Души моей тень

– Аконит. Омега в недоумении посмотрел на альфу. Тот обернулся, его глаза снова адским пламенем загорелись. – Где. Ты. Взял. Аконит? – с паузой после каждого слова грубо проговаривает альфа. – Не понимаю тебя... Чонгук... Что за аконит? – тихо спрашивает Юнги. – Не прикидывайся. Ты, сука, оказывается знаешь многое. Иначе бы ты не принял яд для оборотней. – Яд... – Юнги вдруг понимает в чём дело. Тот омега наверняка добавил яда в тот отвар. – Это редкое растение. Но я ума не приложу, где ты его взял. Поэтому упрости свою участь. Признайся, и я убью тебя быстро и безболезненно. – выпаливает альфа, встаёт с постели и выжидающе смотрит на омегу. – Меня опоили. – еле слышно шепчет парень, глядя в пустоту перед собой. – Кто тебя опоил? Что за бред ты несёшь? В городе не осталось охотников. Мы бы знали. – чуть не кричит Чон. – Омега... Старик... Я его в переулке встретил. Он почуял твою метку и малыша... Во мне... Твоего. С глаз омеги снова слёзы потекли. – Он говорил, что его предки давно сражаются с вами... Он меня к себе позвал, обещал подарить что-то. Я пошёл... Мне плохо у него стало.. Он принёс этот отвар, сказал, что он мне поможет успокоиться. – Успокоился? – альфа начинает истерично смеяться. – И что он подарил тебе? – Нож серебряный. – Сука, как ты мог принять что-то из рук охотника?! – Я не знал... Не знал!!! – омега срывается. Он кричит, захлёбываясь собственными слезами. Альфа вдруг в лице меняется. Он глубоко вдыхает носом и ртом выдыхает, губы его в ядовитой улыбке расползаются. Глаза снова огненно-красным налились. Он резко к кровати подходит, залезает и над омегой нависает, тот на лопатки безвольной куклой падает, с широко раскрытыми глазами. – Течка приближается... – альфа когти выпустил, по омежьей щеке ими проводит. – Ты же помнишь секс со зверем? – сильнее давит на нежную кожу, рассекая её до крови. – Я выпущу его. Не буду обращаться, пока он всю дурь из тебя не вытрахает. Лицо омеги гримаса ужаса исказила. Альфа тут же отстраняется, встаёт с постели, выходит из спальни и снова запирает омегу на ключ. Юнги сквозь землю провалиться хочется. От зверя не сбежать, не скрыться. Омега в одеяло кутается, подходит к окну, штору отодвигает. Дёргает за ручку, то поддаётся. Юнги так занят идеей побега, что не слышит шагов и щелчка замка. Он на подоконник взобрался уже, как его за талию хватают крепкие альфьи руки и рывком тянут назад. Чонгук парня на постель швыряет. – Этого я не учёл. Но ничего, исправлюсь. Вот, – альфа вещи в парня швыряет, – надевай. Юнги встаёт с постели, одеяло с себя скидывает. Он надевает кофту, что альфа дал и выжидающе на него смотрит. – Переодень джинсы. Эти грязные уже. – оглядывает испачканные на коленях джинсы парня альфа, и наблюдает, как тот оголяет свои ещё более худые, чем раньше, ноги. Чонгук отворачивается, снова зубы сжимает. Что с омегой стало... Юнги надевает чистые чёрные джинсы и альфа хватает его за запястье, с силой волоча за собой из комнаты. – Покажешь мне, где старик тот живёт. Познакомиться с ним хочу. – говорит альфа, а омега в его голосе ухмылку зверскую слышит. Они вдвоём из особняка выходят, Чонгук успокаивается, огонь в глазах прячет. Он Юнги за руку берёт и, словно просто прогуливаясь, расслабленно идёт в сторону города. Погода тёплая, солнечная. Сегодня даже в этом дремучем лесу птицы щебечут. Спустя время они уже ступают на городской тратуар. Омега ведёт альфу в тот переулок, где тот, собственно и нашёл его в луже крови. Обоим не по себе от этого места. Юнги Чонгуку на подъезд указывает, и они вдвоём входят, поднимаются по лестнице на второй этаж и омега замирает прямо у двери старика. – Чонгук, только не убивай его, пожалуйста. – тихо просит альфу. – Замолчи. – грубо отвечает тот и в дверь стучит, но та со скрипом сама открывается. Не заперто. Альфа тихо проходит в квартиру и видит сразу, что старик лежит на полу на проходе в кухню. Чонгук садится на корточки перед ним. – Мёртв. Повезло ему. – Чонгук, надо скорую вызвать. – тихо просит так и стоящий на пороге омега. – Вызову. Пошли домой. По пути Чон вызывает скорую. Они уже мимо дома омеги проходят, как тот просит альфу зайти на минутку за телефоном. – Иди. Я подожду. Без глупостей. Юнги несётся к дому, открывает дверь и входит. Он сразу в гостиную направляется. Берёт со столика телефон и на четвереньки встаёт, ища на полу нож, что старик подарил. Омега не собирается альфу убивать. Но защита ему не навредит. Он находит оружие, прячет под кофту и покидает дом. – Взял? – спрашивает альфа. – Взял. Они уже поле проходят, входят в лес, как у омеги голова кружиться начинает. Он шатается, чуть ли не падает, но альфа под руку его хватает и ведёт в сторону особняка. До Чонгука только сейчас доходит, что омега не ел ничего со вчерашнего дня. Они входят в особняк, и альфа сразу же ведёт парня за собой на кухню. Готовить Чонгука папа учил. Поэтому у альфы с приготовлением пищи проблем не возникнет. Он разогревает для омеги суп, наливает в тарелку и подаёт парню. Омега всё это время в нетерпении за альфой наблюдал. Облизывался. Хочется уже кабана съесть. Такой сильный голод напал. Омега суп за обе щёки уплетает. А у Чонгука дежавю. Он снова омеге умиляется, но резко одёргивает себя. Встаёт и прочь из кухни уходит. После обеда Юнги сам в ту спальню отправляется, ложится на кровать, нож под подушку прячет и проваливается в сон. Позже он от шума просыпается. Чонгук окно заблокировал в его спальне, ручку выдернул и убрал в карман. – Проснулся? – с недоброй улыбкой спрашивает сонного и взъерошенного парня. – Проснулся. – отвечает тот и опять на подушки падает. Запах омеги ещё сильнее стал, ещё насыщеннее. Альфа чувствует течку, волк в нём уже скулит от нетерпения. Юнги не желает просыпаться. Он её тоже чувствует. А ещё чувствует усилившийся запах альфы. Омега ребро ладони кусает под одеялом, дышит рвано. Страшно представить, что его ожидает. Ведь если альфа не соврал, омегу несколько дней в лапах зверя ждут. Чонгук покидает спальню, снова запирает дверь. Омега выдыхает. Он быстро с кровати встаёт, бегает глазами по спальне, ищет, чем бы дверь загородить, чтобы альфа не вошёл. Смеётся мыслям своим.. Вряд-ли зверя удержит что-то. Омега стулом ручку подпирает, достаёт из-под подушки нож и в ванну забегает. Запирает дверь изнутри и на кафель садится, облокотившись спиной на стену. Смазка уже домашние штаны пропитала, Юнги от желания изнывает, но терпит, не хочет в лапы зверя попасть. Он не знает, что ждёт его, не хочет думать об этом. Главное, что сейчас он, как ему кажется, в безопасности. А Чонгук уже близко. Он принял душ и в спальню к течному омеге направляется, по пути футболку с себя снимает, уже по лестнице спускается. Чувствует запах его, скалится, предвкушая наслаждение. Он уже к двери заветной подходит, отпирает ключом замок и толкает, но та не поддаётся. Альфа лишь улыбается. Он с ноги дверь вышибает. Благо матушка природа волков огромной силой наградила. Стул прочь отлетает, сломавшись на части. Чонгук спальню оглядывает, омеги нет. От запаха башню срывает. Альфа смотрит на дверь в ванную. Понимает, что за ней его награда. И он готов за неё побороться. Юнги рот ладонью в ужасе прикрыл, слыша, как в спальне грохот раздался. Парень понимает, что со зверем их разделяет одна лишь дверь ванной. Чонгук подходит... – Отойди от двери. Или убьёт. – Не отойду. – Юнги принципиально к двери подполз, спиной облокотился. С глаз омеги слеза первая скатилась – Раз. Юнги глаза широко распахивает. Замирает. – Два. Сердце парня бьётся в бешеном ритме, он рукой за грудь держится, будто это успокоит. – Три! Омега еле успевает в сторону отскочить, дверь с петель срывается, с грохотом ударяется о ванну, щепки в разные стороны летят. Парень калачиком свернулся, головой уткнулся в колени, руками закрыл её, нож с лязгом отлетел в сторону. Чонгук на руки берёт своё сокровище, несёт в спальню, на постель бросает. Юнги отползает к изголовью кровати, с ужасом в глазах на альфу смотрит. Чонгук подходит, на кровать залезает, резко парня за щиколотки на себя тянет, стаскивает с брыкающегося омеги штаны вместе с боксерами, сверху над ним нависает. – Попался. Добровольно отдашься, или яд снова применить? – громко шепчет в губы младшего, руки его над головой одной рукой держит, другой с себя штаны спускает, освобождая изнывающий член. – Отдамся, только тебе, не зверю... – испугано тараторит омега. – Прости, но выбора у тебя нет. Чонгук встаёт с постели, снимает с себя штаны с боксерами и зверем обращается. Юнги кубарем с кровати падает, в угол спальни забивается, натягивает на голые колени футболку. Волк с рыком кровать обходит, видит течную суку свою в углу, возмущается, скалится, рычит утробно. Юнги дрожит, зверь всё ближе подходит. Он над парнем нависает, мокро мажет языком по щеке. Омега голову в сторону отворачивает. Зверь злится. Он хватает зубами край футболки и тянет на себя. Омега путается в вещи, сию же секунду под волком на животе оказывается. Финиш. Волк суку сразу за загривок зубами хватает, обездвиживает, давит на омежью сущность. Юнги не шевелится, лишь покорно поднимает задницу. Мин жалеет, что не попросил яду у Чона. Он сейчас прекрасно всё осознаёт и уже чувствует, как зверь к мокрой дырочке членом пристраивается. Омега расслабляется, насколько это возможно, в ожидании пытки. Волк не церемонится, сразу вгоняет в омегу член до основания. Парень вскрикивает от пронзающей боли. Внутри после чистки ещё не всё зажило. Зверя это не волнует, он сразу вбиваться в желанную суку начал. У омеги спальня ходуном ходит перед глазами, от боли хочется сквозь землю провалиться. Волк загривок его отпускает, немного сбавляет темп, зализывает укус, снова на бешеный ритм срывается. Омега грудью на пол опускается, щекой прижимается к ворсистому ковру, на лапу зверя перед собой смотрит. Футболка, а точнее то, что от нее осталось, висит на Юнги изорванной, ненужной тканью. Зверь её зубами с парня срывает, спину лижет оголённую, сбавляя снова темп. Юнги уже скулить начинает, и волк ускоряется, дышит рвано, снова хватает парня за загривок, на этот раз вонзая острые клыки в нежную кожу. Зверь делает весьма грубые и резкие толчки и вогнав острый член до основания, содрагается, изливаясь глубоко в омегу. Юнги чувствует острые клыки в себе и набухающий узел. Снова вязка. Омега расслабляется максимально, чтоб боль уменьшить. Волк не отпускает. Издаёт тихое порыкивание, и скулёж. Юнги сознание теряет. А зверь устраивается поудобнее и замирает в сцепке. Среди ночи омега на кровати уже просыпается, на этот раз под Чонгуком. Тот сразу рывком входит, закидывает ноги на плечи и рьяно вбивает в матрас. – Ммм... Я вижу волк постарался. Идеально растянул тебя. – рвано дыша произносит. – Мне очень больно... – хрипло говорит омега. – Где тебе больно? – Чонгук замирает. – Там очень больно. Я операцию перенёс. И прости, как бы ни старался твой волк, волчат я ему не принесу больше. – шепчет со слезами на глазах Юнги.