Поверь в меня

Лукину утро ждало неприятное. Ее вызванивала Федерация несколько сотен раз. Оказалось, что Маркус подал жалобу из-за конфликта между Машей и девочками. Брюнетку просили решать вопрос на месте и как можно быстрее, и желательно, мирно. И выбора у брюнетки не было. Маша сидела на террасе дома и читала книгу: — Я думала это будет что-то этажа в три и современнее. — Господи, — Маша вздрогнула, от нарушения ее тишины и покоя, — Я чуть не откинулась, с ума сошла? — Я то нет, а вот, очевидно, твоя команда, да… Протест подал твой тренер в Федерацию. — Чего? Сразу? — Маша поморщила нос, — Блин, — девушка огляделась вокруг себя, — Телефон дома. А вы разве не улетели вообще? — Все улетели, а мне рекомендовали, очень настойчиво, решить вопрос на месте. Время идёт — но проблемы остаются. — Учила бы своих честно выигрывать, все было бы нормально, — Маша усмехнулась. — Ой, куда нам до вашей новой системы обучения? — Ты уверена, что в том положении, чтобы так со мной говорить? — Маша нахмурилась. — Меня эта история вообще не трогает и не интересует. Ты говорила — нет вопросов, а утром переобулась, конечно, это обычное твое поведение и… — Хватит, — Маша отвела взгляд, — Пожалуйста, хотя бы ты… — Хотя бы? — Новости не смотрела? — Только фрагмент, где обо мне ты сказала без комментариев. — Угу… Ну, а для всех я предательница Родины… я, кхм, я якобы если уехала, то сидела бы тут и не лезла. — Нафиг ты все читаешь постоянно? — Потому что это то, что мне написали тысячи! Тысячи людей. Уехала — предательница, потолстела, поплохела, скорость не та, прыгаю не так, музыка говно, программы скучные и дальше по списку… — Всегда были недовольные. — Но сейчас их в сотни раз больше. — Так бывает. Это нормально. — Ничего не нормально, — Маша бросила книгу на скамейку рядом. — Допустим. А мне, что делать? Ты планируешь наезжать на моих или… Нафиг ты вообще собралась продолжать конфликт?! — Я ничего не делала! Я все утро была в больнице, мне накладывали швы! — Маша показала руку в повязке, — Мне было вообще не до жалоб! — Но она есть! — Я поговорю с Маркусом, сейчас телефон возьму, — Маша поднялась, — Здесь подожди. — Ах да, ты же живешь не одна… —Лаура сказала с нотками ревности. — Угу, я живу не одна, — Маша усмехнулась и открыла дверь. С громким мяуканьем, на Лукину, зацепившись всего раз за ногу, залезла кошка: — Фея, — Маша закатила глаза. — Ты и ее перевезла? — брюнетка погладила пушистую светлую голову. — Конечно, я вообще-то переехала, не оставлять же ее одну, — Маша забрала кошку, — Я скоро, — она скрылась в доме. Лаура присела на ее место и огляделась. Поселение вокруг было очень красивым. Все зеленое, домики, почти одинаковые. Где-то на подъездных были машины. Машина машина стояла тоже слева от дома, на дорожке. Лаура закурила, пока ждала. Маша вернулась разговаривая по телефону, увидев сигарету и почувствовав запах дыма, девушка нахмурилась сильно, продолжая говорить. Лукина потушила недокуренное и прислушалась. Блондинка долго что-то объясняла и выдохнула, убирая телефон: — Прокатимся до арены? — Зачем? — Он хочет поговорить. — Со мной? — С кем-то из ваших. — Ладно, — она кивнула. — Маш, я поехала, хорошего дня, — из дома вышла высокая и стройная девушка брюнетка, обнимая ее и уходя, английский от нее звучал очень красиво. — Кхм, — Лаура потерла шею. — Что? — Маша посмотрела на нее, — Все нормально? — У меня все прекрасно. Поехали уже. У меня времени не много. — Ладно, — Маша зашла в дом и резко села на край дивана у двери. — И села? — Сейчас, — Маша сглотнула, — Кхм… — Плохо что ли? — Лаура зашла, — Маша? — Я нормально, дай мне две минуты, — она положила руку на лоб. — Водички? — Там в кухне кувшин. — Разберусь, — брюнетка прошла, через большую гостиную, в кухню и взяла стакан, возвращаясь к ней, — На. — Спасибо, — Маша отпила воды. — Что это тебя так? — На анестезию реакция, — Маша сделала несколько глотков, — Все вообще из-за этой и истории полетит опять, — девушка раздраженно поставила стакан на столик. — Собака, — Лаура увидела маленького шпица, спускающегося со второго этажа, — Это у Феи живой корм? — Это собака Францисы, — девушка посмотрела, как брюнетка погладила песика. — Она Американка? — Да, — Маша вдохнула и поднялась, — Поехали, ключи возьму только. — Симпатичный домик… Ну, внешне, с улицы хуже было. — Ага, — она искала ключи на полках. — Мм, кубок, реально? — брюнетка увидела кубок на столике перед телевизором. — Говорю же, выиграла, — девушка кивнула, — Поехали? — Давай. А я же… а я тоже на машине. — Ну, вернемся и поедешь, — блондинка вышла из дома. — Значит вернусь, — женщина вздохнула и спустилась с крыльца, — Бассейн тоже есть? — Нет, это в соседних поселениях. Здесь до океана 20 минут, так что… обходимся без него. — Часто на океан ездите? — Хотелось бы чаще, — Маша открыла машину и села за руль. Брюнетка села рядом и огляделась: — Почему не ауди? Тебе нравится моя машина. — Потому что в прокате есть только большие машины на долгую аренду, — она пристегнулась и посмотрела на Лауру, — Что? — Ты не купила ее? — Ты думаешь я и дом купила? Нет. Мы снимаем напополам с Францией. — Она соседка? — Слишком много вопросов не по теме, — Маша начала выезжать с парковки задом и аккуратно двинулась вперед. Они ехали минут 15 в тишине и Лукина уже с интересом смотрела на окрестности: — Район симпатичный. — Да, тут не шумно, людей не много, каток далековато, но, мы с Франц тренируемся в одно время и ездим вместе. — Она и в группе твоей? — Угу, — Маша кивнула и встала на светофоре, — С каких пор ты куришь? — Я всегда курила. — Не всегда. — Были перерывы, но редкие. — М, — Маша кивнула. — А что, на Чемпионат России вы вообще всем составом прошлым приедете? Ты, Яна, Мари? — Нет. — Буше не попрется с тобой? — Она не может, — Маша сказала спокойно. — Почему? — Ну, не может и все, — девушка посмотрела на нее и немного улыбнулась. — Что? — брюнетка прищурилась, — Свадьбу готовят? — Отпустила свое фигурное катание и собирается плотнее заняться семьей. — Плотнее? — Ну, что ты делаешь вид, что не поняла, — Маша закатила глаза. — Беременна? — Угу, — Маша кивнула, — После Чемпионата поеду в гости, уже ждут очень, — блондинка вздохнула, — Так что, на Россию планируюсь только я. Как бы вам не хотелось обратного. — Я сказала, что ты закончила, потому что ты мне так сказала. — Я тебе не так говорила. — А как ты сказала? — Я не хочу разговаривать про это. Ну, сказала и сказала. — Я хотя бы комментирую тебя и признаю твое существование. — Зато с моих слов не сделают интересные выжимки, видишь ли, мои слова теперь на 2 делят. — Ха, я на ноль. — Угу, — Маша заехала на парковку, — Пошли. — Это центр? На тюрьму похоже. — Не у всех есть средства Федерации или большие возможности. Лед на месте, значит уже не плохо, — Маша вышла из машины. Они прошлись и внутри, уже второй раз, Лукина видит намного симпатичнее картину. Блондинка прошла через пост охраны, показывая пропуск и говоря на английском о Лауре, после чего мужчина кивает им. Маша поднялась на второй этаж и притормозила, потому что Лукина была чуть менее активной: — Слушай, бросай-ка ты курить, Лукина. — Спасибо, разберусь без ваших советов, Третьякова, — Лаура вдохнула поглубже. — Дело твое, но раньше у тебя такого не было. — Нагрузку снизила, — брюнетка кивнула и пошла за ней. Они зашли в офис и Маркус поднялся, увидев блондинку: — Спасибо, что пришли, — он протянул руку Лауре, на что она ее пожала. — Очень хочется мирно решить вопрос. — Присаживайтесь, — он указал на стул. Маша села на диванчик, рядом с рыжеволосой женщиной, которая допивала кофе. Разговор Машу не интересовал, и о чем они там договариваются и что обсуждают. Марк и Лукина общались на английском, Маша иногда только поглядывала на Лукину, чтобы видеть ее настроение, но по брюнетке это стало вообще не понятно, слишком непробиваемая маска безразличия. Сама девушка негромко разговаривала с рыжеволосой дамой. Переговоры были окончены и Маркус пожелал хорошей дороги Лауре, пожимая кисть и прося Машу задержаться на две минутки. Маша вышла и Лукина вздохнула: — Готова? — Жги, — она кивнула и усмехнулась — От лица тренерского штаба, от себя лично и от спортсменок, я приношу извинения за этот инцеиндент, искренне жаль, что эта травма отразится на твоем тренировочном процессе и в случае проблем, мы готовы оказать любую помощь совместно с Федерацией. — Ох, душевно, — Маша с сарказмом произнесла, — Но, от вас и Федерации принимать я ничего не буду. А извинить — извиняю, спасибо, — она кивнула. — Дебилизм… — Лаура протянула, шагая в сторону лестницы. — Долго вы болтали, — Маша спустилась следом, — Чего вообще сказал? — Ты же там была. — И что? Я не слушала, — Маша пожала плечами, проходя по холлу. — Ах да, слишком занятая. — Слушай, ты за последние два часа меня преревновала сто раз и к разным людям. — Ну если ты на расхват… — Пошла ты в задницу, понятно? Официально и от своего лица, — блондинка опередила ее и вышла на улицу, проходя обратно к парковке. — И сразу обижаться надо? — Слушай, ты, конечно, великая и деловая, эго у тебя с космос, но не греби все в кучу, — Маша обернулась на нее. — Кто мне это говорит? Сбежала, кинула, отказалась от своих слов и принципов и уехала, и я с эго большим? — Ты знаешь причины. — Нет. Нет. Ты предательница. Родины может и нет, а вот меня да, — Лаура подкурила сигарету. — Хватит дымить, и так еле дышишь! — Маша выхватила у нее из рта сигарету и бросила на землю. — Ты не наглей-ка давай, — Лаура нахмурилась. — Закуришь — шагай пешком, — Маша села в машину и завела ее. Лукина фыркнула и прошла на переднее сидение. Они ехали обратно вообще молча: — Выкинь меня в каком-нибудь кафе, только не далеко от вашего района. — Зачем? — Поесть, как минимум, а максимум у меня еще 7 часов до отлета. — У нас есть рис, мясо и лимонад, если хочешь. Чтобы не есть, что попало, тут не особо кафе… — Ну ладно, все равно машина у тебя. — Угу, — Маша вздохнула, останавливаясь на светофоре и глядя на машины впереди, — Как мама? — Хорошо, — Лаура ответила спокойно, — Здоровье лучше. Папа тоже неплохо. Твоя как? — Не знаю, мы не общаемся больше, — девушка поджала губы, — Они где-то в деревне живут теперь, звонила еще месяца 2 назад, но разговор был пустой, так что… Больше нет смысла, — Маша поехала за потоком. — И с кем ты общаешься? — У меня новые друзья, новый круг общения, новая жизнь, — она пожала плечами, — Мари звонит, Миша присылает фотки крестника, а Яна и Баев были проездом, отдыхают и живут пока на Бали, — Маша заехала в район, — А я тут. Очень неплохо. Катаюсь, лечусь. — Спину? — Спина, нога, голова, все и сразу, — она кивнула. — А голова-то что? — А меня с недобором веса в 8 кг госпитализировали 5 месяцев назад, теперь вот, лечат, — Маша вздохнула, — Уже оказалось проблемой бесконтрольная потеря веса. — Это стресс. — Это болезнь, — Маша сказала ей серьезно, заезжая на парковку и у дома, — И страдаю я уже сильнее, чем думала и замечала, — блондинка заглушила машину, — Пошли, тебе надо поесть, а то выглядишь правда не очень… — Кто бы говорил. — А я и не спорю, — Маша кивнула. Лаура оглядывалась в квартире, пока ела еду, по которой даже успела соскучиться, чувствовалась Машина рука: — Милки, иди спать, что ты ходишь все за мной, — блондинка с улыбкой сказала собаке, — Не понимаешь, — собака сидела и вертела головой, — Ты хороший мальчик, — она сказала на английском и собака радостно завиляла хвостом, пробегаясь к ее ногам, — Да-да, — Маша подняла собаку и он улегся у нее в руках, как ребеночек, — Хватит быть таким милашкой. — А я Флипа отдала, — Лукина печально заключила, глядя на то, как Маша сюсюкает пса. — Что? — девушка очень удивилась этому, — Почему? — Времени нет, я его так мучаю. Забрала подруга из Сочи. Будет там жить. А я в гости. — Наверное, он скучает. Он очень тебя любит. — Любит он тебя. И когда ты уехала, очень тяжело все переносил. Поэтому, мое отсутствие рядом, только все сильнее портило, брать его везде с собой невозможно, так что… я утешаю себя, что все правильно. — Правильно. — Да нет… он мой верный друг. Я просто не могу ему помочь пережить минус одного в нашей стае, — она усмехнулась. — Иди хороший, — Маша поставила собаку и подперла голову рукой, — Поверь, Флип счастлив будет тебя видеть и сейчас счастлив, что отвлекается, — блондинка сказала по доброму, — Он же булочка с корицей, всегда. — Да, — Лаура усмехнулась и посмотрела на Машу, — Я тебя с победой не поздравила? — Ммм, я переживу. — Все равно с победой. Ты на 20 баллов ушла вперед. Вот это уровень. — Это сохранилось все со времен наших тренировок. Особо здесь ничего такого не дают. Разве что программы другие и подход и идеи. — Короткая какая-то вялая, если честно. — Ты просто не понимаешь смысл, — Маша улыбнулась. — И— какой смысл? — Смысл в целях, Маша вздохнула и поправила пряди волос. — Произвольная не плохая, громкая, активная. Но… Не твой жанр. — Спасибо, только я буду катать не свой жанр. Потому что я так хочу. Потому что это все новое и другое. Хоть кто-то посмотрел на меня, не только лирикой и драмой. — Объясни другое… — М? — Что за политика, что нас надо не замечать? — Не замечать? — Ты в первый день прошла так, словно мы прозрачные. — Хотела, чтобы я вас в десны целовала? — Нет, на привет или что-то в этом роде. — Ты прекрасно знаешь, что я стараюсь вообще не общаться ни с кем в дни прокатов. Как видишь, политика верная, а то все конкурентки будут меня пытаться грохнуть, — девушка усмехнулась. — Я разберусь. Ты же не думаешь, что я не знаю, что это было специально. Просто… Не знала, что ты тоже так действуешь… Сказать Тине, что она смотрела сезон перед тв, а не каталась… — Ха, — Маша улыбнулась, — Двойные стандарты? Твоим можно, мне нет? — Никому нельзя. Но ты поддержала. — Лаура, у меня из руки лилось так, что казалось, что она мне до кости вскрыла руку. Я не буду молчать. Я уже не маленькая девочка, я уже не добрая, я не собираюсь строить из себя ангела. Я не птичка, я не ангел, нет. Хватит. Поездили на мне. Теперь я буду забирать свое. И если мне говорят, что я плохая, молчать я не буду. — Ты плохая. — Тебе промолчу, — Маша усмехнулась. — М, ну это нормально. Ты любишь делать все резко, больно и… м, бездушно. Маша посмотрела на нее и улыбнулась: — Зато твоя семья довольна. — Маша! Маш! Ты понимаешь, что это было решаемо. — Ценой жизни твоей матери? Ценой ваших отношений, дружбы, поддержки и семьи?! Ты что ненормальная? Ты бы выбрала меня, вместо тех, кто дал тебе жизнь и воспитал, и поддерживал и верил? — Был бы способ… — Пока он был бы! Твоя мать уже могла знакомиться с моим отцом! Ясно?! Не надо говорить мне про то, что все было легко! Если бы так было, я бы не уехала. И не оставила все. Но я решила так. Извини, если это больно или идет в разрез с планами, извини. Но я так чувствовала и сделала. — Ты не столько предала меня, сколько себя. — Да?! — Да. Ты уехала и не сказала. Ты просто взяла и выкинула меня из своей жизни и… — Вот что-что, а эгоизма тебе не занимать. — Что? — То. Когда ты уехала в Москву, это было тоже самое. — Я уехала за жизнью, которая у меня всегда была. Я уехала так, что с тобой не хотелось расходиться. А ты уехала… — А ты думаешь я уехала, потому что хотела тебя бросить? Разлюбила или что? Нет! Я сто раз передумывала. Но поняла, в один день, когда твоей маме было плохо из-за нас… Что оно не стоит того. Уж поверь. Я знаю, какого, когда уходит такой родной человек. Оно не стоит того. Ничего этого не стоит, — Маша пожала плечами, — Все думают, что я тут легко зажила, что у меня все супер, американская мечта, а не жизнь. Только почему-то никто не думает, как было сложно решить этот вопрос с федерацией, сколько мне стоит и сколько я пытаюсь блин сделать. — Уху, а ты думаешь мы там супер живем? Думаешь нам с Женей не прилетело, что чемпионка всего уехала. М? Помочь ты мне хотела… ну давай, думай так, только ты не просто заговнила меня, как пару, ты еще и работу всю испортила нашу. — Значит так надо, — Маша кивнула и поднялась, уходя в гостиную, чтобы посидеть, а то болела голова. Лукина села с ней рядом и вздохнула: — Дело не в том… — Я не хочу больше разговаривать! Тупая моя доброта. Ну, просто тупая. Зачем ты здесь? Почему я опять это сделала?! Ради чего?! Я ненавижу себя, из-за тебя. Каждый раз. Каждый раз, что я что-то делаю, это все изгажено, потому что в этом видят какое-то лицемерие или попытку что-то получить… Ничего мне не надо. Слышишь? Просто дай мне жить без тебя спокойно! Я только привыкла, что я сама за себя. Нет. Надо… надо все похерить. Всем и все. Как всегда! Вот… чтобы я не сделала… — Ой, ты трудно привыкала? Ты? А я так, знаешь, дверь закрыла и все, сразу все забыла, — она с сарказмом произнесла, — Угу! Да! И сейчас мне пришлось остаться потому, что я хотела, не потому что твой долбаный тренер решил послушать извинения от меня. — А иногда полезло! Признавать ошибки! — Да! — Лукина поднялась, — Моя ошибка, это то, что я пустила тебя в свою жизнь, думала что я тебе топчусь, а это ты все время в обуви ходила. И не надо говорить, что кому-то было легче. Нет! Ты хотя бы знала, где я и что я. А я даже не знала у кого спросить… Потому что твои друзья и Миша, все как один говорили — Лаура, она отдыхает. Лаура она все решила. Лаура-Лаура-Лаура. А то, что я даже не знала, живая ты или нет! Это не важно?! Это плевать?! А то, что я тебя просто хотела услышать, увидеть или просто хоть от них узнать… это не важно?! Я эгоистка?! Я хотя бы не бросила тебя одну со всем этим. Ни разу. Ты говорила, что все простила, но на деле, ты жалкая лгунья. Которая врала обо всем. И тебе я больше ни в чем не поверю. Чтобы ты не сказала. Живи тут в своей сказке! Да. Живи и наслаждайся! А я уже привыкла. Мне уже больше не интересно. Я это умею. Ты уже не важна мне. И поэтому катись ты к черту. Ясно? Тяжело тебе тут? А мне хорошо и легко. Живу и радуюсь жизни. Спасибо мужу, который, — Маша вскочила и несильно шлепнула ее щеку. — Уходи. Все! Убирайся отсюда! Проваливай! Я тебя ненавижу. Я тебя просто ненавижу! Ты… — Маша стиснула зубы, потому что почти плакала, — Убирайся из моего дома и моей жизни. Сейчас же! Иди! Иди к своему мужу и своим девочкам! Иди! Ты мне не нужна! Я сама. Ясно?! — Если ты еще раз меня ударишь, — Лаура схватила ее за запястья, — Я тебя сама ударю, и не сдержусь, как ты, — Лаура сверлила ее холодным взглядом. — Ай, — она зажмурилась, потому что пальцы давили на свежий шов. — Ты меня поняла? — Мне больно, отпусти. — Тебе больно?! А другим делать больно нормально?! — Лаура, — Маша схватилась за руку на своей руке, — Пусти, пожалуйста. Лукина поняла, что больно не от сжатия, а от попадания пальцами на швы, поэтому тут же разжала руку: — Я не… — Уезжай, — Маша сказала ей, сложив брови домиком, — Ну я прошу тебя, уезжай. Пожалуйста. Просто уйди. Просто уходи. Оставь меня одну. Я умоляю тебя, — Маша заливалась слезами. Брюнетка выдохнула и взяв свой телефон с тумбы, ушла из дома, садясь в арендованную машину и сразу громко уезжая, с визгом шин по асфальту.