Бесплатное поварское образование

На следующий день Чарли на работу не вышел. Не потому что было лень — потому что тело отказывалось подчиняться, будто в нем поселился чужой, осторожный и звериный инстинкт. Умирать не хотелось как-то особенно остро, до тошноты, до липкого холода под кожей. Каждое движение отзывалось напряжением: плечи сведены, челюсть ноет, пальцы дрожат так, словно в них застрял электрический ток. Ему все время казалось, что Джефф стоит за дверью. Не шумит, не дышит — просто стоит. Да-да. Чарли, именно так, Джефф часов так 9 стоит и ждет. Однако это ощущение было физическим, как давление в ушах или тяжесть на груди. Дверь смотрела на Чарли глухо и враждебно, и он не сводил с нее глаз, моргая редко, чтобы не пропустить момент. Казалось, стоит выйти — и воздух разрежется ножом, а потом уже будет поздно думать, хотелось жить или нет. Всю ночь Чарли провалялся на полу возле шкафа, прижимая к себе оторванную ножку кровати. Кровать повалилась на один угол, не понимая за что с ней так жестоко поступили. Дерево ножки было шершавым, заноза царапала ладонь, но Чарли не отпускал — боль заземляла, делала реальным. Сон приходил урывками, тяжелый и липкий, и каждый раз Чарли выныривал из него с резким вдохом, сердцем, колотящимся так, будто оно пыталось пробить ребра. Он был готов отбиваться. Не на жизнь, а на смерть — потому что между этими понятиями больше не видел разницы. Ну и потому что, очевидно, жизнь ему не светила. Пока что Чарли не трогали. Ближе к вечеру к нему начнет долбиться разъяренный Худи, от чего Чарли скорее всего обоссытся, думая, что Джефф таки пришел по его душу. Но сам Джефф пока что временно отложил разборки с поваром. Безглазый медленно засыпал. Сон подкрадывался тяжело, как густая тьма, накрывающая с головой, но тело все еще сопротивлялось — дергалось, ныло, напоминало о себе тупыми, глухими болями. Вчерашняя охота сидела в нем, как заноза в заднице. Он полез к какому-то мужику в дом — обычное дело, теплый воздух, чужое дыхание, привычный страх добычи. А вместо этого наткнулся на сумасшедшего с ружьем. Грохот, вспышка, рваный адреналин в крови, рваные джинсы по задумке железного забора. Бежать пришлось через окно, через мат и боль. Он вывалился со второго этажа неуклюже, неправильно, и земля встретила его жестко. Удар выбил воздух из легких. Еще и через забор пришлось перелазить. Плечо с тех пор отзывалось тупой, тянущей болью, будто сустав забили ржавым гвоздем. Каждый вдох цеплял это место, напоминал: ты жив, и за это придется платить. Обычно подобные ушибы не были такими болезненными. Стареет он видать… Джефф сидел рядом и медленно разминал его плечо. Пальцы были холодные, сильные, уверенные — они нащупывали напряженные мышцы, вдавливали боль глубже, но делали это правильно, как сам Джек его учил. Сквозь неприятные ощущения пробивалось облегчение. Безглазый тихо, почти неслышно выдохнул. Тело под руками Джеффа постепенно сдавалось, отпускало зажимы, позволяло себе расслабиться. — Неудачно вышло, — обронил Джефф как бы между делом, тихо, без нажима. — Живой — уже хорошо. Он хмыкнул, будто вспоминал что-то свое. Пальцы на секунду задержались на особенно болезненном месте, и Джек дернулся, сдавленно выдохнув. Джефф чуть сменил ритм движений, словно невзначай, и заговорил снова — уже о другом, но тем же спокойным, рассеянным тоном, каким говорят о погоде или старых сплетнях. — Кстати, — сказал он, — Кагекао вчера Худи разнос устроил. Слышал? Он не смотрел на Джека, продолжая работать с плечом, но уловил, как тело под его руками едва заметно напряглось. Ага… Есть реакция! — За документы, — добавил Джефф после короткой паузы. — Те, что Худи с чердака стащил. Каге взбесился. Говорит, без спроса, да еще и не объясняет, зачем они ему. Пальцы на мгновение сильнее надавили, и Джек дернулся, окончательно выныривая из полусна. — И это еще не все, — так же непринужденно продолжил Джефф. — Каге его напрямую обвинил. Сказал, что Худи что-то скрывает про убийство Вилла. Джек резко вдохнул и приподнялся, насколько позволяла боль. Сон как рукой сняло. — Чего?.. — вырвалось у него. — С какого хрена Каге это взял? Вот этого Джефф и ждал. Он чуть усмехнулся, почти устало, и пожал плечами, будто разговор был пустяковым. — Да ничего конкретного, — ответил он. — Просто… подозрительно, говорит. Документы эти, тайники, дерганый он стал. Оно и понятно. Вилл нам нормально так в жизнь поднасрал. Джефф помолчал немного, словно перебирая мысли, потом тихо щёлкнул языком, будто что-то вспомнил. — Слушай… — протянул он. — Вы же с Худи вместе тогда ездили, да? На то задание. Он сказал это небрежно, почти между прочим, но рука на плече Джека на мгновение замерла, прежде чем снова продолжить медленное, успокаивающее движение. — Скажи, этот алкоголик уже совсем с ума сошел, — добавил Джефф со смешком, — Слишком уж он горячится в последнее время. Видит заговор там, где его нет. — Да уж… — отозвался Джек глухо. Джефф чуть наклонился ближе, голос стал тише, доверительнее. — А что вы там делали по итогу? — спросил он как бы невзначай. — Да по фигне… Ебнули его, да и все. Не помню, давно было, — Джек тяжело вздохнул. — Сука, плечо, наверное, месяц ныть будет. — Бери выше — два, не меньше, — Джефф пожал плечами. — Я слышал этого Вилла нужно было головы лишить и закопать. Признавайся, кто чем занимался? — С чего вдруг такой интерес? — Джек медленно развернулся к Джеффу и состроил хитрую мину. — Не слишком ли подробно ты расспрашиваешь? — А ты чего-то боишься? — Джефф наконец скинул маски и перешел на такой же хитрый тон. — Нет, — еле-еле закинув руки за голову, Джек натянул на свою мину привычную нахальность и спокойствие. — Мы с Худи вместе его ебнули и вместе обезглавили. — А кто закапывал? — допытывал Джефф. — Не помню, давно было. Вроде я… — Джек вполне реалистично задумался. Джефф даже не понял, по правде или нет. — Ну хорошо. Ты не подумай, я ни в чем тебя не подозреваю… Да-да, конечно… Джек не первый день общается с Вудсом. Он давно подозревал, что его так называемый друг не просто так тесно общается с Кагекао. И не просто так ему прощают всяческие косяки. — Мы просто сделали то, за чем поехали, — продолжил Джек осторожно. — Худи как приманка бегал по местам обитания Вилла, я прикрывал. Потом все пошло наперекосяк, как обычно. Он не врал — просто оставлял пустоты. Недоговаривал. И сам прекрасно понимал, что Джефф это чувствует. Тот никогда не лез напролом. Он давал пространство, в котором человек сам начинал заполнять тишину, лишь бы она не давила. Только Джефф хотел спросить, что именно пошло наперекосяк, как Джек вновь заговорил. — Но в принципе ничего такого. Если бы там было что-то… — Джек запнулся и стиснул зубы, — Каге бы уже знал. Он сказал это чуть резче, чем планировал. Вудс едва заметно усмехнулся — не насмешливо, скорее понимающе. Джек закрыл глаза. Боль в плече пульсировала ровно, почти убаюкивающе, и от этого становилось только хуже: слишком легко было расслабиться, слишком легко — сказать лишнее. Он отчетливо понимал: разговор только начался. И Джефф никуда не спешит. — А вы с Худи не ссорились? — Джек не понял, к чему Джефф это спрашивает. — Нет, — уверенно ответил Джек. М… — Джефф прищурился на Безглазого и наконец решил отстать от него. — Ну ладно. Мне пора идти. Аккуратнее с плечом. Джефф вышел без спешки. Не хлопнул дверью, не оглянулся — просто исчез из комнаты, оставив после себя странное ощущение сквозняка, будто вместе с ним ушло тепло. Джек дождался, когда шаги отдалятся, когда дом снова наполнится привычной, обманчивой тишиной. Секунда. Вторая. Третья. Тогда он дернулся. Рука метнулась к карману, пальцы лихорадочно нащупывали телефон, скользили по ткани, цеплялись. Нашел. Быстрый набор — на автомате, мышечная память, отработанная до рефлекса. Гудок. Еще один. Слишком долго. Плечо ныло, спина вспотела, сердце билось где-то в горле, мешая дышать. Ну же. Ну же, черт тебя дери. Наконец — щелчок. — Худи, — выдохнул Джек вполголоса, торопливо, — слушай внимательно. Мне надо срочно с тобой поговорить. Про Вилла. Про все. Что ты делал, что я делал. Нам надо, чтобы версии… Он не успел договорить. Из динамика, чуть в стороне, слишком близко, прозвучал знакомый голос — спокойный, почти ленивый: — С кем болтаешь? У Джека внутри все оборвалось. Сука! Худи резко обернулся, будто его дернули за нитку. На долю секунды лицо осталось пустым — чистый испуг, не успевший спрятаться. Потом он собрался слишком быстро. — С Кейт, — сказал он. — Я с Кейт говорю. Слова вылетели неровно, с лишним ударением, и сам Худи это понял. Он замер, вслушиваясь в тишину, ожидая, что она треснет. Джефф не подал виду. Ни усмешки, ни прищура — ничего. Он просто стоял рядом, слишком близко, и смотрел так, будто разговоры по телефону были самой обыденной вещью на свете. — А, — протянул он спокойно. — Отлично. Мне как раз нужно было с ней поговорить. Худи сглотнул. Пальцы сжали телефон крепче, чем нужно, словно тот мог выскользнуть и разбиться, выдав все разом. Он замешкался — на секунду, на две, — и в этой паузе было слишком много всего: паника, попытка сообразить, как выкрутиться, как выиграть еще немного времени. — Она… — начал он и осекся. В этот момент у Джека сдали нервы. Он сбросил вызов резко, почти зло, будто этим мог стереть произошедшее. Сердце колотилось так, что отдавалось в висках, в больном плече, в кончиках пальцев. Он сидел неподвижно, с телефоном в руке, и понимал: поздно. Слишком поздно. Где-то там Худи остался один на один с Джеффом. А версии так и не успели совпасть. — Она сбросила… Джефф понимал: с Джеком нужно нежнее, с Худи — жестче. Поэтому Джефф решил не тратить время. Никаких заходов издалека, никаких полутонов. Он встал напротив, не вторгаясь в пространство — и в то же время не оставляя возможности отступить. Худи дернулся, напрягся всем корпусом, будто ждал удара. — Кагекао подозревает тебя в том, что ты что-то скрываешь о деле Вилла, — продолжил Джефф ровно, без нажима. — Это ведь не так? Вопрос прозвучал почти буднично. Не обвинение — приглашение ответить правильно. Но Худи ответил иначе. — А с какого хрена ты вообще мне это предъявляешь? — вспыхнул он. — Если Каге что-то там себе надумал, пусть сам и спрашивает. Ты-то тут при чем? Агрессия пошла сразу, без разогрева. Плечи вперед, голос выше, резче. Защита через нападение — старая, проверенная схема. Джефф не изменился в лице. Даже не нахмурился. — При том, — сказал он тихо, — что ты сейчас дергаешься сильнее, чем нужно невиновному человеку. Он выдержал паузу, дал словам осесть, вцепиться. — И при том, — добавил Джефф, — что ты только что соврал про Кейт. Худи замер. Не сразу — на долю секунды позже, чем следовало. Глаза метнулись в сторону, пальцы судорожно сжались. — Че ты несешь? — процедил он. — Джефф, ты опять за свое? Ты в прошлый раз уже нормально меня обвинил. Манипуляция почти сработала. Джефф действительно вспомнил тот самый день, когда они с Худи перестали общаться на большое количество времени. Но тогда Джефф все неправильно понял. Сейчас то все очевидно. — Я не обвиняю, — ответил Джефф тем же спокойным тоном, но уже более подкошенным. — Я спрашиваю. Это разные вещи. Он сделал шаг ближе — ровно настолько, чтобы Худи это почувствовал. — Так что давай еще раз, — сказал он. — Ты что-нибудь скрываешь про Вилла или нет? И теперь в этом вопросе уже не было пространства для крика. Только выбор — и последствия. — Нет, — твердо ответил Худи, глядя Джеффу в глаза. Ну, конечно… Джефф посмотрел на него спокойно, ровно, как будто рассматривал камень. Ни одной эмоции, ни малейшей тени сомнения — но в глубине глаз было ясно: ни на секунду он не поверил. — Хорошо. Но… — Джефф отвел взгляд. — Расскажешь, как все было? Худи сжал зубы, чувствуя, как напряжение внутри растет. Он сделал шаг назад, словно отстраняясь от самого Джеффа, и сказал медленно, с ощутимой осторожностью, но с твёрдостью: — Я расскажу, но не тебе. Пускай меня спрашивают либо босс, либо Каге. Он говорил так, чтобы в каждом слове сквозило недоверие. Пауза висела в воздухе, тяжелая, как влажный туман. — Мало ли, как ты потом всё перевернёшь, — добавил Худи, голос стал чуть резче. — Я не хочу, чтобы твои додумки стали моими проблемами. Джефф сжал челюсть. Обидно было не от слов — от того, что Худи так открыто не доверяет. И напомнил о прежней ссоре, лишь бы спасти свою жопу. Просто прекрасно! Худи быстро ретировался, уходя с резким щелчком двери за спиной. Его шаги отдавались эхом в комнате, оставляя после себя напряжение, которое не убавлялось даже после того, как звук затих. Видимо, пошел с Джеком составлять общую версию. Джефф присел на диван, руки сложил на коленях, взгляд упал на пол, но мысли в голове пульсировали, как электрический ток. Он перебирал варианты, обдумывал каждое движение, каждое слово, которое может сработать. Нельзя спешить, нельзя давить слишком сильно — иначе замкнутся оба. Хотя… И так уже поздно. Он думал о том, как соединить их версии, как выкрутить правду без того, чтобы её превратили в ложь. Сложно. Очень сложно. Каждое решение могло выстрелить обратно, как рикошет. И в этой тишине, среди сдавленного дыхания комнаты, Джефф понял — Чарли! Джек зачем-то тащил Чарли на чердак какое-то время назад!