Песнопения богов смерти

Проснувшись после сотрясения, Санзу не осознавал что произошло. Новый день встретил парня мрачным светом из окна, окутав его мучительной болью в голове и смутными воспоминаниями о прошедшем. Харучиё ощущал, как будто мозг разделяется на части под тяжестью полученного удара от кагуне. Когда зрение сфокусировалось, он, удивленно оглядевшись вокруг, заметил, что его одежда в некоторых местах отсутствует, словно пропавшие кусочки загадочного пазла. С трудом приподнявшись с постели, он почувствовал, как каждое движение становится испытанием для его измученного тела. С каждым мгновением воспоминания того, что он слышал приходили и уходили, словно пляшущие в танце тени. Он пытался вспомнить, что же происходило, пока он был без сознания, но слышал отголоски из далека. Санзу попытался поднять руку, чтобы прислонить её к голове, но послышался лишь звук металла. Повернув голову, Харучиё заметил на руке наручники, а после послышались и шаги вне комнаты. — Уже проснулся, сахарок? – Голос Рана не заставил ждать и его владельца, что, скрипнув дверью, зашёл в комнату. Глаза у него чёрные, какуган явно выдаёт себя. Следом за Раном зашёл и окровавленный Риндо, который, не обращая внимания на Харучиё, сразу ушёл в ванную комнату. — Фрик ебучий, что это за БДСМ игры? – Пробурчал розовласый, явно намекая на брымчащие наручи на руке. — Ой, да ладно тебе, не говори, что ты не любитель быть снизу? – Посмеявшись сказал старший Хайтани, после чего его глаза пришли в норму. Вновь эти противные лиловые зрачки. Тошно. чёрный какуган им идет больше. Так стоп.. что с этими двумя не так? Санзу внимательно присматривался к Хайтани. Ран был одет в стильную, дорогую одежду, которая говорила о его хорошем вкусе и финансовом благополучии. Дамочек только в этом и цеплять. Чуть прищуренные глаза, которые создавали загадочную и притягательную ауру вокруг него, смотрели будто сквозь Харучиё. Во внутренности. Однако были и пятна крови на одежде старшего, что привлекли внимание Санзу. Они создавали контраст между элегантностью образа и жестокостью ситуации, которая, очевидно, произошла. Санзу понял, что пока он валялся на кровати произошло что-то необычное и возможно опасное для жизни этих братьев. Взгляд стал более сосредоточенным, его ум сконцентрировался на том, чтобы понять, что происходит рядом с ним. Ран же довольно подошел к кровати и, сев напротив парня, провёл пальцами по его ноге, выводя второго из транса. — Ты что блять делаешь? – С недопониманием спрашивает Харучиё, грубо убирая его руку со своей ноги. Старшему Хайтани очень не понравилось это. Ран вернул руку, силой сдавил ногу Санзу, словно выплеснул на него всё своё напряжение за этот прошедший вечер. Он резко дёргает её, чуть ли не вырывая. Санзу, безысходно упавший на мягкую поверхность кровати под напором Рана, ощутил тяжесть его тела, зловеще нависающего над ним. В его глазах отражался шок. Непонимание какого хуя происходит, но он тоже не из жалких жертв и ударил второй ногой куда-то вбок. Не помогло. Ран жестко удерживал чужую ногу, не давая возможности Санзу освободиться, и его лицо наполнилось животворящим удовлетворением от момента власти над другим человеком. Над доминированием. Грозное молчание заполнило комнату, лишь звуки воды из душа и шуршаний о кровать прерывали его зловещую тишину. Шелест легких воздушных тканей, хруст скрежещущих костей и тяжелое дыхание наполнили пространство между ними. Ран, словно обладавший безмерной силой, оказался над Санзу, демонстрируя свою верховность и угрожающую власть. Его лицо было искажено страстью и яростью, отражая его безжалостную природу, готовую поглотить весь мир в своей живой силе. Санзу ощущал каждый мускул тела Рана, каждое действие, каждое дыхание, которое готово было раздавить его в пыль. Но даже в этом моменте он не сдался, не потерял своей гордости и силы в борьбе. В его глазах горел огонь решимости и отчаяния, готовый встать на защиту своего достоинства и свободы. — Слезь долбаёб! – На этот раз Харучиё ударил кулаком с возможным размахом. Только, к его сожалению, это была недавно зашитая рука, которая сжиматься толком не могла не только из-за боли, но и из-за мешающих швов. Эту попытку пресёк Ран вновь, схватив и руку. Он завёл руку достопочтенного наркомана вверх, над его головой, сам же наклонился к его лицу. — Мы ходили к твоему боссу, к Манджиро. – промурлыкал Хайтани, прикусывая ухо Харучиё до крови, заставляя его дернутся и зарядить лбом в челюсть. — Кх.. да ты действительно ёбнутый. Я уже тебя обожаю, Са-н-зу~. – Чуть повысив голос от восторга проговорил Ран. — Таки о чём я. Мы были на миссии, поэтому и в крови. А вот моего брата чуть поранили, а по договору за это будешь нести ответственность па-па-рам. ТЫ – сделав акцент на указании, старший облизнулся, смотря в глаза Харучиё. — Отдадим Риндо твой глаз, как смотришь на это? – милая улыбка для маниакального взгляда. Не подходит. — Совсем охерел!? – ругнувшись произнёс Харучиё. На сей раз он ударил лбом прям в нос Рана, вызвав у того кровь. — Вот же сволочуга. – прорычал сквозь зубы Ран. Как только тот хотел отгрызть от Харучиё кусочек мяска, из душа выходит Риндо, с перевязанным полотенцем на бёдрах. — Ран, никаких твоих брачных игр на нашей общей кровати. Особенно с ним. — Прости-прости, Рини – Старший сразу отпустил все конечности Харучиё, подходя к Риндо, осматривая раны, которые, на удивление, не зажили ещё. В обычных условиях гули обладают высокой регенеративной способностью. Незначительные ранения и переломы заживают за считанные часы, а тут рана даже кровоточила, когда они пришли. Повредить тело гуля не так-то просто, и на это годятся только самые острые и прочные инструменты. Поэтому Майки и нужны были эти двое как боевая единица захвата власти в Токио. Но раз Риндо ранен, то что-то или кто-то ранил его. — Я же говорил будь внимательней. Шрам вдруг останется, я ж загрызу его. — Пробурчал Ран, обнимая своего брата. Его? Выходит кто-то напал на них и они могут быть знакомы? Есть более свирепые гули в этом районе? Интересно конечно. А может Майки отправил их в дальний район. — Не хочу прерывать ваш гульный инцест. Но отцепите от меня наручники! — Выкрикнул Харучиё в адрес братьев, которые, по его мнению, готовы уже прям тут поебаться. Подтверждением стал недовольный вздох обоих братьев. Риндо высвободил свой бикаку и ударил им по наручам Санзу, ломая их. — Эх, а я только получил его от копа, которого сожрал. — надув губы произнёс обиженный Ран. — Ничего, ещё одного съедим. — Утешая произнёс Риндо, после продолжив. — Ты отдал ему? — А нам это точно надо? — Наклонив голову уточнил Ран. Изображает из себя мелкого подростка. Видимо настроение хорошее. Санзу недопонимающе смотрел на них, в ожидании, дадут ему что-то или нет. Ран всё же сдаётся и, выйдя из комнаты, возвращается с пистолетом и небольшой коробочкой в руках — Одно из условий твоего босса, Манджиро. Снабдить Бонтен оружием против гулей. Кто ж знал что у него был квинке... Так бы мы никогда не отдали это. В коробке пули из q-стали. CCG используют их для борьбы с такими как мы. Встретишь гуля, используй только их, обычные пули даже царапины не оставят. Думаю стрелять умеешь. Только Санзу взял коробку и направил пистолет на братьев, как сразу получил ясный сигнал в виде активируемых кагуне, что защищали глаза и при этом были готовы атаковать и растерзать наркомана. — Ладно, живите пока - он отказался от идеи проверить пули здесь и сейчас — Мы будем работать в троём по требованию Манджиро. Раз мы все оказались в университете под прикрытием, то ты можешь отчисляться, нам же необходимо оставаться там. Сам понимаешь для чего. — Проговорил Риндо. — Также мы прознали про твой адрес. Будем приходить в гости. А сейчас съеби ка из нашей квартиры, м? — Наклонив голову мило улыбнулся Ран. — С превеликим удовольствием. — После этой фразы проходит не много времени и входная дверь хлопает с большим грохотом. — Ведёт себя как ребёнок — прорычал Риндо. После чего ощутил на своих плечах руки, что плавно и нежно стали мять напрягшиеся мышцы. — Зато теперь он нам не будем мешать, м? — Ран прикусил шею своего брата, на что получил приятный на слух стон. — А мне казалось тебе он теперь по душе — Повернув голову произнёс младший. — Не хочу быть спидозным, увольте — А ты не такой? — Ухмыльнулся Риндо, поворачиваясь к брату лицом. — Сейчас договоришься и я заткну тебя~ — Прорычал Ран. — Так заставь меня. На фоне расцветающего романтизма Ран и Риндо падают на пушистую кровать, на которой до сих пор осколки металла от наручей. Погружаясь в мягкое облако пространства и времени, где их души сливаются в вихре эмоций и чувств, они вновь изучают тела друг друга. Их глаза светятся нежностью и восторгом пред дальнейшими действиями, их сердца бьются в унисон, создавая мелодию их взаимной привязанности и не совсем братской любви. Воздух наполняется сладким ароматом страсти и укусов до крови, окутывая их как мягкое одеяло, защищающее от суеты мира. Кагуне тоже вступают в действие, когда кто-то из них слишком увлекается с укусами. Особенно это касается Рана, что обожает прокусывать кожу брата, за что получает злобный рык и такой же взгляд какугана. Иногда и от бикаку прилетает. Старший же может и сломать что-то своими ринкаку, ведь его младший обожает чуть ли не сдирать кожу со спины. Запах крови, что разлетается по их комнате. Запах крови у человека обладает уникальными характеристиками, которые могут варьироваться в зависимости от ряда факторов от содержания до питания. Но запах крови друг друга заводит этих аморальных ублюдков намного сильнее. Стоны и вскрики разлетаются по комнате на протяжении всего процесса.

**

В тоже время, пока свежий дождь омывает улицы, Санзу идет домой. Его шаги сочатся ритмично на мокрой мостовой, отражая его внутреннюю пустоту в этот момент. Капли дождя рисуют перламутровые узоры на его одежде, вода просачивается сквозь ткань вызывая холод и противное ощущение. Грозовые облака нависают над ним и всем городом, затмевая светлые мгновения прошлого и окутывая его тенью. В этом одиноком путешествии под шумом дождя он ощущает, как каждая капля становится отражением его внутреннего смятение. Как он умудрился попасть в эту историю с гулями. Почему Майки хочет именно благодаря этим двум попасть на вершину. Будут ли ещё гули в этом круге ада? Скорее всего. — Эй! Простите! — Послышался голос за спиной Харучиё. Он не знает почему, но он хотел повернутся и увидеть кто это произнёс в столь подходящий момент раздумий. Поворачиваясь к источнику звука, он встречает взглядом таинственного парня, спрятанного под защитой темного зонта, словно тень в непогоду. Волосы небрежно ложатся на его плечи, напоминая о шелковистых волнениях ветра на заснеженной равнине. Одет он в изысканную одежду, словно исполненную тщательно продуманных аккордов самобытного стиля и тонкого вкуса. Силуэт незнакомца тускло мерцает в сумеречных лучах, словно загадочный фонарь в тумане, но даже в этом призрачном свете Санзу узнает его, и мгновенно овладевает дрожь неведомой тревоги. Странно лицом к лицу встретиться с прошлым, которое казалось уже утраченным в пучинах времени. Санзу в изумлении задается вопросом о том, каким неведомым могуществом остается этот человек живым, сохраняя свою загадочную тайну в объятиях прошлого....