Конец – это только начало.

[Дом Наташи] Рыжеволосая кинула ключи на ближайшую тумбочку скидывая с себя куртку. В это время Ванда застыла в коридоре, рассматривая съёмный дом девушки. — Нравится? — Романофф слегка ухмыльнулась, снимая с шатенки ее куртку. — Ты не говорила, что снимаешь дом. — А разве был повод говорить? — повесив куртку, Романова прошла в гостиную. Сам дом был небольшой по размерам, но такой прекрасный внутри. Не было слишком ярких оттенков, совсем нет. Черный кафель, серые оттенки. Чувствовался минимализм, но в тоже время и комфорт. Максимофф сделала заметку, что она скорее всего предпочитает аналогичный тип жилья. Романофф принесла плед и накрыла им шатенку, которая уместилась уже на диване. — Так что же, какой фильм предпочитает посмотреть моя девочка? Улыбнувшись, Максимофф похлопала рукой по свободному месту рядом — Садись. Будем не фильм, а мультфильм смотреть. — Какой же? — Предлагаю Рапунцель, что скажешь? Романофф засмеялась и уселась рядом с девушкой. Та, в свою очередь, положила свою голову на колени рыжеволосой. — Хорошо, солнце. Рапунцель, так Рапунцель. Включив и начав просмотр, Наташа медленно перебирала волосы шатенки. И нет, ее взгляд был направлен совсем не на мультфильм, как, казалось, должно быть. Максимофф повернула голову на рыжеволосую, словно пытаясь отыскать какие-то ответы — Тебе не интересно — она улеглась удобнее, чтоб видеть взгляд Романовой. — Мне очень интересно наблюдать за рапунцель в телевизоре, но вряд-ли мне это нужно, когда моя Рапунцель у меня на коленках — усмехнувшись сказала рыжеволосая. — Нат, мультик правда интересный, зря ты не смотришь — приподняв свою голову, Ванда пересела на колени к девушке, проводя большими пальцем по ее губам — Я до сих пор не могу поверить.. — О чем ты? — Что мы вместе, Нат. Это было за пределом моего понимания. Я так хотела, но понимала, что это непостижимо. А теперь..Теперь я так близко, что боюсь случайно сделать ошибку. Совершить одно неверное движение. — Моя девочка..— Наташа сделала движение вперёд, вовлекая в поцелуй Максимофф, полностью останавливая ее поток слов — Мм..некрасиво так делать..— сквозь поцелуй прошипела шатенка, отвечая и прикусывая нижнюю губу рыжеволосой. — Эй, потише, милая..— усадив ту поудобнее, Романова отстранилась — весь мультик пропустишь. — Мультик я могу пересматривать хоть десять раз. А моменты проведенные с тобой, идут здесь и сейчас. Я хочу запомнить все, каждую деталь. — Что же..— Наташа накрыла девушку сверху одеялом и прижала ближе к себе. — не холодно? — Нет..— Ванда начала водить ладонями по оголённые плечам Наташи. Иногда натыкаясь на шрамы, от которых мурашки пробегали по коже. Чародейка словно застывала в этот момент. Она внимательно их рассматривала, боясь задать вопрос откуда та или иная рана. Но тут ее рассуждения прервала рыжеволосая. — Чем больше я прячу свои шрамы, тем легче я истекаю кровью. Пряча их, нам легче справляться с болью от них же. Я надеюсь, что все преобразуется, ведь если шрамы никто не увидит, значит твоя израненная душа останется в черноте горести и прострации. Но на самом же деле, малышка, шрамы — история тебя. История твоих переживаний, слез, обид, счастья или же неуклюжести. История, которая никогда на свете более не повторится. Но запомнится надолго. И не стоит пытаться вникнуть в природу их явления. Это уже не имеет значения. — поцеловав ту в макушку, она начала поглаживать спинку Максимофф — Я думала, что у нас в паре ведьма я. И читать мысли моя задача. — Ты читаешь мысли, а я читаю тебя. Все просто, но. — наклонившись к уху ведьмы, Романова прошептала: — Мои мысли тебе читать запрещено. — рой мурашек тут же накрыл Ванду, что не осталось незамеченным со стороны Наташи. — Как забавно твое тело реагирует на меня.. — Я..холодно просто. — Ага. Да, я верю тебе — приподнявшись с дивана, она взяла девушку на руки, от чего сразу получила возмущения — Эй! Пусти! У меня ноги вообще-то есть. Тебе нельзя тяжёлое поднимать — Во-первых, помолчи, я разберусь поднимать мне тебя или нет. Во-вторых, ты действительно хочешь, чтоб я тебя отпустила? — ....... — Чудно. — дойдя до спальни, Наташа уложила девушку на просторную кровать и накрыла теплым одеялом. — Тепло? — Мгм..— залез с головой под одеяло, девушка махнула. — Ты уходишь?..— Ванда тут же приподнялась, когда рыжеволосая отправилась к двери — Нет, нет, ложись, я просто двери прикрою — прикрыв двери, Наташа выключила фонарь, который так ярко освещал комнату, и улеглась рядом с шатенкой обнимая ее со спины. — Уже поздно, котенок, надо спать. — Но... — Мультик досмотрим завтра, хорошо? — Ладно..— Чародейка повернулась к Романовой и уткнулась ей носом в шею, крепко обняв. Черт, этот запах. Он буквально сводил с ума. Ярко выраженная вишня и кофе, возможно даже, черного горького шоколада. Такой родной и..ее. — Ты знала, что я люблю тебя? — уже в полусонном состоянии проговорила Максимофф — Я люблю тебя больше, чем 13 миллионов раз, ведьмочка. — Поцеловав ее, Наташа сама начала погружаться в царство морфея. Но кто знал, что это закончится для нее слишком печально.. [Сон] Мрак, это всё что поглощает тело девушки. Такой бездонный и непросветный. Тишину прерывает лишь собственное биение сердца и сбитое дыхание. Наташа жадно глотает воздух, будто что-то сдавливает горло, и мотает головой по сторонам. Пустота. Ни единой души. Только она посреди собственной тьмы... Стоит ей вернуть голову в изначальное положение, как вдова вздрагивает, делая шаг назад. – Ну, здравствуй. – томный голос раздается эхом. Перед ней предстаёт фигура. Её глаза полностью черны, не видно даже белка, что не скажешь о коже. Она бледна, как мрамор. Темные вены по всей шеи и кажется телу. А на губах бордовая густая пома... Кровь... Как и на руках. Романова не может поверить, ужас застывает в глазах, а тело что-то сковывает при виде неё... – Брось, я не настолько ужасна. – хриплый смех и шаг навстречу. – Я-я... Я... – ком в горле. Она не может ничего вымолвить, только отходить назад. – Всё верно, дорогая. Я – это ты. – и зверский оскал уже сияет на лице. – Н-нет... Я-я... Н-не т-ты... – она заикается, не в силах подобрать слов. – Не ври себе. Я настоящая, а ты всего лишь обложка. Никогда бы не подумала, что ты боишься истинную себя настолько сильно... – девушка забирает темную прядь волос, прокручивая её на пальце, и наигранно дует губу. – Наташа, это же я, как ты могла забыть меня? – ещё одно движение навстречу, и совершенно ледяная кисть прикасается к скуле рыжеволосой, оставляя багряный развод. – Не трогай меня. – агентесса хочет ударит с силой по чужому запястью, но как только подносит руку, её тут же пронзает сильнейшая боль и она вскрикивает. – Мне тошно от тебя. – фыркает копия, начиная обходить девушку вокруг. – Ты стала такой жалкой... Такой слабой... Такой... Ничтожной. – Ар... Уйди... – сквозь зубы шипит одна, пока другая только заливается смехом. – Ты так наивна, Романова... Я же не очередной человек или задание в твоей никчёмной жизни. Я твоя сущность, милая, которую ты так яро отвергаешь. И меня поражает тот факт, что ты боишься... Боишься буквально всего... Боишься, что всё окажется иллюзией, очередной игрой и миссией и всё это не по-настоящему... – Хватит... – но брюнетку это только задорит. – Но сама надеваешь маски, притворяешься и бежишь за чем-то незбыточным. Ты не та за кого себя выдаешь. – Неправда... – Ложь. – и звон пощёчины разносить по мгле, а болезненный стон срывается с губ рыжеволосой. – Для кого ты всё это делаешь? – Для людей... – в ответ удар по ногам, от чего девушка падает на холодные плиты. – Ложь. Повторю ещё раз, для кого ты это делаешь? – Для тех кому нужна помощь... – удар в живот, от чего агентесса корчится сильнее и сплевывает кровь. – Помощь нужна только тебе, дрянь. Ты делаешь это только для себя, пытаясь доказать самой себе, что можешь делать что-то кроме того, как убивать. Пытаешься так отмыть руки, хотя пропитана насквозь. Всё прячешься за иллюзиями. Что это твоя новая семья, близкие люди, любовь... – Не смей трогать её... – хрипит девушка, пытаясь приподняться, но новый удар заставляет в очередной раз встретиться с землёй. – А то что? Уже много напридумывала с ней? А в один момент она просто придёт к тебе и скажет, что миссия закончена. А после и они, что прикрытие подошло к концу, спасибо за сотрудничество. И тебя выбросят, как сломанную игрушку на помойку. – Н-нет... Она так не сделает... Они так не сделают... Я делаю всё..и буду делать..для них. Для людей. – Для людей? Хах, да на твою ветхую могилку никто даже не придёт. Максимум экскурсия школьников, где один из них плюнет в надгробную плиту. Неделя, максимум две и все воспоминания с тобой испорятся также быстро, как прах половины населения. Самой не смешно от своих слов? – фигура подходит ближе, с силой приподнимая Наташу за волосы и заставляя смотреть в свои глаза. – Очнись, наконец. Есть только ты, остальное лишь помехи и раздражители, которые почему-то заставили тебя сломаться под них. Боишься всё потерять, оказать заточенной в бесконечном лабиринте, где кругом сплошной обман, но не осознаешь, что слишком давно там находишься и сама принимаешь правила. Слишком давно играешь ту, кто на деле твоя очередная роль. Будь то послушная дочь, подруга, хороший мститель или же девушка... – на последнем слове она делает больший акцент, победно скалясь и чувствуя, как тело Романовой напрягается сильнее и она злится всё больше. – Мне так нравится вызывать хоть какие-то настоящие эмоции у своего фальшивого облика. – брюнетка приподнимается и наносит ещё один удар в грудную клетку. Наташа шипит, почти кричит от боли. – Остановись... Прошу... – Еле слышамый хрип и кашель. – Остановиться? Ты просишь? – злорадная усмешка и ещё один удар ногой. – Я остановлюсь, только когда убью тебя и смогу возродить себя. Ту сущность, что изначально было рождена и для чего. А именно для того, чтобы править, ставить на колени и беспощадно убивать. – Н-нет... Я давно больше не ты... – О, ты заблуждаешься, дорогая. Ты никогда не сможешь спрятать истину. Ты знаменитая черная вдова. Ты воплощение ада и смерти. Ты давно могла быть на высоте и не вынуждать меня приходить к тебе и напоминать, что ты жалкая пешка в этой пищевой цепи. – вновь удар. – Очнись. – ещё один. – Очнись же наконец! – голос переходит на крик, а сила только прибавляется. — Романофф резко подрывается, жадно хватая воздух и ищет глазами то, за что можно ухватиться будто это последние секунды ее жизни — Эй, Эй! Нат, посмотри на меня, тшшшш — Максимофф повернула ее лицо на себя, заглядывая в полностью разбитый взгляд. Испуганный. — В-ванда..Н-нет, не трогай, не трогай меня..— рыжеволосая пыталась выбраться с хватки девушки. — Тише, солнышко. Я не причиню тебе вреда, слышишь? — произнося эту фразу, глаза Ванды запылали алым цветом и из рук начала нитями тянутся магия. — Мы дома, я рядом, все хорошо. Ты в безопасности. — проведя рукой по скулам девушки Ванда выдохнула — Тебе нельзя быть со мной..Прошу, отпусти меня..— слезы застыли в этом нефритовой взгляде. Ванда впервые видела Наташу такой. Она действительно была испугана. — Я никуда не уйду, слышишь? Я тут. Успокойся, прошу, тебе надо прийти в себя — прижав Романову к своей груди и начав медленно поглаживать, Максимофф горела желанием узнать, что же приснилось ее девочке, но не рискнула. Это неправильно. Если она захочет — расскажет. Молчание тянулось слишком долго. Наташа будто уткнулась в одну точку и молчала. Искала ответы, буквально роясь в себе. Этот сон знатно пошатнул все стены, которые так выстраивала агентесса. Тишину решила прервать Ванда. — Нат?..как ты?..— почувствовав спокойное дыхание и ритмические удары сердца, она чуть расслабилась — Это неправильно, Ванда. — хриплым голосом сказала девушка. — Что именно? — Всё. Я буквально разрываюсь на две части, я хочу тебя защитить от мира, но понимаю, что сначала тебя надо защитить от меня же. — Не говори так, Нат. Ты прекрасно знаешь, что это не так..Я люблю тебя. Я люблю тебя до безумия и мне хочется кричать об этом, лишь бы ты услышала. Наташа отстранилась от Максимофф приподняв свой взгляд. В ней отчаянно продолжали бороться две личности. — У каждого своя борьба с внутренним «я», но проблема в том, что редко кто выходит победителем. — К чему ты это?.. — У всего есть конец, ведьмочка. Когда-то прийдёт и конец в моей битве, но сейчас я веду проиграшную тактику, потому что люблю тебя. И это нас погубит. — Что ж ты увидела, что тебя словно подменили?..Я могу взглянуть?— ведьма протянула свою руку — Нет, не надо. Прошу. — Хорошо, хорошо, солнце. Но я просто хочу сказать одну вещь..Помни о том, что того, кто способен любить — все ещё можно спасти. — Ты протянешь мне руку? — выгнув бровь и усталым выражением лица спросила рыжеволосая. — Всегда это буду делать — Я люблю тебя — оставив поцелуй на лбу Максимофф, Наташа вновь улеглась, обнимая девушку. — Поспи, тебе надо отдохнуть — укрыв одеялом Ванду, сказала девушка. — А ты? — Я посижу. Буду охранять твой сон. — Нат, но.. — Ванда. — на отрез произнесла рыжеволосая — Пожалуйста, тебе надо поспать. — Я постараюсь, ладно? Я не хочу оставлять тебя одну в таком состоянии. И это не обсуждается. — Девушка взяла ту за ладонь и поцеловала ее тыльную сторону. Наташа уходила как сильная, но, возможно, уснула плачущей. Она ведет себя так, будто ничего не случилось, но, возможно, она просто умеет хорошо лгать. И Максимофф это видит. Жаль, что Романофф не понимает одного..В этот раз она сама не справиться.