Нестандартный выбор

Выстрел. Один, второй, третий. На весь этаж слышен нечеловеческий вопль, а молодой парень, что стоит напротив лишь расплывается в холодной улыбке. В такой же холодной, как и он сам. И какое же наслаждение приносило Осаму видеть как его жертва просто захлёбывается в слезах и собственном крике, пытаясь образумить Дазая, и моля о пощаде. От такого у Дазая кровь в венах закипала. И именно в такие моменты Осаму думал, что он и в правду жив, а не то что он просто тело без души. Дазай направляет пистолет на последний палец правой руки, уже готовясь спустить курок, как слышит тихий и охрипший голос молодого альфы, что немного подрагивал — Прошу, пощади — Осаму посмотрел на этого человека и хмыкнул вдруг на корточки садясь и с садистской ухмылкой начал проводить своей костлявой рукой по его щеке — Ох, прям пощадить... А знаешь я тебя пощажу, такого бедного, несчастного.... — голос его был мягким, потому человек что лежал на полу со сломанной рукой, и оставшийся без пальцев с надеждой посмотрел на этого шатенистого садиста — Правда? Вы в правду пощадите меня? Боже, спасибо вам — говорит он с некой радостью. Осаму же издал довольный смешок, а после чего каблуком туфель наступает на яйца мужчины, из-за чего тот визжит, как последняя свинья. А сам шатен улыбается смотря на мужчину с расширенными зрачками, и начиная каблуком вдавливать половые органы мужчины в пол. Боже, какое же это приятное ощущение. Когда наконец мужчина потерял сознание от болевого шока Осаму вновь на корточки сел, беря этого никчемного альфу за волосы, и пару раз ударяя его лицом об пол. Вот наконец подняв его лицо, и осмотрев Дазай сказал — знаешь, я бы тебя пощадил, но я просто ненавижу таких животных как ты, что даже руки свои не могут удержать, так что как там говорил мой друг? Ах, точно! "Пощады не жди!" — и после этого он он достал кинжал из ремня, вонзая его в спину,а после быстро вытаскивая из его тела холодное оружие. Он встал на ноги, да посмотрел на труп альфы, а после и на кинжал. — боже, как противно — после этих слов он бросил оружие на пол. Осаму никогда не нравились такие типы, что никогда не могут удержать свои руки в карманах. Обычно эти люди так и норовят облапать невинных мальчиков омег, а может что и хуже сделать. Потому Дазай и называл таких людей — животными, потому что именно такими они и являлись. Чёртовы мрази, что потакают одним лишь инстинктам. Дазая от таких тошнит. Но сейчас это не важно. Этот мужчина получил по заслугам, а значит Осаму может спокойно выдохнуть и уйти работать                                                ****** Тихий, мрачный коридор. Ни души. Было чувство, что все в своём кабинете себе глотку перерезали, лишь бы на глазах у Дазая не появляться. Хах, Осаму даже это смешит. А ведь он сегодня в последний день работает. Нет, извольте, увольнять его не будут! Просто у Осаму должен завтра начаться гон, а он у него проходит несладко..... Нет, Дазай не становится бешеным зверем, что набрасывается на каждую омегу. Наоборот, он становится жертвой на которую готовы наброситься. Да, Дазай альфа только с неправильным циклом. Да, он не тёк, и забеременеть не мог, но у него была другая особенность. Осаму не получал удовольствия от проведения своего времени с омегами или бетами, а его тело изнывало выпрашивая феромоны альф. Даже тело его для привлечения сильного пола вырабатывает сладкий и изящный аромат, из-за которого мало кто может пройти мимо. И это уж очень бесило Осаму. А ведь такое было лишь перед самим процессом. Когда у Осаму начинался гон то он его терпел просто ужасно. Высокая температура, боль во всём теле, и думать он просто не мог, Дазай будто всегда находился в алкогольном опьянении. Если же с ним оставался альфа он несмотря на свою боль начинался ластится к человеку, и этого всё равно было мало. Себя же Дазай просто категорически не позволял трогать! даже в таком одурманенном состоянии он мог запросто ударить человека, а то и руку сломать, если он сделает что-то не так. Потому кроме Осаму брал выходные дни и Накахара. Да, именно он стал успокоением для этого странного альфы. Хоть они оба терпеть друг друга не могут, какую-то неделю в месяце Осаму был готов показать себя слабым и беззащитным Накахаре. И мало было моментов, когда они оба смеялись над этим, ведь всё же Накахара знал что для Дазая это больная тема. Потому каждый раз когда у Дазая заканчивался его недогон, недотечка, они вели себя будто этого не было, каждый раз продолжая драться друг с другом из-за мелочей. Вообще раньше Осаму сидел на подавителях, но это быстро пресёк Мори, после того как Осаму в очередной раз в обморок упал. И именно Огай сыграл самую важную роль в том, чтобы Чуя следил за Дазаем. Хотя, он ведь босс мафии? Ну, а значит ничего прям трудного нет. Конечно слыша этот приказ Чуя побесился, и даже дал Осаму пару подзатыльников, но он так же быстро смирился с участью няньки. Приказ, есть приказ. Весь гон Накахара смотрел чтобы Дазай за это время с собой ничего не сделал, и просто элементарно не сдох, при этом иногда даже обнимая его, лишь бы тот в болях таких не мучился. Ну а Осаму потом отплачивал Накахаре тем, что где-то неделю не шутил, ну и пытался быть послушным напарником. Что кстати получалось плохо, ведь Осаму всё равно удавалось бесить Чую. Минут через пять Осаму уже стоял возле их общего с Накахарой кабинетом. Хах, вообще у двойного чёрного было общее почти всё. Квартира, кабинет, машина, задания. Но несмотря на неудобства, это даже как-то сближало и давало много смешных историй. Например Накахара мог иногда после уж очень тяжёлых недель без выходных и передышки пойти в бар, и напиться там до потери сознания. Да, Чуя быстро пьянел, так как редко употреблял алкоголь. Накахара же чёртов трудоголик! Он себе в жизни не позволит во время работы выпить, чаще даже после неё, а о том чтобы пить на работе и речи идти не может! Но вот он некогда отказывается от дегустации вин. Обычно дегустирует  он новые вина в свой маленькой коллекции. Ну или же наливает половину бокала, чтобы почитать либо же просто насладиться вечером. М-да, у них настолько редко были выходные, что Накахара уже был готов упасть в опьянённое состояние с половины бокала вина. Обычно именно из-за этого, Чуя мог случайно не рассчитать количества алкоголя и перепить. Н-да, и именно Осаму приходится его искать! Зато радовало, что Накахара становился более добрым и давал ему деньги, да или просто разрешал взять вино из своей коллекции. — "Делай, что хочешь, меня только не трогай" — так всегда говорил Чуя отходя от похмелья. Ну а Дазай кстати и делал, что хочет, и Накахара даже не ругался с ним. Рыжик лишь постоянно тяжело вздыхал, понимая что ему всё равно не избежать участи того, что его коллекционное вино будут красть и выпивать. А ведь Накахаре потом на это деньги и силы тратить, чтобы найти такое же издательство. Эх, ладно уж, как говорится сам виноват. Накахара же когда пьяный, не божий одуванчик. Он даже без спора скажет, что Дазаю пришлось его вытаскивать из десяти драк, и расплачиваться за всё то, что Чуя выпил. И это лишь малая часть, о чём хоть смутно, но помнит Чуя. Сам Дазай всегда отказывается говорить Накахаре, что с ним случалось в алкогольном состояние. Он лишь тихо хихикал себе в ладошку. И  даже малейшего намека на то, что сделал Чуя, не было! Но со временем Чуя больше и не пытался об этом узнать, всё равно знал что Дазай, как настоящая капризная принцесса ничего не скажет. Осаму же тоже не без греха. У них с Накахарой есть расписание дежурств, а то есть, кто и когда будет делать работу по дому. А Осаму её просто никогда не делает! Нет, иногда делает, но только тогда, когда Чуя даст ему волшебного пендаля! И то сам Дазай делает это не с охотой из-за чего Накахаре приходится переделывать! Но и Чуя знал, как в таких случаях отомстить шатену. Обычно когда у него начинается гон, он специально игнорирует его какое-то время, а после лишь немного пальцем проводит по его коже со словами: —  Извини уж, но я умею только так — конечно после таких слов Чуе ещё три дня приходилось выслушивать нытьё Осаму, какой Чуя мелочный дурак, раз мстит за таки вещи, в такое сложное время! Вот выйдя из воспоминаний Осаму тихо вздыхает и входит в кабинет. Вот только в нём ужасно тихо, слышно лишь шарканье ручки по бумаге. Сразу было понятно. Чуя тут. Кстати сам Чуя был просто не виден за огромными стопками бумаг. Потому Дазай решил бесшумно пройти к дивану и поспать немного, пока Чуя будет работать. Но только он лёг на диван, как раздался голос. Господи, сейчас голос Накахары был как никогда противным и злым, будто тебе что-то говорит вредная соседка. — Дазай блять! Даже не вздумай ложиться на диван, и в ближайшее время можешь о нём вообще забыть! У нас перед твоей "течкой" куча дел! И мы их должны закончить именно сегодня! Так что давай, быстро за работу, убийца хуев! — Осаму же слыша все эти слова лишь фыркнул, но всё же встал с дивана да сел за свой стол, что находился по левую сторону от стола Чуи. Накахара же посмотрел на него строго, а после отдал его половину отчётов и документов. Увидив все эти бумаги Осаму заскулил — о мой бог!...... Почему Мори-сан так жесток.... Я ведь со всем этим и за неделю не управлюсь — пожаловался Осаму, а после облокотившись на свою руки шатен с скучающим видом начал рассматривать бумаги. Накахара фыркнул — меньше прохожих убивать надо, что подышали неправильно в твоём присутствие! Мог бы прийти как я пораньше, и начать работать, мы же бы так и в правду быстрее управились! — сказал Чуя недовольно, да хмурясь. Господи, а ведь он ещё Осаму милость сделал! Он почти половину бумаг его разобрал! А этот придурок шатенистый ещё и жаловаться умудряется! Не стыда, не совести у этого Дазая! Осаму же слыша эти слова лишь глаза закатывает а после протягивает — Чуууууууя! Ну я тут совсем не виноооовен! Этот упырь сам виноват, что решил меня облапать, так ещё и в месте людном! Так что он умер самой хорошей для него смертью! И я его ещё и пожалел, тем что хуй его не отрезал, и в рот не запихнул! Так что я сегодня сама доброта! — Сказал Осаму наигранно жалуясь. М-да, это было в духе Дазая из ужасной ситуации создавать детские оправдания. И его это не сколечки не смущало. Наоборот, он будто видел в этом игру. И знаете, именно в такие моменты Чуя считал себя тем самым ответственным другом, что смотрит на все с серыми красками, а Дазая полным идиотом что мог и в его серые краски принести какую-то питарду! Нет, серьезно! Вы знаете сколько раз они вдвоем за эти убийства получали пиздюлей?! Нет, не знаете. А я вам отвечу! Они за это получали раз больше, чем Дазай сдохнуть пытался! И отхватывали они всегда вдвоем! Что просто оскорбляло Накахару. Ведь в чем он то виновен?! Но всё же спустя месяцы Чуя с этим свыкнулся, давая Дазаю нехилые затрещины, чтобы мозги наконец встали. Дослушав все же нытье Осаму, Чуя фыркнул вдруг с места поднимаясь и говоря — Ладно, похуй. Мне в принципе без разницы, как ты перед боссом будешь оправдываться. Это у тебя проблемы с гормономи, не у меня, так что тебе за эти проблемы и отвечать — И после этого Чуя из кабинета вышел. Недалеко от портовой мафии открылась хорошая и приятная кофейня. Накахара часто, когда им надо было делать очень много бумажной работы в неё забегал. И даже больше скажу, он иногда в этой кофейне и работал, чтобы его не отвлекал Осаму. Вот и сейчас Чуе захотелось взять хорошего свежего кофе, чтобы прям бодрило! А то Чуя с ног сваливается. Это вон Осаму сегодня проспал, ведь видите ли сейчас в метро час пик, а то что он может взять билет на отдельный вагон для омег, он конечно не подумал! Да, такие вагоны есть в Японии. Ведь многие люди жаловались, что именно в метро до них часто домогаются. Но Дазай, как настоящий пуп земли на них ездить отказывался. Ведь лучше привести пленника в подвал мафии и замучить до смерти, чем наконец доехать с комфортом и без жалоб! Ну да, это же Дазай! Он лёгких путей не ищет! Когда Чуя из кабинета вышел, Осаму лишь вздохнул начиная всё же разбирать все эти бумаги. Даже несмотря на то, что ему было ужасно лень разбирать эти бумажки. И если честно, он бы сейчас Мори лучше побесил, да помучил какого-либо пленника.... Нет, Осаму не был садистом. Просто он человек, что был выращен в условиях портовой мафии, и если ему скучно, он не пойдет с кем нибудь гулять, он не пойдет сидеть в кафе. Нет, больше вероятность, что он либо пойдет ебать мозги Мори, чтобы он дал тому задание с убийством и кучей крови, либо просто найдет кого помучить ради собственной забавы. Хотя, может отчасти Дазай и был садистом... Ещё минут двадцать не было Чуи, и все эти двадцать минут Дазай документы заполнял, писал отчёты по каким-то миссиям, о которых Осаму кажется давным давно позабыл. Да, вот только в какой-то момент у Дазая в глазах темнеет, а живот начал адски болеть. Казалось что стены в комнате то сужались, то разжимались, а сам Осаму просто со стула упал. М-да, с каждым разом его гон проходил все больнее и неожиданней. Чуя же в этот момент только с кофейни вернулся. Уже войдя в кабинет он ещё не замечая нечего страшного сказал — Эй, Осаму, я взял нам пару стаканчиков кофе так, что не переживай, спать не захотим — да вот только понимая что в кабинете слишком тихо, да и Дазая не было видно, Чуя лишь насторожился. Он подошёл к его столу и лишь тихо вздохнул — Ох, Осаму...... — только и смог сказать Чуя беря его на руки. А после решая зайти в кабинет Огая. Всё таки надо ведь его предупредить, что они уйдут домой.....                        ******* Накахара сидит с Дазаем на кровати и тихонько обнимает, пока тот пьет жаропонижающее. Всё же, даже феромоны альфы не очень хорошо помогали. Конечно мгновенно ничего не проходило, но хотя бы немного легче Дазаю становилось. Чуя же тихонько поглаживал Осаму по спине. Хах, сейчас он выглядел так беспомощно..... Как-то даже по детски, только взгляд у Дазая был другой. Более пустой что-ли? Да, наверное именно такой, его глаза были пусты, но не до конца, сразу было понятно, что хоть на что-то Дазай да надеется. Рыжик вдруг вздохнул, а после сказал — Осаму, ты ведь тоже заметил, что каждый раз твой гон проходит всё хуже? Мори сказал, что твое тело из-за той ситуации реагирует на феромоны альфы, как омега в течку..... Ты не думал, что это может помочь тебе? — спросил Чуя, да только во в ответ слыша обычное — Накахара, я тебе уже говорил, я в жизни больше не под кого не лягу. И мне плевать, зависит ли от этого моё здоровье, или нет! И вообще, твоё дело это успокаивать мое тело своими феромонами, так что все разговор окончен! — сказал Осаму достаточно строго, где-то даже голос повышая, ведь...... Он просто не мог хотя бы ради здоровья лечь под какого-нибудь придурка! И даже если этим придурком будет Накахара. Сам Чуя лишь вздыхает и на последнюю фразу не отвечает. Продолжая уже просто гладить Осаму, выпуская феромоны. Вообще Дазаю было в принципе неприятно вспоминать именно об этой истории. Ведь детство у Осаму разрушилось уже давно, а именно этот момент нанес главный удар и на психику, и на тело. И этим моментом в жизни было — изнасилование...... Да, не только омеги подвергаются таким вещам. В особенности многие кто вырос в трущобах, скорее всего уже давно лишились невинности, либо жизни, либо они все таки смогли сохранить и то, и другое. Да, те кто выросли в этих гадких местах знают, что участь эта может настигнуть каждого. Никто не исключение..... Вот так и Дазай и стал жертвой изнасилования в свои двенадцать. Тогда у Осаму пошло раннее половое созревание. Обычно врачи говорят, что это нормально, мол: "это возраст такой, малый гормональный сбой, ничего страшного он не сделает, просто надо принимать гормональные препараты, чтобы всё пришло в норму". А вот шатену о таком не кто не говорил.  В свой первый гон Дазай был и вправду напуган из-за сильного обострения запаха на омег, и на это пугающее желание совершить с кем-то соитие....... Не у одного Дазая в тот момент, то гон был. И видя этот испуг два мужчины просто не сдержались помочь мальчику. Вот только не кто из них не знал, что ранний пубертатный период влек за собой ещё кое какую проблему. Перестроение тела. Никто же свое чертово семя  не решил излить на пол, нет! Осаму даже не знает сколько раз его так выебали, ведь проснулся он уже на закате. Ясно было только одно, что жалеть Осаму они не собирались. Шатен тогда ещё день, а то и больше проходил с семенем  в заднице, пока наконец не пробрался в какой-то отель, и не нашел там хороший душ. Вообще-то с того времени Дазай и начал страдать. Тогда та у него и появились головные боли и температура. И дай бог в такое время он выйдет из какого-нибудь своего уголка! Ведь мало кто из альф в трущобах был способен удержать себя при таком сладком запахе, что видимо начало воспроизводить тело, из-за желания сильного пола именно в этот период. Так Осаму провёл ещё год, пока в четырнадцать его не забрал Мори, для того чтобы он был свидетелем убийства бывшего босса. Там ещё через месяц Мори сам увидел гон Осаму. И честно говоря был в шоке, ведь Огай, как и положено человеку, что имел высокую и главную должность был альфой. Но Мори хотя бы умел сдерживать себя, из-за чего в первый раз в жизни Осаму попробовал подавители....    Но те тоже не к чему хорошему не привели. Осаму стало хуже, сначала обмороки, а когда он больше не принимал препараты, температура под сорок, и вел он себя как при простуде, ведь его и вырвать могло. в общем то тогда Огай понял, что Дазаю не помогают препараты, и он вызвал на помощь Осаму Накахару. Ведь он был намного содержанней всех остальных альф в мафии, из-за чего он бы мог с ним просто посидеть даря успокаивающий запах своих феромонов. В принципе каким занятием сейчас и занимается Накахара...                          ****** Гон у Осаму так же достаточно длинный от недели до двух, и честно говоря это было самым ужасным. Только этот раз по длине превосходил все предыдущие..... Сегодня пошла уже третья неделя гона. Дазай сейчас лежит под одеялом в одной длинной рубашке свернувшись в комок, оставалась у него в руках только футболка Накахары, пропитанная его запахом. Нет, не подумайте, Чуя не бросил Осаму. Он всё же питает уважение к нему и Мори, потому не смог бы ослушаться приказа. А нету Накахары потому, что он ушел в аптеку, ведь они уже три недели сидят и не выходят. Таблетки которыми они запасались на две недели просто не хватило! В общем пришёл Накахара только где-то через полчаса, так как зашёл ещё в обычный продуктовый, ну и ещё пробежался пару раз по аптекам, ведь в той которой он изначально все покупал, не было нужного жаропонижающего. Вот уже когда Чуя начал раздеваться, в коридор Осаму пришёл. Он ели шёл, и кажется задел все углы в доме. Сам Дазай сейчас был похож на вареник. Сладенький весь такой, и белый как поганка, единственное щёки были до жути красные. Дазай даже раздеться Чуе не дал прилипая к нему с объятиями. Накахара смотрит на того, а после вздыхает, да волосы его растрепывает. — Ну что, придурок, что нам с тобой делать? Я уже три недели с тобой сижу, а ты как вареник...... Осаму, если это продолжиться ещё неделю я отправлю тебя на обеспечение Мори, потому что я не знаю что с этим делать — сказал Накахара, пока сам Осаму еле держался, чтобы не упасть. Чуя, видя это, лишь пакеты оставил, а сам пошел относить Осаму в спальню, а как только положил на кровать сказал — из комнаты не выходи, я тебе сам все сделаю — и после он вновь ушёл. А вот Дазай принял положение сидя, начиная смотреть на дверь, что Накахара забыл закрыть. В его голове пронеслось предложение ,что Чуя говорил ещё в первый день гона. Может быть телу Осаму и в правду нужно было соитие? И сейчас они просто зря тратят время и деньги на лекарства..... Осаму конечно говорил, что трахаться не с кем не будет, но.... Если Чуя прав? Вдруг все дойдет и до того, что Осаму так будет лежать уже четыре недели..... Тихонько вздохнув, Осаму вновь на кровать улёгся комочком свернувшись, как раз в это время Чуя пришел — На, пей, ты ведь по телефону говорил, что температура поднялась, так что вот жаропонижающее, и я тебе витамин растворил, главное ты все это дело выпей, и будешь огурцом — улыбнулся рыжик, да по голове Дазая потрепал. Слишком уж нравились ему волосы Осаму. Дазай же пока рыжик расслаблен, вдруг резко на спину упал, и упал он так, чтобы Накахара упал оказываясь сверху. Сам Дазай специально для этого трюка свои ноги крепко скрестил на бедрах Чуи. Рыжик же в свою очередь с непониманием и интересом посмотрел на Осаму — Осаму, ты чего? — Дазай же вздохнул, а после вновь покрылся сильным румянцем — Накахара, мне нужно чтобы ты меня трахнул! — выкрикнул Осаму на Чую смотря, пока тот пытался, честно говоря, не заржать. Осаму же моргнул удивленно, а Накахара смехом комнату начал заполнять. Но вот в какой-то момент Дазай его по спине ударил — придурок, харэ ржать, блять! Я его как человека прошу, а он смеётся! — Возмутился он, а вот Чуя и в правду прекратил смеяться. — хорошо, хорошо, я не буду смеяться, просто ты так вскрикнул смешно — он улыбнулся, а после посмотрел на румяного и хмурого Осаму. Чуя ещё какое-то время смотрел на Дазая, и тут начался вырисовываться вопрос. А как ему все это сделать? Нет, конечно он знает как действует половой акт, да и у него было пару омег, с которыми он спал, так что проблем вроде быть не должно, но..... Как Накахаре начать? Сказать что-то, или начать сразу целовать, а может Дазай вообще хочет просто секс, без поцелуев и прочих нежностей. Чуя настолько задумался, что ещё минут пять со ступором смотрел на Осаму, на что тот лишь нахмурился выдав громкое — Накахара, блять! Ты что забыл куда хуй совать?! И вообще давай быстрее раздевайся! Мне нужно просто проверить, действительно ли мой организм хочет этого! — и после этих слов он фыркает. Да, Дазай не был доволен этой ситуацией. Хоть он и доверял Накахаре, но он не хотел чтобы все повторилось, как в тот раз. Вдруг у Чуи крышу сорвёт от феромонов, тот не сможет себя сдержать и сделает Осаму больно...... Потому честно говоря он хотел сделать это все быстрее. И более того ему ужасно не нравилось, что Накахара так медлит! Чуя наконец выходит из ступора, а после хмыкнул, ладно уж. Раз Осаму так захотел, чтобы его трахнули, Накахара просто не имеет права отказаться от такого шанса. Но слыша слова о том, что Осаму хочет все быстро он лишь фыркнул. Но после его недовольная гримаса, вновь сменилась ухмылкой. Накахара наклоняется к уху Дазая, а после чуть хрипловатым и томным голосом прошептал — А если я не хочу делать все быстро? Может быть, я в тебя давно влюблён и твое позволение себя трахнуть только сводит меня с ума. Или ты думаешь я не хочу насладиться твоим телом? — спросил Накахара, после этого лишь мочку уха его облизывая. Он поднял взгляд на Осаму, а после лишь хихикнул тихо. Дазай же лишь нахмурился немного, а потом Накахаре щелбан дал — делай как знаешь, мне все равно, главное чтобы этот ад закончился! — и после этих слов он фыркнул. Наверное было сложно настроиться на секс, когда ты боишься.... Да, Дазай хоть и не признавал этого, но ему было страшно. Страшно, что Чуя просто накинется на него, и сделает все так же как и эти люди. Потому Осаму и грубил. Он хотел показать, что Накахару не боится. И что если надо он точно сможет сломать ему руку даже в таком состоянии. И Накахара видя все это лишь вздыхает. Да ему и самому достаточно сложно сосредоточиться на этом соитии. Ну не может он всё же так! Накахара любит страсть, или романтику, чтобы оба партнёра были уже заведены! Он любил в порыве страсти срывать с омег одежду, и видеть, как те пытались побыстрее снять пуговицы с него. Он любил долгие прелюдии, чтобы насладиться телом, да немного помучить того, с кем происходит соитие. А сейчас все не то, нету ни романтики, ни страсти.... Эта ситуация была даже неловкой, что-ли?  Но всё же чуть нахмурившись Накахара взял себе в руки. Он пробирается руками под рубашку  Осаму, опаляя горячую кожу своими руками. Тело Дазая покрывается мурашками, а сам Накахара задирает рубаху, да наклоняется, начиная целовать живот шатена. Вообще самое прекрасное в гоне Осаму, так это то, что в это время он не носит бинтов. И Накахара просто наслаждается тем, что он может разглядеть каждый шрам напарника, пытаясь угадать от чего он оставлен. Осаму частенько с этого смеялся называя Чую стигматофилом. При этом же каждый гон у Дазая появлялся хотя бы один новый шрамик. И этому он не удивлен, ведь Дазай всегда попадается на приключения. Но сейчас же когда он задирал рубашку Осаму, он мог не просто разглядеть каждый его шрам, но и зацеловывать его. Что и принялся делать Накахаре тщательно обводя каждый, даже самый маленький шрамик языком. Осаму постепенно краснел, и ему становилось всё труднее дышать. Казалось воздух стал слишком горячим. И его не удивляло, что только от одних поцелуев Осаму растекался по матрасу, нет, это лишь подтверждало, то что именно слияние так нужно организму Осаму. Шатен тихо стонет, стоит только Накахаре начать обводить его соски языком. И ведь Накахара будто дразня, так много времени уделял его бусинам, кусая и облизывая их, заставляя всё сильнее набухать. В скорее Накахара добрался и до плеч, оставляя на них различные засосы и мокрые поцелуи. Сейчас Дазай сравнивал Чую с собакой, что так сильно слюнявит своего хозяина от радости что он пришел. И стоило Накахаре оставить очередной смазливый поцелуй на плече Осаму, как тот погладил его по голове тихо смеясь — Хороший мальчик — хвалит того Дазай, за что получает вместо очередного ласкового поцелуя, укус. Эх, след наверняка ещё надолго останется. Накахара ещё долго продолжает целовать Осаму, всячески ублажать, заставляя его член стоять колом. При этом сам Накахара не дотрагивался до паха, хоть и боксёры Дазая, как и рубашка давно улетели с этого тела. Чуя всячески дразнил Осаму, пока тот лишь тихонько постанывал от приятных, но таких дразнящих ласк, да чувствуя подрагивание собственного члена. Чуя лишь целовал внутреннюю сторону бёдер Осаму, при этом не поднимаясь к паху, заставляя шатена изнывать и просить чтобы Чуя до него дотронулся. На что тот с хитрой ухмылкой продолжал целовать его. Когда же у самого рыжика в штанах стало невыносимо жарко, и стояк его так мучительно тёрся об ткань. Чуя наконец снял ненужные элементы одежды, начиная своим вставшим членом притираться к паху Осаму. От чего шатен лишь ноги к себе посильнее поджал, и уже только потом расслабляясь. Чуя притирался недолго, после чего немного привстал, вытаскивая из тумбочки лубрикант. Честно говоря Накахара и не знал зачем ему он нужен, ведь он не так уж и часто проводил постельные утехи с девушками. Но Озаки всегда советовала на непредвиденные ситуации иметь в своей тумбочки и что-то для интима. Мол чтобы и девушку защитить, и себя. Потому достав лубрикат и презерватив, Накахара вылил немного на два своих пальца, а после и смазал задний проход Осаму — Дазай, ты только расслабься. Я обещаю, больно не будет  — ласково прошептал Накахара с улыбкой на губах, да устраиваясь между раздвинутых ног Осаму. Он начал аккуратно целовать его тело, пытаясь расслабить от предстоящей боли. Осаму тихонько кивнул. С ходу ему не удалось конечно расслабиться, потому поцелуи Накахары сыграли в этом важную роль. Чуя же в это время протолкнул свой палец до первой фаланги, и понимая, что из-за обилия смазки он входит достаточно легко, Накахара наконец толкнулся пальцем полностью, чувствуя тёплые стенки. Первый палец приносил лишь лёгкий дискомфорт, потому Дазай и звука не издал. Всё же это не ломанные кости из-за которых надо кричать, да и к тем Осаму привык. Работа в мафии закаляет. И пули, что в тебя попадают, уже давно считаются болью от царапины. Так что этот дискомфорт от пальца, всего лишь как детская прививка, по сравнению с тем что они проходили. И всё же теперь Накахара пытается протолкнуть второй палец. Тот входит уже туго, со слабой болью, что заставляет лишь шипеть, и чуть сжаться. И видя это Накахара припадает к губам шатена мягким поцелуем, посасывая его нижнюю губу, да проводя языком по ровному ряду зубов, будто спрашивая разрешения на то, чтобы войти в его рот. И Дазай давал это разрешение, открывая свой рот и впуская в него Накахару. Тем не менее ещё через несколько таких поцелуев, и нащупывается комок нервов, растяжка прекратилась и оба подошли к самому главному. Нанеся обильное количество смазки на член, Чуя взял Осаму под бёдра, чуть приподнимая его, и притираясь своим пахом об проход. Оба горели желанием, и щёки их давно были красными. Дазай невольно взглотнул от предвкушения, и уже умоляющим взглядом посмотрел на Накахару. Кажется вся неуверенность, весь страх давно пропал, было лишь желание и похоть. И видя этот взгляд, Накахара лишь хмыкнул решая наконец проникнуть внутрь. Вход был достаточно лёгким, и всё равно доставлял дискомфорт, из-за которого Осаму царапал простынь, и всячески её мучал. Но Накахара решил эту проблему тем, что наклонился к Осаму, с просьбой чтобы он держался за него, а не мучил бедную простынь. И Осаму вправду обнял его, только теперь мучая не простынь, а спину Накахары. И вот Накахара полностью вошёл. Он остановился на несколько минут, смотря на красного и растрепанного Осаму. Чёрт, Чуя никогда не думал что когда нибудь настанет момент, когда он сможет полностью насладиться этим жарким видом красных щек и мокрых глаз! И сейчас Дазай полностью в его власти! Как же это ,чёрт возьми, приятно осознавать! Правда Накахара всё равно не пытался сделать Осаму больно, и сначала смотря за его реакцией, не обращая внимание на стоящий член. И вот после того как Дазай кивнул Накахара сделал пробный толчок, выбивая из губ Осаму глухой стон, и заставляя его прогнуться в спине. Всё же член был намного толще пальцев, от чего дискомфорт, что испытывал Осаму от пальцев, превратился в слабую и тянущуюся боль. Рыжик слыша глухой стон, и видя как Осаму прогибается только начал шептать ему что-то успокаивающее, да вновь начать целовать его губы. Как бы не хотел в это верить Накахара, но оказалось, что целовать Осаму намного приятнее, чем бить. И с какой-то стороны, Чуя даже думал о том, как было бы прекрасно затыкать эти губы грубым поцелуем когда Дазай в очередной раз скажет какую-то глупость. Накахара даже улыбнулся этим мыслям, ведь видя каким растаявшим выглядит сейчас Осаму, ему так и хочется зацеловывать эти щёки, дарить кучу нежности и ласки. Накахара вновь впускает свой язык в рот Осаму, закручивая их  в жарком танце. Язык Накахары проходился по ровному ряду зубов и прикусывал губы Дазая чуть ли не до крови. Параллельно этому Накахара делал слабые толчки, заставляя Осаму мычать в поцелуй. Толчки были умеренными, медленными и тихими, хоть и возбуждение Накахары билось просто через край. Вот только Накахара это делает, не чтобы помучить себя, а чтобы Дазаю стало лучше, чтобы тот точно знал, что Накахара не сделает ему больно. И стоило Осаму наконец проговорить, чтобы Чуя был быстрее, Накахара просто не выдержав принялся просто вдалбливаться в тело Осаму. Чёрт, ну как же это приятно! Он выбивал из шатена громкие и уже хриплые стоны, заставляя Осаму поджимать ноги от удовольствия. Да закатывать глазки. Накахара ещё много раз жадно целовал Осаму в порыве страсти искусывая все его губы в кровь. Он слабо царапал бока Дазая, и наслаждался его телом полностью, будто боясь, что он больше не сможет почувствовать в своих руках этот лакомый кусочек. В скором времени Чуя попал по простате, и стоило услышать стон, что был громче всех остальных Накахара немного остановился, но после с новой силой начал вдалбливаться в эту точку. Сам же Дазай уже не знал куда себя деть, от таких приятных ощущений царапая ногтями спину Накахары, и кусая его. В скором времени оба кончили. Осаму настолько устал, что чуть ли не отрубился после секса. Но, к сожалению, Чуя не дал ему это сделать, беря на руки, и утаскивая этого сонного кота в душ. И всё же Дазай заснул в теплой ванне пуская слюну на плече Накахары, пока тот с тяжёлым вздохом мыл его тело и волосы. Поменяв постельное Накахара уложил Осаму на постель, а после лег в нее и сам закутывая их обоих в одеяло, и крепко, крепко прижимаясь к Дазаю, Чуя поцеловал его последний раз в щеку, наконец погружаясь в царство морфея.                        ****** Вновь дуло пистолета направленно на молодого человека, что молил шатена о пощаде, и молил всех богов, чтобы те не забрали их в мир иной. И сам Осаму уже хотел закончить с этим нытьём, наконец выстрелив в мужчину, но тут из-за спины он слышит хриплый и низкий голос Чуи, сразу видно что тот долго не отрывался от бумаг — Осаму, прикрати мучить человека, и отпусти его наконец! — строго говорит Накахара. А сам же Осаму слыша этот голос, вдруг из грозного вундеркинда мафии превращается в доброго котика, ластящегося к Накахаре — Ммм, Чуя, ну что сразу мучию, я его наказываю по заслугам между прочим! А ведь он подкатывал ко мне, даже когда я сказал, что у меня есть ты! — капризно пожаловался Осаму, на что сам Накахара лишь вздохнул потрепав его за волосы — думаю с этого бедолаги хватит, так что пошли у нас ещё много работы! — и после взяв Осаму за руку, он повел его вверх по лестнице из подвала. Да вот только отведя руку назад Осаму точно стреляет мужчине в лоб, что даже не успел порадоваться, что его убили — упси, я его убил, извини, Чиби! — хмыкнул Осаму, на что Чуя тяжело вздохнул втягивая Осаму из подвала — Ты не исправим! — Дазай же только хихикнул на его слова — я тоже тебя люблю, не злись — и поцеловав Накахару в уголок губ Осаму начал вновь рассказывать, что же с ним случилось по дороге в мафию.   ~the end~