Дневник Змея, но не Сергея

      Свежескошенной травой пахла одежда Александра и что-то в чехле для музыкального инструмента. Александр ни на чём не играл, но чехол у него был, и в нём лежало что-то с запахом свежескошенной травы.       Запахом смерти. Почему-то мадам в чёрных одеждах решила выбрать аромат зелени.       Пиликающий будильник показывал, что уже одиннадцать. Наш суп по особому рецепту для хандрящего Александра отправился в холодильник, как и Улина лапша. Хозяин ходил с телефоном от балкона до входной двери. Уля какое-то время гладила меня, дав обвиться вокруг ладони. Потом достала телефон и листала новости. Если бы не электричество, и не-возвращение Александра точно бы провода везде погрыз. Люди, мы готовились выводить человеческое создание из затянувшейся тоски, а не входить в неё следом!       Весело, ничего не пошипишь…       Я нехотя пополнил их компанию. Забрался по ножке стола к ноутбуку. Что? Вспомнили про сенсорный экран? А я вот про то, что змей, тыкающий в своём террариуме кнопкой по плотной бумаге, вызывает меньше вопросов, чем змей, целенаправленно давящий хвостом на определённые клавиши и стукающий им по компьютерной мышке.       Уля пусть смотрит, у гадалок, как у художников, — весь мир наизнанку. Александру нельзя. Он и прочитать может, историю браузера посмотреть! А я с ним пока живу!       Хозяин нечасто выносил меня на прогулки, поэтому иногда в его отсутствие я заставлял умную машину показать мне сайт с онлайн-камерами городского видеонаблюдения. Путешествовал, не покидая родных тёплых стен, в сине-фиолетовый, без единого жёлтого или красного оттенка мир. Умная машина не пропускала тепло через экран, чтобы я мог его увидеть. Определял, человек или животное, полагаясь на принцип, движется = живое. Маленькое движется = человеческий детёныш, птица или животное.       И для чего люди придумали следить за домами и людьми? Им же, в отличие от меня, постоянно требовалось на улицу выползать. Это сделали, чтобы я и другие домашние не скучали, пока их не было?       Думал и о другом — люди готовились, что однажды их всех рассадят по домам и выпускать перестанут. Грипп какой-нибудь экзотический придёт. Но следом отмахивался хвостом. Не надо болезнь, все люди заболеют, а хозяину работать, тяжелобольных лечить!       Я выбрал камеру с видом на зал в бойцовском клубе. Точнее остановил, потому что увидел странное. Никто не дрался. Крупные фигуры бегали, прятались за матами, за тросами ринга и непонятно почему один за другим сваливались и переставали шевелиться. Выбегали другие, та же картина. Что-то в них или извне их роняло.       Когда упали все, в центр зала с рингом вышла фигура поменьше с закрытым лицом. За спиной болталась сумка, напоминающая чехол от музыкального инструмента.       Я забарабанил хвостом по столу. Хозяин так и ходил, лишь Уля внемлила мне. Непонимающе взглянула в экран, развела руками. Я двинулся к нему и оказалось, что за тот миг, пока отвлекался, камера сломалась. Вместо изображения на экране показывались цифры и шумовые помехи.       Но я видел! Видел, что там что-то произошло! Кто-то произошёл! Я шипел и стучал по клавишам, злился на Улю, потому что я и то быстрее ползаю, чем она ходит! На хозяина — всё со своим телефоном проползал! И на себя. Догадался, почему… приходил Стрелков.       Хозяин покинул квартиру с телефоном и долго не возвращался. Уля уснула на диване, я сторожил её в полудрёме на прохладной от ветра из приоткрытой форточки поверхности журнального столика. Раздался грохот из прихожей. Хозяин принёс Александра к нам. Снова появился тот запах свежескошенной травы. Но не от Александра, от чехла, от его одежды. Сам он пропах рунами. Хозяин разрисовал лечебными почти всё его тело.