Волосы цвета карамели и поцелуй со вкусом слёз

      На следующий день к ней завалился Юнги с целым пакетом фруктов и двумя бутылками его любимого бурбона. — Ты депрессуешь неправильно, малыха, — улыбнулся он своей неповторимой десневой улыбкой, — у меня тут все, что нужно для правильной страдательной атмосферы. — Юнги помахал перед ничего не понимающей девушкой двумя дисками. На одном был «Призрак Оперы», а на другом «Реальная любовь». — Когда ты стал экспертом в страдательной атмосфере для девушек с разбитым сердцем, Юнги-оппа? — Кэт не сдержала улыбки. От друга веяло таким теплом, что он, казалось, исцеляет ее душу одним своим присутствием. — Обижаешь. — Многозначительная пауза. — В интернете статью почитал, — оба прыснули в кулак, забыв на секунду обо всем остальном мире.       Кэт нарезала фрукты, пока Юнги орудовал с телевизором, подключая проигрыватель. Через несколько минут они, удобно устроившись на тесном диванчике бок о бок, стукнулись бокалами с янтарной жидкостью, включая фильм.       Увлеченный просмотр был прерван стуком в дверь минут через тридцать после начала фильма. Кэт в недоумении глянула на Юнги и подошла к двери, нервно выдыхая, увидев гостя в глазок. — Я кое-кого привел повидаться, — с этими словами Чимин шагнул в сторону, открывая смущенную фигуру младшенького, который несмело улыбался ей. — Куки!!! — Кэт бросилась на шею бантану, продолжая восторженно пищать. — Боже, я успела ужасно по тебе соскучиться.       Чимин тем временем прошел в квартиру, с удивленным смешком встречаясь со взглядом Юнги. — О, и ты здесь? — Блин, бурбона теперь, похоже, не хватит, — Шуга засмеялся, протягивая руку брату. — Юнги-хён, а ты здесь откуда? — с лица Чонгука не сходило удивленное выражение, которое так ему шло, придавая парню сходство с зайчиком. — Птичка принесла, — Юнги закатил глаза. — Как в старые добрые времена, — Кэт выдавила улыбку, стараясь не думать о причине разъединения с этими замечательными людьми, к которым она очень привязалась. — Кэт, у тебя такая милая квартирка, о, а это что, пианино? Такое старое, — Чон улыбнулся, — а когда ты вернешься? — он тут же получил очень чувствительный тычок в бок от Чимина. — Эм… Я хотел сказать, давайте фильм с начала поставим? Я давно хотел его посмотреть. — Макнэ бросил на Кэт виноватый взгляд, на который она ответила благодарной улыбкой.       Полтора литра бурбона закончились как раз к концу фильма. Чонгук украдкой вытирал слезы, Юнги беззлобно над ним подшучивал, обвиняя в излишней сентиментальности, Чимин сидел молча, бросая на Кэт нечитаемые взгляды. Девушка устроилась на подлокотнике со стороны Юнги, закинув руку на спинку дивана и получая искреннее удовольствие и чувствуя всеобъемлющую благодарность к друзьям.       Ребята еще некоторое время поболтали, перебрасываясь шутками, но им пора было возвращаться, назавтра намечался тяжелый день в студии.       Юнги и Чонгук крепко обняли подругу на прощание. Кэт не переставала удивляться изменениям в самом нетактильном человеке, которого она знала, пока сжимала Шугу в объятиях. Чимин ограничился сдержанным кивком. Кэти закрыла за друзьями дверь, смиренно пуская в душу холод, который они прогоняли своим присутствием. Так хотелось попросить их вернуться и никогда ее не покидать. Даже Чимина, чьих мотивов она искренне не понимала. Он молчал и выглядел отстраненным, не заводя больше разговор о том, что произошло, не пытаясь залезть к ней в душу или вообще сделать хоть что-то. Он просто был здесь.       Через несколько минут в дверь раздался очередной стук и Кэт подумала, что кто-то из бантанов, должно быть, что-то забыл у нее. — Чимин? — Кэт не сдержала удивление в голосе. — Забыл что-то? — Она окинула взглядом гостиную, ища неизвестно что. — Нет. Не против, если я останусь? — вопрос был чистой формальностью, парень уже прошел в комнату. — Так, я, кажется, поняла — Кэт неприятно кольнула догадка, и она скрестила руки на груди, — я не собираюсь ничего с собой делать, так что ты спокойно можешь возвращаться в свою удобную кровать и передать Юнги то же самое. — Рад за тебя, но я просто не хочу туда сегодня возвращаться. Кроме того, я принес еще виски. Поддержишь? — Парень невинно хлопал ресницами. — Споить меня решил? А что, ладно, будь по-твоему, — Кэт безразлично пожала плечами и села рядом с бантаном, который позволил себе легкую полуулыбку.       По телевизору шел какой-то ромком, отлично подходящий для легкой атмосферы алкогольных возлияний. При гостях Кэт пила немного, не желая терять лицо, но сейчас как будто рухнул какой-то внутренний барьер, и девушка начала пить с Чимином наравне, быстро пьянея во взаимном молчании, которое он наконец разрушил спустя продолжительное время. — Как думаешь, почему я согласился на проект в Штатах? — Спросил он тихо. — Так и знала, что стратегия продвижения группы — чушь полная, — заплетающимся языком проговорила девушка, — что ж, удиви меня, Пак Чимин. — Я думал, что это слишком очевидно, но ты, похоже, действительно не догадывалась. — Чимин, казалось, сам удивился своим словам. — Не мог смотреть на тебя с моим братом. — Что я, по-твоему, настолько ему не подхожу? — Упоминание о человеке, который стал причиной ее нынешнего состояния заставило девушку поежиться, втянув голову в плечи. — Нет. Не ты. Он тебе не подходит. — Чимин сглотнул, подходя к самому важному, заглядывая Кэт в глаза, ожидая в них блеска озарения. — Это уже не важно. — Кэт упорно не понимала, к чему клонит парень. А еще говорят, что мужчины не понимают намеков! — Важно. Для меня важно. — Что? Что ты сказал? — Кэт наконец уперлась в собеседника мутным взглядом. — Я так и не смог выкинуть тебя из головы. И из сердца… — Чимин спрятал глаза, опустив голову, отдаваясь на волю судьбы. — Ты, наверное, шутишь… Чимин, да я с собственными чувствами не могу разобраться, что мне теперь делать еще и с твоими? — Кэт нервно запустила пальцы в волосы, неосознанно повторяя фирменный жест Чимина. — Я не прошу тебя что-то делать или принимать какие-то решения. Просто хочу, чтобы ты знала. Ты дорога мне, поэтому я буду рядом, если ты позволишь. Поддержу. Ты не должна проходить через это одна. — И ты согласен на это, не надеясь на мою взаимность? — Да. - Вот так просто и тихо, не поднимая глаз от созерцания собственных ладоней. — Да ты еще больший дурак, чем я! - Кэт вскочила и готова была ударить его. Выбить эту дурь из его скорбной головы. - Твой альтруизм раз за разом выходит тебе боком, но ты продолжаешь самоотверженно отдавать всего себя остальным! Я этого не заслуживаю, ты же понимаешь... - Тихий всхлип все-таки вырвался сквозь сжатые зубы. - Ты не сможешь меня исправить... Я сломана, Чимин! И дело даже не в Намджуне. — Это ты дура! Ты не решишь своих проблем, снова ото всех закрывшись. И от самой себя ты в этой квартирке не спрячешься. Хватит наступать на одни и те же грабли! Вокруг тебя есть люди, достойные твоего доверия. — Чимин тяжело дышал, сверкая глазами. — Расскажи, что тебя гложет, и мы вместе что-то придумаем. Я все равно никуда не денусь, нравится это тебе или нет! — Нет. Ты меня не слышишь. Мне не нужны твои чувства. Мне свои-то не нужны. — Кэт в отчаянии шагнула в сторону, слегка пошатываясь, не зная, что собирается сделать. — Ладно, — Чимин поднялся следом, — пусть пока все останется так, но даже не думай отделаться от меня. — Сейчас ты лишь заставляешь меня чувствовать себя еще большей сволочью. — Просто позволь мне быть рядом. — Он приблизился к ней, протягивая руки, и Кэт шагнула ему навстречу, не успев обдумать свое решение. — Мне так жаль. Я порчу жизнь близким людям. Это все моя вина. Я рассорила вас. Но я этого не хотела… Я не хотела, чтобы все было так. — Кэти не заметила, как начала всхлипывать. — Не хотела становиться причиной ваших проблем. Вы — все, что у меня есть. Вы должны меня ненавидеть, и это будет правильно. — Девушка судорожно цеплялась за тонкий шелк черной рубашки Чимина, будто это единственное, что удерживало ее от падения в бездну, где останется только она и ее демоны. — Ты абсолютно ни в чем не виновата, Кэти. — Чимин начал поглаживать ее по спине, мечтая забрать ее боль. — Все наладится. Пусть сейчас ты и не видишь выхода. — Мир не заслуживает тебя, Пак Чимин, — девушка грустно рассмеялась сквозь слезы. — Скажи мне, кто заберет твою боль, когда ты не сможешь больше вбирать в себя чужие страдания? — Со мной все нормально, это не то, о чем стоит переживать. Как насчет пьяной прогулки по парку? Два часа ночи — самое подходящее время, не находишь? — Ну уж нет! Ты ляжешь спать, ведь тебе в студию с утра. — Кэт вмиг успокоилась, отходя от парня и натягивая на лицо грозный вид. — Хорошо, мам, — улыбнулся бантан, радуясь тому, что настроение девушки хоть немного, но изменилось.       Чимину пришлось спать на диване, поэтому с утра он выглядел чуть более помятым, чем обычно с утра. Кэт сделала ему кофе и омлет, прежде чем он убежал навстречу новому дню.

***

      Намджун заставил себя выйти из комнаты на следующий день и направился прямиком к Юнги. — Надо поговорить. — Лидер еще никогда не выглядел, как побитая собака. — Уверен? — Ледяным тоном Юнги можно было запросто решить проблему глобального потепления. — Я знаю, что ты зол. У тебя есть на это право. А у меня нет оправданий. Я напортачил. — Награду за приуменьшение века в студию! — Намджун проглотил язвительное замечание. — Я должен с ней поговорить. — Нет. Забудь об этом. — Юнги, я знаю, что уже ничего не вернуть. Но я должен попытаться. Я люблю ее. — Странно. Любишь ее, а в туалете трахаешь другую. — Я даже не понял, как это произошло. Я пошел в туалет, был жутко зол на Кэт и Чимина. Дженни, как оказалось, шла следом и просто толкнула меня, усаживаясь верхом. Я сначала сопротивлялся, а потом мозг будто отключился… Она без конца шептала о том, как любит и как хочет меня и мой член. Кэт никогда такого не говорила… Я не оправдываюсь, я хочу, чтобы ты меня понял. — Я понимаю, что пьяная похоть может сыграть с мужиком злую шутку, но, чувак, она плакала под тобой и вырывалась, а тебе было похер. Ты бы трахнул ее против воли? — Что? Да о чем ты говоришь? Конечно, нет! Она упала, а я случайно порвал ее рубашку, ухватившись за нее во время падения. — Он немного лукавил, но не мог признаться в этом даже самому себе. — А там Чон прибежал на наши крики и все неправильно понял. — Не знаю, Намджун. Как ты все исправишь? Кэт никогда тебя не простит. Ее уволили из-за тебя. — Поэтому я и должен с ней поговорить. Я сделаю все, чтобы вернуть ей работу. И дом. — Не думаю, что у тебя что-то получится, но я дам тебе ее адрес. Имей ввиду, что если она опять сбежит, я уже не буду таким понятливым и рассудительным. — Я на большее и не надеялся. Спасибо, брат. — Джун крепко пожал руку Юнги, хлопнув по плечу и вышел из комнаты, намереваясь прямо сейчас попросить прощения перед макнэ за свое поведение.       Чонгук, как и ожидалось, не держал обиды на хёна, искренне желая помириться. Проблемой оставался Чимин, не вернувшийся вечером домой.       И на следующий день. И всю следующую неделю.

***

      Намджун застал всех мемберов в кабинете Седжина, которого предусмотрительно попросил отложить встречу на полчаса. Только там он мог поговорить со всеми, не боясь очередного скандала.       Чимин вскочил, яростно метая взгляды в хёна, готовый снова броситься на него с кулаками. — Сядь, Чим. Это касается Кэт. — Юнги, сидевший рядом, потянул друга за толстовку. — Юнги правду говорит. — Начал РМ, встречаясь взглядом с самым вспыльчивым из них. — Ее уволили из-за меня. Помогите вернуть ее. — У тебя есть какой-то план? — Тэхён не хотел вникать в эти нелицеприятные разборки между братом и его девушкой, к которой он неплохо относился, но ему было обидно, что Кэт потеряла работу. — Да. Завалимся к Ши Хёку и скажем, что разорвем контракты с компанией, если он не вернет нам ассистента. — Да уж, очень оригинально, — хлопнул по столу Джин, — а план Б имеется? — Гениальность этого плана в его простоте. Конечно, мы не сможем больше разыграть эту карту, но оно того стоит. — Хоби улыбался, как обычно. — Чего ты добиваешься? Она не вернется домой. — Чимин бросил презрительный взгляд в сторону, где сидел РМ. — С этим я как-нибудь разберусь… — Было непривычно видеть Рэпмона таким нерешительным и скованным. Он всегда знал, что нужно сказать и как себя вести. Но не в этот раз. — Разобрался уже! — Чимин опять вскочил на ноги, грудь ходила ходуном от клокочущего в нем гнева.       Перед глазами парня пролетела прошедшая неделя. Опустошенная девушка, постоянно просыпавшаяся среди ночи в слезах. Четыре дня прострации, когда она просто не вставала с кровати, не реагируя на метавшегося Чимина. Последние два дня, когда она пошла с ним на контакт, даже пару раз улыбнулась, а засыпала только держа его за руку. Ему оставалось лишь сидеть, прислонившись спиной к кровати и благодарить даже за эту близость. — Слушай, если ты считаешь, что я недостаточно виню себя или если тебе станет легче, то можешь еще раз мне навалять! — Звучит, как охуительная идея! — Чимин сделал шаг в сторону лидера. — Только вот Катарине это не поможет, мальчики, — Седжин отлепился от стены, заставляя парней теряться в догадках, как долго он там стоял и как много успел услышать. — Я помогу с Ши Хёком. Не знаю, что у вас произошло и подозреваю, что правду вы мне все равно не расскажете, но эта девочка не заслужила такого. Да и, должен признаться, я без нее совершенно зашиваюсь. Проморгал контракт с Гуччи. Просто не увидел в куче писем их предложение, которое было ограничено по времени.

***

      Катарина сидела в кофейне напротив дома, наслаждаясь осенним прохладным воздухом, который помогал прочистить голову от одолевавших ее мыслей. Пора было искать работу. — Прошу, не сбегай. — Кэт подскочила, услышав до боли знакомый голос, от которого перехватило дыхание. Намджун был все таким же щемяще красивым и высоким. Классическое пальто дополняло строгий образ, который портили лишь круги под глазами, которые хотелось стереть прикосновением. — Долго же ты искал дорогу. — тон Кэт звучал спокойно, не выдавая ее горячего желания ощутить тепло родных объятий. — Знаю. Надо было сразу прийти. Я трус. Боялся увидеть вот этот твой взгляд. В котором больше не плещется нежность ко мне. — Джун сглотнул, проводя ладонью по глазам. — Можно я присяду. — Короткий кивок. — Как ты? — Отлично, спасибо, что спросил. — Кэт разочарованно смотрела на парня и не понимала, что нужно говорить или делать. Лишь бы прекратилась эта боль в душе. — Кэт… — Намджун поднял на девушку глаза, полные непролитых слез. — Знаю, что любые слова сейчас прозвучат неуместно. Хотел бы я, чтобы ты заглянула в мою душу и увидела все своими глазами. Я так виноват перед тобой… Я люблю тебя до боли, до хрипа. Но я сам все испортил. Это я переживу. Меня убивает тот факт, что я причинил тебе боль. - Кэт видела, что он говорит искренне. Ему было больно. Может даже больнее, чем ей. Джун сидел, неестественно выпрямив спину, заламывал руки и в целом выглядел как человек, находящийся на грани истерики. Или сумасшествия. Глаза лихорадочно блестели. — Джун… — Одинокая слеза скатилась по спокойному лицу. — К чему сейчас эти разговоры? Я верю, что ты не хотел этого, но сделанного не воротишь. Не я первая, и не я последняя, чьи отношения разрушились подобным образом. — Может мы сможем?.. — Нет. Джун, я с Чимином. — Кэт не знала, зачем она это сказала, в тот момент это показалось правильным. Парень осекся на полуслове, чувствуя, что мир треснул и закружился перед глазами, бросая его в самый ад. — С Чимином? — РМ глупо повторил ее слова, пытаясь обработать информацию. — Да. С Чимином. — А-а… Хорошо… Я не знал. — Это все? Мне уже пора, он должен скоро вернуться, — Кэт не знала, что Чимин наблюдал за ними с противоположного конца улицы, оставаясь незамеченным в тени дерева. — Что? А, нет. Я… А, точно. — Джун с трудом взял себя в руки, пытаясь сфокусировать взгляд на зеленых глазах, пока в его душе что-то разбивалось, разлетаясь на мелкие острые осколки, полосуя внутренние органы и мешая дышать. — Пришел сказать, что тебе вернули должность, и парни были бы счастливы, если бы ты вернулась домой. Я не буду вам докучать, но был бы рад иметь возможность просто общаться с тобой иногда. — Что? — Была очередь Катарины удивляться. — Ши Хёк лично меня уволил. — Он передумал, ты можешь вернуться к своим обязанностям хоть сегодня. Также тебе будет выплачена неустойка. — Ты смог удивить меня, Ким Намджун, — слабая улыбка, — но я должна подумать. Пока. — Пока, крошка Кэт… — Намджун прошептал это пустоте, где только что сидела девушка.       Просидев так несколько минут и пытаясь осознать, что вкус тления на языке — это горечь убитой надежды, парень вышел на крылечко кофейни, но не смог спуститься, обессиленно осев на ступеньке, прикрывая руками лицо, по которому струились слезы. Ему некого винить в произошедшем, и тем не менее сейчас он отчаянно нуждался в том, чтобы кто-нибудь его обнял и успокоил, переубедил, сказал бы, что жизнь на этом не заканчивается. Но рядом никого не было, Джун ощущал себя так, будто остался совсем один в этой вселенной.       Он ведь знал, понимал, что ничего не выйдет, но глупое сердце продолжало верить, несмотря на голос разума. Он должен ее отпустить. Даже если его это сломает окончательно. Даже если это значит, что она теперь будет с его братом. Это только его вина. К черту все!

***

      Дни пролетали, как в гребаных «Сумерках», когда Бэлла пялилась в окно месяцы напролет. Катарина вернулась к работе, чему Седжин был несказанно рад, но в общежитие не вернулась, ведя деловую переписку из дома, отправляя менеджеру всю необходимую информацию.       Но, стоило ей отвлечься от работы, и ее мозг просто отключался, оставляя тело в прежнем положении. Это немного пугало Чимина, который проводил рядом все свободное время, пытаясь отвлечь и рассмешить. К ним частенько заходили Юнги, Чонгук и Ви, они смотрели фильмы или обсуждали ближайшие планы, избегая разговоров, касающихся их лидера. Кэт привыкла к тому, что Чимин решал ее проблемы, закупал продукты, провожал гостей и ничего не требовал взамен. Девушка знала, понимала, что это эгоизм чистой воды, но она так остро нуждалась в его успокаивающем присутствии, что не смела разрушать эту видимость идиллии, мерцающей дымкой опустившейся на ее существование.       В один из промозглых октябрьских дней девушка осознала, что в очередной раз провалилась в прострацию, сидя на диване перед выключенным телевизором, с удивлением понимая, что уже успело стемнеть, когда ее вывел из этого состояния нежный звук клавиш старого пианино. Чимин в полумраке спальни тихо наигрывал грустную мелодию, так что девушка беззвучно подошла к нему, садясь рядом на небольшой кушетке. И тогда он запел. Тихо, почти шепотом, но так чувственно, что у Кэт с первых строк из глаз потекли слезы, высвобождая сдерживаемые эмоции. Этот сад расцвёл, полный одиночества. Песочный замок, к которому я себя привязал, полон шипов. Как твоё имя? Где ты? Можешь мне сказать? Я видел, как ты пробралась в этот сад. И я знаю, твоё тепло, оно настоящее. Я хочу взять тебя за руку, которой ты срываешь синий цветок. Это моя судьба, не улыбайся мне. Не смотри на меня, мне к тебе не прийти, Ведь ты так и не произнесла мне своего имени. Ты знаешь, я не могу показать тебе себя, дать тебе себя, Я не могу показать тебе свой неприметный облик. Идя к тебе, я снова надеваю маску, Но я всё ещё хочу тебя. В одиноком саду расцвёл цветок, что похож на тебя. Я хотел подарить тебе его, сняв эту глупую маску. Но я знаю, что никогда так не сделаю, Я должен скрываться, ведь я уродлив. Я такой страшный и убогий. Я так напуган, что в конце ты снова меня оставишь. Поэтому идя к тебе, я снова надеваю маску. Что я могу поделать? В этом саду, в этом мире Я расцветаю цветком, похожим на тебя, Ты знаешь, что я дышу тобой. Но я всё ещё хочу тебя, Я по-прежнему хочу тебя. Может быть, тогда лишь немного, всего лишь немножечко, Если я наберусь смелости стоять перед тобой, то сейчас всё изменится? Я плачу, скрываюсь, падаю, Оставшись один в песочном замке, Я смотрю на сломанную маску. И я всё ещё хочу тебя. Но я все еще хочу тебя…       Потрясенная Кэт сидела в звонкой тишине, завороженная голосом и музыкой, которая легким ветерком сдувала пепел с ее сердца. Чимин тяжело выдохнул, выпустив наконец эту песню на волю, освобождая душу от гнетущей тяжести. — Когда ты написал ее? — В Штатах начал. Закончил пару минут назад. — Он был сейчас перед ней абсолютно обнажен и беззащитен, и это очень пугало Кэт.       Она никогда не слышала ничего более совершенного и чувственного, чем эта песня, спетая его голосом. На нее ушатом ледяной воды вдруг вылилось осознание глубины чувств сидящего рядом парня. И он ни о чем не просил. Ничего не требовал. Просто был рядом, когда был нужен и уходил в тень, забывая о себе, когда она справлялась сама.       Кэт кончиками пальцев повернула его лицо к себе, видя в глазах напротив хрустальные слезинки, вновь пропуская через себя бьющие током болезненные эмоции, когда она прикоснулась к его губам в невесомом поцелуе.