Однострочные отношения

Иногда Антон очень много думает о том, что он делал не так в своей жизни после аварии: вел разгульный образ жизни, затягивая в себя в пучину вечного безумия и живя моментом, но не так, как жили простые люди, о которых он так мало знал, воспитываясь в богатой, хоть и строгой, семье, которая смотрела на других словно на крестьян, которые мешались под ногами словно грязь. Тот случай столько дал и отнял у него, но он был чертовски благодарен тому, что после всей этой заварушки он встретил того человека, который не видит в нем кого-то, кто мог бы посмотреть и сказать ласково его имя, не надеясь ни на что. Олегсей не был простым человеком, но и кем-то большим в жизнях других людей, стираясь на фоне таких же чужаков, скольких звезд на небе, которых можно увидеть с поверхности Земли. Для других он был совершенно скучным и блеклым человеком, который никогда не мог бы загореться как ночная звезда, но для Антона он был совершенно другим. Это в нем было тысячи небесных светил, которые он одной лишь своей улыбкой затмевал каждую, заставляя щуриться, как при солнечном свете. Олежа совмещал в себе сразу две, возможно, клишированных идей от писателей слащавых романтических историй: и Солнце, и Луну. Днем он был таким теплым и мягким, но отчего-то все сторонились его, будто реальной звезды нашей Солнечной системы, вокруг которой мы вращаемся, а ночью он отражал, словно Луна, все то, что не принимали люди днем, отдая себя полностью лишь Антону, втягивая его в свои жаркие обьятия, стараясь напитать его изнутри своими солнечными вспышками, вырабатывая в теле кинетическую, световую и тепловую энергии, которые подзаряжают Звездочкина как собственное топливо для следующего утра. Иногда Антону хочется иметь собственную планету для собственной звездочки, на которой они могли бы поселиться вдвоем, чтобы укрыть свое светило от посторонних глаз, раз они так вертят нос от того, кто мог бы их согреть. Пусть Олежа обогревает лишь его, пока Антон всеми силами защищает то, что ему дорого на их маленькой планете, где есть только два места - для него и Олежи.