В октябре

      Дождь и шум мегаполиса. Всюду люди под зонтами. Фонари блестят как софиты. А я иду по Невскому, периодически сталкиваясь с людьми и матерясь. Нервничаю, потому что на меня так действует все. Абсолютно все. Кто-то касается меня сзади. Ну все, сейчас получишь, назойливый парень. Оборачиваюсь и вижу тебя перед собой. Твои темные глаза на фоне осеннего вечера. От ожидания тебя я совсем спятила. И как же я рада тебя видеть. Да, та самая новость, которую ты мне сообщил за несколько часов до встречи: ты в Петербурге. А вскоре впопыхах собиралась я.       — Ну здравствуй. — мягко произносишь ты. Не успеваю я что-то сказать, переводя взгляд на твоего друга.       — Ого, я не ожидала увидеть вас двоих. — я ликую, потому что за столь короткий срок полюбила твою группу. Дэвид Эллефсон милый, как мне могло показаться.       — Да, Джуниору решил показать этот потрясающий город. — ты игриво щуришь глаза, а я просто пропадаю в них.       — Что, не уже ли так понравилось? — прикусываю губу и, тихо посмеиваясь, поправляю рукав пальто. Скорее тереблю от предвкушения того, что произойдет в завершении дня.       — Мне да, а вот он… — ты покосился в сторону своего друга. — Я надеюсь, что здесь Джуниор расслабиться хотя бы немного.       — А что не так?       — Там свои проблемы. — и вот он подходит к нам, и мы вежливо говорим друг другу «привет, приятно познакомиться». По-английски. Где мой акцент режет слух даже мне. Ну или точно мне, пока ты и Дэвид слушаете мое нелепое бормотание. Веселью быть.

***

      Мы долго гуляем втроем по городу. Пьем вино, смеёмся над моим ломаным английским. Листьями клёнов усыпан асфальт. И твои рыжие волосы тон в тон с листвой. Ты идеально подходишь Петербургу. Высокий, длинноволосый, полный энергии и ярости. Которую мне удалось заметить, когда ты опьянел от мерло. И знаешь, мне это нравится. Меня это привлекает. Вероятно, потому что я не трезвая тоже. Но ведь алкоголь не меняет сознание, он лишь делает чувства ярче. Именно поэтому, докуривая очередную сигарету и держась под ручку, утопаю в твоём голосе. Ты здесь ради меня в одной степени. В другой — ради Джуниора, как ты его любя называешь. Ты дурачишься, пусть тебе и тридцать пять. Возраст ни имеет никакого значения. Потому что только когда дурачишься, чувствуешь себя живым. Нервная система расслабляется. Мне так по душе такие. Как ты. Потому что я такая же. Ох, чёрт, последние несколько глотков из бутылки были явно лишними. Я окончательно утонула в твоём голосе. Ты как Люцифер, харизматичный и привлекательный. Именно поэтому мне не стоило все равно связываться с тобой. Мне кажется, что из этого ничего хорошего не выйдет. Хотя, кто знает?       Пройдя пешком очередной километр, мы уже возле гостиницы, где вы остановились. Я соглашаюсь остаться у тебя. И вновь мы стоим на балконе, кажется, того же самого номера. Ты касаешься моего лица, а я не могу никак налюбоваться, и улыбаюсь как дурочка. Совершенно не соображаю, что творю. Беру твои ледяные, изящные, все изрисованы венами руки в свои и целую, целую, целую.       — Что ты делаешь? — удивлённо, но с таким теплом смотришь в мои глаза. Я тону.       — Ой, если тебе не нравится…       — Нет, мне очень-очень нравится. Просто обычно мужчин не целуют так.       — Это будет наш маленький секрет. — тянусь губами к твоим губам. Провожу языком по твоим, ты жмуришься и словно мурлыкаешь от удовольствия. Вот ты уже становишься моим покровителем. То ли из-за алкоголя, то ли из-за странного притяжения между нами.       — Я никогда бы не мог подумать, что мне будет нравиться все, что ты делаешь. Чувственная. — притягиваешь меня к себе и прижимаешь. Я растворяюсь в твоих объятиях. Мы бесконечно нежно целуемся. Влажно и возбуждающе. От чего из моей груди вырывается сдавленный стон. А тебе это нравится, ты запускаешь цепкие пальцы в мои волосы, гладишь меня и с твоих губ слетает:       — Моя. — я молчу, но ты знаешь почему. — Я же говорил тебе, девочка, что вернусь. Потому что я хочу с тобой быть. Ни с кем другим. Только с тобой.       — Ну ты же ведь бабник.       — С чего ты взяла?       — Я же вижу.       — А что если ради тебя я готов изменить это? Прошу, позволь мне. Я влюблен в тебя. — я также не верю на слово, но мне хочется рискнуть. Пусть же будет то, что будет. Грёбаный алкоголь.       — Хорошо, ведь влюблена и я. — в твоих глазах вспыхнуло пламя. Ты по-настоящему рад ответным чувствам. Да, я влюблена, чёрт. В чёрта, в рыжеволосого длинноногого красавца из города ангелов. Мне удалось начать верить немного тебе. Но мои опасения заставляют сдерживаться. Я не хочу снова оказаться в неприятной ситуации с дырой вместо сердца, собирая по осколкам хрустальную вазу под названием жизнь.       — Ты все ещё настороженная такая. В прочем, мы с этим справимся.       — Мы?       — Ну теперь ты не одна. Я здесь ради тебя. — хотелось бы добавить и…       — До последнего вздоха. — а я могу быть смелой, если захочу. Но сказано, сделано. Не зря же совпали звёзды, чтобы мы оказались в одном месте в одно время.