Чёрный лебедь

5 мая, 1998       Всё тело болело. Казалось, будто кто-то много раз выкручивал мышцы, пытаясь отжать из них всю кровь. Драко постарался открыть глаза. Первая попытка провалилась, глаза ужасно защипало и из них побежали слёзы. Второй раз комнатный свет ужалил зрачки, глаза снова пришлось зажмурить. Кое-как Малфою всё же удалось разлепить веки. Всё вокруг расплывалось. Точнее расплывался только потолок, поскольку встать у него пока не получилось.       -Отлично, ты очнулся. - прозвучал над ухом голос Блейза. - Как спалось, красавец?       -Я сбегаю за Джинни. - неожиданно раздался и второй голос. Женский.       Не без усилия Драко сел на кровати. В глазах всё ещё не было чёткости, но очертаниями комната определённо была лазаретом Хогвартса.       -Это...это была Дафна Гринграсс? - спросил он у пятна, которое было Блейзом.       -Да... - протянул Забини, смотря в след уходящей девушке. - Мы, наконец, смогли поговорить. Знаешь, она сильно ругала меня, что не попытался найти способ рассказать ей всё сразу. Она ведь всерьёз думала, что я погиб.       Драко немного помолчал. Он слушал друга, оглядывая всё вокруг в надежде, что окружающее вот-вот примет четкие линии. Он усиленно моргал глазами, пытаясь прогнать раздражающую пелену, но когда понял, что ничего не измениться, со вздохом бросил это занятие и вернул внимание Блейзу.       -Я рад за тебя. Вы оба заслуживаете счастья и спокойствия.       Драко свесил ноги с кровати и попытался встать. Мышцы пронизала ноющая боль и Малфой покачнулся. Забини тут же подхватил его, помогая удержать равновесие. Они медленно двинулись вдоль коек. Драко не мог знать наверняка, но по размытым пятнам предполагал, что всё кровати были заняты. Было достаточно тихо. Никто не кричал, не было суеты.       -Я так понимаю, с Воландемортом всё? - спросил Драко.       -Да, его больше нет. - ответил Блейз, но как-то не слишком радостно.       -А что с остальными пожирателями? И, кстати, ни у кого не возникает вопросов, что я здесь и...я не...ну...       -Не волнуйся. - поспешил перебить растерянного друга Забини. - Стало ясно, что всё было не так однозначно, как казалось сразу, как Воландеморт прилюдно устроил твою казнь, а после всплыли и некоторые интересные факты. Что до пожирателей, те кто выжил бросились в бега, в их Беллатриса Лестрейндж. И хотел бы я что-то рассказать тебе о твоих родителях, но увы, об этом мне ничего неизвестно.       Драко молча кивнул, принимая к сведению всё, сказанное другом. Он хотел спросить, что ещё известно о Лестрейндж, но соскочил на другой более интересующий вопрос.       -Ты сказал интересные факты? - переспросил Малфой.       Они уже вышли из больничного крыла и свернули к лестницам. Блейз остановился и помог Драко опереться на стену для твёрдости в ногах.       -Грейнджер многим поведала о ваших взаимоотношениях с Марией. Так же Поттер и Кингсли рассказывали всем, как ты всё это время помогал сопротивлению, рискую своей жизнью и жизнью своей семьи. - ответил Блейз и тут же напрягся. Он знал, каким будет следующий вопрос Малфоя, но надеялся, что ему не придётся на него отвечать как можно дольше.       -А где Мария сейчас? - встрепенулся Малфой.       Блейз тяжело вздохнул. Ему совершенно не хотелось прямо сейчас, когда Драко только очнулся, вываливать на него всю правду. К тому же Малфой, как и предполагала мадам Помфри, плохо видел. Блейзу ещё предстояло рассказать ему новость о том, что его зрение могло никогда не восстановиться. Ответ на его вопрос просто добьёт его.       С нижних этажей послышались быстрые шаги. Джинни и Дафна бегом поднимались к ним.       -Зачем ты встал?! - охнула Уизли. - Тебе нужно соблюдать постельный режим, чтобы снизить вероятность частичной слепоты.       -Джинни! - воскликнул Блейз.       -Частичной...что?! - закричал Драко.       -Я думала, ты сразу скажешь ему. - попыталась оправдаться Джинни.       -Попробуй тут скажи. - буркнул Блейз.       -А ну, сейчас же рассказали мне всё! - потребовал от них Драко. - И где, в конце концов, Мария?       Вот тут замолчали все. Они неловко переглядывались, не решая, кто же скажет Драко правду.       -Раз уж ты встал, спустимся в Большой зал. Гарри только что вернулся. - нарушила молчание Джинни.       -При чём тут Поттер? Где Мария?! - Драко очень сильно раздражала неизвестность. И то, как его друзья мялись, стоило ему задать свой вопрос.       Они спустились вниз. Блейз помогал Драко избегать столкновений со стенами и другими людьми. Их дважды попытались остановить мракоборцы, чтобы задать Драко свои вопросы, но Гарри сразу давал им понять, что сейчас не лучшее время. Слухи имеют свойство быстро расползаться, и магическая Британия, конечно, не была местом исключения. Большинство уже знало подробности гибели Воландеморта и о роли Драко в войне. И многие уже знали то, чего ещё не знал сам Драко.       У входа в зал они столкнулись с Гарри, который как раз собирался найти Джинни. Они сели за стол ближе к краю, подальше от всех. Драко повертел головой, но перед глазами по-прежнему расплывались пятна.       -Все сидят вразнобой? - спросил он задумчиво.       -Да. Теперь межфакультетная школьная вражда кажется детским капризом на фоне войны. - бодро ответила Джинни. Драко слышал, что её действительно радовал этот факт.       Он слегка усмехнулся, подумав, что если бы пару лет назад ему сказали, что гриффиндорцы и слизеринцы будут сидеть за одним столом в общей компании, то он лично бы отправил этого человека на лечение от сумасшествия.       -Итак... - не решительно начала Джинни. - Думаю будет лучше, если Гарри всё расскажет сам.       Поттер на мгновение вытянулся в лице от удивления. Он, как и все, надеялся, что не ему придётся рассказывать Драко правду. Но поняв, что все единогласно решили спихнуть эту задачу на него, вздохнул и смирился.       -Что ты помнишь о дне последней битвы? - спросил он у Драко.       -Ты говоришь так, будто это было очень давно. - нахмурился Малфой.       -Не очень. Прошло два дня. - кивнул Поттер.       Драко нахмурился ещё сильнее. Ему совсем не нравилось ни то, что он почти ничего не видел, ни то, что выпал из жизни на два дня. И ещё больше ему не нравилось, что кто-то знал о нём больше, чем он сам. Если только это не Мария.       -Я помню, как Воландеморт проклял меня и попытался вырезать мне глаза. - ворча, ответил Малфой. - И как я уговаривал Марию оставить меня и убить его.       -Это хорошо. В общем-то после этого мало что произошло. - просиял Блейз понадеявшись, что Малфою этого будет достаточно. Будто он не знал, как будет на самом деле.       -Чего хорошего? Мне кто-нибудь ответит на вопрос? Где Мария? - зло отчеканил Драко.       Все снова замолчали, уткнувшись в свои ноги. Джинни и Дафна вообще старались смотреть куда угодно, лишь бы не на Малфоя.       -Когда ты потерял сознание, Мария... даже не знаю, как это сказать. Было похоже, будто она поделилась с тобой своей магией, чтобы восстановить твои жизненные силы. Я никогда не видел ничего подобного, и даже не слышал о таком. - ответил ему Блейз. - Когда стало ясно, что смерть тебе больше не грозит, она велела мне отнести тебя куда-нибудь, где будет безопаснее. А дальше...       Забини перевёл взгляд на Поттера, давая понять, что дальше рассказ вести ему. Тот обречённо вздохнул, но продолжил.       -Тогда я уже сражался с Воландемортом. Мария подоспела ко мне в самый подходящий момент. Когда Невилл убил Нагайну, мы поняли, что остался только он. Это был один шанс из миллиарда и упусти мы его, Воландеморту наверняка удалось бы создать новые крестражи. Мария это знала, и сделала всё возможное, чтобы не дать ему улизнуть.       -Что произошло? - тихо спросил Драко. Его нервы были натянуты до предела, он сидел весь каменный, боясь упустить хоть одну деталь.       -Воландеморт использовал волшебство неизвестное нам, запретное, тёмное. Никто не мог пошевелиться, только у Марии хватило сил. Не знаю, что это за заклинание, но она влезла ему в голову, заменила его разум своим. Она дала мне сигнал и я нанёс удар. Но я совершенно не предполагал, да и она, наверное, тоже, что находясь в его голове, заклинание коснётся и её. - Гарри немного помолчал, давая Драко переварить услышанное и подготовиться к последнему удару. - Всё произошло слишком быстро. Тёмный Лорд исчез навсегда, а Мария упала замертво и больше не шевелилась.       Драко похолодел. Он буквально почувствовал, как жизненное тепло испаряется из его тела с последними словами Поттера, как и желание жить. Сказанное пульсировало в голове больными спазмами, затрудняя дыхание. Что только что сказал Поттер? Он, наверное, сошёл с ума? Да, верно, Поттер свихнулся, раз говорит на столько ужасные вещи. Ведь если её больше нет, то что же тогда делать Драко?       -Она...мертва? - еле выдавил из себя слова Малфой.       -Нет! Нет, конечно нет. - затараторила Джинни, испугавшись, что Малфой может лишится рассудка. - Гарри, думай, что говоришь. Он это фигурально сказал, так нам всем тогда казалось.       -Верно, извини, Драко. - смутился Поттер своей неосторожности. - Но Мария и правда больше ни разу не пошевелилась. В тот же день её доставили в больницу Святого Мунго и каждую секунду возле неё дежурят колдомедики, следят за состоянием. Но пока не было никаких изменений. Собственно, я только что вернулся от туда. Они говорят, её состояние на подобии комы. Она жива, но по неизвестным причинам не может прийти в себя. И её волшебная сила очень слаба. И никто не может сказать, как долго она пробудет в этом состоянии.       За время, пока Поттер говорил, Драко испытал весь спектр эмоций. Он был готов умереть прямо здесь, на скамье за столом в Большом зале, затем он захотел хорошенько врезать Поттеру за ляпнутые невпопад слов, а затем испытал облегчение. Самое блаженное облегчение на свете. Когда самое страшное оказывается всего лишь опечаткой.       -Её родным не сообщали? - спросил Драко с надеждой.       -Было принято решения не докладывать о случившемся Якову, по крайней мере до тех пор, пока ситуация хотя бы немного не прояснится. Что до её родителей, то Алекс Фейн взят под стражу. Он ожидает суда, но не думаю, что ему стоит на что-то надеяться. Её матери Агате оказывают психологическую помощь. За всё время, что Марии не было в поместье Фейн, Алекс отыгрывался на собственной жене, как мог. - ответил Гарри.       Драко покачал головой. Действительно, Алекс Фейн оказался не только паршивым отцом, но ещё и ужасным мужем. Подонок во всех отношениях. Его отец хотя бы был хороших мужем Нарциссе. Драко немного задумался, ведь Мария никогда не говорила о своих отношениях с матерью, и что бы она сказала, узнав это. Малфой намеревался непременно отправиться к ней, но оставался ещё один вопрос, ответ на который тоже был очень важен для него.       -Что ты говорила о моём зрении, Уизлетта?       Джинни с надеждой посмотрела на Блейза, но тот отрицательно покачал головой. Раз младшая Уизли решила стать колдомедиком, то пусть привыкает говорить пациентам неприятную правду.       -Хоть Мария и успела спасти и залечить твои раны, проклятье Воландеморта сильно зацепило глаза. Вчера здесь был колдомедик из святого Мунго. Они вместе с мадам Помфри долго осматривали тебя. - Джинни слегка замешкалась, с трудом справляясь со своей задачей. - В конечном итоге они пришли к общему мнению, что зрение может вернуться частично или не вернуться вообще. Шансы на полное восстановление почти раны нулю. Но раз ты уже что-то видишь, то дальнейшие прогнозы должны быть оптимистичны.       Драко саркастично хмыкнул. Да уж, извечный оптимизм. С момента как очнулся, он не видел ни одного чёткого предмета, даже лица друзей, которые находились достаточно близко, были размыты. Если это гриффиндорцы называли оптимистичностью, то Малфой в гробу видал такой оптимизм. Ещё одна причина скорее отправиться в больницу. Может там найдутся светилы опытнее школьной лекарки.       Драко резко поднялся, ударившись тазом о столешницу, и перешагнул скамейку.       -Оу-оу, куда это ты? - вскочил за ним Блейз, а следом и остальные.       -В больницу святого Мунго. - прямо сказал Малфой.       -И каким образом? Ты ведь не видишь ничего дальше своего носа. - всплеснул руками Забини. - Ты даже не заметил свою палочку, хотя она лежала на тумбе прямо возле твоей кровати.       -Если ты не заметил, я не привык быть слепым! Но даже так, я всё равно доберусь до больницы святого Мунго, а если ты всё ещё мой друг, то можешь помочь мне сделать это быстрее. А если вы попытаетесь мне помешать, то я прокляну каждого из вас! - вскипел Малфой.       -Драко, послушай, сейчас тебе правда лучше остаться здесь. У мадам Помфри есть все необходимые лекарства, чтобы попробовать вернуть тебе зрение. - попыталась успокоить его Джинни.       -Там найдутся колдомедики поопытнее, но это не основная причина. Моя жена там сейчас совсем одна, и я должен быть с ней.       Ни у кого не нашлось, что ему возразить. Каждый бы на месте Драко пожелал бы того же, будь это его близкий человек. Так они и решили. Блейз помог Драко добраться до лазарета, чтобы переодеться и забрать палочку. Гарри рассказал им, что Гермиона сейчас находится там, и что им стоит сначала найти её, чтобы ни у кого из мед-персонала не возникло вопросов.       Когда Драко был готов, Блейз обхватил его за локоть и они вместе аппарировали. Вокруг сразу стало светлее, в нос ударил сильный запах лечебных зелий. Светлые стены святого Мунго сливались в глазах Драко в белые пятна, поэтому он часто не замечал колдомедиков в белых халатах, которые сливались с окружающим пространством. Они с Блейзом добрались до стойки, где сидела медсестра-администратор. Забини назвал ей их фамилии и попросил найти для них Грейнджер. При упоминании имени Драко, у медсестры перекосилось лицо от страха, но она всё же исполнила просьбу. Сам Драко, разумеется, этого не видел.       Гермиона появилась довольно быстро, запыхавшаяся и усталая. Она так же, как Джинни, прокомментировала состояние Малфоя, но когда тот снова отмахнулся, не стала настаивать. Она провела их по коридорам до палаты, где находилась Мария. Комната была предназначена только на одного и Драко знал, что эти палаты не для простых пациентов. Он видел только расплывчатые очертания кровати и двух колдомедиков возле, но пожелал сам дойти до неё. Оставив руку Блейза у самой двери, он неуверенными шагами двинулся вперёд. Уперевшись ногами в кровать, он осторожно присел на край и нащупал руку девушки.       Стоило ему коснуться её кожи, как по телу пробежал ободряющий разряд облегчения. Он тяжело выдохнул и попытался всмотреться в её лицо. И если бы мог, он бы увидел, что Мария выглядела здоровой. На её лице не было лихорадочного румянца, кожа была ровной, фарфоровой как всегда, волосы как-то слишком аккуратно разбросаны на подушке. Он бы мог увидеть едва заметное, очень ровное дыхание и изображение умиротворения на лице. Но он ничего этого не видел. Даже наклонившись очень близко к её лицу, Мария продолжала ускользать от его глаз.       -В каком она сейчас состоянии? - не поворачиваясь, Драко задал вопрос колдомедикам.       Оба врача неуверенно посмотрели на Грейнджер и Забини у дверей.       -Простите, сэр, не могли бы вы для начала сказать, кем приходитесь пациентке? - обратился к Драко один из колдомедиков и в его тоне слышалось лёгкое возмущение.       -Мужем. - коротко бросил ему Малфой.       -Что ж... - колдомедик смущенно прочистил горло. - Меня зовут Том, сэр...?       -Малфой. Драко Малфой. - в той же манере ответил Малфой.       Второй, молчавший до этого момента, медик выпучил глаза и от неожиданности приоткрыл рот. За время войны это имя услышали все, даже в самых отдалённых уголках страны. И даже те, кто раньше понятия не имел, кто это такие Малфои, то имя Драко теперь знал даже ребенок. Он стал почти так же известен, как Поттер или Воландеморт. Конечно, большинством его поступков нельзя было гордиться, но в конце концов всё это было ради победы.       -Что ж, мистер Малфой, состояние мисс Фейн... я хотел сказать миссис Малфой в полном порядке. Все показатели в норме и для нас настоящая загадка, почему она до сих пор не очнулась. Причин для такого состояния нет. - развёл руками доктор Том.       -Ага, не считая заклинания, которым Поттер убил Воландеморта. - пробубнил Забини.       -Он целился вовсе не в неё, Блейз. Я был бы несказанно рад свалить всё на Поттера, но мы оба знаем, что это было бы ложью. Да и Марии это не поможет. - выдал Драко угрожающим голосом, означавшим, что лучше его сейчас лишний раз не раздражать.       Драко уткнулся губами в руку Марии. Он никогда и ничего не желал так сильно, как чтобы она очнулась. Впервые он услышал обращение "миссис Малфой" не о своей матери и это так тепло и одновременно болезненно коснулось его души. Он ни разу не задумался, что теперь Мария леди Малфой, и ему было интересно, понимала ли это она. Они не успели обсудить так много вещей, у Драко в голове были огромные планы для совместного осуществления. Как же Мария могла просто взять и исчезнуть, оставив всё это несбывшимся?       Потом, никто из её родных не знал о том, что они провели брачный обряд. Если Мария не очнётся, как Драко будет всё объяснять Якову? Малфою совсем не хотелось повторять историю Алекса Фейна в семье Власова, ведь это он приехал в Россию за Марией. Можно было бы приплести сюда ещё Блейза и Бруствера, но женился на ней именно Драко, так что отвечать за всё, что с ней случилось тоже ему. Малфой сидела с закрытыми глазами, грея в руках ладонь Марии, и молил Мерлина, чтобы она очнулась. Каждую секунду он ждал, что сейчас она откроет глаза и позовёт его по имени таким мягким, невероятно уютным голосом, коснётся его лица и улыбнётся. Но каждую секунду этого не происходило.       -Драко? - тихо позвал его Блейз, робко тронув за плечо.       Малфой вздрогнул, открыл глаза и в каком-то полутрансе посмотрел на лучшего друга.       -Ты сидишь здесь почти час. Пойдём, пусть колдомедики тебя осмотрят ещё раз. - произнесла Забини.       Целый час? Драко и не заметил, как пролетело время. И ему всё ещё совершенно не хотелось покидать эту комнату. Он был готов оставаться возле кровати Марии хоть целый год, лишь бы она очнулась. Но Драко понимал, что ему предстоит переделать кучу дел и со многими вещами разобраться, так что он должен был идти. Всё ещё держа руку Марии, он наклонился и мягко поцеловал её в лоб. Еле заставив себя встать, Драко вышел из комнаты не оборачиваясь, чтобы не было соблазна остаться.       Втроём они вышли из палаты и Грейнджер провела их обратно до ресепшена. Там, познакомив слизеринцев с колдомедиком, она ушла, сообщив, что их с Гарри и Роном просят явиться в министерство для дальнейшеё дачи показаний. Грейнджер так же вскользь упомянула, что если Малфой уверен, что чувствует себя хорошо, то ему тоже стоит появиться в министерстве, сказала им не терпится поговорить и с ним. Министерские дела Драко отодвинул на второй план, пока точно не будет понятно, что ему делать со своим зрением.       Идя под руку с Блейзом за медиком, Драко чувствовал себя отвратительно от беспомощности. Он ощущал себя униженным, слабым. Малфой забыл, какого это, и не то что бы вообще хотел вспоминать. И хотя всё равно не мог ничего разглядеть как следует, Драко старался не смотреть по сторонам. Он боялся увидеть насмешки или, не приведи Мерлин, жалость. Подумать только, бывший Маршал армии Воландеморта, человек приводивший в ужас одним своим видом всю магическую Британию, теперь не мог самостоятельно передвигаться, не сшибая всё на своём пути. Его ненавистники были бы на седьмом небе от счастья видеть его таким. И, конечно, Малфой не собирался никому давать повод для подобного наслаждения.       Колдомедик по имени Эдгар Болдуин привёл их в кабинет с кушеткой, смотровым креслом и огромным количеством стеллажей с лекарствами и снадобьями. Блейз помог Драко добраться до кресла, а сам устроился на кушетке, чтобы не мешать осмотру.       -Мистер Малфой, откиньтесь, пожалуйста, на спинку и постарайтесь не моргать. - вежливо попросил колдомедик.       Драко сделал всё, как сказал врач, и тот приступил к осмотру. Он накладывал малоизвестные Малфою заклинания, выводил в воздух магические голограммы, долго и внимательно всё изучал. Взаимодействие непосредственно с глазами Драко заняло больше всего времени. Эдгар очень долго занимался изучением самих глаз и многократно менял заклинания. Затем о прошёл к столу и долго вчитывался в бумаги, на которых были отчёты о состоянии Драко, составленные мадам Помфри и колдомедиком, с которым она работала. Эдгар всё делал в молчании, вплоть до тех пор, пока не спало последнее заклинание.       -Что ж, мистер Малфой, - начал колдомедик. - из информации, переданной вашим школьным медиком и моим коллегой, я удивлён, что вы не ослепли полностью. Проклятье, применённое Тёмным Лордом должно было убить вас, не говоря об уничтожении клеток в месте поражения. То, что вы видите, пусть и размыто ни что иное, как настоящее чудо.       -Это не чудо. - мрачно сказал Драко. - Это моя жена. Она остановила проклятье и не дала мне умереть посреди школьного двора.       Колдомедик заинтересованно посмотрел на Драко и, придвинувшись чуть ближе, с любопытством спросил:       -Вы знаете, какое именно заклинание она применила?       -Позвольте на этот вопрос ответить мне, мистер Болдуин. - включился в разговор Блейз. - Всё-таки в момент чудесного спасения мистер Малфой был в полной отключке.       Драко закатил глаза, но ничего не сказал, ведь друг был совершенно прав и сам Драко не знал, что говорить. Колдомедик не стал возражать и только с большим интересом слушал рассказ Блейза. Драко и сам впервые слышал подробности того момента, когда Мария схватила его на краю смерти и отказалась отпускать на ту сторону. Он уже знал, на что способна Мария и совсем не сомневался в её могуществе, но чтобы сотворить такую магию, нужно быть чрезмерно выдающимся волшебником. Или не быть человеком вовсе. То, что описывал Блейз не было похоже ни на одну известную Драко магию, он даже не знал, с чём сравнить такое. Мысленно он снова вернулся в палату к её кровати. Как такая хрупка, нежная и беззащитная на вид девушка может хранить в себе столь великую мощь?       Она была величественная, обладала какой-то неземной красотой, в каждом её движении замечалась грация и предельная точность. Драко всегда восхищался ею, но когда в Марии открывалась её другая сторона, он, как заворожённый, замирал. В своей тёмной ипостаси Мария была смертоносной, сокрушительной карой для всех, кто оказывался у неё на пути, спасения не было ни для кого и никогда. Она словно была человеческим воплощением природы, свершениям которой никто не мог помешать. Не поддающаяся контролю, властная и вольная, даже ужасая своей сило, для Драко Мария всё так же была прекрасна. И то, что она сделала для него, что могло стать причиной её теперешнего состояния, было величайшим жестом любви и преданности для Малфоя. Поступок, который он никогда не забудет.       Драко понял, что прослушал конец рассказал Блейза, погрузившись в меланхоличные мысли о жене. Забини уже закончил рассказ о спасении Малфоя. Стало ясно, что никто из тех, кто видел это или слышал об этом не остался равнодушным.       -Похожих лечебных заклинаний даже мне неизвестно, а ведь у меня большой стаж работы и практики. - задумчиво произнёс Эдгар. - Тем не менее это не станет помехой в лечении. Я выпишу вам курс зелий и вы будете приходить сюда на физиотерапию, это должно дать улучшения вашего теперешнего состояния. По окончании этого курса будет видно на долгосрочную перспективу.       -Что ж, я совсем не против, всё равно собираюсь часто приходить сюда из-за жены. - пожал плечами Драко.       -Ваша жена находится здесь? - спросил Болдуин. - Чем она больна? Может я могу помочь.       -Моя жена Мария Фейн. - ответил Драко. Не особо рассчитывая на это, и всё же в нём загорелась крохотная надежда.       Лицо колдомедика стало серьёзным. Он прикусил губу и отвёл взгляд.       -Да, мне известно о состоянии мисс Фейн. К сожалению, я в таком же замешательстве, как и все мои коллеги. Это очень странный случай. По всем показателям и признакам она должна быть в полном порядке. Состояние комы просто исключается, у вашей жены не обнаружено ни единой травмы или отклонений.       -Ясно, всё равно спасибо, мистер Болдуин. - разочарованно поблагодарил Драко.       Получив рецепт зелий, Драко и Блейз медленно направились к выходу из больницы.       -Отправимся в Мэнор. Хочу нормально помыться и узнать, как там мама. К тому же сомневаюсь, что министерству удалось сломать защиту поместья. - сказал Драко.       Блейз согласно кивнул, ведь мракоборцы действительно уже интересовались у него, поведал ли ему Драко, как попасть в поместье, пока тот был в отключке. Выйдя из здания они аппарировали.

***

      Слизеринцы оказались в самом конце аллеи, ведущей прямо к парадному входу в поместье. Драко достал палочку и снял защитные чары со всей территории своего дома. Они неторопясь шли по насыпной дороге, слушая тишину природы. В поместье было тихо, но это молчание больше не пугало. Воздух вокруг будто стал легче, чувствовалась свобода.       Войдя в двери Мэнора Драко остановился, потянув за собой Блейза, и прислушался. Впервые за несколько лет в замке было тихо. Не было больше криков из подвальных темниц, не слышался гвал переговоров бесконечных пожирателей, не было шипения Тёмного Лорда. Малфой Мэнор снова стал самим собой. Он, наконец-то, снова ощущался для Драко домом. Опиралась на руку друга, Малфой медленно шёл к лестнице, желая поскорее оказаться в своей ванной и смыть с себя грязь сражения и дней в школьном лазарете.       Они не успели достигнуть и первой ступени, как в холле застучали каблуки и показалась Нарцисса. Бледная и изнемождённая, она вытаращилась на двух парней, будто они никак не могли оказаться в этом месте.       -Мама? - голос Драко прозвучал тихо, но эхом разнёсся по большому залу.       Миссис Малфой подбежала к сыну и схватила его в объятия, содрогаясь в рыданиях. Драко приобнял мать, успокаивая её тихими словами. Он улыбался, потому что знал, что это были слёзы её радости. Он, наконец, достиг своей цели, ради которой так долго рисковал своей жизнью, тайно работая на Орден. Он освободил свою мать от страданий и избавил от порабощения магическую Британию. Но было и то, чего он сделать не смог. То, что стало главным для него - он не сберёг Марию. И ему было стыдно сказать об этом даже своей матери.       Немного успокоившись, Нарцисса обняла и Блейза, радуясь, что оба слизеринца живы. Она даже слушать не стала о желании Драко сначала принять ванну и усадила парней обедать. Пока домовики хлопоча накрывали на стол, Драко и Блейз рассказывали ей подробности последней битвы. Так же Драко, наконец, посвятил мать в таинство своей работы на Орден. Неожиданно, но Нарцисса почти не удивилась, поскольку догадывалась, что Драко не мог просто так сдаться.       На моменте, когда Воландеморт попытался убить Драко, Нарцисса почти потеряла сознание, но вовремя подоспевшая домовиха привела свою хозяйку в чувства. С замиранием сердца Драко ждал, когда Блейз закончит рассказ и остановится на моменте настоящего времени. Когда Забини рассказывал, как Мария сражалась вместе с Поттером против Воландеморта в то время, пока Малфой был в отключке, у Драко покраснели уши. Ему не понравилось это слушать в первый раз и совсем не доставило удовольствия и во второй. Услышав о бегстве Лестрейндж, Нарцисса вновь обронила пару слезинок. Сумасшествие сестры всегда причиняло ей боль, но больше всего миссис Малфой страдала именно из-за того, что Беллатриса богоподобно верила в Воландеморта.       Когда Блейз закончил, Драко рассказал матери всё то, что услышал от мистера Болдуина, успокоив тем, что вместе со Снеггом обязательно придумает, как ему адаптироваться к нормальной жизни даже при таком зрении. Он был уверен, что крёстный найдёт или изобретёт заклинание, способное помочь ему приобрести временное зрение.       -Да, кстати об этом. - неловко протянул Блейз. - Меня так волновало, как ты отреагируешь на новости о Марии, что я совсем забыл рассказать тебе о Снегге.       -А что о нём рассказывать? - недоумевал Малфой.       -Он мёртв, Драко. - печально сообщил Забини. Миссис Малфой ахнула и прикрыла рот руками. - Воландеморт убил его в школьном сарае для лодок. Поттер был с ним в последние минуты. Ты знал, что Снегг был влюблён в его мать?       -Нет, не знал...       Гибель крёстного была действительно трагична для Драко. Он доверял Северусу, как самому себе. Возможно, Снегг был ему даже ближе отца, ведь именно ему он доверил провести обряд.       -Его ещё не похоронили? - тихо спросила Нарцисса? - У Северуса ведь совсем нет родных и было бы правильно, если бы мы занялись этим вопросом.       -Боюсь разволновать вас ещё больше, миссис Малфой, но после сражения его тело не нашли. - мрачно завершил Блейз.       Драко в полной мере ощущал горечь утраты близкого человека. Сколько же ужаса и боли принесла эта война всей магической Британии. Драко очень надеялся, что Воландеморт на том свете мучается от самых страшных истязаний. Хотя он заслуживал участи и похуже. Отвратительным был и тот факт, что его имя, увы, никак не стереть из истории, ведь вряд ли кто-то, кто прожил эту войну забудет, какие зверства он творил. И многие из них руками Драко.       -Какое горе! Надеюсь, Воландеморт будет проклят и его душа никогда не найдёт успокоения. - воскликнула Нарцисса. - Да сохранит Мерлин мистера Поттера и мисс Фейн.       Все замолчали. Каждому нужно было переварить и осознать всё, что произошло. Привыкнуть к тому, что больше не нужно прятаться и бояться смерти из-за каждого угла будет трудно, но не невозможно. Драко собирался узнать до мельчайших подробностей у Поттера всё о смерти крёстного и разыскать его тело. Если придётся, он добьётся работы с невыразимцами, но не оставит это на самотёк. В память о Северусе.       -Кстати, почему мисс Фейн не с вами? Я думала, вы...между вами... - обратилась Нарцисса к сыну, смущённо подбирая слова.       Драко глубоко вдохнул и попытался успокоится. Он снова оказался в палате у кровати Марии и почти почувствовал её руку в своей. Он не хотел о ней говорить, он хотел быть рядом каждую секунду, и ещё больше он хотел, чтобы она очнулась.             -Удерживая Воландеморта внутри его же головы, Мария попала под удар заклинания. Она в больнице Святого Мунго без сознания, врачи её обследовали и говорят, что всё в полном порядке. Почему она не просыпается - никто не знает. - начал Драко. - Случилось ещё кое-что незадолго до битвы в Хогвартсе, о чём я тебе не рассказывал ради твоей безопасности, мама.       Он поделился с Нарциссой, как впервые в нём зародились мысли, что он относится к Марии по-особенному. Как он отправил ей кольцо несколько лет назад, как он тайно спас её под носом Воландеморта, как в течении нескольких месяцев выхаживал её в своём тайном доме и как понял, что без неё его жизнь больше никогда не будет прежней. Драко поделился, что тяжелее всего ему не от того, что он потерял часть зрения, а от того, что не сберёг её.       -По большому счёту мне плевать на зрение, с этим я уж точно разберусь. Больше всего на свете я желаю, чтобы она очнулась. Каждая секунда, что её нет рядом со мной, разрывает мне сердце.       Нарцисса мягко улыбнулась и по-матерински с любовью взяла Драко за руку.       -Если ваша связь крепка и твоё желание так сильно, то она непременно очнётся. Мария истратила много сил для победы, не говоря уже о том, что ей пришлось пережить в стенах нашего дома. Дай ей время.       Драко был благодарен матери, что та не пыталась его жалеть. Она всегда делала так: находила нужные слова, которые были лучшим успокоением. Закончив с едой, Блейз взялся отвести Драко в комнату, чтобы за это время отдохнуть и самому. Они направились к лестнице, как Нарцисса бросила им вдогонку:       -И Драко, как лорд Малфой, ты можешь изменить поместье так, как тебе захочется, но прошу, сохрани хотя бы каплю традиций. И не забудь о новой миссис Малфой - расширь свою комнату.       Последняя новость явно приободрила Нарциссу, и в приподнятом настроении она удалилась из столовой, тихо напевая себе под нос. Драко невольно улыбнулся. Видеть свою мать прежней было замечательно и он надеялся, что в скором времени Нарцисса полностью оправиться от потрясений войны.       Добравшись, наконец, до своей комнаты Драко отправился прямиком в ванну. Оставив Блейза отдохнуть в кресле у камина, Малфой встал под горячую воду. Вода часто была способом расслабления, отвлечения. В любой ситуации, когда было плохо, грустно или Драко чувствовал безысходность, он всегда принимал ванну. Вода будто смывала всё напряжение, очищала разум и освобождала тело. После Драко всегда был вновь полон сил, находил новые решения да и в целом снова начинал верить, что не всё так уж плохо. И сегодняшний день не стал исключением.       Время под душем дало Драко в полной мере прочувствовать утрату Северуса, прожить эту боль. Для принятия трагедии это необходимо, и тот факт, что Драко собирался отыскать его тело, вовсе не мешал ему оплакать крёстного.       Малфой думал о многих вещах. Что ему предстоит говорить в министерстве о своей службе Воландеморту и как оправдывать всё то, что он натворил, все жертвы, все наказания. Думал и о том, что если Мария не придёт в себя, то ему всё же придётся связаться с Яковом, а сообщить ему такую новость будет пострашнее допроса в министерстве. Драко вспомнил и об отце. Блейз успел ему рассказать, что того поместили под стражу в Азкабан, где он ожидает дня суда. Когда Нарцисса узнала об этом, то отреагировала не слишком бурно, полностью принимая то, что могло ждать её мужа за все его поступки. Драко же не мог решить, что он испытывает по этому поводу и какой исход был бы для отца лучшим. Конечно, участи пленника Азкабана не пожелаешь никому, но лёгкая встряска Люциусу не помешала бы, а возможно пошла бы на пользу по части перевоспитания. Да, мистеру Малфою этого однозначно не хватало. Пересмотреть приоритеты.       По крайней мере для Люциуса это всё ещё было возможно, в отличии от Алекса Фейна. Алекс Фейн так же находился в Азкабане, но уже осуждённый на пожизненное заключение. В прочем, мало кому из пожирателей удалось избежать подобной участи. Таких как Яксли, Макнейр или Крэбб приговорили к поцелую дементора. Мистера Фейна от этого спас только тот факт, что он не сразу присягнул Тёмному Лорду да и активного участия в войне не проявлял, ведь все его действия были совершены лишь с целью найти дочь.       Драко думал о смерти. О той, что уже случилась. Сколько погибло в этой битве? Наверняка больше, чем за всю войну. Следовало узнать у Поттера, когда пройдут похороны. Как уже было известно Драко погибла вторая сестра Патил, Оливер Вуд, Найджел Уолпер, Римус Люпин и кузина Тонкс. Не меньшим потрясением для Драко была смерть Фреда Уизли. Драко стало невероятно жаль Джинни Уизли. Когда они встретились после его пробуждения, он даже не заметил в ней каких-то перемен, хотя она потеряла родного человека. Выдержка у этой гриффиндорки была что надо.       Закончив с ванной, Драко призвал Рини. Та помогла ему одеться и привести в порядок растрепанные сушкой волосы. По привычке Малфой встал перед зеркалом, чтобы подытожить свой внешний вид, но растерянно замер. Он забыл, что теперь видит мир только в размытом виде и самостоятельно точно оценить, как он предстанет в министерстве было невозможно.       Он развернулся к Блейзу и раздражённо спросил:       -Как я выгляжу?       -Весьма сносно. - весело ответил Забини. - Я бы оделся более невинно, с учётом того, что тебе будет предъявлен ряд обвинений, но эта одежда вполне в твоём стиле.       Недовольно дёрнув губой, Драко всё же стал ощупывать свою одежду. Он старался понять по ощущениям, как же выглядит его наряд, но получалось плохо. Вдруг слабый импульс коснулся его головы. Драко ощутил лёгкую вибрацию в висках и в его воображении стала проявляться картинка по тем линиям, где были его руки. Он увидел строгий пиджак, рубашку и жилет с серебряной цепью, аккуратно повязанный галстук, остроносые туфли и идеально выглаженные брюки. Весь от был в чёрном и фасон, какой бы он сам выбрал. Да, домовиха Рини знала его предпочтения очень хорошо.       Драко распахнул глаза и в восторге уставился на Блейза.       -С тобой всё в порядке? - осторожно поинтересовался Забини, сбитый с толку такой резкой переменой друга.       -Я вижу, Блейз! Я увидел, как выгляжу!       Блейз недоверчиво покосился на Малфоя, решив, что тот от горя и потрясений мог слегка повредиться умом.       -Это магия! Моё волшебство будто желает адаптироваться под моё состояние и... не знаю как это передать, но в голове появилось изображение, как если бы ты видел очень чётки сон. - возбуждённо рассказывал Малфой.       -Это интересно. - заинтересованно протянул Забини. - Один раз я испытал похожее, когда мы с Марией пробрались в Брайтон. Она транслировала нам в головы то, что происходило за стеной. Именно так мы смогли увидеть эксперимент над Патил.       Это удивило Драко ещё больше. Значит, Мария тоже могла это делать даже с нормальным зрением? Выходит, это лишь неизвестные им способности волшебства, потенциал, который можно раскрыть? Малфою захотелось узнать об этом больше. Стоило при случае заглянуть в закрытую секцию библиотеки Хогвартса. Там наверняка найдётся что-то стоящее.Интересно, в каком возрасте Мария всё это узнала?       Без лишних разговоров слизеринцы вошли в камин в гостинной и вышли уже на другом конце каминной сети, в министерстве. По обыкновению, здесь было людно. Но прошло всего несколько дней после свержения Тёмного Лорда и люди ещё были слишком тихими и напуганными. Они ещё не успели привыкнуть к тому, что больше не нужно бояться быть обвинённым в мятеже или скрывать своё происхождения. Со временем темп жизни станет прежним, но, к сожалению, вряд ли прежними смогут стать люди. Раны этой войны когда-нибудь затянуться, возможно перестанут болеть, но шрамы останутся навсегда.       Драко шёл по главному коридору министерства, легонько направляемый Блейзом, и ему было ещё более неловко, чем в Мунго. Он по-прежнему не мог чётко видеть, но зато он прекрасно слышал, как перешёптывались все вокруг. По размытым силуэтам он понимал, что многие расступались перед ним, стараясь убраться с его пути. В этом шёпоте волшебники были откровенно не довольны, что правая рука Тёмного Лорда свободно разгуливает на свободе. Наверняка по мнению большинства самое меньшее, чего он заслуживал, это поцелуй дементора.       На больших полотнах, где когда-то красовалось изображение самодовольного Корнелиуса Фаджа и лозунги министерства, теперь всплывали фотографии и имена тех, кто погиб в этой ужасной войне. И если бы Драко мог видеть как прежде, то непременно бы остановился, когда появилось лицо сначала Фреда Уизли, затем Люпина и Тонкс. Знакомы лица всё продолжали всплывать на полотнах, но видел это только Блейз. Он видел, как друг был напряжён, и не стал ему говорить об этом.       Пока они с Забини поднимались в отдел мракоборцев, Драко встряхнулся, вспомнив, что его мало когда волновало чужое мнение. Куда важнее было мнение близких ему людей, но никак не общества. Из-за появившегося недуга он подрастерял свою уверенность, ведь раньше у него было слишком мало уязвимых месть, так что ему пришлось напомнить самому себе, что он - лорд Драко Малфой, наследник древнего рода волшебников, до недавнего времени самый опасный колдун в стране, и уж точно не ему стоит чего-то смущаться и тем более страшиться. Он совершенно точно не собирался никому причинять вред, но и вытирать о себя ноги никогда не позволит.       Уже идя по коридору до нужного кабинета, Драко подумал, как бы всё складывалось, будь Мария сейчас в сознании. Знала бы она, как вернуть ему зрение? Чувствовал бы он землю под ногами твёрже, если бы рядом был не Блейз, а она? Было бы Драко важно её мнение о том, как относятся к нему окружающие? Не считая первого пункта, Драко был уверен во всём. И не смотря на то, что именно его желанием было защищать и всегда быть рядом, Мария нужна была ему не меньше. В голове вновь всплыл вид его жены в больничной кровати. Там она показалась Драко ещё меньше, чем была на самом деле. Было ощущение, что она вот-вот растает, исчезнет с этой кровати, и от того в Драко ещё больше проявлялась потребность в ней. Ему казалось, что он просто не знает, как сможет жить в мире, где не будет её.       В кабинете уже сидели Поттер и Кингсли. Рядом стояли ещё трое мракоборцев.       -Мистер Малфой, мистер Забини, рад, что вы наконец-то смогли почтить нас своим присутствием. - холодно поприветствовал их невысокий мужчина со смешными изогнутыми усами. - Моё имя Джейден Барнс, это Льюис Палмер и Нейт Роджерс. Нам поручено провести ваш допрос. Прошу присаживайтесь, это займёт некоторое время.       Так как Поттер и Бруствер сидели на стульях чуть поодаль, было ясно, что Драко и Блейзу предлагают занять места за столом для допроса. Следующие пару часов Драко вменяли обвинения в пособничестве самому опасному преступнику столетия, в попытке завоевания страны и подрыве установленных политических режимов, в убийствах, преследованиях, гонениях и пытках, а так же в руководстве запрещёнными экспериментами над людьми. Драко не пытался выглядеть лучше, чем был на самом деле. Он сухо и по факту отвечал на все предъявленные обвинения, спокойно реагировал на вопросы о подробностях, сохраняя абсолютную выдержку. Очень помогали комментарии и добавления Поттера и Бруствера. Так же их показания в защиту Драко сыграли большую роль.       -Что ж, если вы готовы оказать содействие следствию, предоставить поместье Малфой Мэнор на обыск и если ещё хотя бы пара членов сопротивления подтвердит сказанное мистером Поттером, то мы ограничимся запретом на покидание страны до окончания всех разбирательств о событиях, произошедших за последние три года. - подытожил мистер Барнс. Он совершенно не старался скрыть свою откровенную неприязнь к Драко, но было понятно, что он человек чести, а значит всё будет сделано, согласно фактам.       -Не имею ни единого возражение, сэр. - спокойно ответил Малфой.       Слизеринцы вышли из кабинета вместе с Поттером. Бруствер остался с мракоборцами для обсуждения дальнейших действий министерства. Он был назначен временным министром Магии, но что-то подсказывало Драко, что он может задержаться на этом посту гораздо дольше. В конце концов это не было плохой идеей, ведь Кингсли был честным и преданным человеком, который всегда действовал справедливо.       -Мне показалось, что этот Барнс как-то особенно тебя ненавидит. - обратился Блейз к Драко. - Я понимаю, тут многие от тебя не в восторге, но от него так и чувствуется аура невыносимого желания задушить тебя своими руками.       -Его родного брата убили пожиратели, когда узнали, что он полукровка. - сказал Гарри. - Его отец магл, а мать единственная волшебница в семье. У пожирателей были все основания преследовать его семью.       -Тогда я не могу винить его в ненависти. - ответил Драко.       -Я почти восхищён, Малфой. - Поттер похлопал его по плечу. - Ты был настолько спокоен, что я даже решил, будто тебе совершенно наплевать, что они запросто могу упрятать тебя в Азкабан.       -За пару лет жизни двойного агента невольно учишься скрывать любые эмоции, которые могут тебя скомпрометировать. - сказал Малфой.       -Полезный навык. - согласился Гарри. - Мне бы иногда тоже не мешало жёстче брать свои эмоции под контроль.       -Я хочу наведаться в школьную библиотеку и мне не помешает ваша помощь, если вы не возражаете. - скромно для своей обычной манеры общения сказал Малфой.       Возражений не было. Втроём они шагнули в камин и совершенно не удивились, что оказались в кабинете директора. Комната выглядела очень серой. В последнее время она, конечно, резко отличалась от того, что когда-то было при Дамблдоре, и всё-таки даже в сравнении с этим она была совершенно другая. Как будто комната могла знать, что осталась без хозяина.       -Я собираюсь настаивать на том, чтобы здесь повесили портрет профессора Снегга. - вдруг тихо сказал Гарри.       Драко удивлённо уставился в его сторону, но внутри радостно дрогнул. Он сам хотел ходатайствовать об этом, но понимал, что процесс будет долгий и не простой.       -Раз уж ты заговорил о нём, хочу узнать, как именно он погиб.       По выражению лица Поттера было ясно, что эти воспоминания причиняют ему боль, однако выполнил желание Драко. Он имел право знать, как умер его крёстный.       -Воландеморт решил, что бузинная палочка слушалась Снегга, ведь именно он убил Дамблдора, вот только Том понятия не имел, что тем, кто обезоружил Дамблдора был ты.       -А затем ты обезоружил меня, когда мы впервые пересеклись на Гриммо. - закончил за него Драко.       -Верно. - согласился Поттер. - Воландеморт думал, что убив Снегга, палочка полностью подчинится ему, но смерть профессора оказалась напрасной. Реддл приказал Нагайне убить Снегга, но после окончания битвы я не нашёл его тела там, где оно оставалось.       -Мы должны попытаться найти его. - помолчав, сказал Драко. - Кроме нас сделать это некому.       -Я предполагал, что ты захочешь это сделать, и собирался предложить тебе свою помощь. Но раз ты сам предлагаем, я конечно же помогу всем, чем смогу. - радостно согласился Поттер.       Возникла неловкая пауза. Возможно впервые Малфой и Поттер собирались объединиться для какого-то дела и это было очень непривычно для них обоих. Ситуацию разрулил Блейз.       -Что ты хотел сделать в библиотеке?       -Думаю, раз один раз мне удалось передать с магией то, что очерчивали мои руки в виде картинки, то думаю этот навык можно прокачать и дальше. Раз Мария могла видеть сквозь стены, то думаю что-то подобное и мне под силу. - ответил Драко, идя на голос друга к двери.       Пока они проделывали путь от кабинета директора до библиотеки, рассуждения о задумке Малфоя не прекращались.       -После того, что я видел сомневаюсь, что то, что может Мария доступно каждому. - покачал головой Поттер. - Честно говоря я сомневаюсь, что это вообще кто-то ещё может.       -Сегодня перед приходом в министерство я чётко увидел, как выглядит моя одежда в своей голове. - настаивал Драко. - Значит, если мои магия и тело способны на такое, то можно это как-то прокачать, усилить волшебство.       Замок был полупустой. Мало кто захотел оставаться здесь надолго: слишком много травмирующих воспоминаний оставила та ночь. Большинство и тех, кто встречался им на пути были мракоборцы и невыразимцы. И те и другие с недоверием бросали взгляды на Малфоя, но предпочитали ничего не говорить, ведь он был в компании Гарри Поттера. Из студентов встречались только те, кто был и в сопротивлении. Им встретился Невилл, который спешил из лазарета в школьные теплицы за ингредиентами для лечебных зелий. Он поинтересовался, как все трое себя чувствуют и узнав, что Малфой всё-таки потерял зрение пообещал, что обязательно поищет способы лечения в своих книгах о медицинской травологии. Драко это мало обнадёжило, но он поблагодарил Долгопупса, ведь был приятно удивлён, что даже тот, кого он когда-то задирал в школе, принимал во внимание его вклад в войне и оставил прошлые обиды.       В библиотеке не было никого, кроме мадам Пинс и домовых эльфов, помогающих ей наводить порядок после потрясений в школе. Библиотекарь поприветствовала бывших студентов и больше ничего не сказала. А ведь раньше она обязательно бы напомнила о правилах посещения и поведения в библиотеке. Война изменила и её.       Они сразу направились в запретную секцию, ведь было ясно, что магия достаточно древняя, чтобы искать о ней в этом отделе. Разложив на столе всевозможные книги по волшебной медицине, молодые люди принялись за изучения. Точнее занялись чтением только Поттер и Забини, Драко оставался слушателем. И, конечно, таким образом дело двигалось не слишком быстро. В конце концов было применено заклинание вещания и каждый из парней смог заниматься книгой по-отдельности. Они занимались поисками, пока солнце совсем не скрылось за лесом. У Драко оставалась последняя книга. Он взмахнул палочкой и заклинание огласило заголовок:       -Салазар Слизерин. Биография волшебника.       Парни замерли, уставившись друг на друга.       -Кто принёс эту книгу? - спросил Гарри.       -Не я. - сразу отреагировал Блейз.             -На меня даже не думайте. - ответил Драко, указывая на свои глаза.       -Давайте отнесём её мадам Пинс, она уберёт её на место. Может, это чья-то шутка? - предположил Блейз.       Поттер и Забини выглянули из-за стеллажей и огляделись. В библиотеке кроме них, мадам Пинс и домовиков, которые так же занимались своими делами и близко к парням не подходили, по-прежнему никого не было.       -У меня есть безумное предположение. - вдруг сказал Гарри. - Когда-то Дамблдор сказал мне, что в Хогвартсе тот, кто нуждается в помощи всегда получает её. Если никто из нас не приносил эту книгу, а больше здесь никого нет, то вдруг это сам замок подкинул нам её.       Раньше Драко покрутил бы у виска, назвав Поттера и Дамблдора чокнутыми, но за последние годы он видел слишком много, чтобы вот так отмахиваться от предположений.       -В любом случае мы ничего не потеряем, если прочтём эту книгу. - пожал плечами Малфой.       Они остались с Блейзом вдвоём - к Поттеру прилетел патронус от Бруствера с просьбой появится в министерстве как можно скорее. Блейз дочитывал свою книгу, а Драко продолжил слушать историю Слизерина. Основные факты были ему давно известны из учебника "Хогвартс. История.", но когда дошло до рассказа о наследниках слизерина, открылось много информации, которую Драко слышал впервые.       История рода Слизерина уже подошла к концу девятнадцатого века, где Драко уже почти засыпал. Блейз и вовсе сидя лежал за столом, так и не дочитав последнюю книгу.       -Ноктуа Мракс не разделяла взглядов своих родственников о тёмной магии. До конца жизни она занималась поиском доказательств, что Салазар Слизерин был не только идеологом чистой крови, но и великим волшебников. Её останки были обнаружены в скриптории Слизерина в Хогвартсе её племянников Оминисом Мраксом. - вещала зачарованная книга. - Оминис Мракс, как и его тётя, отказывался использовать тёмную магию и не разделял многие взгляды семьи. Оминис родился слепым и с раннего детства его магия была его глазами. С её помощью он мог видеть многое из того, что его окружало. С появлением волшебной палочки всё стало гораздо проще: она задавала ему направление в движении, показывала что и как выглядит вокруг него, была его постоянными глазами. По мере взросления мальчика, его волшебство само подстраивалось под физические особенности Оминиса, прогрессируя по мере необходимости самостоятельно. Из-за своей слепоты Омиинис часто попадался в ловушки своего старшего брата - Марволо Мракса, который часто издевался над ним и тренировался использовать круциатус на нём.       Драко подскочил, как облитый ледяной водой. Он просто не верил в то, что только что услышал. Вероятно, Поттер был прав и книга попала к ним для решения его проблемы не случайно. Малфой затряс Блейза за плечи, желая разбудить друга как можно скорее и поделиться найденным. Повторив последние строки, Драко самодовольно уставился на друга.       -Просто поразительно, как тебе чёртовски везёт. - радостно всплеснул руками Блейз.       Разложив по местам все книги, слизеринцы покинули библиотеку. Драко попросил друга составить ему компанию и пройтись по школе. Хоть он по-прежнему не видел, Драко ощущал стены Хогвартса, его залы, движения лестниц. Они заглянули в класс зельеварения. Драко неспеша прошёлся вдоль столов с чистыми котлами, мимо стеллажей со склянками и ингредиентами для зелий, дошёл до преподавательского стола. Тяжесть утраты крёстного тяжело сковало лёгкие. Было больно вздохнуть. Малфой провёл рукой по шершавой столешнице, со счастливой грустью вспоминая, как проводил здесь урочное время. Он вспомнил Северуса, хмурого и недовольного за этим столом, что-то прытко пишущего на пергаменте. На его уроках всегда стояла мёртвая тишина. На первом курсе кто-то подшучивал, что другой и быть не могло, раз их преподаватель может "закупорить смерть".       Они продолжили свою маленькую прогулку по школе в саду. Драко любил в нём только одно место - отдалённую скамейку на краю сада с видом на Чёрное озеро. Он подошёл очень близко к краю и глубоко вздохнул. Не смотря на невероятно длинный и совсем не простой день, Малфой впервые за долгое время чувствовал себя на столько спокойно. Его глаза были обращены к широкому горизонту, куда уходило озеро и его нисколько не смущал тот факт, что он совсем не видел. Ведь даже если бы зрение вернулось, то темнота вечера не позволила бы ничего разглядеть.       Драко развернулся и сел на свою любимую скамейку. Он много времени провёл здесь в свои последние учебные годы. Время, когда он только стал Пожирателем Смерти было одним из самых мрачных периодов его жизни. Драко помнил, как впервые начал осознавать, что грядёт за смертью Дамблдора. Тогда он мучился собственными сомнениями, которые разрывали голову от нерешительности. Он помнил, как впервые сидя на этой самой скамейке рыдал, когда увидел мёртвую птицу в исчезательном шкафу. Ему казалось, что душа вот-вот разорвётся на части, ведь никогда прежде он не причинял живому существу физического вреда. Он вновь вздохнул.       -Знаешь, кажется, Марии тоже понравилось это место. - сказал Блейз, и когда Драко удивлённо посмотрел на него, добавил: - Пару раз она приходила именно сюда, пока находилась в Хогвартсе.       Драко улыбнулся. Эта деталь была не более, чем совпадением, но всё же ему было приятно это знать. Они ещё немного посидели в саду школы, а затем Блейз доставил Драко домой. Забини не стал задерживаться в Мэноре, ведь ему тоже стоило вернуться в своё поместье.       Малфой поднялся в свою комнату, ужасно уставший, но дальше порога ступить не успел.       -Хозяин Драко! - воскликнула домовиха и бросилась к его ногам. - Рини так волновалась за вас! Рини никак не могла вас найти, совсем сбилась с ног. И нельзя было надолго оставлять поместье, сэр, ведь сэр приказал Рини следить за миссис Малфой, сэр. А потом господин Блейз сказал Рини, что вы потеряли зрение и Рини так винила себя, что не смогла вас защитить! Рини прижгла себе уши утюгом, чтобы хоть немного разделить с вами эту утрату!       Драко попытался её успокоить, но зная, что это бесполезно, прошёл и сел на кровать. Эльфийка рыдала, схватившись за свисающий с кровати край одеяла, и улыбалась сквозь слёзы.       -Всё в порядке, Рини. - слегка растерянно произнёс Драко. За все годы своей жизни он так и не научился успокаивать домовиху. - Тебе не нужно было калечить себя, я говорил это уже много раз. К тому же я уже почти решил проблему потерянного зрения.       -Правда, сэр? О, Рини так счастлива, господин Драко! - восклицала Рини, раздавшись новой порцией рыданий.       Отправив домовиху из комнаты, Драко откинулся на подушки. Он повернул голову и вспомнил то единственное утро, когда проснулся в кровати не один. Ему вновь остро захотелось ощутить Марию рядом. И даже если не касаться её, то хотя бы просто чувствовать её присутствие. Здоровую, живую, сильную. Усталость дня силой закрывала ему глаза, но перед тем, как заснуть, Драко пообещал себе, что непременно будет надеяться, что Мария обязательно очнётся.