Дневник черепа Рихтера

      3 Октября / 8:00       Это бестолковое существо — моя хозяйка, владелица или как там… О! Собственник! Спит без задних ног. Будильник на телефоне был выключен отточенным движением пальца даже без участия головного мозга. Рефлекс! Я бы, конечно, разбудил, куснул по дружески за пятку, но… в силу сложившихся обстоятельств ничем не могу помочь: уже два года, как мёртв. Поэтому остаётся только вздыхать.       Ну, наконец-то! Мы, кажется, зашевелились. Видимо, в этом несуразном организме, где-то глубоко внутри ещё тлеет огонёк совести и зачатки ответственности. Вот только поздно, барышня. Вы уже капитально не успеваете. Злорадствовать, конечно, нехорошо, но… Сейчас начнутся такие гонки по вертикали, что грех не порадоваться хоть какому-то развлечению.       Да! Свершилось! Доброго тебе утра, соня!       Жаль, что она меня не слышит, а то, думаю, оценила бы иронию пожелания добра утром в понедельник, потирая ушибленный о спинку кровати локоть.       Фу! Как же грубо! Ты же девушка! Хозяйка поприветствовала начало нового дня словами: «Блять! Проспала!»       Заржал бы, если бы мог. Это ведь так удивительно, правда? Никогда такого не было, и вот опять!       А теперь барабанная дробь: и-и-и… понеслось!              Ну вот! Что я говорил? Заметалась электровеником по комнате. И на кой ты ищешь свои брюки в шкафу? Ты их туда убирала в пятницу? Ага, конечно, и свитер тоже там. Вот умора. Думаешь, они там материализовались за ночь?       Второй носок под кроватью! Первый ищи сама, я не в курсе. Ты вчера прискакала в одной кроссовке. Могу только предположить, что первый остался в другой кроссовке, в коридоре.       Бинго! Штаны найдены! Квест «Дети понедельника» пройден на двадцать пять процентов. Ты даже, возможно, ещё успеешь вовремя выскочить из дома. Правда, при условии, что вспомнишь, куда кинула ключи от машины. Что вряд ли, потому что ты их просто швырнула на книжную полку, не отлипая от телефона.       Нашла носок? Умница! Поздравляю! Только разогнулась зря: кроссовок тоже под кроватью. Стоило поискать получше.       Смешная. Чайник включила. Не успеешь и опять обожжёшь язык.       Красивая у меня, однако, хозяйка: в брюках, одном носке и лифчике. Сходила бы, что ли, так на работу хоть раз. Точно произвела бы фурор.       Да боги! Свитер висит в сушке, бестолочь! Сама же его вчера после стирки развешивала, чтобы не помялся. Эх… Убежала. Видимо, вспомнила. Ну, с другой стороны, заодно умоется.       О, таки обожглась. Ну что за растяпа? И как только выживать умудряется со своей-то рассеянностью?       Бежит сюда… Осторожней! Кровать! Поздно… Здравствуй, свежий синяк на ноге.       Эй! Ну вот, нет! Убери кружку подальше от клавиатуры и от меня заодно! Её замкнёт, а меня оттереть не успеешь! — Утречка, Рихтер! — Улыбается. А всё-таки хорошая она у меня. Бестолковая, конечно, но добрая. Не забыла. И рукой провела, погладила… Приятно. Ну и что, что я череп. Ласка даже мёртвому псу приятна. Эх… Улыбнулся бы ей или лизнул тёплую ладошку… Да жаль, языка давно нет. Печально. — Пока, я на работу! Не скучай!       Убежала… И тебе — пока… Удачного дня, я буду ждать.