Кусай нежнее

      Женька захлопывает учебник по Истории искусств и отъезжает от стола, крутанувшись на стуле. Часы показывают уже почти полночь, а завтра днем последний экзамен зимней сессии, и нужно хорошенько выспаться. Он едва успевает переодеться в пижаму, когда слышит за окном знакомый шорох. На лице сама собой возникает радостная улыбка, когда в лунном свете проявляются знакомые очертания.       Серега одним движением перемахивает через подоконник и сгребает Женьку в охапку. Холодный с улицы и пахнущий лесным снегом, он жадно целует его смеющиеся губы.       — Так и будешь по ночам навещать, как любовник из анекдота? — Женька слегка пихает в грудь и поднимает глаза.       — Да как-то неудобно, Жень. Что твои скажут?       — Так я же про нас им еще месяц назад рассказал, а ты все через окно. Или думаешь, они верят, что у нас ничего не было?       — Может, и догадываются, — Серега перебирает пальцами его волосы. — Но напрямую идти к тебе в спальню будет очень смущающим моментом для них и для меня.       Женька хмыкает. Кто бы мог подумать, что Серега окажется таким джентльменом? Но с самого момента знакомства с его семьей тот вел себя так обходительно, что Женька лишь диву давался. Серега воодушевленно обсуждал последние события с его отцом, предварительно просматривая новостные сводки, и мог долго выслушивать мамины бесконечные разговоры про мигрени и засолку грибов, умудряясь давать дельные советы по обоим вопросам. С Маринкой, сестрой Женьки, он пару раз ходил делать внушение особенно назойливому поклоннику, а с братом Олежкой болтал про лучшие комплексы упражнений для наращивания мышц.       — Кстати, а ведь через неделю Новый год, — мечтательно сообщает Женька. — Я бы хотел тебя поцеловать под бой часов, как и положено.       — Разве я против? — удивленно спрашивает Серега.       — Так мы же тут будем отмечать, у меня. Вот я и говорю, что можно бы уже и при всех.       Серега прищуривается, глядя ему в глаза, думает, а потом говорит, улыбаясь:       — Хорошо. Но только если ты будешь вести себя прилично.       — Ладно, — Женя плюхается на кровать, раскидывает руки и добавляет с озорным видом приподняв бровь, — а потом мы побежим в лесной домик, и отметим уже вдвоем. А то тут стены тонкие, не получится.        Серега ложится рядом и обнимает его, прижимаясь щетинистой щекой к оголенному плечу.       — Хочу, чтобы ты уже поскорее ко мне жить переехал, — говорит он, касаясь губами мочки уха. — Знаешь, как без тебя в лесу тоскливо. Один вечер как месяц идет. Давай на каникулах, а?       — Ты предложение мне делаешь, что ли? — Женька воодушевленно поворачивается на живот и опирается на локти. — Руки и сердца?       — Жень, я его уже давно сделал, с того момента, как мы про пары у оборотней говорили. Хочешь, могу у твоих родителей спросить? — На полном серьезе говорит Серый, а Женька не сдерживает веселого смешка, кивает и чмокает в нос.       Они зарываются друг у друга в объятиях и засыпают.       А через две недели Серега вносит в свой домик два огромных чемодана и бережно отряхивает снег с пушистой Женькиной шапки, стискивая того в крепких объятиях.