Не проходите мимо

Утром Антон, непонятно откуда взявшимися силами воли, заставил себя подняться и пойти, даже намереваясь дойти до ВУЗа, разумеется через дом Арсения, где ожидаемо никого не встретил. В учебном заведении на этот раз он отсидел весь учебный день в раздевалке - первые две пары там было тихо и пусто, так что можно было поспать на лавке, а вот на третьей пришли первокурсники. Кто ещё пошёл бы на последнюю пару физру? После перемены снова стало тихо, но посидев немного парень решил выйти, не желая находиться в помещении, когда вернуться оголтелые тестестероновые, пропахшие потом малыши. Вышел он вовремя, несмотря на то, что до конца пар Арсения оставалось ещё минут пятьдесят, Антон увидел, как тот уже вышагивал мимо технического универа, не смотря по сторонам. А зря. Антон спустился к нему, как можно быстрее сбегая с порожков. - Привет - как можно дружелюбнее улыбнулся Шастун, заглядывая в лицо собеседника и пытаясь угадать его мысли и эмоции, при этом у самого улыбка настолько фальшивая, что даже не понятно, у какого продавьца с Алиэкспресс он её заказал. - Привет - растерянно в ответ улыбнулся Арсений. Он был прекрасным актёром и сдержать или подменить эмоции для него было не проблемой, но он не хотел этого делать и выглядел чуть взволнованным, ни больше ни меньше. - Как дела? - Хорошо. - Ты чего так рано? - Да пару последнюю отменили. - А, ясно. - А ты? - У меня последней фира. - соврал Антон и немного помедлил. Собеседник говорил с ним вроде и как обычно, но что-то словно было не так и после паузы он продолжил: - Может в кафе? - Я сегодня не брал деньги - как-то не особо уверенно сказал Попов. - Я угощаю - Антон старался говорить мягко, успокаивающе, но раньше оттачивал этот навык только на котах и хоть и получалось неплохо, но не так, как ожидалось. Парни поплелись к кафе. Зайдя без особых физических неудобств и заказав лишь пряный чай, парни пошли к столику, как всегда заказ делал Антон, а Арсений лишь безмолвно наблюдал, так как в жизни не пил ничего вкуснее, чем просто хорошо поцеженный сваренный кофе. Пусть пережаренный, грубого помола и недоваренный, он всё равно был для него лучшим напитком в жизни, а вся эта сладкая чепуха была лишь как десерт. - Ты не хочешь об этом поговорить? - начал осторожно Антон, когда они оказались за столиком. - О чём? - О вчерашнем поцелуе. - Это ты меня поцеловал - Попов не злился, не обижался, вовсе не выражал эмоции и Антон не понимал этого. - Да, ведь ты этого хотел! - чуть громче выпалил Антон, загораясь на глазах. - С тобой невозможно разговаривать. - медленно проговорил Арсений. - Почему?! - Антон просто не выдерживал такого отношения. - Потому что тебе невозможно что-либо доказать. - Но если я неправ, почему ты пришёл сюда со мной. Ты же понимаешь, что я к тебе чувствую, не можешь не понимать!! Арсений промолчал и через пол минуты принесли чай. - Я не хочу об этом. И я вынужден тебя попросить чтобы ты так больше не делал. - сказал Арсений спокойно, верча свой чай в руках. - Хорошо- как можно спокойнее сказал Антон. Его бесило, что парень не может принять своего к нему влечения, как бы по-чсвшному это не звучало Парни сидели рядом почти всё время молча смотря на божественный напиток. Только Арсений спросил, как прошли пары, на что Антон ответил «нормально» таким тоном, как говорят обиженные девочки, что бы точно было понятно, что они обижены. Наконец, Антон не выдержал, выпил залпом отфильтрованный чай. - Пошли - лишь сказал он отодвигаясь от стола. Арсений послушно опрокинул в себя чашку. За это время Антон уже поднялся со своего стула и направился к выходу. Парни вышли и направились к дому Арсения. Шли молча, Шаст был полон сил, а Попов лишь безмолвно следовал виновато. Он хотел сказать. Многое. Но не мог. Он понимал, что отнекиваться бессмысленно и не собирался этого делать, но и просто безмолвно отдать такой важный вопрос на откуп Антона, насколько бы сильно его не любил не мог. Арсений молился всем богам и своим силам, что бы только бы заставить себя отстранится от парня, который манил так сильно, словно его тянуло магнитом, словно он не может жить без него. Но нужно было заставить себя отстраниться, так будет правильнее, но что-то подсказывала Арсению, что он сорвётся, что бы снова почувствовать эти губы, эту нежность, неопытность, податливость, этот огонь, страсть. Нет, ему было бы невозможно себя сдерживать, но приходилось хотя бы стараться сколько есть сил. Идти молча оказалось выше сил Арсения. - Ты раньше целовался? - Нет - немного помедлив ответил Антон - Но я знал, как надо… надо просто сжимать и разжимать губы. - Ну да - Арсений усмехнулся. Как у этого парня всё просто. - А ты меня научишь? На этот вопрос Антона ответа не было и дальше они пошли в тишине. Добравшись до дома Арсения, Антон наконец обратил внимание на своего спутника. Он обернулся, но ничего не сказал. Его лицо отображало бурю эмоций, которую он просто не мог выразить. Арсений, видя это, уже через пол минуты колебаний протянул медленно руку так, что бы Антон видел её мог отстранится. Парень смотрел, но не шелохнулся даже. Тогда Попов так же медленно положил её ему на щеку и аккуратно провёл большим пальцем от носика к щёчке, сначала совсем медленно, а потом игриво и ласково. Антон лишь прикрыл глаза и актёр понял, что ему доверяют настолько, насколько возможно. Неуверенный в своих выводах он аккуратно положил вторую руку на щеку, чуть задев ушко и эта небрежность была обрамлена резким тихим вздохом. Арсений тут же убрал непослушные пальчики к виску, но Антон открыл глаза, смотря затуманенным взглядом ровно в глаза напротив смог лишь сдавленно произнести: - Пожалуйста, продолжай. Арсений спустил ладони так, что бы она оставались на щеках, но при этом полностью ласкали уши. Он умело ласкал их, сжимал, гладил, царапал… пока Антон натурально задыхался. Шастун был уверен всю жизнь, что чувствительным у парней может быть только пах, но то, что он чувствовал сейчас было прекраснее любой мастурбации. Теряясь в ощущениях он не знал, молить ли Арсения остановиться или продолжать. Он хотел сам попробовать доставить удовольствие, но боялся, что не сможет и потому покорно принимал ласку. Так прошло достаточно времени, перед тем как умелые пальцы покинули его уши и после нежного поглаживания по щекам его по ним не сильно шлёпнули пару раз, как приводя в чувства. Антон смотрел многозначительно - там была и победа и радость и ожидание, что же будет дальше и восторг и возбуждение, на которое так же намекал бугорок в районе паха, который Арсений старательно напоказ не замечал. - Пока - лишь сказал Попов и упорхнул домой. - Подожди - Антон говорил уже захлопнувшейся калитке. Ничего не было понятно кроме одного - путь до дома ему будет неудобен. Только если… Антон быстро достал телефон и сделал фото, где чётко был виден бугорок его штанов, который он ещё и придерживал ладонью так, что бы смазка лилась, образовывая пятно, на чёрных штанах, а размер был чётко понятен. Арсений не понял посыла, но не возбудиться ещё сильнее, чем от млеющего под его прикосновениями его объекта вожделения не мог ни как, ощущая небольшую тяжесть в паху. Но спросить что это или зачем парень не успел. - Я не могу идти после этого. Было слишком хорошо… и вот! Хочешь посмотреть, что? - скинул голосовое Антон, немного хрипло, самым сексуальным тоном, уже аккуратно подрачивая себе в пустом переулке через штаны, облокотившись на стену. - Да - ответил Арсений через самую долгую минуту в жизни Антона и тот хищно улыбнулся. Шаст приспустил штаны, доставая до боли стоящий член. С него сочилась смазка. Он сделал фото, особо не заботясь о качестве и скинул Арсению. - Я сейчас буду дрочить под твоим забором. Если хочешь, можешь выйти и помочь или остаться в своей комнатке - прохрипел Антон вдогонку к фото и прислонился к забору, откидывая голову и прикрывая глаза. В одной руке он держал телефон, а другой с усилием водил у самого основания члена. Арсений очень долго не мог решиться. Но всё же сдался. Калитка снова заскрипела, Антон начал водить рукой по всей длине, смазка текла, заливая тонкие пальцы, взгляд затуманенных глаз впился в объект вождения. Арсений подошёл осторожно, словно боясь спугнуть. И когда был достаточно рядом Антон сказал: - Можешь помочь, если хочешь. - А ты хочешь. - Очень!.. Арсения не пришлось приглашать дважды - парень подошёл и встав лицом к лицу перехватил возбуждённый орган. Несколько раз провёл на пробу, сохраняя серьёзный вид хозяина ситуации, глядя, как теряется его партнёр, глухо постанывая. Насладившись таким видом, Арсений спустя вечность присел на одно колено так, что теперь был на уровне паха и головка была у самого его носа. От такого вида Антона пронзила стрела в районе лёгких, пройдя через сердце. Арсений насладившись реакцией, видом, размером, влажностью, наконец перевёл взгляд на лицо парня, которому в этот момент дрочил. Лицо Попова было спокойное. Слишком для такой ситуации. Антона же бросало морально и физически. Они встретились взглядами и Арсений медленно, насколько это вообще было возможно, потянулся к члену. Приблизившись к самой головки он смочил губы и Антон молился, что бы это не прекращалось. Первое движение языком по красной головке и стон. Лёгкое прикосновение губ, как поцелуй, даже не накрывая всю красную, открытую от кожи часть и Антон с криком кончает, прямо в рот своего любовника. Арсений не может видеть его лица и очень жалеет об этом, но в угоду зрелищности не отстраняется, оставаясь на месте и принимая всё, до последней капли, лаская язычком место, обрамлённое губами. Антон ещё долго глухо стонет, даже когда Арсений поднимается над ним и показывает язык весь в сперме. Антон подаётся вперёд и жадно вылизывает рот, ловя свой вкус и вкус новый, неизведанный, но уже самый любимый. Арсений вовсе не против и лишь отвечает в поцелуе, обеими руками прижимая к себе только что кончившего парня. Они целовались долго, страстно, пока Антон не смог нормально стоять, полностью опираясь на Арса, который держал его в объятиях, и немного восстановившись за такой короткий срок у него вновь начал крепнуть. Но когда чужие руки уже забегали по телу Арса тот отстранился и лишь сказал: - Мне пора - вновь убежал домой. Антон опешил, ничего не успев сказать, увидел, как закрывается дверь, после чего оделся, насколько это было возможно со стояком и посмотрел на время. Было множество пропущенных, они стояли с Арсением добрых полтора часа. Это было просто невероятно. Антон шёл домой счастливый.