картинное дело

Оливер проснулся ранним утром, как и должен был для встречи с Пьером. Детектив был, несомненно, рад после портрета, и рад тому, что у него появился новый друг. В спешке одевшись и приняв все ванные процедуры, Оливер вышел на улицу, где было еще прохладно и темно, только-только должен начаться рассвет. Уже спокойными шагами брюнет направлялся к бару, где сначала должен был встретить его Пьер. -Доброе утро, мой дорогой друг. — с этими словами Пьер подошел к Оливеру, как только он зашел в бар. Двое парней заказали стакан холодного пива, «для разогрева», а следом планировали направляться к Пьеру, за обещанной кружкой чая. — рассказывай, как у тебя дела? -Дела у меня хорошо, Пьер. — с ответной улыбкой проговорил Оливер, поправляя выбившиеся локоны волос с укладки. — А у тебя как? Чем занимался в мое отсутствие? -Да ну тебя, тебя не было в моей компании всего несколько часов. Что могло измениться? — Пьер засмеялся, но у него был вид, словно он хочет что-то сказать. -Кто тебя знает? Мы ведь знакомы всего неделю. -Ты прав, но все-таки. Даже логически не могло ничего произойти.- Пьер как всегда улыбался.- видишь ли, Оливер, я хотел рассказать тебе о чем то важном. К тому моменту уже принесли два бокала пива с идеально круглым куском льда, куском лимона и солью. Попивая свои напитки, Пьер рассказывал Оливеру о том, что хотел, а брюнет в свою очередь внимательно слушал. -Видишь ли, я назвал тебе мое прозвище.- Пьер сделал виноватый вид.- мое настоящее имя- Мишель Художник произнес это так, чтобы никто не слышал, поэтому Оливер принял это за очень секретную информацию, которую он расскажет лишь в случае необходимости. Следом брюнет просто молчал, но он не злился и ничего не думал плохого про Мишель. Это ведь всего лишь то мера предосторожности, только непонятно от чего. -Ты на меня злишься? — Пьер был жалостен. -Нет, из-за чего же? У меня нет причин на тебя злиться. — Оливер сказал это искренне, а художник с облегчением выдохнул. Допив бокалы, парни вышли направились в сторону дома Пьера, смеясь с шуток и рассказывая истории. Сами того не замечая, они пришли к месту назначения. Пьер с нескольких раз попал в дверной замок, так как из-за слез, вызванных смехом, не увидел дверной замок сразу. Заперев дверь с внутренней стороны, Мишель приглашал Оливера снова пройти в комнату, в которой они были вчера. -Я не дорисовал несколько деталей, а для меня это очень важно. Ты меня понимаешь, надеюсь.- Пьер неловко улыбнулся. -Конечно понимаю, да и сам не против посидеть некоторое время. За тобой очень приятно наблюдать.- Оливер пофлиртовал с художников, улыбаясь и явно намекая на то, что он к нему неравнодушен. -Приму это, как за очень хороший комплимент.- Пьер ничего не выражал в глазах. Было непонятно, намек оскорбил его, либо поднял настроение, либо же это взаимно. Абсолютное ничего и это для Оливера было в новинку. Сев на стул, Мишель подал ему кружку чая, и на вопрос можно ли двигаться, Пьер положительно кивнул. Это было странно, так как в основном всегда требовалось не двигаться, но Оливер не обращал на такие детали никакого внимания. Главное, что он был рядом с ним и возможно, сегодня его поцелует. Художник сел за мольберт, взял кисть и мокнул почему-то в красную краску. Красных оттенков не было, но все-таки, это снова та деталь, которая не интересовала Оливера. Но только был один момент. Через несколько секунд Мишель с такой злостью и ненавистью провел по холсту красную линию, что и описать невозможно. У Оливера сразу же заболело сердце, оно словно сбавливало темп сердцебиений, было очень странное ощущение. Но, как ни странно, Оливер это предчувствовал, и он не волновался на этот счет. Детектив, проигравший в этой битве, встал из своего места и направился к художнику. Пьер уж планировал отойти, но к нему в объятия бросился Оливер, чтобы задержать. В следующие секунды Оливер поцеловал Пьера в губы, так сладко и страстно их сжимая своими и облизывая нижнюю губу. Это словно награда за всю прожитую жизнь Оливеру, но и явное раздражение Мишель, которое он терпел. Хоть Оливер и был в сознании, но он уже через минуту лежал один в запертой комнате, ощущая сырость пола и вспоминая все моменты в своей жизни, где он ни разу не выигрывал, он наблюдал за рассветом красно-оранжевого солнца, отдавающегося такого же расцвета лучами, попадающие в комнату. Вот так прожил Оливер свои последние секунды жизни. Брюнет не мог не улыбнуться, когда услышал за дверью сирены полиции, выбивание двери и крики художника. Он не зря все это время ходил в агентство, все докладывал как есть и скрывал незначительные детали. Он выиграл, но пожертвовал ради этого выигрыша жизнью. -Это того стоило. — слова были сказаны сухо, без воздуха, но эти слова застал один из сотрудников, которым являлась Риквелл. Они были сказаны без воздуха и безжизненно, сразу напоминающие о том, что он мертв. Все последующее он уже не видел и не слышал, не чувствовал, умерев со спокойным состоянием, лишь задыхаясь в своей собственной беспомощности в тот момент. Дело было раскрыто. Даже узнали настоящее имя Пьера и назначили ему смертную казнь за убийство несколько сотен людей таким странным способом. Ученые даже не стали разбираться в его способности и просто пустили все на самотек, отдавая все полиции. Оливер был похоронен рядом с Джимом, и каждый месяц на его могилу клали цветы, ухаживали и не забывали о его подвиге. Хоть и для этого была слишком большая цена, но детектив был явно этим доволен, оставив за собой при жизни только улыбку и гордость за свое существование.