Осеннее настроение

      Крона разросшегося за последний год фикуса закрывала обзор. Коротким взмахом палочки Лита опустила горшок на пол и огляделась. Не рядом с камином, но и не у самого окна — сквозит… Может, у двери в кабинет? Там достаточно света и тепла, цветку должно понравиться… Или может вовсе унести его в гостиную? Оживит строгую обстановку зеленью.       Лита чувствовала себя странно в роли хозяйки. Вся её жизнь прошла по чужим домам и, получив в распоряжение собственный, она не знала, к чему приложить усилия в-первую очередь и куда поставить злосчастный фикус. И не только его.       В третий раз за час Лита пожалела, что не обзавелась парой выпусков «Ведьминого досуга». Там уж точно нашлась бы пара-тройка советов. Это птицы с рождения знают, как вить гнёзда, людям же приходится учиться.       Гнёзда. Она вьёт гнездо?       Лита взглянула в окно. За запылившимся, нуждающемся в мытье стеклом раскинулся вызолоченный осенью сад. Она же проредила пышные бронзово-красные кроны, и в проплешинах виднелись уже покинутые пернатыми обитателями домики из веток.       — Тревожишься?       Лита встрепенулась. Тесей стоял в распахнутуй двери кабинета, в котором наводил свои порядки последний час. Смотрел внимательно и с улыбкой.       — Не то что бы. — Лита опустила взгляд на фикус у своих ног. — Просто задумалась.       И не соврала ведь. Недоговорила, но Лита сама не знала, как описать те чувства, что сжимали её душу сильнее с каждым новым днём, приближающим их с Тесеем свадьбу.       Тесей подошёл и обнял, как умел только он. Нырнув руками под расстёгнутый пиджак, Лита крепко прижалась щекой к тёплой груди.       — Если я ещё минуту буду думать, куда что поставить, то сойду с ума, — прошептала Лита.       — Нам же не обязательно заканчивать сегодня, — заметил Тесей. Расцепив объятия, он взял её за руку. — Пойдём. Покажу кое-что.       В кабинете чемоданов и расставленных как придётся вещей было меньше, чем в столовой, но больше, чем в спальне, которую они обустроили в первую очередь. Над стоящим на полу светильником порхала фея.       — Откуда?.. — не сдержала вопроса Лита.       Тесей пожал плечами.       — Сбежала от Ньюта, когда он вчера заходил? Или влетела в окно. Мы же в Тинворте. Здесь кто только не водится.       Фея продолжала наматывать круги вокруг светильника, точно исполняя своеобразный танец. В мягком сумраке кабинета её крылышки отливали серебром.       — Ты её хотел показать?       — Не только.       Указав палочкой на один из стоявших на полу чемоданов, Тесей заставил его открыться. Внутри оказался новенький граммофон и несколько пластинок.       — Не видела его у тебя раньше, — сказала Лита, разглядывая магловское изобретение, только недавно начавшее приживаться в консервативном волшебном обществе.       — Потому что я забыл, что он у меня есть. Нашёл, когда вещи собирал.       — А что есть послушать?       Лита взяла в руки стопку пластинок. Почти все обложки на французском, пара на английском и одна на итальянском, кажется. Нарисованная певица подмигнула и поправила выбившийся из причёски локон.       — Давай эту, — предложила Лита.       Сама она плохо обращалась с магловскими вещами, поэтому настраивал граммофон Тесей. Иголка зашуршала по винилу, из рупора донёсся треск, а после полилась мелодия       — лёгкая, воздушная, как туманная дымка над озером.       — Позвольте пригласить вас на танец? — галантно предложил Тесей, подав руку.       — Позволяю, — улыбнулась Лита.       Под ритм песни они кружились на свободном пятачке паркета, и зачарованная мебель отскакивала прочь, стоило ногам оказаться в опасной близости от углов и ножек. Весёлая мелодия влекла, как свет маяка, и вселяла в душу радость, но… Лита не знала итальянского, но чувствовала странную горечь в словах.       — О чём эта песня? — спросила она.       — О путешественнике, — ответил Тесей, улыбаясь. — Он пережил многие лишения и наконец вернулся домой к семье. Теперь всё будет хорошо.       «Теперь всё будет хорошо», — повторяла про себя Лита, а над их головами порхала привлечённая музыкой фея, и серебристая пыльца сыпалась с её полупрозрачных крыльев.       Закончилась песня. Сделан перерыв. Лита дышала полной грудью, но словно не могла надышаться.       — Теряем навык, — фыркнул Тесей, тоже дышавший тяжелее обычного.       — Как разберём гостиную, можем хоть каждый вечер делать танцевальным.       — Тогда завтра со свежими силами займёмся гостиной.       Лита кивнула. Явно недовольная отсутствием музыки фея мельтешила над граммофоном и жужжала как целый улей.       — Вот неугомонная, — вздохнул Тесей.       — Поставлю фикус у тебя. Будет домом для феи, — смеясь, сказала Лита, обвивая Тесея рукой за шею.       Птицы улетают и возвращаются. Лита собиралась остаться насовсем.