Лето
1 ноября 2022 г., 08:08
Лето
А лето началось с неприятных известий. На второй день каникул в «Ежедневном Пророке» вышла большая статья, с кричащим заголовком: «Гарри Поттер — убийца». Статья была за авторством Риты Скиттер и в мельчайших деталях описывала все произошедшее в том безлюдном коридоре. Амелия Боунс рвала и метала: как могла эта информация, да еще в таких подробностях попасть к журналистке? Ни с кем из детей она не встречалась, сотрудники были под Обетом, даже Дамблдор не знал всего. Зато Дамблдор, был единственным, кто знал, что Квирелл «носил» в себе Волдеморта. Но эту информацию он никому докладывать не собирался, статья была ему на руку, даже делать самому ничего не пришлось. Однако и он задавался вопросом, откуда Скиттер нарыла эти факты. Впрочем, сам мальчик отнесся к этому равнодушно, лишь пожал плечами и сказал: — Так я же его и правда убил. И возразить на это было нечего, а что при самозащите, так это дело другое. В статье об этом тоже упоминалось, только очень коротко и невнятно. Поэтому впечатление складывалось, что злобный Поттер напал на преподавателя ЗоТИ и сжег его. Разумеется в это мало кто поверил, но были и такие. Девочки поначалу встревожились: уж слишком равнодушно Гарри отнесся к произошедшему, но путем осторожных распросов быстро выяснили в чем дело. Он просто испугался, причем за них, а не за себя. Подумал, что они будут следующими жертвами, вот и получилось то, что получилось. А равнодушие? К смерти дети относятся по-другому: тут либо сразу истерика, либо, если первый шок прошел, то потом он не вернется. Поэтому мальчик вполне жизнерадостно играл с подругами и не вспоминал о произошедшем. Да и помнить-то нечего было, он даже не видел, как Квирела охватило пламя. А слова — это всего-лишь слова. На следующий день в газете вышла очередная статья, на этот раз интервью с сотрудником ДМП, где, по сути, рассказывалось то же самое, только акцент делался на нападении преподавателя на учеников. Вот после этого, встревоженные за своих отпрысков родители, зашевелились. И завалили директора гневными письмами и жалобами. Хотя Дамблдор их не читал, еще чего. Отправил все разом в камин, да и вся недолга. Будет он еще на всякую ерунду отвлекаться. Его больше заботило то, что Пророчество каким-то чудом оказалось истинным, хотя это еще нуждалось в дополнительной проверке, вот только где сейчас Волдеморта искать, а значит Поттером заниматься придется. Поэтому он вновь вернулся к старым планам, только решил не усложнять и без того «неустойчивые» конструкции: чем проще — тем надежнее.***
— И вы тут живете одни? — недоверчиво спросил Драко, когда за весь день ни разу не увидел никого из взрослых. — Не совсем, — ответил Гарри, который показывал блондину его комнату, — у нас есть воспитатели, но мы нечасто с ними видимся. — Везет, — завистливо вздохнул тот, его-то с утра до ночи муштровали, если не отец и не мать, так те же воспитатели, — а у меня ни минутки свободной нет. — Нам нравится, — кивнул брюнет, — а с учебой у нас и так неплохо получается. — А что девчонки? — задал не совсем понятный вопрос Драко. — В каком смысле? — не понял его Гарри. — Ну, целовался уже с кем-нибудь? — с интересом спросил Малфой. — В ухо дам! — пригрозил Поттер. — Любопытный какой! — Да я просто спросил, — пошел на попятную тот. А Гарри задумался: ни о чем таком он даже не помышлял, после того самого памятного разговора, что еще рано. Хотя ему было приятно возиться с девочками, когда они в шутку заваливали его на кровать. Или обнимать их перед сном. Или целовать щечки по утру. Но все это было, как само-собой разумеющееся. А вот после вопроса блондина вспомнил пухлые ярко-алые губы Панси, нежно-розовые тонкие губы Дафны и Сьюзен, и ему стало внезапно интересно, а какие они на вкус? Он не был дураком, да и девчонки особо не скрывали, для чего они тут. Вот только была другая проблема: их трое, а он один, да и как выбрать? За год он уже привык, что они постоянно рядом и даже не представлял одну без другой. Подросток вздохнул: самым разумным решением было бы поговорить с ними, но сейчас он боялся. Боялся обидеть глупыми вопросами, боялся, что его заставят выбирать, да и присутствие Малфоя в такой момент было явно лишним. На следующий день, за завтраком, Гарри выглядел мрачным и не выспавшимся, но девочки расспрашивать ни о чем не стали, их тоже смущало присутствие Драко, даже Панси, по «протекции» которой тот сюда попал. День прошел как обычно, но блондин тоже дураком не был и видел, что тут он явно лишний. И как бы ему ни хотелось остаться еще на денек, после чая исчез в зеленом пламени камина, решив, что допытает Поттера в Хогвартсе. Там, во всяком случае, было меньше шансов, что Гарри полезет махать кулаками. А девушки сразу взяли Избранного в оборот. Тот упрямиться не стал и все рассказал, включая разговор с Драко. Собственнно, ни одна из них ничего не имела против поцелуев, тем более с Гарри, а потому долго не раздумывали. Не сказать, что все прошло гладко, опыта ни у кого из них не было, но понравилось всем четверым. Правда девушкам понравилось сильнее, парнишка больше испытывал удовольствие от более тесного контакта с подругами, чем от самих поцелуев. А вот девчонки слегка возбудились: чувство было новое, но приятное. И ночью собрался девичий совет. — Да, Сьюзен, ты была права, — с легкой печалью в голосе сказала Панси, — ему и в самом деле пока не интересно, а у меня чуть ноги не подкосились. -Угу, — согласилась Дафна, — но удивительного в этом ничего нет, даже если не учитывать возраст. Он же только в себя приходить начал, после своих маглов. — Да уж, — кивнула Сьюзен, — хоть ребра немного торчать перестали, а то был скелет скелетом. — Ну, значит спешить пока некуда, — пожала плечами Паркинсон. — Да мы вроде и не спешили, — удивилась Гринграсс, — погоди еще, через годик прятаться от него будешь. — Это почему? — полюбопытствовала Боунс. — Гормоны, — вздохнула Панси, — мы-то в этом году «перебесимся», да и проще нам, а парням совсем «крышу сносит», а я как-то не собиралась рожать, пока учимся, хотя от остального может и не откажусь. Девчонки обменялись понимающими взглядами, дети в их возрасте — это лишнее, а вот сам процесс… Тем более, что Гарри теорию, судя по всему знал, как и они сами. Да и не обязательно было сразу приступать к «главному», существовала масса возможностей получить удовольствие и без этого. Маги конечно были консервативны и девушки оставались — в большинстве своем — девственницами до свадьбы, но именно поэтому постельные утехи не ограничивались традиционным сексом. И рассказывали им об этом, как только они начинали хоть что-то понимать, чтобы с детства знали, что допустимо ДО, а что нет.***
Подростки отдыхали в Испании, когда Амелия Боус заболела. Целители диагностировали драконью оспу, но все их попытки были тщетны, женщине становилось все хуже. Забирал их Ричард Гринграсс, прибывший международным порт-ключом. Собственно, Амелия просила привести только племянницу, но остальная троица наотрез отказалась оставаться без подруги, поэтому пришлось взять всех. Девушка плакала, узнав о болезни тети и о том, что целители бессильны что-либо сделать, жить женщине оставалось считанные дни. Оба лорда, как и сама Амелия, были уверены, что за этой болезнью стоит Дамблдор, но удар оказался слишком внезапен. И пока еще было время, мужчины принесли клятву не оставлять Сьюзен без опеки, и уж тем более не допустить до этого Дамблдора или кого-то из Ордена. К сожалению, многие документы у Главы ДМП были в единичном экземпляре и только на службе, но кое-что она рассказала и так. Конечно, в Визенгамот с таким не пойдешь, но информация лишней не будет. Но мадам Боунс предусмотрела и такой поворот событий: пухлый конверт оказался на столе у Министра через пару часов после её смерти. Фадж пришел в ужас, когда внимательно изучил содержимое и тут же вызвал Долорес Амбридж. Терять Министерское кресло он не хотел, но что делать с такой информацией не представлял: Дамблдор оказался врагом похлеще Темного Лорда. Однако и бездействовать было нельзя, поэтому Министр отдал распоряжение верным людям — расследовать осторожно, не привлекая внимания, а если что-то подтвердится, то докладывать немедленно. Директор Хогвартса спокойно строил планы на будущий учебный год, без главы ДМП оба лорда не представляли для него никакой угрозы, хотя и к их устранению у него тоже все было готово: вдруг понадобится. Только с ними нужно было дождаться подходящего момента, в Министерстве они почти не бывали, почту проверяли внимательно, в общем, вариантов было немного. Единственное, что его слегка тревожило, так это то, что Избранный жил неизвестно где, вместе с девчонками. О месте его пребывания было известно теперь только Паркинсону и Гринграссу, что несколько тормозило некоторые из его задумок. Придётся снова ждать до школы.***
Остаток лета прошел невесело: Сьюзен часто плакала, её стали мучать кошмары, и остальные, как могли, утешали и дарили тепло и заботу. Панси и Дафна тоже тревожились за своих отцов, но старались ничем не выдавать своего беспокойства. Дафна и Панси, с учетом того, что они знали, подозревали причастность директора Хогвартса к смерти Амелии Боунс, но понимали, что тягаться с ним сейчас для них попросту невозможно — слишком разные весовые категории. Однако раз такое началось, наверняка тот на этом не остановится, и они уже сейчас морально готовились к будущим неприятностям. У старика явно поменялись планы на Избранного, раз он решил действовать столь радикально. Едва Сьюзен немного отошла от смерти тети, как эта мысль посетила и её, и теперь девушки думали, как защитить Гарри от старого паука. Однако, хотя выбор у них был не очень богатым, некоторые меры предосторожности они приняли.
