Спать с пионерами непедагогично. — картаво пробормотал Плоткин, вставая.
—Тебя забыл спросить. — отмахнулся от него Игорь.
Плоткин усмехнулся и вышел из вожатской, наскоро одевшись и сказав, что скоро вернется.
—Как кстати он вышел! — улыбнулся Игорь и закрыл дверь. — Валер, нам надо поговорить. — он сделал паузу и неловко помолчал. — Можешь остаться у меня, с Хлоповым сейчас опасно оставаться наедине.
Валера, услышав это, завернулся с головой в одеяло и лег лицом к стене. «Не хочет разговаривать.» — догадался Игорь.
Корзухин лег рядом. Кровать оказалась тесновата для двоих, но Валера много места не занимал. Лагунов в своем коконе лежал неподвижно, казалось, что даже не дышал.
—Может, в города? — осторожно спросил Игорь.
—Москва. — пробубнил Валера. Контакт есть.
—Астана.
—Архангельск.
—Курск.
—Кузнецк.
—Киев. — ответил Игорь, а про себя подумал: «Он что, специально выбирает города на К?»
—Витебск. Это в Латвии.
—Спасибо, а то я уж подумал, в Китае! — Корзухин улыбнулся. — Казань.
Игорь разлегся на кровати, придавливая слегка Валеру к стене. Под одеялом он чувствовал тепло его тела и дыхание. За внешним спокойствием вожатого скрывался ураган эмоций, которые он не может явить в полной мере.
—Новосибирск. — Валера скинул часть одеяла, так, что из «кокона» показалась его голова и плечи, но не повернулся лицом.
—Киров.
Валера медлил с ответом.
—Что, город на «К» придумать не можешь? — весело спросил Корзухин, совсем чуть-чуть хлопнув Валеру по плечу. Какие у него худые и тонкие плечи, какая мягка и теплая кожа!
—Воронеж.
—Житомир.
—Много еще городов на Украине знаете? — пошутил Лагунов и повернулся в профиль.
—С тебя город на Р!
—Рыбинск!
—Ах ты блин!… — Игорь привстал, оперевшись на локоть, — Ты специально?
—С чего Вы это взяли, Игорь Александрович? — ответил пионер, сделав особое ударение на «И».
—К… Казань была?
—Только что была, Игорь Саныч.
—Вот заладил, Игорь Саныч-Игорь Саныч! Давай хотя бы не так часто, Валерий Николаевич! — отчего-то Игоря выбесило его имя-отчество именно из-за того, что его так называл Валерка.
Их взгляды пересеклись. Ехидная улыбка на лице Лагунова сменилась смущением, и оно передалось и Игорю.
—Хорошо… только Вам все равно город на К.
—Константинополь был?
—Не было. Липецк. — выражение ехидства снова вернулось к пионеру.
—Кузнецк!
—Был!
—Да не было его! — Игорь стал напирать, даже привстал над Валерой, из-за чего тот сдался.
—Может быть, и не было… — севшим голосом ответил пионер. — Кстати, знаете, была у меня такая история…
—Эй, ты меня не заговаривай! — улыбнулся вожатый. — Не выйдет, хитрец!
—Да я быстро! В общем, выходила у меня слабая тройка по географии… Не подумай, у нас препод очень странный был, всем трояки ставил, кроме одной отличницы. Так вот, и был у него пунктик на «Города». — Валера говорил сбивчиво, не глядя на вожатого. Он вынул из-под одеяла руки, чтобы жестикулировать. — Как-то он поспорил с нами, что тот, кто обыграет его в «Города», получит 5 за год. Ну и решил я, значит, рискнуть, потому что выпускался. Но городов я никаких не знал, и решил взять с собой старую линзу от очков — она увеличивающая. В общем, я наводил ее на карту, читал города, так и выиграл. Географ, конечно, раскусил меня, но решил поставить за год 4 за изобретательность.
—Круто… Кстати, зачем ты так рано из школы ушел? В училище тяжелее учиться, разве нет?
—Зато поступить туда легче, а потом без экзаменов берут в вуз. Короче говоря, для меня одни плюсы. А вообще, давай не будем об этом всем, я сюда отдыхать приехал. — Валера невесело усмехнулся — отдыха в «Буревестнике» точно не получилось.
Оба какое-то время молчали, лежа вплотную друг к другу — их разделяло только тонкое летнее одеяло. Между ними чувствовалась нетоварищеская неловкость. Странное это чувство, необъяснимое, и очень сильное.
—А в душе-то ты зачем насрал? — спросил Игорь неосознанно, будто проговаривая мысли вслух.
—Ну, как сказать… Вы правильно определили суть тогда. — Валера замялся, но не отвернулся от Корзухина.
—Внимание привлекал? — пионер кивнул. — Ну хорошо, я весь во внимании, что ты хотел? — Игорь приподнялся над ним. Тот отвел взгляд.
—Ну, Вы сами сказали, что это не мое дело…
—Нет, раз ты уж начал, значит дело как раз-таки мое! — он положил Валере руку на плечо.
Лагунов резко сел, оказавшись выше Игоря Саныча. Тот тоже выпрямился и заглянул Валере в глаза.
—В общем, я все понимаю, как это выглядит, и что это неправильно, но… У меня в первый раз такое, чтобы так сильно, в общем… — Валера потянулся к Игорю и слегка поцеловал его, не в губы, а как-то рядом, не попав в цель, остановился на доли секунды, а потом так же быстро завернулся обратно в одеяло. — В общем, это глупо, забудьте, я…
Игорь перебил Валеру и обнял его, развернув к себе и прижав его к груди.
—Я тоже, Валер, я тоже… — ответил он, запустив руку в его темные послушные волосы. Валера ответил, обняв Корзухина за талию. От холода рук Лагунова по теплой спине Игоря пошли мурашки.
Сердце Валеры все никак не могло успокоиться и билось сильнее, а Игорь, чувствуя Лагунова рядом, наоборот, успокаивался — столько вопросов разрешилось сразу. Конечно, сейчас перед Корзухиным стояли куда более сложные задачи, но все это будет потом. А сейчас они с Валеркой одни, влюбленные и счастливые. Разомлев, он с легким сердцем заснул.
