Смотрю на тебя под кровавой Луной

Экзамен на подтверждение статуса небесного чиновника проводился каждые пять-десять лет. Эту традицию предложил сам Цзэу-Цзюнь через несколько лет после своего вознесения. Главной целью этого мероприятия являлось удостовериться в уровне знаний новых служащих Небесной столицы. Для тех, кто не добирал баллов до требуемого уровня, организовывали... как бы выразился все тот же Цзэу-Цзюнь, дополнительные занятия. Все, кто проходил через сие испытания, с уверенностью заявляли – экзамен был сложным. Хотя претендентов и разделяли на группы — боги войны, боги литературы, боги медицины и так далее, – каждому приходилось пройти не менее трех испытаний: тест на знание трёх миров, тест на владение базовыми приёмами магии и эссе на тему, выбранную экзаменаторами. И в тот год все три теста были назначены на один день. Столы для экзаменуемых поставили прямо на площади перед дворцом Небесного Совета, и чиновники готовы были уже занять свои места, с недовольством поглядывая на безоблачное небо. Сычжуй все пытался разгладить помятости на своем ханьфу (времени переодеться ему, конечно же, не предоставили), когда к нему подошел Ши Циньсюань. — Лань-сюн, я искренне прошу прощения, что из-за меня ты не успел подготовиться надлежащим образом. — Ши-сюн, я пять лет готовился к этому событию. Не нужно так говорить. Это же всего лишь экзамен. — Всего лишь экзамен… — кто-то повторил за ним эхом. Сычжуй посмотрел на стоявшего рядом молодого бога, скрывавшегося за веером, и подумал, что раньше его не видел. Судя по наряду с иголочки и витиеватым украшениям, это был бог искусств. Небожитель, казалось, был немного взволнован. — Пожалуйста, не обращайте на меня внимание. Я совсем не переношу экзамены… Одарив незнакомца ободряющей улыбкой, Сычжуй повернулся обратно к Ши Циньсюаню. — Ши-сюн, ты уже решил, что будешь делать дальше? — Думаю, было бы неплохо подойти к своей проблеме с другой стороны. — Эй-ей, вы же не решили списывать тут? — в этот раз с ними заговорил уже другой небожитель. Хитрая улыбка, казалось, не сходила с его лица. Молодые девушки явно были бы без ума от его озорного вида "а я кое-что тут задумал". Сычжуй же относился к таким с опаской. Молодой чиновник поклонился и подошел к ним, немного прихрамывая, как оказалось, на левую ногу, и выдал уже шепотом: — Но вы не расстраивайтесь, я никому не скажу! Если нужны шпаргалки, то всего за несколько благословений могу поделиться своими, — и продемонстрировал несколько миниатюрных свитков. Внутри каждого, куда не глянь, везде были едва-читаемые иероглифы. Вот что значит опыт сдачи экзаменов, подумал Сычжуй. — Благодарю, уважаемый господин, но если я воспользуюсь вашим предложением, то, боюсь, обесценю свои усилия, затраченные на то, чтобы все это запомнить… — вежливо ответил Сычжуй. Небожитель одобряюще рассмеялся и протянул руку. — А ты занятный! Я – Сюэ Ян, новый служащий во дворце Ляньфан-Цзуня. Сычжуй сразу же оживился и пожал его руку, обрадовавшись новому знакомству с подчиненными уважаемого Цзинь Гуаньяо. — Рад знакомству, моё имя Лань Сычжуй… — Ух-ты, да мне везет! Потомок тех самых знаменитых Ланей? — Да, так и есть. — Что ж, мне очень-очень приятно познакомиться, Лань Сычжуй. Будем друзьями! А вы? — юноша повернулся к Повелителю Ветров. — А я-я-я… — протянул старший бог, не отрывая взгляда от нового знакомого. Сычжуй же удивился, что на Небесах все еще есть те, кто не знают бога ветра. — Я Ши Циньсюань. — Приятно и с вами познакомиться, Ши Циньсюань. Вы тоже много лет готовились и откажетесь от подсказок? — А моя скромная персона уже много лет как сдала этот экзамен и не будет вам мешать, проходить через те же мучения, — усмехнулся Ши Циньсюань, поворачиваясь чтобы уйти. — Ну что ж, Лань-сюн, господин Сюэ, удачи! Через несколько минут все, кому выпала честь показать свои знания в тот день, заняли свои места. Вэй Усянь, назначенный главным экзаменатором, деловито прошел между рядами новых небесных чиновников, которых туда согнали, и без церемоний плюхнулся на выставленное перед рядами кресло, а затем ещё и ноги закинул на столик рядом, игнорируя вообще любые правила приличия. Но присутствовавшие уже давно привыкли к его вольному поведению, потому лишь молча выдохнули. Оглядев экзаменующихся наигранно строгим взглядом, Вэй Усянь вытащил из-за пазухи флейту и начал крутить между пальцами. — Значит так. Предупреждаю сразу, тех кто решит жульничать на экзамене, покарает Ханьгуан-Цзюнь, — лениво огласил тот, указывая на фигуру в белом, застывшую каменным изваянием в противоположном конце площади. — Тех, кто не наберёт минимальное количество баллов, тоже покарает Ханьгуан-Цзюнь. — А если мне вдруг понадобится выйти в отхожее место, меня тоже покарает Ханьгуан-Цзюнь? Вэй Усянь даже привстал, чтобы посмотреть, кто там такой храбрый. Лань Сычжуй тоже повернулся — это оказался его новый и, видимо, крайне бесстрашный знакомый Сюэ Ян. Он сидел с самой невинной улыбкой, а вот в глазах плясали демоны. — Кажется мы где-то это уже слышали... тьфу! На том свете болтать будешь, умник, — Вэй Усянь сел обратно. — Как догорят три палочки благовония, сможете веселиться сколько вздумается! Хоть поселиться в отхожем месте, если кому-то столь важно! Всё, начали! Вэй Усянь щёлкнул пальцами и одна из палочек в курильнице на столе вспыхнула и задымилась. Время пошло. Лань Сычжуй лишь молча усмехнулся и взглянул на свой лист вопросов. «Как вы думаете, где обитают семиногие высокородные гули с прямым хоботом и четырьмя рогами?» Смутила даже не то, что спрашивали какой-то бред, а сама формулировка вопроса. Сычжуй поднял глаза и остановился на довольном лице Вэй Усяня. Вопрос, кто составлял тест, отпал сам собой. Еще вот такой вопрос нашелся: «Приведите три причины, почему среди людей популярны легенды о любовных похождениях Мин Гуана. Приведите аргументы в пользу того, почему великий бог так и не нашел избранницу до гроба. А также опишите свои мысли, как это сочетается или не сочетается с обликом непобедимого небожителя.» Сычжуй чуть не поперхнулся — что за смущающие вопросы? Юноша еле заметно повернул голову в сторону Пей Мина в облике Пей Су. От генерала веяло аурой спокойствия и самоуверенности! Хоть его сюда и затащили по ошибке, он не стал качать права и молча принял участь своего потомка. Глаза на его нечитаемом лице бегали по списку вопросов. Но, видимо, как раз на «той самой строчке с тем самым вопросом» бог войны чуть не загорелся в прямом смысле. Когда в крепких руках затрещала кисть, Сычжуй мигом отвернулся. Да уж, веселый экзамен… Вэй Усянь в своем кресле тихо хихикнул и спросил учительским тоном: — Генерал Пей. Как же так, ваша кисть сломалась… Вот же неудача. Эй-эй, принесите генералу другую кисть, только покрепче, чтобы снова, случайно, не испортилась! — хотя Вэй Усянь пытался казаться серьёзным, но кто угодно бы заметил это нескрываемое веселье на его лице. После столь едкого комментария Сычжуй почти был уверен, что Вэй Усянь раскусил, кто сейчас оказался на месте Пэй Су и... и специально вставил такой бедовый вопрос! — Кому-то еще что-то нужно? — Вэй-сюн, а можно мне уже уйти, — кто-то на заднем ряду поднял руку. Сычжуй узнал в том нетерпеливом чиновнике бога искусств с веером, который так боялся экзаменов. Богато украшенное ханьфу не скрывало его худобы, а на фоне богов войны, что сидели по обе стороны от него, он и вовсе казался слушком уж худощавым. И с тако-ой несчастной улыбкой... Видимо, этот бог и правда плохо переносил экзамены, раз уж всего через несколько минут готов был сбежать, сдавшись без боя. Вэй Усянь сощурился и со вздохом потер точку между бровями. — Друзья, забыл предупредить. Кто не ответит ни на один вопрос, будет год помогать разгребать завалы во дворце благородной Цзэ. Небожитель с заднего ряда громко икнул и вновь спрятался за веером, больше не издав не звука. Тут же со всех сторон послышалось шуршание кистями. Лань Сычжуй обреченно взялся за свою. Что ж… С такими вопросами если он наберет минимальное количество баллов, то признает это чудом…

***

Сюэ Ян. Ши Циньсюань определенно точно никогда не видел этого чиновника раньше. Но отнюдь не смазливое личико и не веселый характер привлекли внимание Повелителя Ветров — молодой человек хромал на левую ногу. Возможно, это было всего лишь совпадением, но в вечер нападения убийца был ранен Циньсюанем именно в левую ногу. Рана не повлияла на исход событий — преступник бесследно скрылся. Но если Сюэ Ян был тем преступником, то не повезло ему вновь встретиться с богом воздушной стихии. На горизонте маячил еще один вопрос — имеет ли Цзинь Гуаньяо, как его начальник, какое-либо отношение к произошедшему? Убедившись, что все экзаменующиеся, в том числе и Сюэ Ян, заняли места на площади, одолеваемый сомнениями Ши Циньсюань поспешил во владения Лин Вэнь. Собрав свитки с информацией о новом подчиненном Ляньфан-Цзуня, он в тайне пробрался во дворец Цзинь Гуаньяо. В коридорах жилой части грандиозного дворца никого не должно было быть в то время суток, но Ши Циньсюань чуть не столкнулся с двумя чиновниками, ленно направляющимися к выходу с ящиками, заполненными кувшинами вина. Небожитель спрятался за угол, дожидаясь, пока те пройдут, и продолжил свой путь будучи уже настороже. Проследовав до нужных покоев, он остановился. И только он собирался произнести заклинание, отворяющее дверь, как его плечо сжала рука. Страх и неловкость одновременно заполнили почти все его мысли. Если его тут обнаружат, то не миновать беды, а расследование застрянет на том нелепом моменте. Едва удержавшись от того, чтобы вскрикнуть, Циньсюань медленно повернулся, сжимая веер кармане, и отпрянул, чуть не повалившись в обморок — за спиной стоял Хэ Сюань.