Dénier

      Когда карета въехала на территорию поместья семьи Ричмонд, стояла глубокая ночь. Лунный диск томно сиял высоко в небе в окружении бисеринок-звезд. Беатрис сонно моргала и отчаянно старалась подавить не первый зевок. Они с матерью удивительно провели время во дворце и не переставали всю дорогу домой хвалить работу королевской кухни, которая устроила им шикарнейший ужин. У Беатрис болели щеки от бесконечного смеха, и она очень утомилась, будучи перенасыщенной эмоциями.       Около дома предусмотрительно горело несколько факелов, однако несмотря на это было очень темно. У крыльца их встречали несколько слуг. Элизабет выбралась из кареты первая, а за ней направилась и ее дочь. Беатрис старательно терла глаза, в надежде смахнуть сонливость хоть на чуть-чуть. Щурясь, она ступила из кареты, вынося ногу на ступеньку. Одной рукой она придерживала объемные юбки, которые сейчас ей казались совершенно неподъемными. Внезапно ее свободную кисть крепко ухватили. Беатрис, не ожидавшая этого, вздрогнула.       — Госпожа, осторожнее, — раздался рядом с ней глухой голос, в обладателе которого девушка узнала Феликса.       — Благодарю, — она оказалась на земле, и ее ручка тут же оказалась свободной, сохраняя призрачное тепло молодого человека.       — Беатрис, обсудим все завтра, сейчас иди спать, — сказала Элизабет. — Я вижу, что ты едва стоишь на ногах.       — Мисс Ричмонд, скажите лишь в двух словах, — испытывающе спросила Лидия, которая явно весь день ждала возвращения господ, — его Высочество и впрямь так статен и харизматичен, как о нем говорят?       — Это правда, — согласилась Бетти, улыбаясь, — к тому же он обладатель благородной и весьма чуткой натуры. Время с ним прошло совершенно незаметно!       — Как же ладно все получается! — проворковала себе под нос Лидия и ликующе хлопнула по платью, и все женщины направились в дом.       Феликс, стоя неподалеку, распрягал коней и невольно слушал происходящий разговор. Его сердце замерло, когда ушей коснулся восторженный голос молодой госпожи. Рука, что держала девичью ладошку, продолжала пламенеть. Молодой человек удивился своему порыву, но тело само двинулось, когда он понял, что герцогине нужна помощь. Ее сонный вид умилил его и посеял на лице трогательную улыбку, которую надежно спрятала от чужих глаз тьма ночи.

***

      — Папенька, этот конь грандиозный! — восхищенно лепетала Беатрис, нарезая круги по гостиной. — Я не видела его на ходу, но поверьте мне, в нем уйма силы.       Мистер Ричмонд в серьезной задумчивости нервно тер подбородок, внимательно слушая дочь. Его супруга, явно незаинтересованная в их диалоге, молча вышивала мудреный узор на платке.       — Что ж, коли ты права, мы находимся в опасности, — заявил Освальд и вальяжно раскинул ноги, выдавая свою озабоченность.       — Я умоляю Вас, мистер Ричмонд, в опасности мы находились, когда Вы, уважаемый, порвали третьи за вечер парадные штаны, — снисходительно произнесла Элизабет, пряча ехидную улыбку.       — Не язвите, милочка, — остановил ее муж. — Я был молод и горяч.       Миссис Ричмонд неопределенно помотала головой, не отрываясь от рукоделия. Беатрис, сложив руки на груди, продолжала вышагивать по залитой солнечным светом гостиной.       — Папенька, а какого из жеребцов Вы хотели ставить? — вдруг спросила юная герцогиня, останавливаясь как вкопанная.       — Того, что легче всех.       — А что, если отправить всех троих? — девушка подлетела к отцу и села подле него. — Посудите сами, если в забеге окажутся сразу три наших лошади, вероятность победить вырастет. Придется, конечно, заплатить бОльший налог, и не получится поставить их в следующем году, но все же, папенька, я настаиваю. Вороной конь не сможет победить явно, но его вид и нрав может нагнать жуть на других участников.       — Неплохая мысль, Бетти, — мистер Ричмонд одобрительно кивнул, с любовью взирая на дочь. — Я думал об этом, признаюсь, но отчего-то собственная идея мне показалась чепухой. Но когда ее говоришь ты, душа моя, она будто обретает разумность, — мужчина поцеловал Беатрис в лоб, а после вскочил на ноги и устремился вон из комнаты.

***

      — Итак, все трое участвуют, это улажено, жокеи готовы. Думаю, все получится как нельзя хорошо! — мистер Ричмонд в предвкушении потер ладони, в то время как вокруг него крутился слуга, орудуя щеткой.       — Дорогой, молю, ты повторяешь это в дюжинный раз за утро!       — Миссис Ричмонд, мое сердце переполняет волнение! Я не могу совладать с эмоциями, простите мне мою слабость, — мужчина махнул рукой, отправляя слугу. — Как же я давно не надевал этот мундир, верно, душа?       — О да, но он все так же чудно Вам идет, — Элизабет с нежностью заправила седую прядь мужа обратно в прическу. — Только прошу, будьте осторожнее со штанами.       Освальд басисто рассмеялся, беря жену под руку. Они вышли из дома, намереваясь подождать Беатрис на улице. Карета была уже подана, а кони и их наездники уже давно отправились на место соревнований. Все были в сладком предвкушении мероприятия, от того Беатрис дольше обычного наводила марафет. За утро она поменяла уже четыре платья, но ей все категорически не нравилось.       — Как думаешь, Уильям и Бетти поладили? — спросил мистер Ричмонд, когда они остановились у кареты.       — Не то слово! Им нравится общество друг друга, я уверена. Бояться нечего, дорогой.       Освальд довольно улыбнулся, оглядывая запряженных коней. Феликс, как повелось, проверял надежность крепления упряжки и тихо делал свою работу. Мистер Ричмонд задумался, а спустя пару минут подозвал к себе молодого конюха.       — Поедешь с нами, вместе с кучером. Думаю, может понадобиться помощь.       — Как прикажете, — Феликс коротко кивнул, чувствуя себя неуютно под прицелом глаз мистера и миссис Ричмонд.       Элизабет тактично осмотрела его, подмечая, что парень окреп за то время, что находится у них. Рубашка, что прежде была довольно свободной, теперь была натянута в плечах и в груди, штаны не болтались на поясе. Материнское сердце заботливо подметило, что круги под глазами исчезли, а волосы прежде тусклые приняли иссиня-черный цвет.       — Папенька, простите меня! — Беатрис появилась в дверях и, торопливо перебирая ногами, спешила к ним.       Юная герцогиня остановилась на первом примеренном платье, чему ее мать нисколько не удивилась. Ткань цвета очищенного миндаля дивно освещала бледную кожу в теплый оттенок, а покрой был ровно по точенной фигурке. Кружева идеально дополняли нежный образ, а шляпка в тон прикрывала личико.       — Не несись, сломя голову, мы не опаздываем, — остудила ее мать.       — Прелестна точно голубка, — умиленно произнес мистер Ричмонд, оглядывая дочь. — Отправляемся!

***

      Место проведения скачек ломилось от прибывших гостей, казалось, яблоку было негде упасть. Все вокруг пестрило яркими нарядами господ, а в воздухе витал дух здорового соперничества. За каждым участником был закреплен столик прямо у ипподрома, а все остальные гости могли насладиться зрелищем чуть подальше, но в не менее комфортных условиях. Все ждали прибытия короля и его сына, ведь утро озарила чудесная новость, что впервые в скачках будет участвовать сам принц. От этого или же по какой-то другой причине, Беатрис подметила, что количество молодых барышень значительно увеличилось по сравнению с прошлым годом.       Сквозь беспокойную толпу они добрались до нужного места, и, выдохнув, девушка и ее мать присели. К ним тут же подскочили слуги, предлагая еду и напитки и получив наказ, испарились. Освальд удалился, сверкая ярым энтузиазмом, чтобы удостовериться, что его кони в полном порядке, а заодно сделать ставки. Миссис Ричмонд элегантно взмахнула вычурным веером, указывая куда-то за спину Беатрис. Девушка слегка повернула корпус в нужную сторону.       — Погляди, родная, в этот раз Шарлотта переплюнула свою мать в количестве перьев на шляпке, — прошептала Элизабет одними губами, и насмешливая улыбка на секунду поселилась на ее лице. — Молюсь, чтобы они не подошли к нам, пока твоего отца нет.       Беатрис хихикнула, прикрыв рот, и вежливо отвернулась. Продолжались приготовления к забегу, слуги и господа сновали туда-сюда, создавая толкотню. Со всех сторон слышались громкие возгласы и девичий смех. Следующие десять минут к миссис и мисс Ричмонд подходили дабы поздороваться и пожелать победы. Элизабет под конец утомилась от учтивостей и начала выискивать глазами мужа, который обожал купаться в светском внимании и готов был сотни раз повторять одни и те же фразы в отличие от нее.       Беатрис тактично осматривала гостей, подмечая знакомые лица, как вдруг взглядом наткнулась на высокую фигуру Феликса, который приближался к ним. Молодой конюх пересекал толпу стремительными шагами, стараясь не выделяться, однако герцогиня обнаружила, что он каким-то образом привлекает внимание окружающих. Мисс Ричмонд пересеклась глазами с одной из девушек, которая дольше нужного позволила себе смотреть на Феликса. Подойдя к ним, он вежливо поклонился и встал позади стула Беатрис. Его шумный выдох коснулся шеи девушки, отчего она покрылась мурашками.       — Бетти, я, пожалуй, отыщу твоего отца, вероятно, он забыл, что приехал не один, — Элизабет поджала губы и встала.       — Матушка, будьте милосердны к папеньке, все это для него главная радость, — с улыбкой проговорила девушка, поведя рукой по сторонам.       — Ох уж эти скачки! — с притворным раздражением произнесла миссис Ричмонд и скрылась.       Беатрис проводила взглядом мать, а после повернулась к Феликсу.       — Как тебе мероприятие? — спросила она, обмахиваясь веером.       Стояла невыносимая духота, солнце нещадно палило, поэтому у девушки начинала кружиться голова, а лоб покрылся испариной.       — Весьма занимательно, госпожа, — в его глазах Бетти заметила едва видимые искры азарта.       Улыбнувшись, она очертила взглядом его правильный профиль, а после невольно скользнула ниже, замечая на шее крохотные капельки влаги. Кровь предательски ударила в лицо, и Беатрис поспешила отвернуться. Прикусив губу, она воровато оглянулась, с облегчением понимая, что на нее никто не смотрел.       Со всех сторон не умолкали разговоры о принце, чьего появления ждали, как манну небесную. Беатрис разглядывала коней, которых уже готовили к старту, и осознала, что белоснежного жеребца среди них не было. Должно быть, Его Величество задерживались, но переживать было нечего, без них бы точно не начали.       Мисс Ричмонд вновь подметила, что еще одна барышня вкрадчиво посмотрела ровно за ее спину, туда где находился Феликс. Беатрис нахмурилась, чувствуя подступающее раздражение. Смотрят на него как на экспонат, где же их уважение. Девушка бойко развернулась, повинуясь порыву, без единственной готовой фразы в голове. Раскрыв рот, она подняла взор голубых глаз, и замерла. Феликс оказался ближе, чем она ожидала, и вопросительно смотрел на нее, готовый выслушать. Беатрис несколько мгновений бестолково хлопала пушистыми ресницами, а, осознав, что они просто смотрят друг на друга, отвернулась и что-то пробормотала о незначительности. Ее нарастающее смущение остановила усилившаяся суета, и девушка поняла, что скорее всего прибыли королевские особы.       — А вот и он, — прошептала герцогиня и поднялась.       Феликс, находящийся достаточно близко, чтобы услышать ее слова, проследил взором, куда смотрела девушка. Сквозь толпу в окружении ослепительной ауры шел молодой человек, его ровесник, улыбаясь каждому. Он был одет в роскошный фрак для верховой езды глубокого синего цветы, а на длинных ногах красовались высокие начищенные сапоги. Волосы были безукоризненно прибраны, отчего Феликс непроизвольно коснулся своих, что непослушно лезли в глаза.       Принц повернулся в их сторону, в приветливом жесте поднимая ладонь, и тут же направился к ним. Беатрис сложила руки, слегка подпрыгивая на месте от возбуждения, а после легонько обернулась к Феликсу.       — Это принц Уильям, он очень добрый человек, сегодня он будет наездником, — тихим голосом проговорила девушка, а после опять развернулась.       Сердце Феликса болезненно ухнуло в груди, и он сомкнул челюсти, чувствуя странную волну, поднявшуюся внутри. Он вдруг ощутил себя грязным котенком, которого кинули в вычищенную до блеска парадную.       — Милая Бетти, как я рад Вас снова встретить! — принц широко раскинул руки, приветствуя, а после захватил в свой плен обе ладони девушки и с осторожностью потряс их.       — Ваше Высочество, я счастлива видеть Вас участником скачек! Мне не терпится увидеть Ваше выступление, — Беатрис подметила, что цвет фрака волшебно сочетается с глазами принца.       — Мне будет сопутствовать удача, уверяю, посему как я увидел Ваш лик. Бесподобно выглядите, миледи, как никогда, — принц легко коснулся тыльной стороны каждой ладони губами.       — Не смущайте меня, полно! — девушка застенчиво склонила голову, а после дотронулась одной рукой широкого плеча Уильяма. — Берегите себя, прошу.       — Следите за мной, Бетти, я буду искать Ваши небесные глаза, — он поклонился с присущей ему статью и, кинув прощальную улыбку, скрылся в толпе.       Феликс, не отрываясь, смотрел на удаляющуюся величественную фигуру, пока она не стала совсем неразличима, хотя такое казалось невозможным из-за внушительного роста и великолепия наряда. Беатрис изящно опустилась на сидение и принялась оживленно обмахиваться. Феликс проследил за ее возбужденным ликом и зарумянившимися щечками. Пруты сдавили его грудь, но он не мог перестать смотреть на девушку. Молодой человек порвался уйти, чтобы не выказать разыгравшихся чувств, но не двинулся с места, понимая, что не в состоянии оставить госпожу в одиночестве. Немыслимо откуда взявшаяся злоба, заполнила душу, впрочем, она трусливо поджала хвост, когда Беатрис подскочила с места и повернулась к нему, указывая на ипподром.       — Феликс, ты только глянь, какой конь! — ее сверкающие хрустальные глаза, смотрящие аккурат в его черные, теплом осели в сердце, уничтожая все горестные чувства.       Он не смог оторвать взор, когда это было необходимо. Беатрис же воодушевленно притоптывала и слегка неуклюже путалась в юбках, не замечая помутневшего взгляда угольных глаз.       — Бетти, все сделано! — донесся звучный голос мистера Ричмонда. — Отрубите мне голову, если наш жеребец не одержит победу!       Феликс вздрогнул, чувствуя, как сильно сбилось дыхание, а волнение тяжестью осело в коленях. Он опустил голову, складывая руки за спиной, и отступил назад. Освальд крепко обнял, подлетевшую к нему дочь, и закружил. Элизабет стояла подле них с широкой улыбкой на губах, украдкой наблюдая за молодым конюхом. Его лик, выражавший образ вора, пойманного с краденным, заставил герцогиню задаться вопросом, однако она не придала этому особого значения.