Конец – это только начало.

Любовь - это тыл, в котором ты прячешься от злободневности этого мира. И вот он, этот момент, когда вам не нужен никто, потому что всё, что нужно для счастья уже есть. А ночью это особенно чувствуется. [ Утро следующего дня] Ванда с трудом всё-таки уснула на груди у девушки, приобняв ее за талию. Мысли ещё долго крутились в голове, не давая покоя. Пытаясь докопаться до истока проблемы, начинаешь понимать, что сам тонешь в этой тьме, которая пожирает с корнями. Но, стоило девушке прикоснуться к рыжеволосой, как тут же окутывала тишина и покой. Если раньше Ванде приходилось сжимая одеяло и подушку, впиваться ногтями в ткань, потому что страх был безумный, то сейчас..Сейчас просто тишина. Не знаю, стоит ли говорить о том, что самое ужасное в этой ситуации то, что они друг другу дали надежду. Святой хаос, люди..Это самое ужасное, что может быть. Давая надежду - даёшь обещание. Но веришь ли ты сам в то, что сможешь его сдержать? Вбивая гвоздь в душу, скрепляя все то, что имеется на данный момент, помните, что даже вытащив его своими извинениями или уходом, вы все равно оставите там дыру, которая будет долго зарастать, если, конечно, зарастется. Наташа проснулась первой, издав тихий стон по причине того, что ее спина невыносимо болела. Правда, шевелиться она не хотела и вовсе. На груди покоилась Максимофф, которая там спокойно спала. Романова боялась вдохнуть, так как сон шатенки был для нее дороже. На улице безостановочно льет дождь, который навевает воспоминания о том, что было этой ночью. Неужели все настолько запущено? Та личность и события, которые непроизвольно затягивают рыжеволосую в новую игру. Игру, в которой правила диктует уже не она. Резкий телефонный звонок прервал домыслы Романовой. И она быстро потянулась к телефону, чтоб выключить звук, при этом не разбудив Максимофф. Пропущенный вызов от Эдик Наташа открыла чат, начав набирать сообщения. — Эдик, есть такая вещь, как социальные сети и мессенджеры, ты не знал? Эдик набирает сообщение... — Я прекрасно это знаю, но звонок намного лучше и безопасней, чем мессенджеры, тебе ли не знать. К чему я тебя потревожил. Кстати, извини за это. Помнишь ты просила найти особь со странным именем? Очень странным, прошу заметить. — Не тяни, ты что-то нашел или нет? — Абсолютно ничего. Вот от слова совсем. — Ты же спец, я не просто так к тебе обратилась. Ты и «не найти» это две разные вещи, Эд. — Наташа, я тебе серьезно говорю, я впервые с таким столкнулся. Единственное, что я могу тебе сказать — не лезь туда. Если о человеке ничего неизвестно в 21 веке — дела плохи. Такого быть не может. Живя в эре информационных технологий, я не нашел абсолютно ничего. Темное дельце. — Я тебя поняла. — Нет, ты не поняла..Наташа, не лезь в это. — Эд, я уж разберусь, хорошо? Ты свою задачу сделал? Сделал. Я благодарна за помощь, деньги в течении часа будут у тебя. — Но, Наташа.. — Мне пора. Всего доброго. Ещё раз спасибо. Отложив телефон в сторону, рыжеволосая вернулась к своим размышлениям, медленно поглаживая по голове спящую Ванду. «По факту, люди приходящие из ниоткуда, всегда оставляли за собой хоть какие-то следы. Многие маскировались под людей или же известных личностей. Но тут..Почему Ванда? К чему это ведение? Может всё-таки стоит рассказать это Тони?.. Мы не знаем с чем или кем имеем дело» — Нет. — хриплый голос тут же отдал вибрацией по всему телу. Максимофф, как оказалось, все это время лежала тихонько, прислушиваясь к сердцебиению Нат. Но, с тех пор, как она положила телефон, действительно ненароком получилось так, что она влезла в ее голову, снова. У Ванды всё ещё есть проблема с контролем магии. И стоит ей подумать не о том, что требуется на самом деле — она теряет контроль. — Если ты это сделаешь, Нат, это будет предательством с твоей стороны. Я сказала это тебе не просто так. — Я тебе разве не говорила не лезть в мою голову? — А я тебе разве не говорила, чтоб у тебя даже мыслей подобных не возникало? Я тебе разве не говорила, что рассказала это только тебе? Наташа перевела свой взгляд на девушку и полностью перевернулась в ее сторону. В то время как та, умостилась на подушках, делая слегка виноватый взгляд. — Я не скажу им ничего, даю тебе слово. — Тогда почему подумала об этом? — Потому что иногда, мои мысли бегут быстрее, нежели я сама успеваю за ними угнаться, солнце. Наташа наклонилась и с улыбкой на лице поцеловала шатенку, пряча ее прядь волос. — Я люблю тебя и, поверь, делать тебе больно я никогда не стану. — Но что..Что если прийдется? Что если то, что сейчас происходит это иллюзия. Я не могу поверить в то, что сейчас все складывается слишком хорошо. Само ожидание неизвестности выбивает из собственной колеи, полностью охватывая мое тело дрожью, что проходит двойной марш по ней. А потом, вонзает в горло заточенный нож, из-под которого судорожными толчками выбивается кровь. Мне страшно, Нат. Я боюсь того, что все идёт не так. — Эй, эй, эй..Тшшш, остановись. Смотри на меня. Слышишь? — приблизившись вновь к лицу Максимофф, Наташа взяла ее за лицо, пытаясь сконцентрировать ее взгляд. — Мне не нравится, что твои тревожные атаки, все чаще тебя забирают у меня, малыш. Дыши. Я тут. — погладив ту по лбу, она вновь ее поцеловала — Я..Я спокойна. — Посмотри мне в глаза и скажи это ещё раз. Максимофф лишь наоборот опустила свой взгляд. — Видишь? Когда будет все в порядке, и ты скажешь мне это глядя в глаза, я тебе поверю. А сейчас просто послушай меня. Солнце, я тоже не верю в то, что все может быть хорошо, это не для нас. Не для тех, кто прошел через сущий ад, чтоб оказаться вместе и быть счастливыми. Я не знаю, что нас ждёт. Но есть «здесь и сейчас». Плевать я хотела на завтрашний день или следущий месяц, а уж тем более, год. Я с тобой сейчас и я тебя люблю, слышишь? То, чего больше всего боялась это, что тебе надоест стучаться в закрытую дверь. В мою дверь. — Я так люблю тебя..— глаза Ванды обрели некую влажность, потому что эмоции всё-таки продолжали брать над ней вверх. — Я не просто так говорю эту фразу, Нат...Ты мне нужна не для того, чтобы высказываться, ныть, не для того, чтобы просто не быть одному и не чувствовать себя одиноко. Нужна мне для того, чтобы любить тебя, оберегать, кормить, обнимать и целовать. Ты нужна мне для того, чтоб когда я просыпалась по утрам и видела твое сонное личико. Когда ты болела, я бы ходила за лекарством и лечила бы тебя, потому что сама бы не лечилась. Дай мне спокойно, безумно и беззаботно любить тебя. Я молю о том, чтоб это все не разрушилось одним лишь действием. Наташа молча смотрела в глаза девушки, пытаясь понять одно, когда она успела так по уши влюбиться? *** [Воспоминания. сцена 1] — Мама! Мама!! — маленькая девочка забежала на кухню с игрушкой в руках, хватаясь за ногу женщины, которая готовила завтрак. — Эй, малышка, что случилось? — отложив все дела, она присела, чтоб видеть глаза ребенка. — Пьетро, он..Он забрал динозавра, которого вы мне с папой подарили на прошлый новый год Ванда была расплаканой, казалось, что для этого ребенка, на данный момент, это самая большая проблема в жизни. К счастью, или нет, но она не знала, что ее ожидает впереди. — Давай я поговорю с ним, маленькая? — вытерев струйку слез, женщина улыбнулась — Он не отдаст, он говорит, что это его.. — Да, он мой — гордо заявил парень входя на кухню. — А ты ябеда, Ванда — Так. — выключив плиту, женщина повела обоих детей к дивану, который стоял в гостинной и усадила их — Вы же понимаете, что это не повод, чтоб вы так ругались между собой? Пьетро, ты же сам прекрасно понимаешь, что это игрушка Ванды, не так ли? Не ты ли ей отдавал этот подарок от нас на прошлый Новый год? — Я-я..— опустив голову сказал блондин. — Тебе просто хотелось так поиграться с Вандой? — Ну она не хотела со мной на улицу идти играть, а там снег, я хотел в снежки поиграть..И я взял ее динозавра, чтоб она отвлеклась от своей игры и пошла со мной.. Знатно рассмеявшись, шатенка протянула руку, чтоб мальчик ей отдал игрушку — Позволишь? Пьетро отдал игрушку, все ещё делая виноватый взгляд, но немедлив встал и собирался уходить. — Стой..— ухватив за руку парня, Ванда посмотрела на него. — Я пойду с тобой, только мне надо свою шапку найти На лице блондина, тут же можно было лицезреть искреннюю улыбку. — Я так горжусь вами, вы знали? Вы самое важное, что есть в нашей жизни и мы с папой уж точно не хотим, чтоб вы между собой ругались. Когда-нибудь, вы поймёте, что вы и есть самое важное у друг друга. — взяв за ручки обоих детей, она поочереди их поцеловала в макушку — Мы любим вас, а теперь бегите и потом приходите на завтрак. Будьте аккуратнее. — А потом ситкомы?! — А потом ситкомы — улыбнувшись она вновь принялась за готовку. [сцена 2] Максимофф сидели на крыше, рассматривая ночной город. — Ты чего задумалась, сестрёнка? — обернувшись, Пьетро положил свою руку на плечо девушки — Как ты думаешь, были б родители с нами сейчас, чтоб они сказали? Мы бегаем со страны в страну, не имея своего дома. Убегаем от тех, кто желает нам смерти,они же явно не такой жизни для нас хотели. Взгляд был настолько разбитый у обоих, так как ровно год назад, в этот день, случилась трагедия, которая унесла жизнь самых дорогих людей. Самое ужасное, что они ничего не смогли сделать для спасения собственной матери и отца, которые оказались под завалами. Война забрала не только их дом, детство и прочие вещи, которые казались такими обыденными. И все по вине тех, кто хотел показать себя миру. Люди не просто странные, нет, тут совсем не подходит это слово. Они ужасны и нетрезво рассудительны. Ванда и Пьетро просто были детьми, которые хотели жить и радоваться жизни, а не бежать сломя ноги сквозь обломки от ракет, которые буквально сносили все на своем пути. При этом, даже не похоронив своих родных. Разве это справедливо? Справедливо ли поступила с ними жизнь, кидая их в яму заставляя выкарабкиваться одним? Но всем нам известно, что на этом все только начиналось. — Я думаю, что они сейчас улыбаются и радуются тому, что мы живы и вместе, Ванда. Благодаря их жертве мы живём. Да, они хотели лучшей жизни для нас, но кто знал, что все так обернется? Ванда сидела на краю крыши свесив ноги, внимательно слушая брата. Но, казалось, вот он — обрыв, и девушка, обессилившая и стоящая на краю пропасти. Со стёртыми в кровь коленями из-за вечных преследовавших падений. В голове — пустота, неясность и тревожное затишье. Эмоций нет, их будто вовсе отключили. Взгляд словно прикован к обрыву, желающему заполучить в свои объятия. Пусть кто-нибудь подскажет ей — это конец или новое начало? — Хэй, ты меня слышишь? — парень слегка дёрнув её вновь за плечи повернул ее лицом к себе. — Ванда, даже не думай об этом! — всё-таки связь близнецов бывала сильнее, чем казалось изначально — крепко прижав к себе девушку, он почувствовал как она не сдержав слез тихо всхлипывала ему в плечо. — Я не могу больше..я устала бегать..я..я..просто хочу остановиться. — Тшшш, солнышко..я понимаю, как тебе тяжело, но мы их не вернём. Как не вернём все то, что потеряли. У нас нет ничего, но есть это «сейчас» — Не нужно мне никакое «сейчас». У нас забирают все то, что нам так дорого. Забрали все, оставив на улице умирать одним, Пьетро! — ударив по плечу парня, истерика набрала оборотов ещё сильнее. — Ванды, дыши. Смотри на меня. — подняв ее голову, парень увидел глаза, которые пылали алым цветом — Ванда, прошу, услышь меня. Ты сильнее того, что тебя теребит внутри. Ты сильнее ненависти, слышишь? — Пьетро.. — Ты единственное, что у меня есть, прошу, не делай так, чтоб я потерял ещё и тебя..молю тебя. Глаза приобретали вновь естественный цвет, а дыхание приходило в норму. — Вот, умница..Пойдем во внутрь? Холодно уже. — Я хочу чай, сделаешь? — вытерев остатки слез, шатенка поднялась с края крыши, слегка пошатываясь — Эй, эй. Аккуратнее. — взяв за руку сестру, они вместе направились ко входу. — Конечно сделаю, принцесса. Заходя во внутрь, Максимофф почувствовала присутствие кого-то помимо их с братом на балконе. Обернувшись, она увидела лишь остатки зелёного свечения. Не обратив должного внимания на это, она зашла во внутрь. — Тик-так, Ванда. Время истекает. Резкое движение. Ванда подорвалась с кровати со слезами на глазах все ещё пытаясь прийти в себя. Она осмотрелась, но в комнате никого не было. — Нат?..— коснувшись ногами холодного пола, она взялась руками за голову словно пытаясь осознать, что все было сном. — Малыш? — зашедшая в комнату рыжеволосая, присела обеспокоено осматривая Максимофф — Ты чего, что случилось? — Это я вообще хочу спросить, как я уснула..Я не помню ничего. — Ты просто задремала, пока я тебе рассказывала про штаб, солнышко. Я просто начала переживать за тебя. Как ты себя чувствуешь? — Нормально. Сон просто странный.. — Ты хочешь это обсудить? — Пока нет..Я просто хочу отдохнуть от мыслей, который скоро меня съедят с потрохами. — Как скажешь. Тогда, не хочешь со мной на этих выходных сходить в одно местечко? — За что ты? — Увидишь. А сейчас пойдем выпьем чай. Я вижу тебя хорошенько потрясло. Потом всё обсудим, договорились? — Как скажешь, Наталья