Дневник пса Айсерта

Дорогой Дневник!

Я не писал здесь уже год. Не знаю почему, но я решил перечитать все свои прошлые заметки. Я не хочу расставаться с тобой, но предупрежу тебя, что эта запись может быть последней.

Кто знает.

***

С момента моего похищения прошел год. Особо ничего не изменилось. Если не считать положение Стейси. Я помню тот день как сегодняшний, шесть месяцев назад. Когда Мира узнала, она сначала обрадовалась, потом побежала к ничего не знающей Лили, которая сидела у себя в комнате и, как обычно, читала книгу. Я не слышал, о чём они разговаривали. Но судя по их удивлённым лицам, что-то было не так. Как выяснилось позже, духи не могут забеременеть. Аномалия какая-то. И это тоже у меня от отца передалось, что-ли. Кстати, об отце. Практически каждый день после побега от Эркоса, я вспоминал разговор с Лестором. После возвращения домой, я больше ничего не слышал о нем. Надеюсь, он смог освободиться от службы этому ничтожному духу. Я долго думал над кое-чем, мне необходимо встретиться со своим отцом. Ещё одна новость, что удивила меня за этот год – я всё это время умел говорить, правда необходимо приложить некую силу для этого. Представляете, вот такие пирожки. О беременности не знала и сама Стейси. Для меня это было ошеломляющей новостью, которой я был очень рад. Когда Стейси узнала об этом, она боялась рассказать кому-либо. Потому тихо, пока никто не видет, написала об этом в моем дневнике. Раньше ты, дневник, не имел для меня особой ценности, но теперь ты самое дорогое, что есть у меня. Звучит обидно, но увы, так и есть. Кровь Центуриона пробуждалась, и по словам Лили, мне необходимо срочно встретиться со своим отцом. Я пообещал Стейси вернуться. Вернуться домой, к любимой, обратно к тем, кто меня ждёт. А она, в свою очередь, пообещала дождаться моего возвращения. Когда я сел на крыльцо вздохнуть свежим воздухом, я почувствовал, как мои лапы что-то облегает. Опустив морду, я увидел доколе знакомый черный дым. – Ну здравствуй, Лестер. – Уважительно опустив голову, проговорил я. – Здравствуй, Айсерт. Ты ведь всё ещё желаешь отправиться туда? – медленно вылезая из тьмы, спросил зверь. – И где же сейчас Центурион? – я задал вопрос Лестеру. Как вы уже поняли, – я собираюсь встретиться с отцом. К этой встрече я готовился целый год. – Айсерт, – замешкавшись, произнёс зверь. – Встретившись, вы больше никогда не увидитесь, ты уверен? Я таких слов не ожидал, но сворачивать с намеченной цели уже поздно. – Да. – Уверенно, сказал я. – Хорошо. Центурион уже ждёт тебя. – Лестер уселся позади меня, после чего я почувствовал дрожь под лапами. Земля разверглась. Показались ступени, ведущие вниз. Повернув голову на дверной проём, я увидел Стейси. Она стояла, облокатившись о косяк двери, и смотрела на меня. Обменявшись взглядами, я отвернулся и начал спускаться. – Стой, Айсерт! – послышался волнительный крик Лестера позади. Но выбежать отсюда я не успел, земля захлопнулась за мной. Не знаю, что хотел сказать Лестер. Спрошу его, когда вернусь. – Господи, Айсерт, я забыл тебе сказать. Время в мире Центуриона течет намного медленнее, нежели здесь. – Чуть ли не плача, договорил Лестер. Стейси предлагала пойти со мной, уговаривала меня. Говорила, что у неё плохое предчувствие, но я её отговорил, беспокоясь за неё и малышей. Конца ступеням видно не было, они всё спускались и спускались. Чем ближе я подходил, тем больше усиливалась боль в теле. Всё прямо как в тот раз. В голове шумели два неизвестных мне голоса, а тело стало тяжелее из-за двух, неожиданно появившихся, голов. Однако сейчас телом управлял по-прежнему я, да и голова не раскалывалась. Без понятия, сколько прошло времени, когда я наконец дошел до конца. Я увидел новый для себя мир. Темный, смрадный и без единой капли солнечного света. Единственный здесь источник освещения – летающие синие огни, излучающие свет. Горы, скалы, прозрачная толика тумана. Где-то слева от меня послышался чей-то рёв, который крайне напугал меня, что не скажешь про две мои другие головы. Они начали рычать на источник звука. Из-за горы виднелась огромная, из неизвестного мне материала, арка. Вероятнее всего туда мне и надо было идти. Дойдя до неё, я увидел гигантских размеров пса, с черной шерстью и тремя головами, лежащего перед вратами. Он был настоящей копией меня. Рядом с псом крутились трое небольших зверей, которые пытались драться с ним. Но увы, Центурион одной лапой прибил их. Неожиданно обе мои головы завыли, из-за чего этот огромный пёс повернулся на меня. Встав на лапы, он подошёл ко мне и долго рассматривал. Через пару секунд он поднял лапу, и я уже было испугался, что меня ждёт та же учесть, что и тех зверей, но неожиданно я почувствовал, как эта самая лапа сгребает меня с места, подтягивая к псу. – Я ждал тебя, родной. – Подключив и вторую лапу, Пёс обнял меня. – Как я скучал по тебе. Я не пытался выбраться из его объятий, потому сидел смирно и ждал, когда он меня отпустит. Через пару минут крепких сжиманий, он ослабил хватку. – Прости меня, Айсерт, что не вернулся к вам. – Тихо произнес отец. – Я бы всё отдал, чтобы вновь встретиться с твоей матерью. Адский пёс чуть ли не плакал. – Но я счастлив, что ты пришел ко мне. Я молчал, не говорил ни слова, лишь слушал, что говорит отец. – Как ты поживал все эти годы? – Я встретил не своего человека, и из-за него попал сюда. – Сказал я. – Кто это? – резко перебил меня Центурион. – Я не хочу вспоминать его, отец. – Ох, прости, Айсерт. Я понимаю. – Понурившись, проговорил Цербер. – Я лишь хочу помочь тебе. У меня есть один вопрос. – Какой же? – спросил я. – Я уже не молодой, и мне нужен приемник на роль защитника врат. Желаешь ли ты занять моё место? – начал отец. – Я пойму тебя, если ты откажешься, но позволь узнать это. – Прости, отец. – Я не раздумывая ответил. – Не могу оставить всё позади, они ждут меня, я нужен им. – Хорошо, Айсерт, это твое право. Спасибо, что честен со мной. – Отец погладил меня лапой, и все три его головы улыбнулись мне, покащывая острые клыки. – Отец, почему ты бросил нас с матерью? – спросил я. – Ты, наверное, уже слышал, что меня покарали за связь с Кассией. – начал свой рассказ старый пёс. – Один из четверки великих Духов узнал об этом и навечно заточил меня здесь. – Мы – Духи. Мы не смеем сближаться с живыми, но твоя мать с первого взгляда запала мне в душу, Айсерт. – Повернувшись на некий источник шума, Центурион прибил очередного врага хвостом и продолжил своё повествование. – Так получилось, что Кассия забеременела. Такое невозможно, я сам не знаю, как это произошло. Об этом узнал Великий Дух, он наложил на меня проклятье. – И, как видишь, оно хорошо выполняет свою роль, – усмехнулся Пёс. – Я не успел даже увидеть твоё рождение, мой мальчик. Простишь ли ты меня? Я промолчал, предпочёл ничего не отвечать. – Тебе, наверное, уже пора. Да, Айсерт? – спросил трехглавый Пёс. – Да, прощай, батя. Надеюсь, мы ещё встретимся. – Выпрыгнув из его объятий, я умчался обратно, не оглядываясь, ведь я прекрасно знал, что встречи больше не будет. Я не успел привязаться к нему настолько, чтобы мне было больно уходить. Стены начали движение, несмотря на то, что я ещё не выбрался. Они были в паре сантиметров от меня, когда я был на половине пути. Стены сомкнулись, однако я успел выпрыгнуть оттуда, не превратившись при этом в лепешку. Отдышавшись, я посмотрел на крыльцо. Там, лёжа рядом с дверью, спала Стейси. На креслах загорали две девушки. Как хорошо, что пока меня не было, ничего не случилось. Взобравшись по скрипучим ступеням к любимой, я нагнулся к ней. Но я не ожидал, что разбужу её. – Айсерт..? – удивлённо уставилась на меня собака. – Стейси? – спросил я, перекривливая любимую. – Ты... вернулся спустя столько времени, Айси. – Запрыгнув на меня, Стейси начала облизывать мою мордочку. – Столько времени?... – Рин, Арок, Мила. – Стейси кого-то позвала. – Бегите сюда. – Папа!? В коридоре послышался топот маленьких лапок.