Стать богатым

После каждого ужина Даки, не нарушая случайно возникшую традицию в их доме, выключали свет в гостиной, удобно располагались на диване, чтобы глянуть кино. Смотреть фильмы по вечерам они начали не сразу, это пришло со временем, когда Луэллин от скуки предложил Дьюи посмотреть боевик, который в конечном итоге никому не понравился. Конечно, после внезапного загона Дьюи традиция прервалась, но уже через три дня Дьюфорд реабилитировался и сам предложил Луи устроить кино-вечер. Луэллин был только рад, он лишний раз не хотел трогать Дью, поэтому старался даже на глаза не попадаться, Дак уж молчит про просмотры фильмов. Наконец-то лёд тронулся. Обычно Даки специально выбирали фильм, который хотят посмотреть, но сегодня они так ни к чему и не пришли — решились положиться на удачу и полистать каналы на телевизоре. Они не ожидали ничего грандиозного, понимая, что по кабельному обычно крутят дешёвые фильмы, а чтобы попасть на хорошую кинокартину, нужно знать расписание. Вряд ли сейчас по местному каналу показывают не новости, а фильм про супергероев. И вот, Даки уже пролистали несколько кулинарных передач, — Дьюи сказал, что возьмёт на заметку рецепт утки по-пекински — футбольных матчей и другой ерунды, но тут они впервые натыкаются на фильм и решают оставить, думая, что из этого списка это — самое лучшее, что можно посмотреть после трудного рабочего дня. Тяжело смотреть фильм не с самого начала, поэтому Дьюи и Луи правда пытаются вникнуться в сюжет, через пять минут с грустью осознавая, что это дешёвая мелодрама с плохой игрой актёров. Ещё больше их удивляет, когда они понимают, что включили фильм про фиктивный брак. Они медленно переглядываются друг на друга и замирают. Каковы были шансы, что именно они, именно сейчас наткнутся на фильм с такой тематикой? Они могли бы прямо сейчас молча переключить канал — определённо, Дьюи и Луи бы без слов поняли друг друга — но вместо этого они… расхохотались. — Боже, нам с тобой так везёт, — Луи смеётся, прикрывая рот рукой. — Лучше бы нас позвали, мы лучше сыграем, я уверен. Они привыкли время от времени смеяться друг над другой из-за собственного нелепого положения, а сейчас и жизнь решила пошутить. Сначала и вправду не было неловко, они в открытую сравнивали себя с героями, говоря о том, что герои из фильма заключили фиктивный брак ещё более нелепо, чем они. — Я так и не понял, она это сделала лишь для того, чтобы отомстить своей подруге? — Дьюи щурился, и Луи ещё больше забавило, что Дьюфорд пытался вникнуться и уловить здесь какую-то логику. С первых минут было понятно, что её нет. — А он потому, что она понравилась его родителям. Супер, — он показывает большой палец в сторону телевизора, словно сейчас герои его видели. — Дьюи, ты не поверишь, но я давно потерял смысл этого фильма. Надо глянуть оценки у этого фильма. Спорим, что четыре звезды из десяти? — обращается Лу. — Нет, это не настолько ужасно, думаю, что шесть. Они оба тяжело вздохнули, увидев пять звёзд, но стоило им снова посмотреть друг на друга, как они сразу же рассмеялись. Фиктивный брак настолько веселит, или это только они ненормальные? К середине фильма Дьюи и Луи перестали вести себя так раскрепощённо и шумно — пошла романтическая ветка, и им обоим уже было неловко сказать что-то вроде «о, смотри, это мы». Нет, понятно, что любой фильм про фиктивный брак предполагает счастливый конец, но… интересно, а в жизни также бывает? Нет, Луи подумал об этом только чисто из любопытства. Не то, чтобы он когда-то всерьёз размышлял на эту тему, но именно сейчас, когда Лу медленно повернулся на Дьюфорда, который не отрывал взгляда от экрана, к нему пришла эта мысль. Хотя, понятно, что данный троп максимально подходит для сериалов и фильмов, но уж точно не для реалии, где «любовь» это нечто большее, чем последствия фиктивного брака. Звучало грубо, но зато правдиво. Под конец, когда герои наконец-то признались в своих чувствах и стали жить долго и счастливо, приуныли уже оба. Луи за свои двадцать лет никогда бы не смог подумать, что фильм, который имеет отметку пять звёзд, настолько может впечатлить и озадачить его. Хотя, он знал, что дело вовсе не в фильме — дело в нём, а точнее в его ситуации. — Как ты думаешь, это могло бы случиться в реальной жизни? — Дьюи вслух повторяет вопрос, который крутился в голове у Луи. — Нет, я не имею ввиду… нас, но просто чисто теоретически? И Луи думает, что нет, это же так странно. Ненастоящие отношения изначально обречены на провал: в них много лжи, недосказанности и тайн, в голове не укладывается, — хоть даже теоретически — как можно влюбиться в человека, в которого тебя нельзя влюбляться? — Чисто теоретически… — Луи теряется, не зная, что сказать. — Да, — приглушённо произносит он. Может, он и говорил, что в таких фильмах нет логических связей, но разве в реальной жизни они всегда присутствуют? Всё ли происходящее можно объяснить? Луи не знал, да и не хотел поддаваться размышлениям. Весь разговор про фиктивный брак заставил вспомнить недавнюю беседу с коллегами, а точнее обещание Луи привести Дьюи на корпоратив. Он до сих пор не знал, как согласился на это, но больше его волновало зачем. Нет, всё же, если он начал играть в мужа перед новыми друзьями, тогда надо хорошего, но… обрадуется ли Дьюи? Изначально никто не должен был знать, но, кажется, список людей, которые думают считают Дьюи и Луи идеальной супружеской парой, расширяется как на дрожжах, и это пугает. В глубине души Луи выделил ещё один плюс для себя — если его коллеги увидят, что Лу обручён, то никто даже и не подумает рассматривать его как потенциального партнёра. Не то, чтобы к Луи кто-то лез, — парень уверен, что если в него кто-то влюбится и начнёт проявлять знаки внимания, он это заметит — но на будущее хорошее прикрытие. Вряд ли Лу будут нужны отношения хоть когда-либо. — Дьюи, у меня на работе скоро будет корпоратив. Не то, что я прям заставляю, но… В общем, не хочешь составить мне компанию? Дью отвлёкся от экрана и наконец-то задержал взгляд подольше, чем на пару секунд — после неловких сцен в фильме Дьюи тщательно избегал зрительного контакта. — Ого, неожиданно, но я в целом только за. Хоть посмотрю, с кем ты работаешь. Дьюфорд не любил, конечно, массовые мероприятия и посещал их как можно реже, но сейчас почему-то решил. Ему захотелось расширить круг знакомых, как-то надоело крутится вокруг одного Луи, может, он там познакомится с интересным человеком? Найдёт единомышленника? Друга? В целом то, что Дьюи согласился, уже очень радовало, и на этом разговор можно было заканчивать, но было одно огромное «но», был подвох. Видимо предчувствуя это, взгляд Дьюфорда изменился на… озадаченный? — Подожди, а я иду туда в качестве… — Да, Дьюи… Я не знаю, как так вышло, но кто-то узнал, что мы… — Ты только объясни мне одно: как спустя только месяц это вскрылось? — Я точно не знаю, вот правда, — он разводит руки в сторону. — Вебби мне особо ничего не объяснила, сказала только, что слух ходил, мол у меня муж есть. — И ты сказал правду? Сказал, что есть? — отвечает Дьюи. — А что мне оставалось делать? — Ну, например, соврать? Или ты разучился? — Дьюи, я просто растерялся, — оправдывается Лу. — Я понимаю, что тебе может неприятно, ты можешь не идти. — Я не понимаю, почему тебе не неприятно? Почему ты о себе то не подумал? — Дьюи стал говорить громче. — Это же ты обманываешь окружающих, ты говоришь то, чего нет. Ладно мы сейчас мужья, но, что ты будешь говорить через пять лет, когда мы разведёмся? Луи об этом не подумал. Ни о себе, ни о своей дальнейшей работе в компании. Наверное, это началось ещё с детства, когда он думал о других, хотел им обеспечить всё самое лучшее, но про себя постоянно забывал. Так и сейчас мысль о том, что он ненароком может поставить Дьюи в неловкую ситуацию намного хуже того, что сам Лу ударит лицом в грязь. — Обманываю — плохо, говорю правду — тоже, — он закрывает лицо руками. — Это какой-то замкнутый круг. Что ты предлагаешь делать? Я уже сказал всем, что приду с мужем. — Хм, даже не знаю. Может найти фиктивного мужа для работы? — заметив, что Луи не поддерживает такого же игривого настроения, Дью одёрнул себя. — Я немного переборщил, извини. Мне не следовало этого говорить. Вообще Дьюи был прав, Луи не нравилось врать, да и были ли такие люди, получавшие от этого удовольствие? Со временем Луэллин начал понимать, что грань между правдой и ложью, на самом деле, едва уловимая и заметная. Сейчас его жизнь строится на лжи, которая со временем превратилась в правду, и он не знал, как это можно было объяснить. — Да нет, это мне нужно было что-то наврать как обычно. Тебе необязательно идти, я что-нибудь придумаю. — Придумаешь в следующий раз, — он резко вскочил с дивана, чем напугал Луэллина. — Хоть поем за чужой счёт, я пойду с тобой.

***

Дьюи крутился у зеркала, разглядывая себя с ног до головы. Ожидая Луи, Дьюфорд успел накрутить и загнаться: думал, что как-то не так выглядит, что весь вечер коллеги Луи будут смеяться над ним, и вообще его выставят главным посмешищем. Он впервые приехал на работу к Лу, но несмотря на дикое волнение, Дьюи было любопытно погрузиться в жизнь Луэллина глубже. Нет, конечно, Дак время от времени рассказывает Дьюфорду про свою работу, но увидеть собственными глазами самый крупный офис Дакбурга намного интереснее, чем слушать скучные истории про отчёты. Луи появился из ниоткуда, поправляя рубашку и выпрямляя ворот. Став позади Дьюи, он мельком посмотрел на своё отражение и перевёл взгляд на Дьюи: — Ты можешь так не стараться, не думаю, что на этом мероприятии встретишь будущую половинку. — А почему? Выгляжу не так? — Дьюи озадаченно посмотрел на Лу, опять думая, что с ним что-то не так, но, заметив, как рот Луэллина расплывается в улыбке, до него тут же дошло. — А, да, точно, я твой муж. — Ты правда так сильно нервничаешь из-за корпоратива? — Не то чтобы… — задумчиво протягивает он, наконец-то отходя от зеркала. — Я честно не знаю, как себя вести. Как вообще ведут себя мужья? — Дьюи, расслабься, просто будь собой. Я тебя знаю и могу быть уверен, что не найдётся ни одного человека, который будет плохо о тебя отзываться. Это немного придало уверенности в себе, Дьюи даже попытался улыбнуться, и это не выглядело со стороны жалко — Луи и вправду умеет поддерживать, однако Даки ещё не знали, что правда Луи как обычно окажется ложью. Всё началось очень даже неплохо, как только они вошли в зал, Лу заметил Лину и Вебби, которые активно что-то обсуждали. Вандеркряк, заметив Луэллина, дружелюбно помахала рукой, но увидев, что Дак не один, не смогла сдержать эмоций — выражение лица моментально поменялось. Дьюи сначала подумал, что ему показалось, но Веббигейл и вправду больше не улыбалась: — Привет! — радостно воскликнула де Спелл. — Я Лина, а это Вебби. Так значит, ты тот самый, кто покорил нашего Луэллина? — игриво улыбается она, наклонив голову набок. — Лина! — шипит Лу, прикрывая глаза руками от неловкости. Конечно, он знал, что подобные вопросы прозвучат сегодня, но не ожидал, что это случится буквально… сразу же! — Я Дьюи, — он протягивает ладонь и дружелюбно улыбается. Лина, последовав примеру, сделала то же самое, пожимая руку юноше. Как только Дьюфорд повернулся на Вебби и повторил тот же самый жест, наивно ожидая увидеть у Веббигейл такую же реакцию, он слегка опешил, заметив, как блондинка с ног до головы разглядывала Дьюфорда. Он всё ещё как дурак не отпускал руки и ждал, когда Вебби это заметит, но девушка была непоколебима — спустя несколько секунд она издала нервный смешок. — Странно, что Луи ни разу не заикался о тебе, — поняв, что Вебби здороваться не собирается, он неловко спрятал руку за спину, разминая пальцы. — Потому что не хотел. И не хочу, чтобы копались в моей личной жизни, — дополняет Лу. Лина, заметив напряжённость, решила перевести тему и начала сплетничать о работниках. Дьюи, конечно, не понимал, про кого идёт речь, но правда пытался понять, кто кому приходится и почему Джайро — это зло ходячее. Конечно, время от времени он незаметно одёргивал Лу за рукав рубашки, тихо спрашивая: «а кто это?», но в конечном итоге картинка сложилась. — Дьюи, а ты ведь ещё ничего не пробовал? — парень отрицательно кивает головой на вопрос де Спелл. — Пойдём, там такие вкусные закуски, ты точно оценишь! Они вчетвером двинулись к столам, Лина говорила очень много, в отличии от хмурой как тучи Вебби, и это был тот случай, когда де Спелл было приятно слушать. Парень что-то дополнял время от времени и так увлёкся беседой, не заметив, как Луи стал идти позади. Луэллин был рад, что Дьюи не чувствовал себя не в своей тарелке. Улыбнувшись своим мыслям, он уже хотел двинуться к друзьям, чтобы догнать их, но опешил. Лу замер на месте, повернул голову и увидел непринуждённо болтающего Скруджа с Фентоном. Он знал, что встретит его — Луи же шёл на корпоратив в основном лишь ради того, чтобы поговорить с ним. И вот, эта возможность настала. У него появился шанс, и он смотрит на Макдака, опять борясь с самим собой, чтобы трусливо не отвернуться и не сбежать в туалет. Он забыл про Вебби, Лину, Дьюи, перед глазами был лишь дядя, а точнее его образ, который начинал выстраиваться ещё пятнадцать лет назад. «Здравствуй, а я твой племянник, помнишь меня?». Конечно он не помнит, не самая лучшая идея начинать разговор именно так. Он бьёт себя по лбу и начинает ругать себя за свою медлительность, ну почему Луи продолжает стоять и ничего не делать? Юноша возвращает взгляд в прежнее положение, печально отмечая, что Скруджа он уже не видит. — Нет, нет, я не должен сейчас его снова упустить, — бормочет Лу под нос и наконец-то решается пойти на его поиски. Он мотает головой, не спеша перебирает ногами и внимательно рассматривает каждого человека, вглядываясь в лица. Шум и гам вбиваются в голову, Луэллин чувствует себя маленьким потерянным мальчиком в магазине, который не может найти дядю. Так оно и было, Луи и вправду потерялся, но насколько сильно, он пока не знал. Скруджа нигде не было, от обиды хотелось послать себя и его куда подальше. Почему же тогда, когда он наконец-то решился на один из самых важных разговоров в его жизни, Скрудж просто берёт и… исчезает? Неужели так было всегда? Погрузившись в свои мысли, продолжая разглядывать лица малознакомых людей, Луэллин не замечает, как в кого-то врезается. Он начинает машинально просить прощения, но, кажется, человеку, стоящему напротив, чхать на его извинения. — Смотри, куда идёшь, Дак! Только один человек в компании может быть недовольным буквально всем на свете, и его голос Луи узнал моментально. Он поднял глаза и встретился взглядами с разгневанным Гиарлузом, который, как обычно, смотрел исподлобья: — Мистер Гиарлуз, ещё раз извините, — сглотнул он. Мысли в голове путались, он перевёл взгляд на людей, всё ещё надеясь найти Скруджа. — А вы случайно не видели мистера Макдака? — И зачем простому сотруднику понадобился Скрудж? Джайро никогда не пытался скрыть своей язвительности, он всегда говорил откровенно и прямо в лицо. Для кого-то это может показаться огромным плюсом, но не для Луэллина и остальных работников, которые постоянно пропускают оскорбления мимо ушей — не могут они ничего ответить тому, кто по статусу выше. — Я просто хотел бы поговорить… с ним. — Не думаю, что он сможет выделить время для такого как ты, — с вызовом сказал Джайро. «Если бы он только знал, кто я такой, то побоялся бы сболтнуть лишнего», — конечно, Луи ничего такого не сказал, да и не имел права. Лу было обидно, что тратит время впустую, что Джайро специально издевается и унижает работников при любой возможности. Но сейчас не рабочее время, сейчас Луэллин устал ждать подходящего момента. Пришло время действовать.. — Я ещё раз спрашиваю у вас, не знаете ли вы, где сейчас он? Небольшая беседа для сплочения никому не повредит. Джайро вглядывался в лицо Луэллина и, сложив руки на груди, спустя несколько секунд молчаний, фыркнул: — Беседа для сплочения? — усмехнулся он. — Куда уж быть тебе ближе с собственным дядей? Сердце ёкнуло, Лу ненадолго оглох, и теперь толпа, в которой Луэллин так усердно пытался разглядеть до жути родное и чужое лицо одновременно, перестала иметь значения. Силуэты людей перестали существовать, весь шум действовал на нервы, голова раскалывалась, а брошенная фраза Джайро не выходила из головы. Он знал. Он всё это время знал! Но как долго? Неужели тот взгляд при первой встречи, когда присутствие Луи вызвало негодование, обозначал то, что Гиарлуз его узнал? Но как? Откуда? Это сон? Он бредит? Может, это неудачная шутка? — Простите, что вы… — А ты что думал, Дак? Я не понял всё сразу? Ну да, хороший план, не видел всю жизнь дальнего родственника, а как только он разбогател и стал успешным, то обязательно нужно приехать, чтобы нажиться на его имени. Неужели Джайро всё это время думал, что ему нужны чужие деньги? Луи стало мерзко, нет, он ведь не такой! Гиарлуз его не знает, это не его дело, почему это ничтожество смеет что-то говорить про него и его жизнь? Почему Джайро говорит, а его слова ранят? Почему Луи сложно врать? Сначала Вебби узнала про его брак, Гиарлуз — про дядю, неужели на его лице написана вся его биография, интересно, про его фиктивный брак кто узнает? Лина? А может быть, Бойд? — Как вы вообще поняли, что мой дядя… Он… — Макдак не желает тебя видеть, даже не пытайся, зря приехал. Хватит уже искать поводы, чтобы с ним поговорить — всё равно гиблое дело. Луи ранят, но он не может ничего ответить. Он позволяет совершенно чужому человеку делать больно, до последнего не осознавая, что речь не про Джайро, а Скруджа Макдака. Луи не верит в происходящее, неужели он обуза для него? Неужели это он узнаёт не от дяди старого скряги, а от его мальчика на побегушках? Голова не работает, в один момент образ Джайро становится расплывчатым. Луи не желает смотреть ему в глаза, и, опустив голову, Дак проходит мимо него, не обращая внимания, как Гиарлуз зовёт его по фамилии, несмотря на то, как невежливо уходить «по-английски». Его ничего не волнует. Ничего, кроме толпы, в сторону которой Луи пробирается и до сих пор пытается разглядеть Макдака. И не важно, что ему больно, не важно, что ему страшно. И совсем его не волнует, что он закусывает язык, чтобы приглушить внутреннюю боль физической. Но что-то его останавливает. Что-то заставляет его сейчас остановиться и не делать этого. Никого не искать, а стоять и не просто слушать, но и слышать знакомый голос.

***

Дьюи заметил исчезновение Луи не сразу, но остро ощутил, когда понял, что «фиктивного мужа» нет рядом. Странно, что несмотря на хорошее общение с Линой, Дью чувствовал себя потерянным и чужим, словно ему здесь не рады. Он и вправду был незваным гостем и всякий раз, когда смотрел на Вебби, его теория подтверждалась. Девушка всё ещё холодно смотрела на парня, словно видела в нём угрозу для всего человечества. Хотя нет, Дьюи — её главная угроза, от которой нужно как-то избавиться. Но то, что Луи не было рядом, было даже больше плюсом, чем минусом. Наконец-то Дьюи почувствовал, что он может спокойно существовать без Дака, что ему не надо ходить за Луи хвостиком, что с ним могут спокойно общаться не только потому, что Дьюфорд — его муж. Хотя, лично Веббигейл не могла с ним общаться по этой причине. Когда Вебби отошла, Лина незаметно ткнула Дьюфорда, чтобы обратить его внимание на себя: — Вебби сегодня не в настроении. Ты не подумай, что она плохая, а то так многие считают. На самом деле она и мухи не обидит и плохого слова не скажет ни в чью сторону. Мы с ней довольно близки, и я знаю, что на самом деле она другая. Дьюи ничего не ответил, просто кивнул ради приличия и выпил какой-то алкогольный напиток. От него немного начала кружиться голова, Дьюфорд совсем не ожидал такой реакции, что даже схватился за стол, чтобы хоть как-то вернуть себя в реальность. Странно, что разум начал мутнеть от одного лишь напитка, он думал, что это быстро пройдёт, но стало всё ещё хуже, когда вернулась Веббигейл: — Ну наконец-то, я уж думала, что вы сегодня не придёте! Бойд появился неожиданно, он вышел из тени, словно ожидал подходящего момента для этого. Парень заметил Дьюи не сразу, а Дьюфорд в свою очередь не обратил должного внимания на нового члена компании то ли из-за головной боли, то ли из-за напитка — хватило сил лишь кивнуть. Ему так хотелось поскорее протрезветь, однако Дью не знал, что это случится… через несколько мгновений. В то мгновение, когда он увидит, как к Бойду подошла девушка в чёрном коктейльном платье с кудрявыми волосами, уложенными в высокий хвост. Наверное, в тот момент, когда он увидит человека, которого не видел полгода, Дьюи либо сойдёт с ума, либо как раз придёт в чувства. Когда с его языка сорвётся то имя, которое он давно не произносил: — Госалин?