Чёрный лебедь

2 мая, 1998 Chris Grey - Let the world burn       Пожиратели окружали замок со всех сторон, где была возможность приблизиться к нему. Мария неспешно двигалась по территории Хогвартса, внимательно наблюдая за куполом. Она была похожа на хищника, двигающегося по периметру клетки и ждущего, что потенциальная добыча вот-вот в неё войдёт. Многочисленные залпы заклинаний со страшным треском разбивались о барьер, но всё же не могли пробить его защиту. Фейн видела испуганные лица студентов, которым не было и семнадцати, но которые храбро держали в дрожащих ладонях свои палочки, готовые вступить в бой с опытными тёмными магами.       И вновь привычное хладнокровие дало трещину. С каждым новым детским лицом, полным страха и решимости, злость и ненависть к пожирателям и Воландеморту разрасталась. Мария провела пальцами по кожаным переплётам новых ножен для клинков, которые ей удалось трансфигурировать из старых потрёпанных книжных переплётов, и пообещала себе убить как можно больше засранцев пожирателей, чтобы как можно меньше из них смогли добраться до этих детей.       У главного входа школы, на лужайке возле фонтана, столпилось больше людей из сопротивления. Мария разглядела среди них Дина, Вуда, Падму и многих других. Все смотрели вверх, где заклятья разбивались о защиту магического купола, и ждали момента, когда он треснет. И что это неизбежно тоже знали все.       Решив, что людей для обороны в этом месте достаточно, Мария отвернулась и пошла в сторону часового дворика. Гигантский маятник качался над головой, будто отмеряя секунды до конца жизней, что непременно прервутся этой ночью. Профессор МакГонагалл, замерев, смотрела в небо на мерцающие вспышки разбивающихся заклинаний. Волшебница застыла, словно статуя, не шевелясь и, казалось, не дыша. Большинство учеников в этом дворе, подобно своему преподавателю, замерли. Весь Хогвартс ждал конца.       И он настал. Проклятье невероятной силы пронзило защитный купол, запуская на нем трещины. На головы находившихся в школе медленно падали кусочки волшебной материи, обгорая как шифоновая ткань. Мария поймала рукой догорающий остаток магии. Девушка медленно прикрыла глаза и сделала глубокий долгий вдох. Магия быстро таяла на ладони, а когда исчезла совсем, воздух прорезали первые взрывы и крики. Небо над замком окрасилось в грязный кирпичный оттенок сгорающей магии.        Впервые грохот раздался со стороны крытого моста. Мария резко дёрнула головой, когда множество голосов в унисон победно закричали. Она побежала в ту сторону, где у входа на мост толпились студенты и члены Ордена. Все они наперебой кричали что-то бегущим с другого конца. Приглядевшись, Мария поняла, что к ним бежал Невилл, а за ним неслась толпа егерей, попутно пытаясь сбить парня заклинаниями, а за ними взрывался и рушился мост.       В этот момент в памяти Марии всплыл фрагмент её побега из Лондона. Когда-то она тоже оказалась без возможности прямо дать отпор под градом заклинаний, спасаясь от преследующих её с проводником ищеек отца. Мозг сложил эти две картинки в тонкую параллель, только теперь Мария имела все преимущества.       Фейн быстро вывела руками заклинание и пустила его в ход. Чёрная текстура волшебства бросилась навстречу егерям и поразила нескольких первых из них. Тайно признаваясь самой себе, Марии нравилось использовать тёмную магию. Она была мощнее, необузданнее, опаснее. Заклинание полностью подчинило разум егерей власти Марии, и она приказала им остановиться. Они замерли как вкопанные, преграждая путь следующим за ними. Разумеется, все сразу провалились вместе с обрушившимся мостом. Это дало секунду форы для Невилла, и он в последнюю секунду успел схватиться за крайний выступ. Парня спешно вытащили наверх. Он тяжело дышал от бега и адреналина, но поднял лицо и сумел выдавить из себя хриплое:       -Спасибо.       Мария хотела ответить любезностью, но прогремел взрыв на башне с телескопом. Она тут же позабыла про Невилла и аппарировала прямо в эпицентр вспышек огня. Глаза засыпало пылью обломков, а уши оглушили громкие взрывы и треск заклинаний. Заметивший её пожиратель выстрелил непростительным, но Мария успела увернуться. Ловко просев под рукой противника, она выхватила из ножен кинжал и полоснула им ему по горлу. Пожиратель схватился за рану, свалился с ног, а затем куда-то вниз, пачкая доски подвесных мостиков своей кровью.       Какая-то студентка, стоявшая поблизости, завизжала от ужаса. Должно быть ей впервые пришлось видеть кровавую смерть.       -Беги отсюда! - прокричала ей Мария. -Скорей!       Девчонка понеслась со всех ног к лестнице, но не смогла шагнуть даже на первую ступеньку. Уродливый оборотень сшиб её с ног и зубами оторвал у бедняжки половину горла. Вопль ужаса пропал в булькание, от которого у Марии зашевелились волосы на затылке. Сивый бросил изуродованное тело девочки и повернулся к Фейн, оскалив перепачканную тёмной кровью поганую пасть.       Марию так шокировала зверская жестокость, что она не сразу среагировала, когда оборотень с воплем бросился на неё.       -Сдохни!       В последнюю секунду Мария увернулась от здоровенной ручищи Сивого. Его острые когти зацепили кончик её косы, и отрезанные волоски взметнулись в воздухе, медленно оседая на пол.       -Волосы не твой конёк. - тихо сказала Мария, театрально качая головой на изуродованный кончик волос.       Она выхватила второй кинжал и нанесла удар первой. Клинки засверка, со свистом рассекая воздух, но оборотень был не так медлителен, каким казался на первый взгляд. Фенрир выглядел неповоротливым, но в бою он действительно становился зверем, быстрым, ловким и очень опасным.       Пару раз Марии удалось достать тела зверя: глубокий порез на плече и такой же чуть ниже колена. Уродец теперь прихрамывал и время от времени хватался за рану на плече, желая приостановить кровь. Понимая, что шансов против Марии у него не много, оборотень уже собрался делать ноги. Он начал применять заклинание трансгрессии, но Мария оказалась быстрее. Доли секунды хватило на то, чтобы применить непростительное, и едва разогнавшееся тело Сивого упало замертво.       Тратить время на ликование было не рационально, но Мария не смогла удержаться от того, чтобы не усмехнуться над остывающем телом оборотня. Она чувствовала, что месть за всех тех, кто умер страшной смертью от его руки свершилась, но казалось, будто этого недостаточно. Будто у Марии была "тёмная сторона", которая шептала, что это слишком лёгкая кончина для того, кто совсем не брезговал пытать своих жертв перед смертью.       Вдалеке, на большом мосту, звучали рыки чудовищ. Мария бросилась туда. Зачарованные каменные защитники Хогвартса создавали препятствие уродливым великанам. Один почти пересёк полуразрушенный мост и достиг школьного двора. Мария одним взмахом ударила заклинанием ему в живот. Магия прошла насквозь чудовища, оставив в его животе зиять огромную дыру. Великан не издал даже писка и камнем свалился в пропасть.       Другие великаны бросали булыжники в школьный двор. Трансгрессирующие пожиратели взрывали верхушки башенок, летели обломки крыши. Мария увидела как один из великанов запустил здоровенный валун в сторону двора. Кучка студентов, отбивающихся от атак прибывающих пожирателей, даже не подозревали, что вот-вот будут раздавлены. Бросившись со всех ног, Мария надеялась успеть добежать до них раньше, чем это сделает летящая глыба, но научная сторона вопроса оказалась точнее. Понимая в последний момент, что скорости полёта камня ей не догнать, Мария применила заклинание на сам валун.       -Бомбарда!       Камень взорвался в полёте, осыпав всех внизу пылью и осколками. Возможно, кому-то легонько прилетело по голове, котого поранило, но совершенно точно никого не убило. Метаться так дальше Мария просто не могла. То тут, то там раздавались ужасающие взрывы и крики, леденящие кровь. Ей срочно нужно было что-то предпринять. Но что? Школьный двор перед часами превратился в настоящее месиво. Трава уже успела усеяться трупами, которые некому было оттащить с поля боя. Пожиратели беспощадно вступали в схватки с юными волшебниками, младше них раза в два.       Внезапно эта несправедливость так задела обострённую честь Фейн, что магия внутри решила тоже принять участие. Мария, в полной гармонии и понимании с собой, чуть отвела руки и пошире раскрыла ладони. Шёпот заклинания заклубился вокруг её тела, превращаясь во вполне реальную, густую тьму. Тёмнота разрасталась, огромной вязкой материей пробиралась между людьми, заставляя их замирать от ужаса. Постепенно она достигла каждого пожирателя, которому не посчастливилось оказаться во дворе. Мария с помощью магии проникала в их головы, считывала и подчиняла сознание, превращая в безвольные марионетки.       И, как опытный кукловод, Мария прекрасно знала, что делать со своими куклами. Пустив импульс заклинания, она заставила всех пожирателей внимать её воле. Рукой она указала на край скалы, за которой темнела пропасть. В абсолютной синхронности пожиратели двинулись в том направлении, проходя мимо шокированных студентов и учителей. И друг за другом, в пугающей чёткой последовательности они прыгали вниз, не медля ни секунды. Разом избавившись от нескольких десятков пожирателей, Мария дала несколько минут студентам и учителям, чтобы немного передохнуть.       Но все с неподдельным ужасом смотрели на неё. У них просто не укладывалось в голове, как такая на вид безобидная и слабая девушка может обладать столь страшной, безграничной силой. Мария будто очутилась в Колдовстворце, где каждый смотрел на неё с толикой этого страха. Ей вдруг стало неуютно, как если бы ей снова было семнадцать.       Первой пришла в себя МакГонагалл, которая распорядилась перенести тела погибших в более защищённое место, пока было время. После, она продолжительно посмотрела на Марию, а затем кивнула, как будто говоря: "Я понимаю и спасибо".       Промежуток свободы оказался беспощадно коротким. Пожирателей и егерей становилось всё больше. Они заняли большую часть поляны за стеной школы, где против них выступала часть Ордена и некоторые преподаватели. Мария оказалась в их рядах в тот самый момент, когда враги перешли в наступление. Они столкнулись буквально, как сталкиваются волны на границе двух морей. Зрелище завораживающее и чудовищно одновременно.       Мария неслась напролом. Она уже совсем не сдерживала свои навыки, не боясь случайно напугать неподготовленных. За время сражения все успели увидеть достаточно жестокости пожирателей, чтобы не чувствовать к ним никакой жалости после её методов. Хотя всё же, если бы остальные не были так заняты, отбиваясь от врага, то наверняка пару секунд уделили бы ужасу, который непременно настиг бы их после увиденного. Мария была не просто безжалостна, она была чертовски опасна. И это ощущалось физически, через кожу и кости страх перед ней проникал в самые глубины пожирателей. Она это чувствовала. Чувствовала и ей это нравилось.       Пугающая мысль для человека. Когда начинает нравится чей-то страх к тебе, в пору задуматься о наклонностях маньяка или садиста. Наверное это естественно для нормальных людей, но Мария считала, что если пожиратели - плохие парни, то испытывать удовольствие от их страха не так уж и ужасно. Было ли это здорОво, адекватно? Наверное нет. Но, учитывая всё, что ей пришлось пережить, всё, что она успела натворить сама, хоть и не по своей воле, вряд ли можно было назвать её абсолютно здоровой. В конце концов, у всех есть свои скелеты. Но она ни в коем случае не оправдывала себя. И она совсем не жаждала смерти, не жаждала убивать. Просто на войне без этого, увы, никак.       Случайная встреча на поле боя внезапно предоставила Марии возможность ублажить себя ещё больше и совершить желанную вендетту. Маркус Флинт тоже заметил её и двигался навстречу. Он выглядел самоуверенным, обманчиво полагая, что поймав её один раз по чистой случайности, удача не отвернётся от него и теперь. Но он фатально ошибался. Эльфийские клинки сверкнули лезвием, издав пугающий до дрожи предупреждающий лязг, а затем, с взъерошенными волосами, перепачканная в крови и земле, Мария, глядя не просто в глаза Флинта, но в самую душу, зловеще оскалилась. Флинт замер на мгновение, испытавший неподдельный страх, как и все пожиратели, на чьё пути встречалась девушка, но постарался не подавать виду и продолжил наступление.       Они схлестнулись в бою, даже не пытаясь сперва задеть друг друга словесно. Теперь уже никто никого не заманивал в ловушку, никто не пытался задеть самолюбие или оскорбить честь. Оба преследовали цель убить. Что ж, Мария была совсем не против. И её желание только возрастало от того, что Маркус изо всех сил старался сохранять фальшивую гримасу уверенности, хотя боялся её до дрожи в коленях. Даже если человек хотел обмануть самого себя, это всё равно была ложь и для других, а Мария, как известно, терпеть не могла ложь.       Флинту нечем было отбиваться от атак кинжалов, поэтому он просто уворачивался и почти успешно. Мария несколько раз полоснула лезвием ему по голени и слегка задела щеку. Остальное время они перебрасывались заклинаниями. Именно перебрасывались, потому что Мария всё ещё не могла использовать свою магию на полную, боясь ненужных жертв, и для неё это было всё равно что игрой в пинг-понг. Ей бы чуть больше времени, чтобы слегка расслабиться, и убрать всех учащихся и орденцев подальше, и вот уж тогда... Но это было, скорее всего, невозможно, а потому она как можно больше использовала рукопашный бой и кинжалы.       Флинт оказался отнюдь не слабым противником. Он не шёл ни в какие сравнения со студентами. Это был настоящий пожиратель, натренированный, подготовленный убийца. Выносливость снова начала проседать и Мария поняла, что долго так не протянет. Непрекращающийся шквал её атак изрядно помотал тело, движения едва замедлялись, но Маркус всё равно это заметил и перешёл в более активное наступление. Его-то тело было полно сил, здоровое и сильное. Мария поняла, что необходимо придумать уловку, отвлекающий манёвр, чтобы сбить врага с толку и подобраться ближе. Но пока в голове не было ни одной дельной идеи. В конце концов, её движения на столько замедлились, что Флинту удалось сбить её с ног. И довольный, он хищно обошёл вокруг лежавшей девушки, наслаждаясь своим триумфом.       Раздался громоподобный хлопок. Всё вокруг будто окутала тёмная дымка, небо стало ещё чернее. Чуть поодаль, на холме, где было больше всего пожирателей, возник Драко Малфой. Его платиновые волосы ярко выделялись на фоне тёмных одежд пожирателей, служа маяком для определения особо опасного. Всё поле замерло на долю секунды, завороженное жутким предчувствием его появления. Флинт тоже отвлёкся на появления Драко, и Мария уловила свою возможность. Когда пожиратель вспомнил, что собирался секунду назад прикончить её, было уже поздно.       Он повернул голову и нос к носу встретился с лицом девушки. Мария подобралась вплотную, обхватила голову Флинта за виски, не давая пошевелиться и с наслаждением смотрела, как ужас от неизбежной смерти отразился на его лице. Ухмыльнувшись в лицо врагу, показывая своё полной превосходство, Мария направила магию в ладони. Бешенный поток волшебства прошёл через виски в голову Флинта и заклубился внутри, заставляя пожиратели неистово орать от сильнейшей боли. Долго мучится ему не пришлось. Голова лопнула, как попавший под пресс арбуз, разлетаясь вокруг кровавыми ошмётками. Мария недовольно поморщилась. Она протёрла залитые чужой кровью глаза и губы, подняла клинки с места, куда упала, и постаралась оттереть залитое лицо. Теперь оно было больше испачкано землёй, чем кровью.       Устало вздохнув, Мария поискала глазами Драко. Какой-то пожиратель ударил по ней заклинанием, но она даже бровью не повела, блокируя его. Притянув нападавшего заклинанием, Фейн проткнула ему горло кинжалом и оттолкнула его от себя. Она встретилась глазами с Драко, хотя тот был достаточно далеко. Хотелось прокричать ему что-то подбадривающее, как-то отшутиться, чтобы на секунду снять напряжение и сковывающий ужас от происходящего. Его лицо не выдавало эмоций, как и её, но каждый прекрасно понимал облегчение другого от того, что они встретились. И что они оба живы.       -Всё пляшешь, маленькая дрянь? - раздался за спиной вкрадчивый хриповатый голос.       Мария резко дёрнулась в сторону, едва не угодив под прямую атаку. Руквуд, гадко ухмыляясь, подкрался незаметно, совсем неслышно. Или это Мария отключилась от реальности, пытаясь насладиться коротким мигом контакта с Драко. Пожиратель не оставлял теперь ни единой секунды даже самому себе перевести дыхание. Он продолжал и продолжал наносить удары, как акула, боясь остановиться, чтобы не умереть. Глаза Руквуда болезненно блестели, невооружённым глазом можно было определить, что этот человек не в себе. И, по всей видимости, его больной разум решил повесить все неудачи, приведшие к безумию, именно на Марию. Наверняка он уже успел догадаться, кто именно выкрал документы с исследованиями из лаборатории, и теперь она стала ему поперёк горла.       У Марии больше не оставалось сил сдерживать атаки, к тому же другие пожиратели то и дело норовили присоединиться к их схватке. Уклоняясь от очередного заклинания, Мария взяла под контроль своё дыхание, успокоила сердце, полностью доверяя себя своим же силам. Трава под ними мгновенно обуглилась, превратившись в иссохшую подожжённую солому, растущее неподалёку дерево почернело, его листья опали. И вот теперь уже Мария, без лишних телодвижений, насылала на Руквуда проклятья. Его безумство помогало ему успешно избегать столкновения с заклинаниями, но отбиваться от них он уже не мог, слишком сильная была магия Марии.       -Вот тварь! - бросил он между делом и суетливо достал из кармана небольшой пузырёк.       Он залпом выпил половину грязноватой жижи, остальную половину разбрызгал по воздуху. Капли в полёте превратили в пары такого же грязноватого газа. Мутное облако разрасталось над поляной, опускаясь на головы учащихся. Совпадение ли это было или Руквуд специально выудил момент, когда вокруг останутся сражаться только студенты, было уже не важно. Облако газа закрутилось в своеобразные вихри и все, кто оказался внутри, попали под его воздействие. Как это было с Парвати, зелье впиталось в мальчиков и девочек, заставив их замереть на месте. Многие пожиратели не ожидали подобного и тоже останавливались в недоумении.       Кто-то, продолжая сражаться, пытался докричаться до попавшего под заклятье друга, призвать его спасаться или защищаться, но Мария уже поняла, что это было бесполезно. Она видела, что это проклятье делает с людьми и совсем не думала, что Руквуду удастся в такие короткие сроки восстановить плоды своих пропавших исследований. Поражённые студенты поднимали свои лица, открывая остальным обзор на свои проклятые чёрный глаза. Кто-то в ужасе замирал, пропуская несколько атак, кто-то с криками бежал прочь, кто-то в слезах бросался к своим друзьям и знакомым, всей душой желая помочь.       -Убить всех, кто встретится. Защищайте меня. - произнёс Руквуд и выпустил заклинание в сторону Марии, привлекая её внимание.       Это был поворот, к которому она оказалась совсем не готова. Куча студентов, ещё совсем юных и несправедливо невинных обступили Руквуда, закрывая проход к нему своими телами. Другая часть проклятых буквально бросилась на тех, кто оказывался ближе, и не важно, пожиратель, студент, орденец. Пожирателям, разумеется, было плевать, но вот остальные просто не могли сражаться со своими друзьями, однокурсниками, близкими. Взрослые и учителя не могли использовать заклинания против детей, а те, повинуясь приказу Руквуда, безвольно следовали его словам. Многие просто уходили от прямых атак, пытаясь привести в чувство проклятых криками, призывами. Другие пробовали нейтрализовать их лёгкими, безопасными для здоровья заклинаниями, но только наносили им незначительные телесные раны.       Их сознание было полностью заблокировано и заклинания, вроде конфундуса и остолбеней, конечно, не работали. Мария понимала, что это не то же самое заклинание, что она использовала на пожирателях, как минимум у них не чернели глаза. Это проклятье буквально стирало воспоминания человека о том, где он, кто он и всё связанное с жизнью в принципе. Единственным подходящим решением было убить Руквуда. Нет кукловода - свободны марионетки. Заметив её движение в сторону Руквуда, проклятые студенты стали стягиваться к ней, как мотыльки на огонь. Им было абсолютно всё равно убьёт она их, искалечит или отшвырнёт на десяток метров, ломая кости. Они совсем не осознавали реальности, у них не было мыслей, они будто перестали существовать. Был только приказ, которых они намеревались выполнить любыми средствами.       Мария старалась действовать мягко, использовать лишь отбрасывающие заклинания и рукопашные лёгкие приёмы. Особой опасности эти дети не несли, ведь им было не сравниться с её мощью, но всё же своим количеством могли стать серьёзным препятствием. Пусть немного жестоко, но особо упорным Мария подбивала ноги, делая небольшой вывих лодыжки, но только для того, чтобы обезвредить их без особого вреда. Уж обычный вывих для колдомедика никакой проблемы не составит.       Сколько Мария ни билась, сколько не пробиралась через тучу проклятых студентов, Руквуд по-прежнему был недосягаем. То, что ей вновь приходилось сдерживать себя очень сильно давило на нервы и физические возможности. Мария раздражалась с каждой секундой, рискуя перейти из стадии раздражения в ярость, а тело вновь начало уставать, нуждаясь в паузе для подзарядки.       Всё ещё сохраняя холодность рассудка, Мария понимала, что такими темпами ничего не добьётся. Она почувствовала спиной чужое присутствие невероятно близко.       -Задержи проклятых на сколько сможешь, - сказал ей Драко, обдавая темплом дыхания шею. - а я займусь Руквудом.       Мария не повернулась, только быстро кивнула в ответ. Подвергшихся проклятью было много, но не на столько, чтобы Мария была не в состоянии их задержать. Часть из них сражались с наступающими, а остальные защищали телами Руквуда. Сосредотачивая энергию в руках, Мария призвала магию из глубины тела, концентрирую внимание на готовящемся заклинании. Мощный белый шар взорвался о тела проклятых. Они подлетели и замерли в воздухе, как если бы корнуэльских пикси поразили заклинанием иммобилюс. Руквуд ошалело смотрел на застывшие тела, не в состоянии обработать своим мозгом то, что сделала Мария.       Его замешательство было именно тем моментом, который ждал Драко. Он материализовался рядом с пожирателем буквально из воздуха и крепко приложил его заклинанием. Руквуд впечатался в землю с ровных ног, чем переломал себе обе лодыжки. Он неистово орал, привлекая внимание близстоящих пожирателей. Драко не собирался церемониться с ним или устраивать шоу. После этого его поступка он уже раскрыл себя и Воландеморт, конечно же, это видел. Но он просто не мог больше стоять в стороне и смотреть, как его жену буквально окружали со всех сторон.       Малфой схватил Руквуда за горло и поднял над землей. Нечеловеческая мощь текла по его телу, подкреплённая желанием мести за любимую. Драко стал сдавливать горло пожирателя, постепенно усиливая хватку. Руквуд, болтая сломанными ногами в воздухе, бил руками по пальцам Малфоя в надежде избавиться от его мёртвой хватки, но все его попытки оставались безуспешны, и пожиратель начал синеть.       -Думаю, теперь ты понимаешь, что испытывала Мария, нося несколько месяцев твой "подарок". - выплюнул ему в лицо Драко. - Никто не посмеет безнаказанно трогать мою жену.       Глаза Руквуда расширились от удивления, а возможно и от давления в голову, но он всё же сумел прохрипеть:       -Я знал, что тебе нельзя верить, знал, что...       Драко не стал дослушивать. Он сделал последний рывок, сдавив пальцы сильнее, и сломал Руквуду шею. Лицо того перекосилось, он обмяк и свалился под ноги Малфоя, когда он разжал руку. Драко презрительно посмотрел на уже мёртвого Руквуда, и вдруг резко вскинул руку с палочкой. Мощнейшая струя огня полностью поглотила тело пожирателя, не оставляя от него ничего, кроме кучки праха.       После этого Мария отпустила заклинание, мягко опуская тела зачарованных на землю. Со смертью Руквуда его ужасное проклятье развеялось, и все студенты приходили в чувство, совершенно не помня последние события. Старшие волшебники и учителя спешили увести пострадавших, а остальные в недоумении посматривали на Малфоя. Ведь никто, кроме узкого круга из Ордена понятия не имел, что Драко вовсе не верен Воландеморту.       Пожиратели, видившие убийство Руквуда, с криками о предательстве Малфоя, уже бежали к ним со всех сторон. Мария порывисто схватила Драко за руки, касаясь его лба своим. Пару мгновений они были предназначены самим себе и своей любви, поддерживая друг друга в немом трепетном жесте. А уже через секунду их глаза налились сталью и, стоя спина к спине, они обратили против пожирателей всю мощь своего волшебства. Ушедшие студенты, наконец, позволили Марии распустить свои руки по-полной. Силы восстанавливались быстро, так что ей хватило того маленького времени, пока Драко занимался Руквудом. Теперь пожиратели были для неё не большей проблемой, чем опавшие сухие листья под ногами осенью.       Никто из видимых, важных для Воландеморта персон не вступал в сражение, они ждали там, на высокой опушке, вместе со своим Лордом. Мария и Драко сражались лишь с обычными рядовыми, новобранцами и менее ценными последователями Реддла. Магия Марии и Драко в совокупности имела эффект невиданной силы, что не оставляла пожирателям ни единого шанса. Их ряды быстро редели, сопротивление в быстрых темпах стремилось к перевесу в численности.       В этот момент Мария почувствовала мощный выброс энергии, толчок неизвестного происхождения. Драко заметил её замешательство и устремил свой взгляд туда, где стоял Воландеморт. Секунду спустя оттуда, со зловещим воплем, вырвались множественные залпы беспорядочных молний. Они хаотично били по полю сражения, попадая как в волшебников сопротивления, так и в пожирателей.       -Кажется, Поттер только что уничтожил ещё один крестраж. - предположил Малфой.       И, подтверждая его догадку, в ушах образовался тянущий вакуум, а тело пронзила холодная дрожь, заставляя конечности вжиматься в туловище. Противный шелест голоса Воландеморта шипел в голове о том, как храбро они сражались и что ему жаль потерянных волшебных жизней. Всё, что он требовал, это выдать ему Гарри Поттера, и он благородно обещал всем пощаду. Когда он замолчал, все пожиратели трансгрессировали, позволяя, наконец, расслабиться.       Первые минуты Драко совсем не чувствовал призыва, его метка молчала, и он успел обрадоваться, что Тёмный Лорд даже не попытается призвать предателя и отомстить ему. Но радость была преждевременной. Малфой даже не успел сказать и паре слов Марии, как эмблема маршала на его груди раскалилась до невероятных температур, плавя кожу через слои одежды. Он согнулся пополам, пытаясь сорвать дрянную нашивку, и не сдержал болевого крика.       -Драко! - Мария кинулась к нему, но достигнуть его не успела.       -Мария! - всё, что успел прокричать в ответ Драко прежде, чем исчезнуть с хлопком аппарации.       Мария застыла на месте, шокировано уставившись на то место, где ещё секунду назад стоял её муж. Она успела понять, что аппарировал Драко отнюдь не по своей воле, но она не понимала, как Воландеморт мог без присутствия трансгрессировать кого-то. Разозлённая до состояния не подходи убьёт, Мария понеслась в замок, решив разыскать Гарри и рассказать ему обо всём, что произошло. Она собиралась немедленно отправиться в Запретный Лес к Воландеморту, пока тот не убил Драко. Она прекрасно понимала, что ждёт его за предательство Лорда, и не собиралась это допустить. Наоборот, она была полна решимости свернуть шею любому пожирателю, кто попробует причинить Драко вред. Если понадобиться, она сожжёт весь этот лес до тла, но не отступиться, пока Воландеморт не будет мёртв. Поттеру же она собиралась сообщить о своих планах и, возможно, во время спасения Драко удастся сделать что-то и для сопротивления.       Гарри она нашла на полуразрушенных лестницах Хогвартса в объятиях плачущей Гермионы. Рядом с ними стоял Рон с лицом невероятного серого цвета.       -Мы уничтожили ещё два крестража. - сказал Гарри, когда заметил подошедшую к ним девушку.       -Драко у Воландеморта. - более тихим голосом, чем обычно ответила Мария.       Троица переглянулась, явно не понимая, что в этом такого страшного, если он предводитель его тёмной армии.       -Там, на поле, Руквуд использовал своё проклятье на студентах. - Гермиона ахнула, касаясь губ пальцами. - Меня просто не хватало на всех, слишком много было фронтов и меня стали обступать. Драко пришлось вмешаться, убить Руквуда, чем и выдал себя.       -Почему он не сделал это как обычно, не выдавая себя? - непонимающе сказал Гарри.       Мария молча закатала левый рукав, оголяя запястье. Гарри и Рон всё с таким же недоумевающим выражением лица смотрели на руку и только Гермиона казалась впечатлённой.       -Мерлин... - прошептала она. - Но когда?       -Несколько дней назад, перед тем, как Воландеморт решил разрушить Брайтон. - ответила Мария.       -Я не понимаю. - затряс головой Гарри. - Татуировка...И что?       -Это метка брачного обряда, Гарри. - объяснила ему Гермиона, не отрывая глаз от завораживающих тонких линий. - Он связывает плоть, кровь и души волшебников навечно. Такой связи не помеха даже смерть.       -Драко не мог сражаться против меня. - Мария печально обвела глазами волшебников. - Если бы мы попытались навредить друг другу, то тут же бы погибли. И гибель эта была бы ужаснейшей из всех. Хотя ещё неизвестно, что уготовил ему Тёмный Лорд. Я ухожу в Запретный Лес сейчас.       -Стой, ты не можешь! - запротестовал Гарри. - Туда должен пойти я.       -Что ты можешь против Воландеморта? - недоверчиво спросила Мария.       По правде говоря, всё это время она так и не смогла понять, почему все абсолютно уверены, что Гарри Поттер может победить Тёмного Лорда. Он не был невероятным, выдающимся волшебником, каких мало. Скорее, это была Гермиона. Мария была согласна, что что-то в мальчике-который-выжил было такое, чего нельзя было описать, но просто верить в легенду она тоже не могла.       Гарри объяснил ей, что осталось всего два крестража, и одни из них был он сам. Он рассказал о смерти Северуса Снегга и о его воспоминаниях. И уже после его рассказала Марии открылась страшная правда, скрывающаяся за всеобщей верой в Гарри Поттера. Они могли победить только с его помощью. Точнее ценой именно его жизни.       -Я прошу тебя остаться здесь. - Гарри братски положил ей руку на плечо. - Когда он придёт в замок, ощущая себя победителем, тебе останется только довести дело до конца. К тому же, что-то мне подсказывает, что просто так убивать Драко он не станет. Наверняка он захочет сделать это показательно, в назидание всем предателям.       Несколько секунду внутри Марии бушевал целый ураган чувств. Она не могла просто так отсиживаться здесь и ждать, что предположения Поттера окажутся правдивы. Просто бездействовать, пока Драко, возможно, будут рвать на части, и от одних этих мыслей ей становилось невыносимо. Но, если такого было пророчество, если только так можно было окончательно убить Воландеморта, она была обязана подчиниться обстоятельствам, чтобы ничего не напортить.       Взяв всю силу своей воли под контроль, Мария пообещала дождаться, когда Воландеморт сам придёт к ним. Не в силах смотреть, как Гарри уходит в сторону Запретного Леса, Мария побрела по развалинам замка.       Где-то вдалеке, на горизонте, первые проблески поднимающего солнца стали окрашиваться чёрное небо в чуть светлый синий. Вокруг было полно раненных, их старались перенести в Большой зал. Трупы складывали там же и в коридорах, закрывая их лица мантиями, а у кого их не было рвали шторы. Мария хотела найти Блейза, рассказать ему о случившемся и об обряде. Она увидела Джинни Уизли, снабжающую раненных зельями в Большом зале.       -Ты не видела Блейза? - спросила её Мария, подходя ближе.       Некоторые студенты, завидев девушку, старались отодвинуться немного дальше. Они не могли забыть той неистовой силы, а потому ещё опасались её.       -Нет, он не появлялся здесь. - бросила ей Джинни, сную туда-сюда, обрабатывая раны пострадавших.       Затем она всё же остановилась, оглядела Марию. Фейн уже и забыла, что с ног до головы была покрыта засохшей кровью. И всем было невдомёк, что это была не её кровь.       -Ты сильно ранена? - спросила Джинни.       -О, нет. - спохватилась Мария, смущённо оглядев себя, и тихо произнесла - Это не моя.       Глаза Уизли в ужасе распахнулись. Её руки с мазью застыли в паре сантиметров от раны. Парень, которому Джинни обрабатывала рану, так же уставился на Марию, продолжая неверяще осматривать её. Затем, Джинни стиснула зубы, плотно сжав губы, нахмурилась и кивнула.       Не найдя Забини в Большом зале, Мария побрела дальше по территории замка. Найти Блейза ей удалось на том же самом краю сада, только парень сидел на садовой скамье.       -Не плохо выглядишь. - с лёгкой усмешкой сказала Мария.       Блейз повернулся к ней и, слегка удивлённо, окинул Фейн взглядом.       -О тебе я того же сказать не могу. - хохотнул он. - Кто это тебя так?       -Кровь не моя. - небрежно повторила Мария свои слова и плюхнулась рядом с другом на лавку.       Забини впечатлёно окинул её взглядом и присвистнул.       -Знаешь, у нас образовалась небольшая проблема.       Мария рассказал Блейзу всё, что произошло, закончив рассказ ушедшим в лес Поттером. Блейз помрачнел, явно тоже переживая за судьбу своего друга.       -Честно, - сказал он после недолгой паузы. - если бы ты решила не слушать Поттера, я бы поддержал и пошёл следом.       Мария тихо хмыкнула и улыбнулась. Всё-таки, как бы Блейз не любил чёткость и определённость, он тоже был готов на многое ради близких ему людей. Они молча сидели в саду, смотря, как солнце медленно поднимается в небо.       -Я видел Дафну. - вдруг сказал Блейз.       Мария дёрнула головой, обращая к нему своё лицо. Девушка хотела порадоваться за друга, но не увидела в нём и тени радости.       -Она заплакала, когда увидела меня. - продолжал Забини. - Я хотел приблизиться к ней, забрать к нам, но она едва заметно покачала головой и отступила. Наверное, вернулась к родителям. Они ведь приближённые Тёмного Лорда, и не сражались.       -И ты думаешь, что для неё будут последствия за это? - сочувствующе спросила Мария.       -Не знаю. - Блейз уронил голову мимо рук. - Не хочу думать, но воображения такая неподконтрольная штука, делает что хочет.       Они ещё немного помолчали. А потому Мария сделала то, что всегда считала не рациональным и бесполезным.       -Всё будет хорошо. Они сильные. И мы тоже. - сказала она, успокаивающе положив руку Блейзу на плечо.