Конец – это только начало.

От лица Ванды [Утро] Голова гудела так, словно ведьма вчера успела напиться и забыть про существования этого мира. На самом же деле, ее истерика повлекла за собой эти все последствия. — Мисс Максимофф, вы ещё отдыхаете? — тихий стук в дверь заставил окончательно проснуться и подняться. Подойдя к двери и протерев слегка опухшие после слез глаза, ведьма открыла дверь. На пороге стоял Вижн. Последние две тренировки он занимается с ведьмой, выдерживая ее магию. Физической подготовкой с ней занималась Наташа. Но как нам сейчас удается лицезреть, физ.подготовка отложена. — Доброе утро, Вижн — Здравствуйте, я бы хотел напомнить, что скоро тренировка, вы сможете быть? — Я буду. Только дай мне немного времени. — Судя по вашим показателям, вы спали не очень хорошо, помимо этого, ваше моральное состояние здоровья оставляет желать лучшего. Не желаете перенести тренировку? — Выключи свои микросистемы и жди меня на улице — ведьма собиралась закрыть дверь, как чужая рука придержала ее. — Ванда, мы всегда можем поговорить обо всем. Один раз ты уже держала эмоции в себе, вспомни, к чему это привело. — убрав свою руку, андроид направился в сторону выхода. Что мы знаем о боли? Она есть моральная и физическая, да-да. А теперь копнем глубже. Что есть боль? Что она несёт за собой? Прогресс. Вот что. Собственным страданием, вы рушите стены. Направляя себя на дорогу, в которой нет страха, нет границ. Свобода, в какой-то мере. Приведя себя в порядок, ведьма ещё раз взглянула на себя в зеркало. Алый огонек все так же был в зрачках. Нет, не из-за злости. Дело было в смятении, полной растерянности. // Воспоминания. —«Уходи» — «Какого черта ты тут делаешь?» *** — Черт. — раскрыв глаза и махнув головой, она одела куртку, только не ту, что было отдана Романофф. Не сейчас. Она пахнет ею. — Уйди уже с моей головы, агент Романофф. — прошипев эту фразу, шатенка отправилась на тренировку. *** От лица Наташи Наташа всю ночь не спала. Ее все тело выворачивалось наизнанку от своего же поступка. Признать, что она была неправа, она не могла. Но прекрасно это понимала. К ней за все время, кроме Ванды, никто толком и не заходил. Ведьма была первой, кого увидела Таша, открыв глаза от ужаса, который поглощал ее снова. И этот момент она запомнит надолго. Романофф испытала чувство боли и прогрессировала дальше, она разрушила, вернее, почти разрушила, границы страха. Только вот в чем загвоздка… От себя не убежишь. Да, для всех ты мультизадачный киллер. Убийца, которая без особых сожалений пустит пулю в лоб. Но, когда ты сам с собой — ты маленький ребенок, которого насильно разделяют с семьёй и кидают на обучению в красную комнату. Там же.А там уже другие действуют правила. Либо ты кого-то, либо тебя В палату резко открывается дверь и входит Фьюри. Как обычно, без предупреждений. — Как поживает мой самый любимый агент? — Фьюри, если ты пришел сюда, чтоб раскидываться своей нежностью — то лучше свали. — Да она же идёт на поправку! — громко крикнул мужчина поглядывая на пришедшую медсестру. — Тебя уже выпишут завтра ближе к обеду. Никаких тренировок, максимум, можешь нашу ведьмочку тренировать Удар. — Так же тебе стоит…— слова шефа пролетали мимо, абсолютно. «Что если Ванда вернётся вновь в то состояние, в котором она прибыла на базу Щита? Что если я вчера совершила ошибку, которую вряд-ли получится исправить? Как вообще она себя чувствует? Романофф, ты такая идиотка» — Мне нужно с ней поговорить. — резко перебив Фьюри проговорила Нат. — О чем ты? Ты меня вообще слушала? У нас миссия по спасению мира на носу. — Мне нужно с ней поговорить. Где Ванда? — на отрез игнорируя все вопросы, вновь спрашивает девушка. — Романофф, будешь писать мне рапорт. На тренировке сейчас ведьма. — Не называй ее так. Имя у нее есть. — Ванда. Ванда Максимофф сейчас на тренировке с Виженом. — фыркает мужчина, на что зрачки его собеседницы расширяются. — Что? — она почти восклицает это слово так, словно доказали, что земля всё-таки плоская. — У тебя вроде только ножевое ранение, разве нет? — Тшшш… — сквозь зубы шипит рыжеволосая со злобой, что растет с каждой секундой всё больше. — Она тренируется только со мной. — Если ты не заметила, дорогая, то ты слегка не в том состоянии, чтобы вставать в фирменные позы на ринге. — Мне плевать! — её челюсть смыкается с каждым разом сильнее, а рука кажется настолько сжимает ткань одеяла, что сможет порвать. — Какого черта она тренируется с этим красным?! — «Имя у него есть» — передразнивает мужчина слегка улыбаясь такой реакции вдовы. — Да мне всё равно, хоть он найдёт себе приемных родителей! Какого черта, я ещё раз спрашиваю?! Ванда Максимофф тренируется только со мной! — А чего ты так напряглась, я понять не могу? — Я? — в голове в миг что-то щелкает, и белок, что кажется успел налиться алой кровью, вернул свой прежний облик. — Он… Он просто испортит ей всю технику. Он неопытен. — За технику так переживаешь? — лукавит Ник, что Романофф злит ещё больше. — За своё потраченное время, потом переучивать придется. — отрубает холодно Наташа. — Не волнуйся, не придется. Они вроде поладили, думаю так и останутся в паре. — он слышит этот скрежет зубов, но ни за что не раскроет свои карты, ради такого джекпота, как разгневанная знаменитая черная вдова по щелчку пальцев. — Ладно, засиделся я тут с тобой, а мне ещё «голубков» наших надо проведать. — Я.убью.тебя. — одними губами молвит рыжеволосая в ответ получая довольную улыбку. — И я тебя обожаю. — Она с силой метает подушку, но Фьюри вовремя успевает закрыть дверь за собой. В боку тут же отдается неприятное жжение, и девушка шипит, прикладывая руки к ране. — Ненавижу. Романофф понимала, что дело было явно не в проведении тренировки. Тут было что-то совсем другое. Нат сражалась в нервном бою со здравым смыслом и.зовом сердца. Она не хотела играть с судьбой в очередные загадки и споры, выводя на новый уровень эмоции, но ей уже раздали карты. Осталось действовать. *** — Ванда, тебе стоит успокоить свои эмоции, иначе, мы так и будем часами тут заниматься, пока не сможем подготовить тебя физически — Андроид подошёл к девушке пытаясь угомонить ее ярость в глазах. — Отойди от меня. — ведьма откинула в сторону ближайшее препятствие. — Это мог быть ты, так что, будь добр, уйди по-хорошему. Я думаю, что тренировка на сегодня закончена. Вижн устало выдохнул и развернулся собравшись уходить, но тут же сказал напоследок: — То, что ты будешь злиться на нее — никак не поможет тебе в бою. Абсолютно. Ты лишь растеряна и думаешь только о ней. Поэтому мне удалось победить тебя несколько раз подряд. Поговори с Наташей. Максимофф посмотрела на андроида и выпроводила его уже успокаивающим взглядом. Я пыталась тебя забыть, делала вид, что мне все равно, что ты мне не нужна, но всё тщетно. Поэтому хватит так стараться быть холодным человеком, дабы убить мои чувства! Прими уже меня с ними… Ведьма вышла с душа, вытирая свои волосы и поглядывала на часы. 16:00 Наташу уже должны были выписать, но учитывая ее состояние, ей светит только постельный режим. Сколько Ванда уже ее не навещала? Час, два? Казалось, что прошла вечность. Обида уже сходила на «нет» и она действительно хотела поговорить с рыжеволосой, но вновь боялась получить этот холод. Тот ледяной голос, который так и заставляет все тело напрячься. — Может стоит всё-таки сходить к ней? Или лучше спросить у Фьюри как она себя чувствует? — Максимофф вела монолог, но ей так было даже лучше. Потому что, когда она погружается полностью в себя и свои мысли — это надолго. И приводит не к очень хорошим последствиям. Стук в дверь заставляет девушку пропустить несколько ударов в сердце. Такая реакция свойственна только на одного человека — Наташу. Был бы там кто-то другой, все бы было иначе. Шатенка быстро накинула на себя одежду и подошла к двери, открывая замок, а затем опуская ручку двери. За дверью стояла Романофф, придерживаясь рукой за рану, которая, по всей видимости, была открытой. Шов разошелся. — Наташа.— не задумавшись, ведьма тут же помогла девушке и провела ее до кровати, аккуратно усаживая. — Ванда я хотела поговорить. — Прежде чем говорить, надо иногда думать о себе. А не идти сюда с раной, которая толком ещё не зажила — Ванда поставила рядом стул, доставая бинты — Ты можешь помолчать и выслушать меня, Максимофф? — ведьма подняла свой взгляд, переводя его с раны на глаза рыжеволосой. — Ну уж нет, Наташа. Я тебя выслушала ещё тогда, в палате. Теперь же, позволь мне сказать, но ровно после того, как с твоего разрешения и позволения я смогу помочь тебе с раной. — чуть повысив тон, шатенка вновь приступила к обрабатыванию раны. — Дернешься — будет больно. — алые всплески магии затянули кровоточащую рану. — Ты не могла так раньше сделать? — Романова удивлённо посмотрела на ведьму. — Возможности, знаешь ли, мне не предоставили. То не пропускают к тебе, то выгоняют прям с палаты — на эту фразу Ванда сделала особый акцент — Ванда — Наташа тут же взяла ту за ладонь, когда она собиралась уходить. Этот жест не остался незамеченным. — Пожалуйста, выслушай меня. Я не прошу, чтоб ты не злилась на меня, не прошу, чтоб простила. Единственное, чтоб услышала. Время замерло. Казалось, секунды — стали минутами, а минуты — часами. — Я не хотела тогда грубить и кричать. Но ты же понимаешь, что излишняя забота мне не нужна.Я могу и сама справиться со своими проблемами. — Ты хотела сказать кошмарами? — Ванда тут же ее перебила. — Проблемами. — Нет, Наташа, называй вещи своими именами, черт возьми! Это кошмары. От которых ты меня спасала. Да, именно ты. Тогда почему я не могу помочь тебе?! Боишься, что это заденет как-то твое эго? Ты же у нас бессмертный мститель да?! У тебя так много шансов на выживание? Почему ты, а не кто-то другой получил ранение? — слезы наворачивались на глазах у ведьмы, она не могла остановиться. Это все то, что она копила в себе несколько дней, переваривая каждую деталь — Я же просто хотела быть рядом! Я. Наташа впервые была так...не то что испугана, просто...взволнована. — Хэй, тшш — рыжеволосая приподнялась и прижала девушку к себе, слыша ее тихие всхлипы — Прости меня, Ванда. Прошу, прости меня… — Наташа никогда бы не сказала эти слова. Даже если бы понимала, что виновата. Но тут, тут все было иначе. К черту все маски. Между ними двумя было что-то схожее на качели. Ведь одна никогда не показывала настоящую себя, а другая пыталась показать, что ей не все равно на эту безэмоциональность. Сущий парадокс. Они, знаете, были полными противоположностями. Совершенно разные, но при этом до невозможности близкие. Девушки простояли так довольно долгое время, пока ведьма окончательно не успокоилась. Разговор выдался не из лёгких, а внутри было опустошение. — Тебе нужно отдохнуть — сказала чуть охрипшим голосом Романова — Ты уйдешь? — не поднимая своего взора, Ванда посмотрела на свои перебирающие друг друга пальцы. — Ты этого хочешь? — Я хочу, чтоб ты осталась, но выбор за тобой. — Укладывайся — агентесса указала на подушку Максимофф молча завернулась под одеяло — Я буду тут, никуда не уйду. Даю тебе слово. — Наташа уселась рядом с Максимофф придерживая ее за ладонь. Что-то происходило. Наташа не может перейти грань. Но, как оказалось, она ее ещё перешла, когда переступила порог в комнату Ванды.