Symphony No. 9

Войну не волнуют праздники и дни рождения. Но когда Ники Нихачу исполняется 13 лет, Погтопия позволяет себе сделать исключение. В лесу недалеко от Лемон-Сити есть заброшенный особняк. Люди говорят, что там водятся призраки, и, возможно, это даже правда, но жители Погтопии согласны мириться с потусторонними силами. (Все лучше, чем быть убитыми.) Кузнец дарит ей расческу, и никто не комментирует тот факт, что в ее ручке спрятан нож. В потрепанной коробке, обернутой тусклой лентой находится 13 золотых яблок – по одному на каждый год. Туббо пишет ей поздравительную открытку, его руки все еще дрожат после того, как кто-то решил запустить фейерверки на заднем дворе. Томми вяжет для нее перчатки, за которые громко просит его не благодарить. Хани и Лемон заготовили партию вина специально для нее, еще с начала лета. Из-за потери магазина и беготни по катакомбам они смогли сохранить только одну бутылку, но Ники позволила себе не вытирать слезы с щек, когда поднимала первый бокал. Центральное блюдо ее праздничного стола – печеный картофель и пироги с начинкой из диких ягод, которые они смогли собрать за пределами ущелья. Заброшенный особняк украшен детскими поделками, сплетенными из палок, листьев и паучьего шелка. Столы укрыты бумажным кружевом и старыми запасами конфет. Погтопия никогда не голодала, но они все еще выживают. Их богатства предназначены для войны, и не могут тратиться в пустую на такую глупость как день рождения. Ники Нихачу тринадцать лет, когда она получает алмазный шлем и сапоги в качестве подарка, потому что ее соратникам хочется, чтобы она прожила еще один год и получила 14 яблок в такой же потертой коробке. В целом, это был хороший праздник. В какой-то момент, Каллахан – дух оленя – забрел в их особняк, и Техно почти час пытался выпроводить его, в конечном итоге просто выманив обратно в лес куском праздничного пирога. И был тот короткий эпизод, когда все нырнули под столы и лестницы, просидев так несколько кликов в полной тишине, потому что им показалось, что они услышали кого-то постороннего снаружи. Но в целом это было хорошо. Даже Уилбур пришел – он пошутил, что появился только для того, чтобы вернуть себе пальто, которое одолжила у него Ники, но он все же пришел. Уставший, ворчащий по поводу скудного рациона и саркастически называющий себя именинником, когда пальто снова вернулось на его осунувшиеся плечи. Он немного путался в словах, когда говорил свои высокопарные речи – когда он последний раз вообще выходил на улицу? – но люди все равно были рады видеть своего бывшего президента в хорошем настроении, видеть, как он смеется, помогая Томми перетаскивать свежевыпавший снег, чтобы слепить группу маленьких снеговиков прямо на лестнице. Вице-президент Манбурга тоже здесь, но это никого не волнует, до тех пор пока он не создает проблем. Никто не комментирует то как Квакити и Уилбур стоят, прижавшись друг к другу плечами, как пение тэлона проникает в пространство между ними с любовной нежностью. (В любви, как и на войне нет правил. Мир будет судить первых, только когда они переживут последних.) Кто-то дарит Ники красивую рамку для фотографий, за которой спрятано изображение ее старой пекарни. Кто-то начинает строить планы на день зимнего солнцестояния, обсуждая подарки, которые они бы хотели получить или подарить. Кто-то затевает игру в снежки. Финальная битва с Манбургом состоится через 13 дней.