Воспламеняющийся

— Итак, — Джин устроил из намджуновой квартиры локальный уголок для расследования, — что у нас есть? Поджог первый, несущественный — полуразрушенная хибара на окарине. Намджун кивает и подтягивает ногу под себя, с большим удобством устраиваясь на диване. Джин перед ним в одной футболке (не своей) расхаживает из стороны в сторону, а вся стена забита материалами по делу. Огромная карта Сеула с красными ниточками, которые показывают места поджогов. Намджуну, честно говоря, больше интересно смотреть на голые ноги, которые так удобно вчера лежали на его плечах. — Второй — он смелеет — дом, но тоже без жильцов, — Джин разворачивается к карте и складывает руки на груди, натягивая футболку и открывая вид на аппетитные ягодицы. Намджун облизывается и думает получит ли он меж глаз метко кинутой ручкой если сейчас подползёт, чтобы пристать или лучше подождать немного. — Третий — какая-то заброшка и уже не окраина, приближается к городу. Джин переминается с ноги на ногу, повиливая бёдрами и Джун залипает на этот вид. Вместо того, чтобы упасть на колени и, например, отлизать или отсосать, он отпивает немного пива. Они только вчера вернулись с очередной акции их пиромана, так что несколько дней отдыха в запасе есть. намджун планирует использовать их максимально продуктивно. — Потом склад, склад и ещё раз склад, а теперь, — Джин эффектно разворачивается, широкая футболка развевается на манер юбки-солнышко, давая на короткое мгновение увидеть: тёмные следы от хватки ладоней, засосы с укусами, которые покрывают манящие бёдра, поднимаясь выше к груди, — теперь он становится злее. — Малыш, — Намджун отпивает ещё немного пива, потому что язык хочет совсем другого, — может оставишь это парням из отдела расследований? Джин только недовольно фыркает и отворачивается обратно к своей стене, наклоняясь. Вид открывается грешный. Миленькие трусы-шортики, плотно облегающие ягодицы только подчеркивают мягкую промежность. Намджун отпивает ещё пива. Если он продолжит в том же темпе, то пива у них не останется и Джину придётся спасаться бегством. — Плюсы быть мной: невероятная сексуальная энергия, — Джун не готов спорить и только мычит в знак согласия, — красота, созданная для билбордов и связи, — Джин тяжело вздыхает и, грустный, падает рядом на диван, отбирая кружку для пива, — я знаю сына мэра, и он заинтересован в том, чтобы найти этого поджигателя. Что-то там о перевыборе на второй срок, я не вникал, но это даёт мне допуск ко всем материалам детектива Кима. — Ты смотришь на эту карту уже несколько часов, — Намджун, пользуясь тем, что руки свободны, кладёт ладонь на голое колено и с силой ведёт вверх к краю футболки, — тебе нужно немного разгрузить мысли. — Предлагаешь себя для этого дела? — Джин его ладонь не убирает, но и не ластится, продолжая гипнотизировать карту. — Я просто хочу понять какая у него следующая цель? Склады он целенаправленно уничтожал в одном районе, а вчера резко переключился на совершенно противоположный! Это выглядит, не знаю, неряшливо, без цельно, без какого-то замысла? Намджун вздыхает. Он пытается ещё немного привлечь к себе внимания, лаская внутреннюю сторону бёдер, пощипывая чувствительную кожу, но всего чего добивается — это только более энергичного размышления вслух. Джин сосредотачивается на карте, покусывает кончик большого пальца и смотрит несколько безумным взглядом. — У меня есть три предположения, — Джин резко подскакивает с места, едва не роняя пиво Намджуна, — айщ, подержи, — чувствуя себя совершенно бесполезным Джун делает глоток и тоскливо смотрит на мельтешащие ножки, — я скинул детективу Киму свои размышления, он, в общем-то согласен, но у нас нет чёткого понимания картины. Конечно, есть вероятность, что он действует бездумно, провоцируемый внешними факторами, но мне кажется!.. Намджун тоскливо вздыхает. Он безумно обожает это перевозбуждённое состояние Джина, но скорее вызывать его, а не наблюдать как тот мечется из стороны в сторону, решая головоломку. Поджигатель его волнует лишь как зачинщик несанкционированных действий, но Джун не будет ползать по заброшкам, чтобы поймать его за руку. Для этого есть специалисты, а он простой пожарник.

***

— Ужасная, ужасная идея, Джин, — Намджун светит фонариком перед собой и шипит, когда получает по руке, — да тут ни черта не видно, что ты меня бьёшь. — Тише, — Джин шипит и, схватив его за руку, тащит куда-то вглубь стройки, — если он тут, то нам нельзя привлекать внимания. — Какова вероятность? Боже зачем я согласился, — Намджун причитает, ворчит, но послушно следует за Джином. Не оставлять же его на территории, где банально опасно. Это замороженная стройка, в причины Намджун не вдавался, но вроде как у них проблемы с финансированием. И Джин решил, что это одна из вероятных целей: не слишком близко к жилым районам, но достаточно, чтобы по неосторожности огонь перекинулся на соседние дома; без постоянного наблюдения, хотя охранник есть, но подкупить его легчайше (Намджуну до сих пор стыдно); с неоплачиваемой системой видеонаблюдения. Так как стройка не приносит дохода, то и охранять её оставили одно человека да добродушного пса. — Итак, — Джин осторожно просачивается между двух пало, натягивая перчатки, — надо искать топливо или что-то горючее, потому что по предварительному заключению он использует способ без прямых доказательств. — Я знаю, Джин, — Намджун вздыхает. Он сам же этот отчёт и писал, когда Джин подглядывал через плечо и поправлял каждое слово. Их серийный пироманьяк, на самом деле, колеблется от способа к способу, потому не все поджоги можно официально занести на его счёт, но четыре из семи сертифицировали как случайное возгорание, два как спровоцированное легко возгораемыми жидкостями и одно, последнее — с использование взрывчатки. — Конечно ты знаешь, — Джин кивает и натягивает на глаза очки ночного виденья — где только достал? — Я больше для себя повторяю, потому что думать вслух мне проще. — А как же не привлекать внимания? — Намджун ворчит из вредности. Ему кажется эта вылазка бессмысленной тратой времени по многим причинам. Но и потому что лучше бы оказаться в тёплой постели с грелкой под боком. Но Намджун послушно следует за Джином. Осматриваясь, он замечает какие-то бочки. — Смотри, там. Джин переключается в одно мгновение. Что удивляет больше всего — двигает тот и правда бесшумно, осторожно ступая по полу, огибая опасные для лишнего звука палки, кинутый кем-то инструмент, всякие гвоздики и прочий мусор. Намджун тоже не шумит, но его шаг более твёрдый, мощный и если не контролировать силу, то по просторному залу раздастся шумное эхо. Бочки, с пометкой «опасно» оказываются пустыми, но попахивают бензином. Они продолжают изучать нижние этажи стройки, фотографируя все сомнительные моменты. Намджун начинает даже скучать, когда слышит шум. — Ты слышал? — Джин едва шевелит губами и получается больше прочитать, чем услышать. Переглянувшись, они, не сговариваясь, двигаются в сторону шума. Намджун, в силу опыта и привычки, быстро вычисляет куда именно надо двигаться и направляет за собой Джина. С каменных балок свисает целлофан, под стенками неряшливо сложены мешки с цементом, а по углам шныряют крысиные хвостики. Намджун напрягается, пропитываясь напряженной атмосферой. У них нет оружия, чтобы схватить поджигателя, если они всё же встретятся, нет веревки, чтобы связать. Есть только бурлящий энергией Сокджин и тренированный Намджун. И, если повезёт, немного удачи. Звук повторяется. Он напоминает удар металла по кирпичу и в пустых стенах заброшенной стройки разносится особенно громко. Намджун оценивает откуда падает лунный свет, чтобы не дать увидеть их с Джином приближение раньше времени, по тени, и немного меняет сторону для подхода. С той стороны как раз есть удобные полки, на которых рабочие размещали, видимо униформу и инструмент. Намджун делает жест рукой, чтобы Джин спрятался за ними, пока он проверит, но… Но Джин игнорирует. С предвкушающей улыбкой на лице он двигается в сторону, обходя место для засады и, осмотревшись, подбирает железный прут. Таким можно и убить, но всё, что волнует Намджуна сейчас, — это как бы не убили Джина. Он в панике немного суетится и задевает доски, издавая ещё немного шума и, очевидно, привлекая к себе внимание. Не звучит никакого отклика, топота ног по полу, только… мягкий кошачий мявк. — Да блять, — Намджун от досады и облегчения не сдерживает мата и выходит из-за угла. — Джин, ты как? — Расстроен, — Джин подходит ближе, откидывая в сторону прут, — идём отсюда, — он чихает, смешно морща носик. — И лучше всего в какое-нибудь ночное кафе. Я хочу есть. — Лучше уж ночное свидание, чем это, — Намджун ведёт рукой показывая стройку и тоже морщится, чувствуя, что хочет чихнуть, но не может. — Я знаю в этом районе неплохой бар. Выпить тоже не помешает. Джин приваливается к его боку, позволяя себя увести. Они проходят мимо охранника и сторожевого пса, лениво прощаясь и спрашивая не приходил ли кто ещё, но получают отрицательный ответ. Намджун и не думал о другом варианте, потому что поджигатель действует осторожно. Он не похож на импульсивного психопата или поехавшего крышей любителя огня, коих на своей работе Намджун повидал не мало. Нет. Он похож… На кого-то, кто преследует определённую цель, но уловить эту цель невозможно. Даже если смотреть на картину в целом, то у выбранных объектов нет ничего общего. — Он странный, — Джин вторит его мыслям, — понятное дело, что я закован в образ своих мыслей и оцениваю его поступки под себя, пытаясь понять несвойственную мне точку зрения, но я не вижу логики. — Может, детектив Ким видит? — нерешительно спрашивает Намджун, замечая вдалеке вывеску бара. — Нам туда. Там лучшие ттокпоки и шашлычки, тебе понравится. — Мне понравится, если я разгадаю, кто наш поджигатель, — Джин недовольно вздыхает, но тут же мягко и благодарно улыбается, когда ему открывают и придерживают дверь, — ощущение, что ответ лежит на поверхности, но… Они усаживаются за один из столиков и читают меню, решая, чем бы перекусить. Намджун сразу заказывает пиво и лёгкие закуски, пока еда посущественней готовится. Джин продолжает тихо бормотать под нос детали дела, а вот Джун осматривается. Людей, любителей ночных вылазок, немного. Парочка, на вид, студентов, какой-то потрёпанный жизнью старичок и они. Какой-то рассеянной частью мозга Намджун ожидал, что тут обязательно будет сидеть подозрительный тип весь в чёрном, с маской на лице и в шапке, привлекая к себе их внимание и подозрение, но нет. — Ладно, — Джин делает заказ и приваливается к намджуновому плечу щекой, — я устал, подумаем об этом завтра. — Как скажешь, моя радость, — Намджун мягко целует его в макушку и кивком благодарит за пиво. Они зря полезли на стройку, зря потратили кучу времени и нервов, зря лезут куда не надо, но то как уютно лежит на плече голова Джина — точно не зря. — Ты его сможешь поймать. — Надеюсь.

***

Намджун стягивает каску и устало смотрит на здание. Это не та стройка, которую они присмотрели с Джином, но всё же одно из трёх мест, попавших под подозрение. Можно ли считать, что Джин близок к разгадке? Пока они близки к тому, что огонь перекинется на жилой район. Не самый удачный ветер, опасная близость очага возгорания и время суток. — Ты как? — Джин опасливо стоит рядом с пожарной машиной и протягивает кофе. Намджун благодарно кивает и устало прижимается к капоту. Шёл шестой час, и они даже не приблизились к тому, чтобы погасить больше половины здания. Словно в издёвку, стоит им залить один участок — вспыхивает другой. А следом, в насмешку — третий. Высота здания тоже не помогает справиться со всем быстро. — Жив и ладно, — Намджун устало прикрывает глаза, у него короткая передышка и он вернётся обратно на пост, — скоро сдавать смену, а я даже не могу попасть внутрь, чтобы осмотреться. — Тебя могут позвать, когда все потушат? — Джин предлагает разумные вещи, но не так-то просто вернуться домой и просто ждать. Ждать нового вызова, ждать новой подсказки, ждать того, что поможет остановить этого человека. — Детектив Ким тут? — Намджун допивает кофе, сминая стаканчик, и идёт к урне, чтобы выбросить. Зрителей в этот раз немногим больше, чем на прошлом возгорании. Многим нравится следить за огнём и, конечно же, всем интересно узнать о расследовании. Джин что-то отвечает, как обычно говоря торопливо, а Намджун осматривается это вошло в привычку после того, как рыжие, подобные пламени волосы, замелькали в толпе. Но сейчас нет никого и близко похожего. Скучные корейцы, несколько иностранцев, очень много пожарных и полицейских. Местность опечатана и везде снуёт патруль, опрашивая свидетелей и случайных любопытствующих людей. Намджун всматривается в лица, он не жалуется на плохую память на них, но не встречает хоть кого-то знакомого. — Не понимаю, — не выдерживает Намджун, хоть он и давал себе зарок встревать в расследование, — но почему он не наблюдает? — Хороший вопрос, — звучит голос детектива Кима, — и мы фиксируем всех, кто тут мелькает, но из повторяющихся только лица пожарных, полиции и нашего уважаемого журналиста. Это точно не вы, Сокджин-щи? — Не он, — Намджун хмурится, — как минимум потому что этой ночью мы были на другой стройке. Детектив Ким Тэхён вздыхает и опрашивает их, задавая по кругу одни и те же вопросы. Намджун хочет вернуться к огню. Там всё просто: он держит воду, которую надо лишь правильно направлять и тогда огонь сдастся, потухнет, придавленный другой стихией. Быстро и скомкано ответив, именно это Джун и делает. Он возвращает на лицо каску и подменяет коллегу, забирая шланг. Здание медленно, но верно тухнет. Это не из тех заброшек, которые заморозили, потому что не хватает инвестиций, нет. Намджун подумывал купить тут квартиру — перспективный район, невысокие цены, но была взята пауза, потому что на них натравили инспекторов по налогам. Может быть, это не случайное совпадение и их поджигатель спалился? Выдал себя? Намджун не знает и ему совершенно точно нельзя думать, когда вокруг пылает огонь. Жар напоминает жар Джина. Его тело так же пылает, если поцеловать в шею, задница так же сжимается, втягивая в себя, как узкие горящие коридоры обласкивают со всех сторон. Намджун с кряхтением понимает, что немного возбуждён, но сейчас ему надо с поисковой группой найти причину пожара. Они проверяют нижние этажи, поднимаясь всё выше и выше, пока не оказываются на хрупкой вершине откуда невероятный вид, но правда кроется внизу. Причиной оказывается бочка, сделанная так, чтобы огонь не тух максимально долго. Намджун просто заливает его из ведра. Столько проблем от такой маленькой пакости. Он лишь надеется, что когда поджигателя поймают, то выяснится, что тот тоже комплексует из-за роста. Выбравшись наружу, вдыхая пропахший гарью воздуха, Намджун сразу же идёт к Джину, крепко прижимая его к себе. Всё, что он хочет, — это сон. Желательно как можно дальше от мыслей о их серийном пироманьяке. — Идём домой, — Намджун утыкается в волосы, вдыхая любимый запах, — хочу сутки не говорить об этом поджигателе, можно даже просто спать, главное с тобой. — Я буду молчать, Джуни, — Джин ласково гладит его по волосам, — уж сутки без третьего в постели мы точно обойдёмся.