Бесплатное поварское образование

По щеке разлилась боль. Чарли от неожиданности упал на пол и схватился за больное место. У него останется синяк на полщеки, но прямо сейчас ему было плевать на это. Пусть лучше будет синяк. Или даже шрам. Да пусть он хоть инвалидом уйдёт отсюда с целым чемоданом невероятных историй, которые никогда никому не расскажет во избежание попасть в неволю уже в палате для самых весёлых. Неважно в каком состоянии, но он хочет уйти отсюда живым. Этому желанию мешает Джефф. Он не дал Чарли куда-либо отползти, залез на него верхом и принялся душить. Это было страшно. В прошлый раз, когда его душили, он не смог отбиться. В этот же раз он смог оказать сопротивление, однако недостаточное, чтобы вылезти из-под улыбчивого. Вот и всё? Так он умрёт, с чужими руками на горле? Единственное, что он смог сделать — это подъебать и ничего более. Каким же сильным ублюдком надо быть, чтобы просто снять с себя Вудса? Он же не бугай, почему так сложно? Всё-таки наличие спорта в своей жизни Чарли явно недооценил — слишком поздно спохватился. Чарли вцепился пальцами в бледные руки и попытался расцепить. Одно время у него получалось, другое нет — из-за пота пальцы скользили и мешали освободиться. Горячие капли пота стекали ему в глаза, обжигали, заставляли моргать чаще, теряя драгоценные секунды. Джефф выглядел серьёзно. Слишком. Он не пугает. Он убивает. И ни одной эмоции, кроме немого усердия и ожидания скорой кончины жертвы. Кажется, он не хотел пропустить ни секунды, глядел неотрывно и не моргая. Лёгкие горели, Чарли не мог вздохнуть и уже паниковал, извивался под чужим телом. Безрезультатно. — Чарли… Ой! — Бен застал этих двоих прямо в самый разгар смерти Чарли и по какой-то причине почувствовал себя лишним здесь. — Помоги! — из последних сил прохрипел Чарли. Хватка чуть ослабилась из-за того, что Джеффа отвлекли. — Извини. Я не могу вмешиваться, — Бен пожал плечами, после чего с прищуром поглядел на позу, в которой находились враги. — Хотя у меня есть парочка вопросов о данном мероприятии, в котором вы участвовали до этого. Это ведь не то, о чём я думаю? — Бен, блять! Съебись уже! Я занят! — крикнул Джефф, и Бен торопливо исчез в стене. Хвала неожиданным появлениям Бена! Чарли воспользовался тем, что Джефф отвлёкся от него окончательно. Чарли смог его сбросить с себя и отполз ближе к плите. Всё или ничего, это его последняя надежда. Резко включилась конфорка. Огромное пламя взмыло вверх, и Джефф, как встал, так и сел. Жар мгновенно ударил Чарли в лицо, обжигая кожу и напоминая, что жить ему всё-таки хотелось куда сильнее, чем он думал. Чарли подошёл как можно ближе к огню и, прижимаясь к стене, выбежал в столовую. Все уже поели, один Безглазый продолжал сидеть за столом. Компанию ему составлял Кагекао, который по обычаю сидел на стуле, запрокинув голову в пьяном полусне. Джек вскинул брови, не понимая, что происходит. В этот момент в столовую зашли Клоки и Тоби. Они были не слишком шокированы виду Чарли. Хотя должны были: бешеный взгляд, растрёпанный вид, блеск от пота, красное после удушья лицо. Грудь его судорожно вздымалась, как меха сломанного кузнечного кузнеца. — Чарли, если ты выживешь, пакет в холодильнике, — Тоби указал большим пальцем на дверь кухни. — Помогите! Клоки! — Чарли не слышал Тоби. Какой нахрен пакет? Не нужен он ему сейчас! — Если ты умрёшь, я выиграю спор, — Клоки задрала подбородок и ехидно поглядела на Джека, тот нахмурился. — Как же вы заебали со своим спором, — с надеждой Чарли перевёл взгляд на Тоби. — Тоби? — Неа! — Да сука! В этот момент дверь кухни громыхнула о стену, и оттуда вышел Джефф. Злой. Страшный. Уже не соображающий. На его лице застыла гримаса человека, который больше не видит цель, но прекрасно помнит, что должен кого-то разорвать. Чарли подавился слюной, но через кашель успел попросить помощи ещё и у Джека. — Джефф, одумайся, — сказал Джек уже никому, потому как и Чарли, и Джефф уже выбежали из столовой. — Ну, я пытался. Дыхания в лёгких катастрофически не хватало. В мозг плохо поступал кислород, видимо, поэтому Чарли понёсся на всех парах не в сторону выхода, а прямиком на ненужный ему сейчас второй этаж. Куда он бежит? Зачем? Это вопросы, на которые он уже никогда не даст сам себе ответы. Прямо на лестнице он круто навернулся, ударившись всем телом одновременно. Чарли вскрикнул скорее от злости, чем от боли. Ещё бы! Сучий гвоздь! Надо было всё-таки не полениться и забить его! Несколько месяцев у него было в запасе. От удара воздух выбило окончательно — в груди всё будто сжалось, а в затылке зазвенело. На секунду Чарли увидел белые искры, мелькнувшие перед глазами, словно кто-то стукнул по стеклянному шару внутри его головы. — Джефф, я твой должник! — сквозь отдышку прокричал Чарли. Он уже слышал Джеффа практически рядом с собой. Преодолев силу притяжения, он поднялся и побежал дальше. — Я твой должник навсегда, только давай без глупостей! Джеффу было всё равно. И опять Чарли ускользнул тогда, когда Джефф его практически поймал. Везучий сучёныш. В каком бы Джефф ни был состоянии, он чуял, что в этой гонке проигрывает. Не выдерживает. Слишком устал. И перед глазами уже начали плясать зайчики. Горло саднило от собственного рычания, а руки дрожали, будто он бежал сквозь ледяную воду. Вот только грохнуться в обморок осталось при этом идиоте. Такого себе Джефф позволить не мог, а поэтому благоразумно остановился перевести дух. Чарли такое вообще привело в восторг. Казалось бы, он на пути непонятно к чему, и он почти этого достиг, как вдруг на его пути материализовалась Салли. Как обычно в своём розовом платьишке и с миловидным личиком, контрастирующим с мёртвыми глазами. Только Чарли открыл рот, чтобы попросить её о помощи, как вдруг произошло кое-что, из-за чего Чарли предпочёл вернуться к Джеффу — Салли запустила в него поток какой-то магии сферической формы, на манер той, что продырявила стену. Воздух вокруг девочки сразу похолодел, словно кто-то распахнул дверцу морозильника. Шар света, рождённый в её ладонях, жужжал так, будто внутри него роились тысячи рассерженных ос. Теперь спасаться пришлось от неё. Чарли думал, что хуже день не станет, и как он ошибался, оказывается. В это время Джефф уже поднялся на второй этаж, однако не решился действовать, пока Салли с зелёным светом вместо глаз метала из рук убийственные вспышки. Может, она закончит его работу? Чарли додумался, что бежать в комнату будет нелогично, незачем загонять себя в угол. Он проскользнул между полом и призраком и побежал в сторону Джеффа. Что произошло — Вудс понял не сразу. Только тогда, когда Салли целилась в его сторону. Вернее, целилась она в Чарли, но девочка вполне способна промахнуться. И вот решающий удар, который мог поразить одну из целей или сразу две, но тут-то из комнаты Безглазого вышел Худи с кипой бумаг. Что он там делал — думать было некогда. Чарли его даже немного задел, чему Худи был страшно недоволен, но, обнаружив, что он теперь тоже попадёт под обстрел, засунул свои недовольства куда подальше. Бумаги выпали из его рук, и он тоже побежал за другими в лестничный проём. Вот только убежать никто не успевал, а Салли с огромной вспышкой в руках была готова пальнуть в любую секунду, однако… — Хватит разрушать мой дом! — рявкнул чей-то сильный, строгий и одновременно мягкий голос. — Успокоились все! С Салли словно сняли чары. Её глаза приобрели прежний вид. Она испуганно пискнула и улетела сквозь стену, оставив после себя чёрные дымящиеся пятна на стенах. Горелым потянуло так резко, что Чарли инстинктивно прикрыл нос ладонью. Он, икая от страха, повернулся на голос, что так удачно спас его и остальных. И этот некто к его прежнему состоянию добавил ещё капельку шока. Кагекао?! Он умеет вставать? Оказалось, умеет, и ещё как. На маске демона красовалась злая рожица. Впрочем, она постепенно сменялась на обычную, привычную улыбку. Чарли передёрнуло от этого. Несмотря на то, что Кагекао был явно из тех, кого принято считать дистрофиком, а также его рост был чуть-чуть ниже Чарли, он внушал опасение и какое-то неописуемое ощущение мощи в маленьком теле. Будто его мышцы не под кожей скрывались, а где-то в воздухе вокруг — как у хищника, который даже не двигаясь, всё равно готов броситься. Кагекао оглядел всех присутствующих внимательно, а потом ущерб, нанесённый коридору. Не обделил вниманием даже бумаги. — Какой вы тут беспорядок устроили. С Салли стоит провести беседу, — Каге указал пальцем на Худи. — Джеффу не здоровится, вижу. Худи, отведи-ка его в лазарет. — Ага, сейчас! — без доли сарказма ответил Худи. — Только бумаги соберу. — О, не напрягайся, я сам соберу, — Худи принялся отнекиваться. Он всё-таки подошёл к бумагам и стал судорожно их собирать. — Говорю же, перестань. Я помогу. — Нет-нет, Каге. Ты лучше подумай, что делать со стенами, а то нам от Слендера влетит, — Худи вёл себя подозрительно, как показалось… всем. Дёрганый, непривычно вежливый. — От Слендера — вряд ли. А от меня вполне себе, — не слушая прокси, Кагекао нагнулся, поднял один листок с пола и стал внимательно его читать. И чем дольше он его читал, тем шире становилась улыбка на его маске. — Интересно… Что там такого интересного прочёл Кагекао — Чарли не знал и знать не хотел. Он по-тихому улизнул в свою комнату, пока его не видели, а потом принялся перетаскивать шаткий шкаф к двери, дабы подготовиться к самообороне. Джефф — всё ещё угроза. Каждый скрип пола под его ногами отзывался в теле дрожью, будто дом сам предупреждал: «Он всё ещё рядом.» А Каге всё читал и читал. Текста на листе было немного, но он так его смаковал, что это заняло чуть больше времени. Худи напрягся. Он то и дело отводил взгляд, делая вид, что ему неинтересно, и что он занят вещами поважнее — например, анализирует, как восстановить стены. Но пальцы его выдавали: чуть подрагивали, будто он держал в руках не воздух, а бритвенно-острую нить. В конце концов Кагекао отстранился с тихим и всепонимающим: — Хм… Интересуешься старыми друзьями, Худи? Прежде чем ответить, Худи нервно сглотнул. Звук был таким сухим, что даже Джефф, пребывая в ступоре, повернул голову. — Какими друзьями? Старых друзей не бывает, — поняв, что говорит несвязно, прокси стал выкручиваться тщательнее. — Кейт достала с просьбами разобрать старьё с чердака. Ну я и поднялся наверх, взял первую попавшуюся коробку и разобрал её. Не на чердаке же сидеть. — Да, на чердаке неудобно. А у Джека в комнате — самый раз? — Каге, в своей обычной для Дома манере, склонил голову в бок и уставился на собеседника с хитрым выражением лица. — Я хотел узнать у него, нужны ли всё ещё эти дела. Всё-таки над некоторыми он работал. — Да… Ну что ж, всё логично. Кроме одного, пожалуй. Капля пота скатилась по шее Худи, спряталась под воротником. Он не вытер её — будто любое резкое движение выдало бы его наглухо. Джефф наблюдал за ним с расфокусированным, но подозрительным взглядом. — Неужели Кейт неизвестно, что наш монохромный друг убьёт нас всех поочерёдно, если увидит порядок в своей скромной обители? Странно… Глаз у Худи дёрнулся, чего за маской не было видно. — И что документы делали у невидящего человека, мне не ясно, — Каге издал смешок. — Ну, наверное, есть причина. Продолжай уборку, я сам отведу Джеффа к Энн. На этом Каге, сгорбившись, пошёл вниз. Джефф остался на месте, глядя на Худи с большим подозрением. На спуске по лестнице он кивнул Джеффу, зовя за собой. Джефф не стал задерживаться и побежал за ним, в последний раз кинув на Худи взгляд. Уже в лазарете, когда Энн молча предложила таблетки неизвестного происхождения Джеффу, Каге наконец подал голос. — Кейт его достала просьбами… Пусть не наговаривает на мою девочку, — Кагекао смерил Джеффа строгим взглядом. — Я так понимаю, ты, в момент собственной слабости, устроил побоище в доме? В то самое время, когда Чарли… отчаянный и забитый? Милостливая Бездна, ну разве можно так делать? Нетерпение приводит к худшим последствиям. Особенно у тебя. Джефф опустил глаза. Да, можно было заняться Чарли потом, когда его здоровье будет более приемлемым. Но на деле Джефф не посчитал это своей ошибкой. Чарли бы ему ничего не сделал, пускай Каге не беспокоится об этом. — Это я ещё молчу о том, что вы с домом сделали, — уже громче сказал Каге, размахнув рукой в сторону двери. — Видеть разломанные стены для меня — удар. Я же участвовал в его создании! Впитывал тепло дерева, следил за планировкой, чтобы всем было место… А теперь там дыра на дыре, как в дешёвом бараке. И дело ведь к холодам идёт. Кто стены заделывать будет? Среди вас одни дохляки остались… — он смерил Джеффа взглядом сверху вниз. — И то половина из них — бабы. Настала тишина. Джефф вслушивался в нее, ожидая, когда Каге продолжит говорить. И он дождался. — Ладно, это не важно. Ты можешь себе представить, кого я увидел на бумажках? — Кого? — Вилл. Наступила тишина, словно это имя прозвучало как приговор. Даже Энн, обычно невозмутимая, замерла на секунду, прежде чем вновь занялась какими-то пузырьками. — Вилл?.. Вильям Акшер? — с трудом вспомнил Джефф. Прошло уже много времени после того, как он слышал это имя в последний раз. — Ага, — Каге повернулся к Энн. Она смотрела на них с интересом, но, поняв, что мешает, поспешно ушла туда, где не сможет даже подслушать. — А теперь объясни мне, будь добр. Как ты мог пропустить это, если постоянно крутишься возле Найраса и Худи? Или ты знал и с ними заодно? — Нет… О чём ты? Вилл же мёртв. Разве нет? — Худи и Джек вместе были в командировке и вместе его убили, — Каге закивал сам себе. — Они так сказали. Доказательств же мы от них не требовали. А может, не убили, и поэтому хотят решить вопрос в тихушку. — Бред. Разве может Худи соврать, что убил Вилла? — Почему нет? — Это надо проверить. — Проверь. Твоя же работа, — на этом Каге встал и уже почти вышел из лазарета. — И, Джефф… Мне жаль. — Насчёт чего? — Моё предположение скорее всего окажется верным. Так что, увы, на этот раз тебе придётся лишиться двоих друзей, а один из них уйдёт от тебя повторно. Готовься к этому. — Если это правда, что их ждёт? — Будут исправлять ошибки. Голос Каге прозвучал ровно — пугающе ровно. Словно он не просто говорил, а зачитывал уже подписанный приговор. Джефф остался в лазарете сидеть на жесткой койке, всё ещё держа в руках таблетки, но так и не проглотив их. Будто в горле вырос ком — тяжёлый, острый, упирающийся ребрами в дыхание. Предательство. Это слово, едва возникнув, разрезало его сознание на две половины. Он не хотел верить. Не мог. Ему хватило одного удара судьбы тогда, когда он потерял Худи. А теперь — что? Снова? По новому кругу? Почему этому придурку не сидится без проблем? Сердце ёкало при одной мысли: «Если Худи причастен… если он соврал… если он скрывал…» Он только-только научился снова разговаривать с ним без злости. Только недавно позволил себе признать, что скучал. И сейчас — что, снова? Снова рушить всё, что он так долго и болезненно собирал по осколкам? Но работа есть работа. И Каге сказал это намеренно вслух — чтобы Джефф услышал, чтобы понял: если он отвернётся, если закроет глаза, если защитит друга, не разобравшись… Слендер не простит. Каге не поймёт. Дом снова превратится в поле боя. Джефф провёл рукой по лицу, пытаясь стряхнуть туман мыслей. — Да ну… Неужели Худи… Худи? Он бы сказал. Он бы точно сказал. Я же знаю его… знаю?.. — мысли спотыкались одна об другую. Оказывается, он не был уверен ни в одном из этих утверждений. Джефф поднялся, ноги под ним дрогнули. Энн, вернувшись к столу, краем глаза глянула на него — молча, без упрёка, без вопросов. Слишком хорошо она умела читать людей, чтобы лезть в этот момент. Он кивнул ей — благодарность или попытка показать, что держится. Но на самом деле он едва держался. Он вышел в коридор. Дом был тихим, как перед бурей. Только лёгкий, непонятный холодок тянулся по полу — тот, что всегда появлялся, когда Слендер наблюдает. И Джефф понял: да, его действительно ждут. Надеются на него. Рассчитывают. Работа. И от осознания этого будто давило на плечи: не железо, не камень — ответственность. Её невозможно снять, невозможно переложить. Если Вилл жив… Если Найрас и Худи в этом замешаны… Если он проморгал угрозу… Он должен исправить. Сам. Даже если это будет стоить ему ещё одного друга.