Время октября

      Люди слабы. Люди несведущи. Люди пугливы. Они боялись ночи, пока свет огня не отогнал тьму. Это была одна из их первых побед. Они молились и вместе с тем сами бросали вызов природе.       Среди них есть мудрецы. Однажды они задали вопрос "кто появился раньше - бог или человек?". Смотря какой бог и какой человек. Творцы суровы и непредвзяты, их невозможно постичь теми чувствами, которыми обладают смертные. Эти боги создали мир, люди же являются лишь побочным продуктом их творения. Тем не менее они наделены немалой силой и сами же из-за неё страдают. Поэтому люди молятся. И их желания порождают новых богов.       Повелитель снов стоял на краю обрыва, вглядываясь в пока ещё безгранично властвовавшую над миром смертных тьму ночи. Он существовал везде и нигде одновременно, во всём времени песочных часов и за его пределами. У него было множество имён и, вместе с этим, ни одного. Повелитель снов чётко знал две вещи - то, что он - он и своё предназначение, оно было самой его сутью.       Люди писали, что даже Зевс боялся Нюкту, а Повелитель снов никто иной, как её вечный спутник - они часто идут рука об руку и смертные облачают их в чёрный бархат и пурпур. Его роль невелика, люди сами способны создавать сны и утопать в них, он лишь забирает излишки и латает брешь недостатка. Скитаясь от грёзы к грёзы Повелитель сам словно в полусне, ловит обрывки фраз и мыслей, иногда гневается на неразумных, но злость быстро остывает, холодным камнем падая куда-то в небытие.        - Так вот ты какой. Пришёл забрать меня?       Безвременное оцепенение спало. Он с удивлением огляделся вокруг. Ясное небо с несколькими завитками облаков, прохладный ветер приятно ласкает кожу, шелест травы и зеленоватые воды пруда. На него зелёными глазами смотрит девушка в белом хитоне, её рыжие волосы свободно падали ей на грудь и плечи.        - Кто ты? - спросил он, вздрогнув от звука своего голоса. - Ты меня знаешь?        - Имя смертной не имеет значения. А ты - повелитель. Чего именно, тоже неважно. Заберёшь меня туда, за край этого? Она качнула головой, уверенная, что за этим безмятежным прудом кроются ещё сотни, тысячи разрозненных осколков мира. И, хотя девушка пыталась говорить уверенно, её это пугало.        - Нет. Я не забираю.        - Тогда останетесь со мной на какое-то время? Я сплету венок.       Он едва уловимо кивнул, но девушка этого не видела, она уже наклонилась, чтобы нарвать как можно больше травы.        - Это не моё дело, но вы можете заглянуть в воды этого пруда, - бросила девушка, не поднимая головы.       Гибкие стебли в её пальцах меняли форму, превращаясь в иные растения. Она сосредоточенно плела венок, ни на что не обращая внимания. Он же, впервые ощутив то, что люди называют любопытством, подошёл к краю пруда - вода, подобно зеркалу, показала ему отражение. Чёрные волосы, голубые глаза, плащ, скрывающий бледную кожу - этот образ остался у него в памяти.        - Вы всё ещё похожи на человека, - раздалось у него за спиной.       Он обернулся. Девушка стояла на несколько шагов позади и сжимала в руках готовый венок.        - Ты меня таким проявила.        - А вам не нравится?       Повелитель снов покачал головой в ответ. До этого он сам был словно зеркало, отражая мысли других людей о себе, но теперь обрёл форму.        - Что-то долго, - вновь заговорила девушка, - меня послали сюда за пророчеством, но когда никто не пришёл я поняла, что уходить нужно мне. Видимо, меня даже не проводят. А может это вы меня защищаете? Конечно для вас это вряд ли что-то значит, но вы добрый бог.       Она надела на него венок и сказала что-то ещё, но он уже не мог её слышать. Запах трав ослабевал с каждым мгновением и силуэт девушки таял, пока Повелитель снов опять не оказался в безвременье. Она была жрицей. Смертные сами не знают, что способны сотворить. Таких людей, вроде неё, боги особенно любят - каждый не против перекинуться парой словечек, услышать свой собственный голос, но для людей всё кончается плохо. Они не могут постичь и теряют себя. Всегда.       Было ли ему жалко их? Эту девушку? Нет. Она ещё не родилась, живёт и уже умерла. Только Повелители подобные ему наблюдают это. Не могут понять и поэтому не способны почувствовать боль утраты.       - Мы снова встретились.       Теперь уже на берегу моря. Холодный ветер бил по щекам, но дышать им было приятно, будто он нёс в себе дух жизни. Крики чаек замолкали в шорохе волн, на ней была шкура медведя и ожерелье из его зубов.       - Всё такой же. Меня снова никто не встретил, побудете со мной? Я и вам сделаю ожерелье.       Присев на корточки, она кончиками пальцев ловко доставала ракушки из песка и нанизывала их на желтоватую нить, появившуюся у неё в руках.       - У вас есть имя?       - Я Повелитель снов.       - Ну, для меня вы защитник. От тех, кто должен был прийти, но из-за вас не пришёл. Так что имя подходящее.       Он явно почувствовал, как сделал шаг в сторону. Его ноги всё ещё оставались на холодном песке, но сама его суть куда-то сдвинулось. Новое ощущение поглотило Повелителя целиком, он очнулся лишь тогда, когда жрица накинула на него ожерелье. В носу защекотало от сильного запаха морской соли.       - Вы тёплый. Я думала вы холодный, а вы тёплый.       Она снова сказала что-то на прощание, в этот раз всего одну фразу, но он снова не смог её услышать. Теперь у него была не только форма, но и мысли. Они оказались неприятным открытием. Постоянно мельтешащие в голове, принуждающие думать. Теперь он не только помнил жрицу, а задавался вопросом - кто она? Увидятся ли они снова?       - Здравствуй, Защитник, - улыбнулась она.       - Кто ты такая? Что ты делаешь?       Он задал вопросы, которые терзали его целую вечность, но теперь ощущались вялыми, неживыми и тогда он понял чего хочет. В этот раз они встретились в лесу, густом и тёмном, но не внушающим страха, скорее похожим на кладовую. У жрицы при себе был изогнутый нож, она легко отсекла им ветку тут же застонавшего дерева и принялась усердно что-то мастерить.       - Обычно это вы говорите смертным, но если не хотите узнать лишнего, то вам лучше перестать брать мои подарки, - предупреждает она, но он решительно протягивает ей руку.       - Я хочу.       Жрица покорно надевает на него браслет. Запах свежей древесины приятно обволакивает его. Он снова не слышит её слов, но уже почти понимает, что она говорит. Возвращаться в небытие всё сложнее. Сначала Повелитель снов начал существовать, затем мыслить, а теперь чувствовать. С каждой встречей в нём оставалось всё меньше божественного и становилось больше человеческого. Она была права - стоило отказаться, формы и мыслей было бы достаточно, если бы он хотел существовать как раньше. Но он не хотел.       Серое небо затянутое тучами, холодная капля упала ему на ладонь, оказаться частью мира за которым Повелитель наблюдал оказалось куда более захватывающим. Как ни странно, но сейчас он был намного человечнее тех толп людей, что сновали вокруг - куда-то шли, болтали, мчались на машинах. У него было чёткое чувство времени, он знал, когда солнце взойдёт и сядет, когда закончится один день и начнётся новый, в то время как человечество действовало по наитию и уже могло неделю уместить в сутки.       Задумавшаяся о чём-то своём девушка быстрым шагом проходит мимо, но он её останавливает - светофор уже загорелся красным.       - Спасибо, - сбросив оцепенение, она поднимает на него свои любопытные зелёные глаза.       - Не стоит. Я Алекс.       - Вам подходит.       Жрица улыбается, как и всегда, никто из них не обращает внимания на хлынувший ливень. Богу ли бояться дождя или душе, способной попасть в безвременье? "Мы ещё встретимся", - говорила она каждый раз, видимо, имея в виду этот день.