Темный маг и нежная лилия. Часть 1

      С напряжением и страхом Эллис вбежала в свои покои и сильно хлопнула дверью. На вялых и еще трясущихся ногах она сделала последние шаги и ничком упала на мягкий и теплый диван. Взяв одну из рядом лежащих подушек, она обняла ее так крепко, словно это она избавила ее от всех страхов. Но в мыслях девушки это, конечно же, не просто подушка. Вжимаясь в нее, Эли словно слышала спокойное биение сердца мужчины, его нежное дыхание и его сильные руки, украшающие ее спину. Сердце и дыхание успокаивались. Страх стал уходить.       И тут в дверь аккуратно постучали. Девушка подорвалась к ней, мечтая увидеть зельевара и снова почувствовать себя в безопасности только от его взгляда. И мечты были услышаны. Как только дверь отворилась, за ней, оперевшись на рамы, стоял Снейп в своей классической черной мантии. Он выглядел очень нервно. На его лице читалось переживание. Оба, с упоением сердца, смотрели друг другу в глаза. Северус долго не мог найти подходящих слов, и открывал и закрывал рот как рыба. Наконец, прозвучал его бархат:       — Я могу войти?       Эллис молча, отошла от дверного проема. Зельевар быстро проскочил и закрыл за собой дверь. Они снова, пару секунд, ничего не говоря, смотрели друг на друга. Словно пытаясь найти что-то в глазах. Пока снова не раздался голос Северуса.       — С вами точно все хорошо? Вы так тряслись когда уходили. Я подумал…       Девушка не дала ему договорить. Она снова затряслась и, уже не теряя шанса, почти набросилась на мужчину, крепко сцепив его своими руками. Как заяц, который прячется от хищника, Эли зарылась лицом в его грудь.       Северус долгое время стоял в ступоре. Тепло от тела девушки расходилось по нему. Сердце забилось чаще, а в животе заиграло странное и давно забытое ощущение. Его руки медленно опустились на спину девушки. По ним неторопливо начала течь дрожь. Северус старался не дышать, чтобы не навредить покою этого маленького белого зайчика.       Эллис успокаивалась. Дрожь уходила вместе с плохими мыслями. Дыхание устаканилось. Простояв в теплых объятьях еще пару минут, Эли медленно вышла из рук зельевара и, с такой добротой, такой нежностью, посмотрела ему прямо в глаза. Держа свои руки на его ладонях.       Мужчина не отводил от нее взгляда ни на секунду, боясь, что с ней снова что-то произойдет. Эли это заметила. И уже она хотела успокоить мужчину, но в дверь покоев раздался быстрый стук. Не успела девушка открыть рта, как в помещение вбежал Златопуст. Он уже было хотел сказать воодушевляющую речь, но нахождение Северуса его остановило. Эллис быстро убрала свои кисти от ладоней Снейпа и грозно взглянула на вбежавшего.       — Вас не учили ждать ответа на вход? — грубо спрашивала девушка.       — Особенно в покои девушки, — так же добавил зельевар.       Локонс еще несколько секунд продолжал стоять в ступоре. Он несколько раз обвел профессоров настороженными взглядами. Остановив высокомерные глаза на Северусе, он начал подходить к девушке.       — Простите мои манеры, мисс, — Златопуст поцеловал Эллис в запястье, на что она скривилась в отвращении. А по выражению лица Северуса можно было подумать, что он собирается его убить. — Я не хотел так грубо нарушать ваш покой, но вы были так испуганы после дуэли. Я очень о вас беспокоился, — ныл Локонс.       — Раз вы так беспокоились, тогда почему я давно стою здесь, а вы только что прибежали, — язвил Снейп. — Судя по всему, марафет наводили. Ваши волосы выглядели по-другому после дуэли.       — Смею заметить, что про вашу внешность я ничего не говорил, профессор, хотя мог бы, — теперь язвил Локонс.       Теперь мужчины выглядели как враги, хотя мгновения назад, как коллеги, дуэлировали перед толпой школьников. Диалог мог продолжаться и дальше, но Эллис побоялась, чем он может закончиться. Она быстро выхватила свою руку из лап Златопуста и поставила ее, и другую руку, в боки.       — Так, мужчины, успокоились! — воскликнула Эли. — Если хотите подраться возвращайтесь на дуэльное поле.       Мужчины устремили свои взгляды вниз. В комнате повисло молчание. Девушка испепеляла грозным взглядом обоих.       — Златопуст, — продолжала она, — вы явились сюда без приглашения и моего согласия, поэтому, пожалуйста, выйдите.       Эллис понизила тон. Локонс хотел было возразить, но снова столкнулся с грозным взглядом девушки и, с разочарованием, вышел за дверь. Северус и Эли снова остались одни.       Девушка раздраженно выдохнула и на секунду закрыла глаза. За это время мужчина успел снова взять ее ладони в свои и протянуть их между ними. Их противоположные глаза снова смотрели друг на друга.       — Думаю, моим советом все еще можно воспользоваться, — спокойно сказал Северус, смотря и проводя пальцами по тонким и аккуратным рукам девушки.       Эллис, хихикая, опустила голову вниз. Она все еще не могла поверить, что Снейп может такое говорить. В ее мыслях он представал перед ней как бесчеловечный и серьезный мужчина, который только иногда сменяет гнев на милость. Шел только второй день, когда мужчина предстал перед ней как понимающий и проявляющий заботу человек.       Зельевар взглянул на ее смех с улыбкой. Его пальцы все еще проводили по ее рукам, от чего Эллис становилось щекотно. Улыбка на ее лице расширялась.       — Я благодарна за то, что вы пришли, но зачем? — спрашивала девушка.       Мужчина молчал. Он отвел взгляд к окну, за которым, в темноте вечера, большими хлопьями, падал снег. Возможно, он искал, что сказать и девушка его не перебивала. Эли завораживающе смотрела на его задумчивый профиль; крючковатый и массивный нос, узкого разреза глаза, тонкие губы и немного падающие на лицо черные волосы.       Наконец, мужчина повернулся в анфас и нашел, что сказать:       — Я просто хотел убедиться, что с вами все в порядке.       Девушка расплылась в нежной улыбке. Северус тоже собирался улыбнуться, но он неожиданно встрепенулся, убрал свои руки от девушки и сделал несколько шагов к двери. Брови девушки грустно согнулись от осознания того, что мужчина уходит.       До двери оставалось пара шагов. Мужчина резко повернулся лицом к Эли и спросил:       — Вы же будете на рождественском банкете? — робко говорил он.       — Имеете в виду праздник в учительской? — мужчина кивнул. — Да, буду. Не зря же я покупала подарки для коллег, — ярко улыбалась Эллис.       — Вы могли этого и не делать, сами знайте, — чуть-чуть упрекал мужчина.       — Ну, а я решила заморочиться. И не вам решать, — игриво заявила Эли.       Зельевар усмехнулся и опустил голову чуть вниз. Через пару секунд, он снова, почти невесомо, держал ладошку девушки и одарил нежным поцелуем края ее пальцев. В конце он сделал не большой поклон и вышел в коридор.       Как только дверь захлопнулась, на ней легонько дернулась ручка, а через пару секунд прозвучал глухой, но серьезный голос Северуса:       — Лучше подождите, когда вас позовут, а не сразу дергайте ручку.       После, послышались его удаляющиеся твердые шаги. Девушка мечтательно выдохнула. Легко можно было понять, что Златопуст опять, без приглашения, решался войти. Как же он хорошо ставит его на место, думалось ей.       Локонса в своих покоях она пока не желала видеть, поэтому, сев в мягкое кресло она принялась размышлять, о чем попало. Ведь она знала, что после того как зайдет мужчина ее мозг будет не способен ни на что. Эллис перебирала прошлое, ворошила будущее, и через несколько минут до нее дошел торопливый стук в дверь. Похоже, Златопусту надоело ждать.       Собрав все силы в кулак, девушка открыла ему дверь и следующие десять минут слышала только голос Златопуста. Какой он сильный, смелый, умный, умеющий успокаивать и подобный бред звучал из его уст. Эли почти его не слушала и большую часть времени разглядывала темный вечер за окном.       Следующий день выдался ужасно светлым. Снег, заполнивший все просторы Хогвартса, ярко отражал все белым цветом, от чего рябило в глазах после каждого просмотра в окно. Вчерашний снегопад превратился в настоящую вьюгу из-за чего травология и практические занятия по астрономии были отменены. На одном из нижних ярусов башни (на котором было теплее всего), Эллис проводила теоретический урок с третьим курсом. Дети хорошо справлялись с вопросами и вели себя просто прекрасно.       В ближайшее время урок уже должен был закончиться, как из коридора второго этажа раздался крик полтергейста Пивза:       — Нападение! Опять нападение! Спасайтесь, люди и духи! Спасайтесь, кто может!       И в ту же секунду в классе и коридоре воцарилась анархия. Ученики быстро собирали вещи и бежали со всех ног вниз с башни, сбивая друг друга на ходу. Эллис дождалась последних, чуть опоздавших, учеников и сама быстро спустилась вниз.       В коридоре ее встретила ужасная картина: на полу, почти в самом центре, лежал обездвиженный ученик пуффендуя; его остекленевшие глаза устремились к высокому потолку. Рядом с мальчиком в воздухе, безмолвно и мертво, медленно кружился Почти Безголовый Ник.       От этой мертвящей и отдававшей холодом картины у Эли встала кровь в жилах, сердце ушло в пятки, а лицо стало таким бледным, что почти слилось с ее волосами.       Ноги не желали двигаться, но почти незаметный мах рукой Минервы, которая стояла напротив тела мальчика, заставил ее подойти и вместе с профессором Флитвиком отнести пуффендуйца в больничное крыло. С Почти Безголовым Ником помогали ученики.       Поднимая мальчика, краем глаза Эллис заметила, возле Минервы, темноволосого очкастого гриффиндорца; на его лице читались испуг и переживание. Это был Поттер. И снова он в основе нападения. До самого больничного крыла из головы девушки не выходили, жалось и переживание за Гарри.       В медпункте, пуффендуйца положили на койку, переодели и закрыли ширмой, как и других пострадавших. Эллис с остекленевшими глазами смотрела на закрытые койки и представляла, кто и как на них уложен. Еще пару секунд она простояла там, а дальше ноги сами повели ее в покои. Мысли в голове были тяжелыми, словно сотни килограммовые гири. Эли знала точно, на рапорт в учительскую она не придет, все, что нужно она и так видела воочию.       Опрокинув голову на спинку, девушка устало расположилась на своем мягком кресле. Прикрыв глаза, она пыталась привести мысли. Впереди оставалось еще несколько уроков, если их, конечно, не отменили.       В дверь раздался неторопливый стук.       — Войдите! — изнеможенно крикнула девушка.       Кресло стояло спиной к двери, поэтому сразу понять, кто пришел Эллис не могла. И только по напряженному голосу она поняла, кто это.       — Я только что узнал про Финч-Флетчли. Вы то в порядке? — раздался знакомый низкий голос, а вместе с ним и прерывистое тяжелое дыхание.       Эли повернулась и увидела и перед собой Северуса. Он снова переживал и явно торопился, поэтому тяжело и дышит. Девушка, около полминуты молча, смотрела на него, не отводя взгляда. И только спустя это время до нее долетели его слова.       — Про кого узнали? — она встала с кресла и подошла к нему.       — Джастин Финч-Флетчли — ученик, которого вы с Флитвиком отнесли в больничное крыло, — в недоумении говорил Северус.       И девушка, наконец, вспомнила его. Кудрявый, высокий мальчишка, учился хорошо, проблем не создавал. Но в мыслях Эллис опять встала картина, как он обездвиженный лежит на полу. По телу пробежали мурашки, и Эли резко дернулась. Зельевар аккуратно прислонил свою руку к ее плечу и немного прогладил. Девушка сразу устремила свой взгляд на него.       — Похоже, у меня был такой сильный шок, что я даже не поняла, кого тащу, — с истерическим смешком говорила девушка и тяжело выдохнула.       Мужчина снова начал гладить ее за плечо.       — Но сейчас все хорошо, — уверенно сказала она и посмотрела на, висящие на стене, часы. — Ох, вот-вот начнется урок, а я ничего не повторила.       Эллис отбежала от мужчины на несколько шагов к двери, но тот ее окликнул:       — Подождите! Вас не было в учительской, поэтому Дамблдор предложил вам отменить последнее занятие. Может…       — Сейчас так точно не получиться, — перебила его девушка. — Там седьмой курс, их нужно подготовить к ЖАБА.       Девушка с небольшим разочарованием взглянула на Северуса. Тот лишь громко выдохнул и подошел ближе к Эллис. Он снова ювелирно взял ее запястье, но поцелуй подарил не сразу. Он взглянул в ее глаза и тихо и нежно спросил:       — С вами точно все хорошо?       Девушка закивала головой и своей ладонью легонько сжала пальцы Северуса в знак уверенности. Мужчина прикрыл глаза и чмокнул край ее пальцев. Эли неохотно отпустила его руку, не желая прощаться с ним до ужина. Да и мужчина, словно тоже не хотел этого. Он еще долгие несколько секунд смотрел в глаза девушке и когда неохотно их отвел сразу ушел за дверь. Эллис вышла за ним и заперла покои.       Нападение на Джастина и Почти Безголового Ника обратило школу в настоящую панику. Все билеты на Хогвартс экспресс, уходящий на каникулы перед Рождеством, были полностью раскуплены. В школе осталось так мало человек, что их можно было пересчитать по пальцам.       Так и завершился первым в жизни Эллис преподавательский семестр. А впереди ее ждало первое Рождество. Свобода от работы на ближайшие десять дней.       Хогвартс опустился в абсолютную тишину. Только редко со двора раздавались хлопки фейерверков и хлопушек, а также звонкий смех. Оставшиеся ребята быстро нашли себе занятия.       В холодный зимний вечер, накануне Рождества, Эллис собиралась на мелкий праздник в учительскую. Она снова в своем праздничном платье, поверх которого накинута теплая мантия. Первые пряди распущенных волос собраны сзади в маленький хвостик.       В таком виде, в совятне, она отправляла рождественские подарки семье Уизли. Не могла же она оставить единственных знакомых людей в Англии (вне Хогвартса) без подарков. Четверым младшим достались сладкие рождественские наборы из волшебной лавки Зонко, Перси получит красивое перо для письма. Что подарить старшим двум братьям Эллис не придумала, так как толком не знала их. Поэтому вместе с подарком для Молли и Артура она вложила записку с извинениями, где пообещала исправиться к следующему рождеству. Собственно, Молли девушка подарила поваренную книгу, которую случайно нашла в Хогсмиде, а Артуру, как любителю маггловских штучек, досталась автоматическая ручка, заколдованная на бесконечные чернила.       Все эти подарки были нагружены на три совы, которые сразу улетели. Подарки для преподавателей Эли еще днем положила под праздничную ель в учительской. И именно туда девушка быстро выдвинулась.       Войдя в помещение, перед девушкой предстала приятная картина: по всей учительской расходились тепло и теплый свет от камина и парящих под потолком свечей, на одной из стен висел еловый венок, а над камином, словно в рождественских американских фильмах, висели красные носки. Вплотную к стенам стояли несколько столов с закусками, бокалами игристого вина и другого алкоголя. Большинство учителей уже были на месте и разбежавшись по компаниям беседовали с бокалами в руках.       Эллис полминуты рассматривала учительскую стоя у входа, пока к ней не подошла уже веселая Минерва с двумя бокалами шампанского в руках.       — С наступающим! — с яркой улыбкой сказала женщина и протянула Эли один из бокалов.       — С наступающим, — чуть смущенно сказала девушка и взяла бокал.       И ничего больше девушка сделать не могла, так как Минерва сильной хваткой схватила ее за предплечье свободной руки и повела за собой. Совершая виражи через учителей, Эли почти пролила свой напиток. Так Макгонагалл притащила девушку в один из углов рядом с елью, стянула с нее теплую мантию и начала разговаривать. Бессмысленно, но затягивающее. Пару раз, чокнувшись бокалами и отпив, то за здоровье, то за благополучие и любовь. Спустя время, к ним стали подтягиваться еще люди и в определенный момент разговор стал переходит в объявление тостов.       Так быстро пронеслись два часа. До рождества оставалось примерно столько же. И тут, с середины комнаты доносится характерный звон бокала. Эллис обернулась, и увидел директора, держащего бокал и ударяющий по нему каким-то серебряным прибором, привлекая так внимания всех присутствующих. Через несколько секунд ни разговоров, ни звона бокала слышно не было, только треск камина и собственное дыхание.       — Дорогие коллеги, — начал Дамблдор, — поздравляю вас всех с наступающим Рождеством и концом первого семестра. Я очень рад, что в этом учебном году новых людей в нашем коллективе приняли, как ни на есть тепло и с уважением. В этом семестре произошло много неприятных вещей, но благодаря вам, коллеги, еще большее удалось избежать, — директор сделал паузу. — А сейчас предлагаю не медлить с подарками и открыть их прямо сейчас. И советую не скупляться на приятные слова.       Раздался шквал аплодисментов. Опьяненные профессора толпой стали наступать к ели. Эллис, чтобы не ввязываться в толкучку, отбежала от дерева, крепко держа шампанское. И пока одни копошились под елью в поиске подарков для себя, другие отошли и молча, ждали своей очереди.       Но Эллис, возможно, ждать ее и не пришлось. Минерва, вместе со своими подарками, протягивала или кидала подарки и для девушки. И если сравнивать их количество, то у женщины подарков было определенно больше. Всего у Эллис вышло четыре коробочки и один большой пакет. Отойдя к одному из столов, обе стали открывать подарки. У Эли все было в основном классически: справочники от профессоров Флитвика и Стебель, теплые и довольно великоватые перчатки от Хагрида, но Минерва решила отличиться и подарила довольно нужную вещь — лупу-монокль. Большой пакет оказался от Златопуста, поэтому девушка решила его сразу не открывать. Но постоянно направленный и ожидающий взор Локонса заставил открыть. Внутри оказался стеклянный снежный шар, в котором постоянно падал снег на деревушку Хогсмид. «Довольно мило, но бессмысленно», — разочарованно подумала девушка. Дальше в пакете классические подарки Локонса: цветы и конфеты. Как будто он их постоянно дублирует и задаривает девушке.       Под елью не осталось ни одного подарка, а от Северуса девушка так ничего и не увидела. Это окончательно ее разочаровало, несмотря на прекрасные подарки от других. Она подарила что-то почти всем преподавателям, и только несколько ответили взаимностью. Эллис подарила Снейпу, немного бессмысленный, но нужный, букет из сушеных трав и цветов. Ингредиенты, которые нужны любому зельевару.       Разочарованная, девушка собрала все подарки в пакет от Златоуста и, пока никто не видит, вышла из учительской и направилась к себе на башню, делать то, что она обожает — смотреть на звезды. Пакет остался у рабочего стола, а Эли вышла на самый верх башни. Оперевшись о тонкие, но крепкие перила, девушка устремила свои глаза к ночному небу и замерла. Небо было такое темное, что что-то напоминало… Что-то уже до боли знакомое… Глаза. Глаза Северуса, определенно.       Эллис грустно выдохнула и опустила голову вниз. Из-за мыслей о зельеваре глаза непроизвольно стали строить из звезд его портрет. В животе защекотало, но в мыслях появилась горечь. Хотелось расплакаться. Она не знала почему. Она раньше никогда такого не чувствовала. Снова тяжело выдохнув, Эли старалась держать слезы.       — Я могу присоединиться? — раздался сзади желанный голос.       Девушка резко повернулась. Сердце забилось чаще, и живот закрутило еще сильнее. В тусклоте почти потухших свеч стоял Северус. Его руки были убраны за спину, кормя любопытство Эллис. Уголки ее губ расслаблено приподнялись. Никакой горечи и разочарования больше не было.       — Конечно, — раздался тихий и нежный голос девушки.        С легкой улыбкой, мужчина подошел ближе к девушке, в свет белоснежного снега. Его глаза стразу направились к глазам девушки.       — Я хочу извиниться, — стыдливо сказал Северус. — Я заметил, как вы расстроились, когда не получили от меня подарок. Просто, я очень хотел вручить вам его лично.       Мужчине было так стыдно, что он ели подбирал слова и делал долгие паузы. Наконец, его левая рука вышла из-за спины и вместе с ней показалась массивная бутылка огненного виски. На горлышке опять висела бирка, легко можно было догадаться, что там написано. Глаза девушки засияли, а на щеках выступил ярки румянец. Он принес то, что она просила. Эллис снова захотелось обнять мужчину, но пока она держала себя в руках.       Девушка забрала у мужчины увесистую бутылку и, как ребенок с новой игрушкой, стала смотреть с широко открытыми влюбленными глазами, то на бутылку, то на Северуса.       — Этот виски довольно крепкий, но это не мешает быть ему сладким, — рекламировал Снейп.       — Раз так, — игриво начала Эли, — вы попробуйте его вместе со мной.       Зельевар только рот успел открыть, а девушка уже забежала вглубь башни и манящим движением позвала его спуститься на ярус ниже. Там она зажгла пару свеч на ближайшем канделябре и из самого дальнего шкафа принесла два прозрачных стакана. Со стуком поставив их на рабочий стол, она пододвинула Северусу стул. Золотисто-кария жидкость разлилась по бокалам с приятным терпким запахом. Оба профессора взяли стаканы в руки. Северус начал говорить тост:       — За хитрость и амбициозность, — с торжественным тоном сказал он. До девушки сразу дошло, что это были качества факультета Слизерин. И в идее назвать каждое качество факультетов девушка его поддержала.       — За отвагу и смелость, — с улыбкой сказала Эллис про Гриффиндор.       — За мудрость и остроумие, — немного язвительно сказал мужчина про Когтевран.       — За трудолюбие и верность, — закончила девушка на Пуффендуе.       Раздался мягкий звон стаканов, и небольшой глоток крепкого напитка согрел все внутренности своим жаром. На лице девушки появилось приятное удивление. Она поблагодарила Снейпа, закрыла и спрятала бутылку, и оба снова вернулись на смотровую площадку со стаканами в руках. Каждый глоток виски еще больше опьянял их и убирал холод. На лицах обоих появился легкий румянец.       Спустя долгие разговоры о школе и о том, что быть учителем это не так уж и весело, Северус не на долго замолчал и поднял глаза на звезды.       — Я тут понял, что быть астрономом — это настоящее искусство, — Эллис впервые слышала мечтательный голос Снейпа. — Видеть в звездном небе не только красоту, но и науку — по-настоящему искусно.       Сердце девушки забилось быстрее. Уже затуманенный и неровный взгляд одарил мужчину самой, что не на есть любовью. Только под алкоголем разум девушки прояснился, и она поняла, что любит этого загадочного и темного зельевара. Его харизму, голос. Даже несмотря на то, как он относился к ней в сентябре. Издав несколько томительных вздохов, Эли ему ответила:       — Ну, в каком-то смысле это так, — так же мечтательно говорила она. — А мне кажется, что зельеварение тоже очень искусная наука. Смешивать различные ингредиенты в нужной последовательности, в нужных количествах при правильных действиях. Я бы точно так не смогла, — завидовала Эли.       Теперь мужчина повернул на нее свои пьяные глаза и девушка увидела в них то же, что и она послала ему. Через несколько секунд он снова отвел взгляд.       — Когда я впервые вас увидел, убегающей от Локонса, — томно говорил мужчина, — вы показались мне очень красивой…       — А по моим воспоминаниям вы посмотрели на меня, как на что-то отвратительное, — в обиде перебила девушка.       — Вы тогда на меня налетели и я не мог отреагировать по-другому.       Эллис, как обидевшийся ребенок, отвела взгляд и надула губы, а Северус шумно усмехнулся.       — Как бы я не отреагировал, весь следующий день мои мысли были погружены вами, — продолжал Снейп. — Потом, я узнал, что вы новый профессор и обрадовался, — он сделал паузу. — В те дни, когда я угрожал вам, говорил неприятные вещи… Тогда я был не в настроении из-за Локонса.       — Это ужасное оправдание, но Златопуст и правда может до такого довести, — спокойно отвечала девушка.       — Я ужасно сожалею о том, что делал, — голос Северуса стал разочарованным. — Что бы я ни делал, мне нет прощения.       Девушка удивленно вскинула брови и взглянула на мужчину. Тот был полностью побит грустью. Чтобы хоть как-то его успокоить, девушка подошла к нему ближе и начала поглаживать по плечу. Мягкость его мантии щекоткой отдавалась по ладони.       Снейп резко повернулся, чуть не метнув девушку в сторону, поставил стакан на ближайший стул и, наконец, крепко схватил ладони Эли. Она продолжала удивленно смотреть на него. Сделав глубокий вдох, мужчина, очень переживая начал:       — Я долго отрицал это. Очень долго. И только недавно смог с этим смириться, — он снова сделал вдох. — Я давно хотел сказать, что люблю вас.       На секунду девушка забыла обо всем. В ушах стучало сердце, дыхание участилось, эмоции наслаивались одна на другую. Он ее любит. По телу стала бежать дрожь. Чуть поуспокоив пыл, Эллис все-таки смогла сказать такую же заветную фразу:       — Я тоже люблю вас…       И именно после этой фразы раздался леденящий душу звон колоколов пробивающих полночь. Наступило Рождество. Звон раздался так неожиданно и громко, что девушка подскочила и почти упала на мужчину, но тот вовремя ее подхватил. Подцепив ее лицо за подбородок, Северус подтянул ее ближе к себе. Так близко в глаза друг другу, они еще никогда не смотрели.       — С Рождеством, Эллис, — почти прошептал Снейп.       — С Рождеством, Северус, — томно сказала девушка.       Прошла всего пара мгновений, их глаза уже закрылись, а губы слились в теплом танце. Кроме последних звонов часов и собственного сердца ничего слышно не было. Все сильнее и сильнее их губы и тела прижимались друг к другу, желая больше никогда не расстаться.