Еще больше проблем с Корделией Деламар

      В его каюте темно. Чарльз не считает себя нуждающимся в свете, а потому сидит в темноте в своем капитанском кресле, по обычаю закинув ноги на стол. В последнее время он был особенно раздражительным: это заметили как члены его команды, так и все те, кому не посчастливилось попасть под его горячую руку во время мореплавания.       Пригубив ром прямо из бутылки, Вейн во внезапном порыве злости отшвырнул стекляшку с пойлом в стену, и та разбилась с неприятным звоном, пачкая стены и пол. Прорычав что-то себе под нос, мужчина встал и, кинув беглый взгляд на свою кровать, вышел из каюты.       Яркий свет больно ударил в глаза, отчего капитан сощурился, осматривая палубу корабля. Пираты, только завидев Чарльза, мигом встрепенулись и принялись хвататься за любую возможную работу. В последний раз старина Джон без лишних слов просто полетел за борт по причине «раз тебе нечем заняться, так иди и покорми акул». Квартирмейстер Ганс лишь хмыкнул, слегка вскидывая брови. Ни для кого на «Рейнджере» не было секретом, почему у их капитана плохое настроение. Ответ состоял всего из двух слов: Корделия Деламар.       Некоторое время ранее. — Мы обойдем этот пролив и уже к концу августа будем на месте. — Корделия стояла за столом и указывала пальчиком места на карте.       Чарльз промолчал некоторое время, вглядываясь в карту и что-то обдумывая, а затем перевел взгляд зелёных глаз на девушку. — В таком случае, путь туда займет почти два месяца. Если учесть тот же путь обратно, итого четыре месяца. Ты планируешь такое длительное путешествие?       Честно говоря, он был слегка расстроен. Пират и сам не понимал какая муха его укусила, но неприятное тянущее чувство тоски все сильнее разливалось в его грудной клетке. Обычно их расставания длятся не более двух месяцев, но в этом случае Чарльз не увидит Корделию вдвое дольше. У него уже были собственные планы на ближайшее время, команда давно была введена в курс дела, а потому отправляться так спонтанно вместе с Корделией было глупо и необдуманно. В конце концов, нужно же им иногда расставаться, чтобы успеть соскучиться друг за другом? Только, кажется, грозный король пиратов уже начинал скучать. — Да, это долгое путешествие. Но оно точно того стоит. Я проверила все зацепки, информация достоверная. Если все пойдет по плану, мы отхватим большую добычу. Возможно, Китс сможет рассчитать более короткий обратный путь и мы вернёмся раньше.       От упоминания штурмана «Сердцееда» лицо Вейна дернулось в гримасе неприязни. Этот выскочка и так проводит большую часть времени рядом с ней, а теперь и того постоянно будет рядом. От этих мыслей пальцы непроизвольно сжались до белых костяшек, заставляя думать о жестоких вещах, но стоило только девушке положить свою маленькую ладошку на кулак мужчины, как злость тут же испарилась и осталась печаль. —Я обещаю, что постараюсь вернуться как можно скорее. А затем мы хорошо отдохнем на эту добычу, после чего отправимся в совместное путешествие! — Корделия широко улыбнулась, отчего под ее глазами выступили лёгкие складки. Вейну не осталось ничего, кроме как улыбнуться в ответ. —Ты как всегда видишь лишь хорошее, капитан Компромисс.       Ночь. Это была ночь перед ее отплытием. Чарльз до сих пор помнит, как болели его губы после множества поцелуев, подаренных ей той ночью. Пожалуй, он ещё никогда не целовался так много. Если подумать, он вообще редко целовался до того, как встретил Корделию. К чему все эти обмены слюнями, когда суть совершенно в другом? Впрочем, душевное состояние короля пиратов давно претерпело серьезные изменения, чему иногда даже сам Чарльз удивлялся.       Корделия целовала его в веки, водила губами по его шрамам, дарила поцелуи в нос и скулы. Что ж, пора признаться самому себе: он чертовски любит целоваться. Правда, только с одной, особенной пираткой. Пираткой с непослушными каштановыми волосами.       Первые полтора-два месяца он, вроде, и позабыл, что Корделия отплыла в путешествие, потому как на голову пирату свалилось множество проблем с военным флотом и парочка стычек с Генри Дженнингсом. Тяжелее игнорировать этот факт стало уже к июлю месяцу. Когда срок перевалил за пять месяцев отсутствия, Чарльз совсем был не в себе, что и наблюдали окружающие люди. А некоторые даже ощущали.       Нужно было признаться: ждать было невыносимо. Он никогда не думал, что именно на его долю перепадёт томное ожидание кого-то из-за горизонта. Только томности в пирате не было ни грамма, были лишь злость и раздражение. Неприятные мысли забирались в голову, когда он оставался один, отчего хотелось разбить голову о стену. Чью-то чужую. Каждый раз мужчина бросал рассеянный взгляд на кровать в какой-то призрачной надежде увидеть там девушку, которая давно вернулась и просто в очередной раз решила потрепать ему нервы. Но, увы, постель всегда оставалась одинокой, а простыни и одеяло смятыми, потому как Чарльз не имел привычки заправлять их за собой.       Король пиратов никогда не водил девок в свою каюту. Он считал это место своим особенным пристанищем, посему входить сюда позволялось лишь некоторым. Но небольшое помещение до сих пор помнило неугомонную девушку с непослушными волосами. Его подушки и простыни пахли ею, его одеяло пахло ею, его кресло, сундук, книжный шкаф, даже его гребаная куртка все ещё слегка пахла ею. Или, может, это лишь больная голова Чарльза. — Приготовиться, мы причаливаем! — грозный голос Ганса привел погрязшего в воспоминаниях капитана в чувство.       Нассау.       В городе было как всегда шумно и людно. С тех пор, как этот остров стал убежищем для всех свободолюбивых, здесь было не протолкнуться. Ступив тяжёлым шагом на причал, Вейн отправился прогуляться по улицам и рассмотреть новые лица. Не то, чтобы он запоминал хотя бы старые, но все же стоило держать себя в курсе дела. Остановившись в одной из лавок с одеждой, пират по привычке окинул взглядом женские шляпы. Безусловно, они все были красивы, что, конечно, и обуславливалось высокой ценой, но не было ничего особенного, что могло бы зацепить взгляд мужчины. Эта привычка появилась у него недавно, и, честно говоря, она ему не слишком нравилась. Как будто делать ему было нечего, кроме как ходить по бабским магазинам и тряпье рассматривать. Злобно фыркнув, тем самым испугав продавщицу, Вейн раздражённо зашагал по дороге, расталкивая людей, что имели наглость стоять у него на пути.       Следующей остановкой была таверна. Королю пиратов не терпелось выпить чего-нибудь покрепче рома, от которого уже начинало неприятно першить в горле. Добравшись до пункта назначения, Чарльз свалился за один из столиков, уже ожидая, когда ему принесут то же, что и обычно. Окинув глазами окружение, его взгляд зацепился за знакомую уродливую физиономию. Эдвард Тич, ну надо же. Вид длинной черной бороды заставил Чарльза вспомнить о причине, по которой он отказался отрастить свою собственную. Может, когда-нибудь потом. — Посмотрите-ка, это же Чарльз Вейн. Не ожидал тебя сегодня увидеть здесь. Мне казалось ты больше предпочитаешь глушить бутылку дешёвого рома в одиночестве.       В ответ на попытку колкости Вейн лишь криво ухмыльнулся, откинувшись на спинку стула и хватая стакан, который только что принесла официантка. Сделав глоток виски, Чарльз даже заметно повеселел, отвечая Эдварду собственной колкостью. — Дешёвый ром куда лучше дешёвых бородатых рож. Скоро лица совсем не станет видно за этой копной, это твоя новая идея по устрашению врагов?       Теперь развеселился и Черная Борода. От его громкого, словно раскат грома, смеха, люди вокруг вздрогнули, испуганно косясь на двух капитанов. Чарльз же не отреагировал никак, делая очередной глоток пойла. Тич свалился на стул напротив Вейна, намекая на то, что между ними завяжется разговор. Не то, чтобы ему хотелось сейчас заводить с кем-то милые беседы, но эта идея была куда притягательнее неприятных мыслей о кораблекрушениях или того хуже. Деламар была королевой неприятностей, в ее возможностях было все, что даже представить было сложно. — Я слыхал, будто ты совсем потерял голову от отсутствия девчонки. Мне казалось ты давно перерос тот возраст, когда вздыхал о какой-нибудь цыпочке перед сном, плача в подушку. В конце концов, даже тебя возможно приручить, не так ли?       Чарльз сжал кружку в руке настолько сильно, что та жалобно застонала, угрожая сломаться прямо в его ладони. Кинув на собеседника страшный взгляд исподлобья, Вейн зарычал почти бессловесно, словно дикое животное. — Лучше бы тебе закрыть свой рот, пока эта кружка не оказалась в твоём горле. Не забывай, на что я способен. Меня называют чудовищем не просто так.       Черная борода вновь засмеялся, затем хитро прикрыл глаза и произнес: — Я тебя не боюсь, Чарльз. Кто угодно, но не я, ты же знаешь. В конце-концов, мы не враги друг другу. Но мы и не друзья, я лишь уважаю тебя, ты знаешь это.       Выдохнув и что-то невнятно пробормотав себе под нос, Вейн, наконец, опустошил кружку до дна. Эдвард сохранял между ними секундную тишину, после чего сказал что-то, отчего Чарльз ощутил мурашки, пробежавшие по коже спины. — Я видел твою девчонку недавно. На прошлой неделе я проплывал мимо Гаваны и видел ее корабль, сердцежор или… — Сердцеед. — Не имеет значения. Я видел ее корабль, видел и саму Деламар на палубе. Она была там с каким-то темнокожим парнем, кажется, ее штурман?       Треск. Черт возьми, кружка так и не избежала жестокой участи от руки Чарльза Вейна! Пират поставил бедняжку на стол, молча подняв глаза на Тича. Его взгляд был страшен как эпицентр бури, и бородатый черт точно знал, за какие ниточки нужно тянуть, чтобы вывести оппонента из равновесия.       Чарльзу хотелось убить всех, кто находился сейчас в таверне. Уже было поддавшись своей вспышке агрессии, он почти схватился за пистолет, но его рука вовремя остановилась, лишь успев неуклюже дернуться. Вдох-выдох. Этот сукин сын лишь наслаждается его реакцией, что вполне очевидно. Нельзя давать ему наслаждаться этим шоу. В конце концов, он все ещё Чарльз Вейн, гроза Испанского Мэйна и карибских морей. Вдох-выдох. Он взял себя в руки, сжав и выпрямив пальцы, взглянув на Тича, в этот раз холоднее. — К чему тебе все это? Если твои слова и правдивы, для чего тебе оповещать меня обо всем этом?       Тич ухмыльнулся, отведя глаза в сторону и почесав свою спутанную бороду, явно обдумывая, что сказать сидящему напротив. Затем вновь взглянул на Чарльза и его глаза были полны лукавости. — Отчего же не помочь соратнику. Возможно, в будущем и ты мне помощь окажешь.       Ну конечно. Кто бы сомневался. Теперь Чарльз должен этому придурку что-то взамен. Но ведь он даже не просил ему ни о чем рассказывать! В прочем, Вейн редко оказывал ответные услуги другим пиратам, только вот Тич был другим делом.       Дальше диалог не задался и Эдвард, громко встав из-за стола, не прощаясь покинул таверну, захватив с собой пару бутылок какого-то пойла, за которым изначально и зашёл сюда, пока не увидел рыжего пирата.       Было очевидно, что все это было сделано не с расчетом на ответную услугу, а с банальным желанием разозлить Чарльза. Ни для кого не было секретом, что он был довольно стойким и мало какая глупость могла бы выбить его из образа грозного короля пиратов, но с недавних пор в этой крепости появилась трещина, имя которой — Корделия. Рыкнув, Вейн взглянул на кружку и отметил, что она держалась достаточно долго, будь это стеклянный бокал, пальцы Вейна давно бы окропляла кровь.       Стоп.       Гавана? Неделю назад?..       Чарльз прикрыл глаза, вдумываясь в слова Черной Бороды. Если Корделия была у Гаваны, то к этому времени она уже должна была быть в Нассау. Даже факт того, что девушка могла задержаться в городе, все ещё не оправдывал ее длительного отсутствия. Если она, конечно, планировала вернуться, а не осталась там отдохнуть со своим штурманом. От подобных мыслей Чарльзу опять захотелось убить всех, но он быстро взял себя в руки. Не кричи пожар, пока не увидишь огонь. Поспешно встав со стула, да так резко, что тот почти упал, Вейн двинулся быстрой походкой к причалу, затем взбираясь на корабль и устанавливая курс.       Дорога в Гавану заняла около недели. Возможно, Чарльз добрался бы туда раньше, если бы ему не пришлось иметь дело с охотниками на пиратов и парочкой военных английских флотов. Чарльз Вейн был удостоен особенной любовью со стороны как тех, так и других. Жаль взаимностью он им ответить не спешил. В прочем, добраться в назначенное место особенного труда не составило. Покидая свой корабль, Вейн огляделся и его зелёные глаза уловили на пристани присутствие знакомого судна. Сердцеед. Да, именно так, она здесь. Шумно выдохнув, Чарльз подавил в себе приступ злости и направился к кораблю девчонки. Если он и собирался искать здесь Деламар, вряд-ли удача повернулась бы к нему лицом в первый же день, но попытаться всегда стоило.       Палуба была пуста, более того, кажется, над кораблем проводились ремонтные работы, причем достаточно серьезные. Отметив это факт, Вейн примерно прикинул в голове, что могло произойти с его ненаглядной бестией во время ее приключения. Конечно, ни одно его предположение никогда не оказалось бы правдой, так как Корделия была богиней неудач и безумных ситуаций, такое обычно сложно предугадать или даже представить. В прочем, именно за это он ее и любил.       Как и ожидалось, капитана рядом не оказалось, зато Чарльз приметил белоснежную макушку первой помощницы. Рид прямо сейчас грозно с кем-то вела разговор, вероятно, с тем, кто руководил ремонтом судна. Она ярко жестикулировала и, как это обычно бывало, награждала собеседника множеством ругательств и проклятий. Весело усмехнувшись, король пиратов подошёл ближе, чтобы узнать, о чем ведётся разговор, но Мэри удалось заметить Вейна раньше, чем он успел бы что-то ухватить из их милой беседы, потому девушка поспешила закончить диалог и вступить в разговор с Чарльзом. Из короткого пояснения стало ясно, что сердцееды во главе с их сумасшедшим капитаном попали в уйму неприятностей, пока добирались обратно. Кто бы сомневался. Теперь же проблема состояла в том, что их корабль стоял на починке вот уже полторы недели, а плотники устроили загул и половину этого времени провели за пьянкой, отчего судно так и не было отремонтировано до конца. Затем, отмахнувшись от Вейна, Рид пошла возобновить начатую ранее конфронтацию, на этой ноте Чарльз и покинул ее, фыркнув напоследок, что можно было бы и указать, где сейчас их замечательный капитан.       Определить, где сейчас была Деламар, было почти невозможно. Она могла быть буквально где угодно, и в планы короля пиратов не входило обходить каждое заведение, чтобы найти ее. Похоже, вечные побеги были у Корделии в крови. Решив, что в этот раз он вряд ли пойдет в таверну, Чарльз отправился прогуляться по городу. Ее непослушную копну волос было невозможно не заметить, поэтому оставалось лишь внимательно смотреть.       Людей было много, даже слишком. Как будто все разом решили выйти на улицу, чтобы мешать Чарльзу в его поисках, потому мужчина злобно зарычал, чем опять напугал проходящих мимо людей. Чарльз часто пугал людей, при этом совершенно не прилагая к этому никаких усилий и даже не пытаясь сделать это в принципе, но его репутация чудовища отлично справлялась со всем этим за него. Обойдя как минимум пол города, он не нашел ни единого намека на то, что… а, собственно, что он вообще искал-то? ПОЧЕМУ он вообще разгуливал здесь уже второй час и искал ее? Разве это было похоже на него? В прочем, разве он сам был похож на себя в последнее время? Стоя посреди улицы, Вейн вновь погрузился в свои мысли, и единственное, что могло вывести его из раздумий это… волосы! Грива каштановых волос мелькнула недалеко от пирата, в толпе людей, что собрались около музыкантов и наслаждались музыкой. Метнувшись в нужную сторону и растолкав всех на своем пути, он с досадой обнаружил, что потерял след, который едва только взял. Что б ее, эту Деламар! Она точно видела его, Вейна вообще сложно не заметить. Значит, она решила поиграть с ним в игры? Очевидно, что так. На мгновение лицо короля пиратов озарила хищная улыбка, но сразу за ней последовал оскал, ведь Чарльз был зол. О да, он был зол. Корделия нарочно заставляла его ждать себя, ревновать и скучать. Она была настоящей бестией, именно так!       Сплюнув на землю, Чарльз развернулся и твердой походкой направился обратно, на "Рейнджер". Пускай думает, что он попался на ее удочку…даже если он и сделал это…он все ещё может выйти победителем! Достаточно всего лишь развернуть стрелки в свою сторону и установить свои правила игры. Он не будет искать Корделию, как она того желает, он ничего не будет делать, тогда девушка сама сдаться и первая придёт к нему. Только вот… Он уже проиграл. Еще сам этого не понял, но это было именно так.       Корабль был пуст, не считая нескольких матросов, что остались следить за чистотой палубы в момент отсутствия капитана. Чарльз разрешил ребятам повеселиться, пока они остановились у острова, ведь рассчитывал, что останется здесь на некоторое время. Только теперь все его тело и разум горели желанием покинуть Гавану как можно скорее. Скорее обвести ее вокруг пальца, если это было еще возможно…       Открыв дверь своей каюты, Вейн вальяжно вошёл, уже снимая с себя пояс с оружием, когда пират резко замер. Его правое ухо уловило тихий звук в темноте и, схватив пистолет, он мигом направил его в незваного гостя. Затем, привыкнув к темноте, что все еще сохранялась в каюте по его велению, Чарльз закатил глаза и опустил пистолет. — Здравствуй, Чарльз.       В его кресле сидела, кто бы мог подумать, капитан Деламар собственной персоны. По-хозяйски закинув ноги на стол, девушка держала в руке стакан с, очевидно, ромом, который утром не допил Вейн. Сделав глоток пойла, Корделия пристально наблюдала за тем, как медленно, словно лев, Чарльз подошёл к столу, за которым она сидела и, опершись на него руками, пират почти прорычал: — Это мой стол.       Лицо девушки озарила очаровательная улыбка, после чего она медленно убрала ноги со стола, но из кресла не соизволила подняться. Обойдя стол, Чарльз окинул девушку взглядом и хмыкнул, сложив руки на груди. — Решила поиграть со мной? Такие игры до добра никого не доводят, ты знаешь это.       Его голос был не громким, но достаточно злобным. Он был раздражен, ведь именно из-за нее ему пришлось плыть в Гавану и тратить время на то, чтобы найти ее в городе. В котором ее и вовсе не было. Он пытался быть как можно более грозным, но и сам прекрасно понимал, что этот трюк не пройдет. С ней не пройдет. Корделия была хитрой чертовкой, почему он не учел этого с самого начала? Мэри точно знала о плане своего капитана, потому нарочно сказала, будто не знает, где Деламар ошивалась. Женщины слишком коварны для этого мира. — Гавана прекрасна, не так ли? — наконец, поднявшись из кресла, девушка обошла пирата, что расположился прямо перед ней, и двинулась к кровати, затем усаживаясь на нее и делая очередной глоток рома. — Я так давно не была здесь, потому что забыла, как здесь чудесно. Вспомни я об этом раньше, точно приплыла бы несколькими месяцами ранее.       Чарльз предпочел пропустить ее рассуждение мимо ушей, подходя ближе. Он угрожающе молчал, щурил глаза и громко выдыхал через нос. Они смотрели друг на друга в тишине, словно играли в гляделки, но напряжение вскоре рассеялось, и Чарльз свалился рядом, позволяя себе расслабиться и вытянуть ноги. Корделия лишь улыбнулась, после чего улеглась мужчине на плечо и слегка потерлась макушкой о его подбородок, словно извиняясь перед ним. А извиняться было за что. — Ты ничего не хочешь мне рассказать? Может, о том, как ты решила помучить меня? Или, может, о том, как тебе нравится смотреть, что ты творишь со мной? — Чарльз замолчал, ожидая ответа девушки, который не заставил себя долго ждать. — Мне нравится то, как я на тебя действую.       Чертовка. Самая настоящая чертовка. Она так умело и уместно метнула его же фразой, и самое забавное, что он сам дал ей для этого возможность. Конечно она не могла упустить такой шанс. Его губы растянулись в очередной хитрой ухмылке и он приложил много усилий для того, чтобы не впиться в ее губы прямо здесь и сейчас. Взглянув на девушку, Вейн отметил, что она, кажется, не была в настроении играть, потому пират натянул более серьезное выражение лица, но ничего не сказал, предпочитая не перебивать ход ее мыслей, коими она была явно увлечена.       Встав с кровати, Корделия направилась к столу, чтобы оставить стакан на нем, после чего задержалась там на некоторое время, видимо обдумывая, что она хочет сказать. Мышцы Вейна напряглись, ведь разговор явно обещал быть серьезным. — Все куда сложнее, чем может показаться на первый взгляд, Чарльз. Давай выпьем вместе, а я расскажу тебе все, что случилось во время моего приключения. И… Достань что-нибудь покрепче рома. Он не подойдет для этого разговора.