Правая рука Темного Лорда

Уже утром, когда солнце встало над горизонтом, а замок начал просыпаться, Лейн дала Риддлу пройти через защитное поле. Такие права, как у декана, у неё были. И они вместе, под недовольное бормотание девушки, двинулись к школе. Том слегка изменил свою внешность, поэтому, немногочисленные студенты в коридорах только шептались за спиной. — Северус? Снейпа они застали в его гостиной за горой книг. Мужчина непонимающе посмотрел на Риддла под иллюзией, а потом ощутил исходящую от него мощь, и тут же упал на колени: — Мой Лорд. — Эль мне рассказала всё, — начал Том, медленно, словно хищник, подходя всё ближе и ближе, — и о том, как ты принёс клятвы Дамблдору, и о том, как пришёл к нему, умоляя спасти твою ненаглядную грязнокровку Лили Поттер. — Мой Лорд… — Но тебе повезло. Эль просила сохранить твою жизнь. Что ты на это скажешь? — прошипел Волдеморт наклонившись к самому уху Снейпа. — Моя жизнь в ваших руках Мой Лорд, — обречённо выдохнул мужчина, прикрыв глаза. — Неправильный ответ, — усмехнулся Том, и вернулся к Лукреции, даже не посмотрев больше на Северуса, — твоя жизнь теперь в её руках. Не говоря больше ни слова, Риддл покинул комнату. Лу лишь ободряющее улыбнулась, кивнула и пошла вслед за Тёмным Лордом. Следующим объектом посещения стала гостинная Слизерина. Ученики поздоровались со своим деканом и удивлённо замерли на местах. — Позови Эйвери и Розье. И всем, кто в спальнях, скажи спуститься, — подошла Лейн к Пиритсу. Тот тут же убежал. — Мисс Яксли, на вас комнаты девочек. Через пять минут весь факультет был в сборе. Дети тихо переговариваясь, интересуясь друг у друга о личности мужчины рядом с Лейн. — В первую нашу встречу, — мягко начала девушка, — многих из вас волновал один вопрос. Пожалуй, пришло время дать на него чёткий ответ. Студенты испуганно зашептались. Лу перевела взгляд на Розье и отметила, что хоть он и бледный, а в глазах боль, но уже реагирует и общается. Она бы и сама себе не призналась, что волнуется за него. Не то, что сказать кому-то. Проще просто думать, что всё делается ради выгоды. — Тихо! Прошу достойно поприветствовать нашего гостя. Том снял иллюзию и вышел немного вперёд. Многие уже затряслись и склонились. Но когда мужчина перестал сдерживать исходящую от него силу, остальные последовали их примеру. — Поднимитесь. Я получил достойных наследников древних семей. Но хотелось бы увидеть и двух звёзд вчерашнего вечера. Эйвери и Розье побледнели, но под взглядом Лейн вышли из общего строя и снова поклонились: — Мой Лорд — в унисон произнесли они. — Я наслышан о всех ваших действиях. Леди Эль мне очень подробно рассказала о всех ваших… ошибках. В силу вашего возраста, назовём это так. Альфред и Эван задрожали, но не подняли голов. — Круцио. Оба парня тут же упали на пол, истошно крича. Остальные студенты сделали несколько шагов назад. Лишь некоторые остались на своих местах. Лейн без труда узнала детей самых верных, пусть и не близких Пожирателей. Хотя там же была и Яксли. Её руки немного подрагивали, но она стояла и не отрывала взгляда от пола. Эйвери и Розье, не смотря на адскую боль, сразу поняли отличие Тёмного Лорда от его Леди. Эль их жалела. А он действовал в полную силу. — Впрочем, — Том остановился, — пускай и не в той мере, как сделал бы это я, но вы уже заплатили за них. Поэтому, вам стоит поблагодарить Леди Эль за такое милосердие с её стороны. А теперь все отправляются в свои семьи и доносят весть о моём. возвращении. Скоро все ваши родственники вернутся домой. Скоро мы изменим порядок, избавимся от власти грязнокровок и вернём древние традиции. И вы, мои дорогие, займете не последнее место в восстановлении своих собственных прав. Тёмный Лорд окинул взглядом факультет и двинулся к выходу. Эль немного подождала и подошла к своим подопечным, которые так и не встали с пола. При её приближении Розье дёрнулся, но довольно быстро вернул себе самообладание. Лейн не обратила на это внимание. Протянула руку Эйвери и негромко сказала: — Молодцы. Затем кивнула сразу всем и вышла. — Эль, — позвал её Ридлл, — подойди сюда. Мужчина слегка расстегнул мантию девушки, открыл спину и начал тихо что-то шептать на неизвестном Лейн языке. Лишь на мгновение метку прострелила боль, а потом всё закончилось. — Что ты сделал? — Лу быстро вернула рубашку в нормальное состояние. — Теперь тебе достаточно направить магию через метку мне и подумать о том, что хочешь сказать. Я тут же получу послание. — Оу… «Слышишь? " — коварная улыбка на лице Эль не сравнилась с закатанными глазами Тома: — Иди. Пока Дамблдор весь аврорат не собрал у себя в кабинете. — Ты о чем? — У него там сейчас человек десять. Явно не нерадивые ученики. Он испугался слов Розье, пропажи Харта и резкого отбытия слизеринцев. — И ты меня просто так отпустишь? — Я думаю, ты найдешь способ самостоятельно выкрутиться. А я пока соберу старых друзей. — Ну, спасибо. Вытаскивать меня из Азкабана будешь сам. — Я же сказал, что больше ты никуда от меня не убежишь. Или напомнить, что твой крестраж весит на моей шее, — Том усмехнулся и поддел рукой едва заметную из-под мантии цепочку. — А твой на моей, Риддл. — Именно. *** Девушка подходила к кабинету директора уже без всякого волнения. Она вывела в воздухе руну спокойствия и глубоко вдохнув, вошла без стука. — Директор Дамблдор. Дорогие гости, — Лу кивнула аврорам, которые с опаской смотрели в её сторону. Все, кроме Кингсли и Аластора. — Мисс Лейн. Вы обвиняетесь в пособничестве Лорду Волдеморту и принятии его метки, — заявил последний. — О, дорогая, — начал Альбус со скорбным выражением лица, — я и не думал, что ты могла так оступиться. — Оступиться, директор? — девушка закатила глаза, — прошу заметить, что на моей руке нет тёмной метки. Шеклболт медленно подошёл к девушке. Казалось, он не верил и ему была неприятна вся это ситуация: — Мисс Лейн, я бы попросил вас показать спину. — О, ужас, — девушка театрально прикрыла рот рукой, — вы предлагаете мне раздеться? Грюм поморщился и без промедления произнёс заклятие, разрывающее ткань на лопатках Лу. Кто-то из авроров закашлялся. — Вам есть что-то сказать в свою защиту? — поинтересовался Аластор, на лице которого, в отличие от Кингсли, не было никаких эмоций. — Парочка вещей, да. Вы не могли бы вернуть моей мантии первоначальный вид? Ну, во первых, я не вижу здесь главы внутренней безопасности аврората. И вижу постороннее лицо. Я, как бывший сотрудник, могу быть обвинена только в присутствии данной службой. И присутствие лиц, не относящихся к ней, не допустимо. — Мисс Лейн… — А во вторых, у вас недостаточно доказательств для судебного разбирательства. А также есть один немного мешающий фактор. — И какой же? — поинтересовался Грюм. На его лице уже была нескрытая ненависть. Девушка хлопнула в ладоши и убрала иллюзию с живота. Присутствующие ахнули. — Видите ли, мне рожать через недельку. Поэтому, вы можете доставить меня только в особую палату Мунго. — Лукреция, так ты… — казалось, Шеклболт до сих пор не верит в вину Лейн. — Попрошу обращаться ко мне официально. — Мисс Лейн, вы признаете выдвинутые обвинения? — вмешался Грюм. — Я даже скажу тебе больше, Аластор, — девушка окончательно вошла в образ «Эль», — прошедшей ночью я убила несколько человек. Для начала, лорд Карлаус Розье, — она посмотрела на Дамблдора, — за предательство, а также профессор Харт. За то, что убил троих членов семей священных двадцати восьми. И лез не в свои дела. — Мисс Лейн, вы арестованы, — кто-то из авроров уже подошёл с магическими наручниками. — Авада Кедавра, — Эль резко развернулась и луч поразил пожилого мужчину. Все тут же подняли палочки. — Экспелтармус, — выкрикнул Грюм. Он понимал, что убийство ребёнка закон ему не простит. Ещё несколько атак девушка с лёгкостью отбила, отходя к стене. — Мисс Лейн, не делайте глупостей, — вмешался директор. — О, Альбус, я уже убила одного, что помешает сделать то же с остальными? Ты? Несколько авроров упали от непростительно, после чего на Лу всё же удалось надеть на ручники, частично блокирующие магию. — И ведь это только начало, — захохотала Эль, — только глупец может не бояться гнева Тёмного Лорда. Девушку усыпили, и она упала на руки ошеломленного Кингсли. *** Лу проснулась уже в палате Мунго. Без окон, с цепями на руках и ногах. А также со стоящими по комнате блокираторами магии. У входа — двое авроров. — Доброе утро, господа, — усмехнулась девушка, принимая сидячее положение, — если Аластор соизволит посетить мою скромную персону, я с удовольствием расскажу о всех своих подвигах. А то как-то жалко, что о них почти никто не знает. Мне есть чем гордиться. Один пробубнил под нос что-то вроде «сумашедшая фанатичка» и вышел. Через четверть часа всё же прибыл Грюм, а с ним и Шеклболт, как ответственный за дело. — Начинаем допрос номер 78 по делу о пособничестве лорду Волдеморту. — О, как официально, — фыркнула девушка, увидев странное устройство. Видимо, для записи разговора. — Мисс Лейн, вы признаетесь в пособничестве лорду Волдеморту? — Да, — безразлично кивнула Эль. — Вы можете сказать, скольких человек вы убили и назвать их имена? — Помимо Харта, Розье и ваших авроров… Сложно подсчитать. Полагаю, около пятидесяти. Глаза Шеклболта округлились, но он тут же спрятался за блокнотом, в который записывал отчёт. — Вы можете назвать их имена? — Лорд Лейн… — Ваш… отец? — на это раз даже Грюм удивился и ужаснулся. — Назвать его так даже язык не поворачивается. Знаете, сколько писем на него лежит в отделе по опеке несовершеннолетних? И их все я отправляла в возрасте от семи до пятнадцати лет. Пока не поняла, что это бесполезно. — И что же было в этих письмах? — вступил Кингсли под не одобрительный взгляд Аластора. — Неоднократное применение Круциатуса и других неприятных чар. Парочка из бумаг наверняка в моей крови и слезах. Вам в подробностях? — Когда вы его убили? — Когда мне было шестнадцать. У вас же лежит это дело в архиве. — Были обвинены Пожиратели… — пробормотал Грюм. — Ну если не вдаваться в подробности, — протянула Эль, — так оно и есть. Зато как приятно было стоять на его свеженькой могиле. — Когда вы приняли метку? — В шестнадцать. — После убийства или до? — После. — Кого ещё вы убили после этого? — Я не помню. Кажется, тогдашнего начальника аврората. Да, вашего предшественника, Аластор. Также Диггори-старшего. Отца и мать Вэнс, они очень сильно лезли в наши дела, когда состояли в этом многострадальном ордене Феникса. Десяток другой грязнокровок. Несколько надоедливых людей в России. Кажется, Александр Зайцев и Иван Родников. Да, их я запомнила. Старших Поттеров, Регулуса Блэка… — Блэка? Разве он не был…? — Был. Но быстро об этом забыл. Остальных не помню. Имена так точно. — Сколько раз вы использовали заклятие Круциатус? — Много, — девушка пожала плечами, — тут я точно не считала. — Империус? — Тоже достаточно. — Вы применяли какое либо из этих заклинаний в Хогвартсе во время вашего преподавания? — Каждый раз, когда кто-то сварил неправильно зелье, — усмехнулась Эль — шутка. Немного реже. — На ком именно? — На Карлаусе Розье. Империус. Он сделал глупость, когда пошёл к этому светлому старику. Думал, никто не заметит. — Каким образом вы узнали это? — Секрет фирмы. — Ещё на ком то? — На невинных учениках нет. Думаю, этого достаточно. Что там следующее в вашем списке? — Назовите имена Пожирателей, наиболее близких к Волдеморту. — Поттер, Дамблдор, Лонгботтом, МакГонагалл, Уизли, Грюм, Крауч, Томас… — Лукреция, — рыкнул Грюм. — Может вам ещё что-нибудь рассказать? — поинтересовалась девушка с невинным выражением лица, — вы не заметили, я говорю только то, что никак не может навредить. Что дадут вам мои преступления? Увелечение срока в Азкабане? Мне уже страшно. — Каким образом вы смогли попасть в аврорат и зачем? — не обратил внимания на монолог Грюм. — Каким? Да как все. Рекомендации из России, экзамен. Вам ли не знать. — Зачем? — Захотелось. Компания Пожирателей бывает довольно скучной. Вечные пытки грязнокровок и не только… Не особо увлекательные. Совмещать было не сложно. — Вы выдавали какие либо данные аврората? — Имена спец отряда, даже составила отличный список ваших сильных и слабых сторон. — Данные об операциях? — Зачем? Они и так были провальными. — Мы захватили много Пожирателей. — Это вы так думаете, — фыркнула Лейн, — мелкие пешки, пушечное мясо. Да они даже на невербальные заклинания не способны. Зато какой вы из этого праздник раздули. Такие заслуги. Да без меня вы бы и их не взяли. — А что насчёт Лестрейнджей и Долохова? — Грюм всё больше выходил из себя, хотя и пытался не показывать. — Их вы взяли уже после предполагаемой смерти Тёмного Лорда. Тут вам повезло чуть больше, чем обычно. Классные ребята. — Классные? — Да взять одну Беллу. Её послужной список даже вам известен. Хотя многое из него я и не поощряю. Она не умеет действовать аккуратно. Только Ричарда жалко. Вы из него всё соки выжали арестом сыновей. — Он связан с Пожирателями? — Насколько я помню, суд по нему уже прошёл. Не вижу смысла отвечать. — Зачем вы присоединились к Сами-Знаете-Кому? — снова влез Шеклболт. — Зачем? — на этот раз девушка рассмеялась, — странный вопрос, Кингсли. Ты же чистокровный. Не замечаешь ущемления наших прав? Идиотские законы, запрещающие обряды, магию крови. Всё то, что защищает наши рода, поместья, увеличивающее нашу силу. — Наши, мисс Лейн? Насколько я помню, вы маглорожденная, — переспросил Грюм. — О нет. Вопреки вашим сведениям, Лейн — мой родной отец. А моя мать из древнего русского рода Поляковых, между прочем, дальние родственники династии Романовых. — Зачем же тогда был спектакль с удочерением? — Позовите некроманта, спросите у папочки, — фыркнула Лу. — Так как вы признаете все обвинения, суд будет назначен после ваших родов, — встал Грюм. — О нет, — театрально вскинула руку Лейн, — а как же мой малыш? Вы разлучите мать с ребёнком? Изверги. — Ах да, Лукреция, — Аластор выключил записывающее устройство, — не под протокол. Кто отец ребёнка? — Какой бестактный вопрос, Грюм. Поинтересуйтесь у Тёмного Лорда. Он с радостью ответит. После того, как вдоволь насладится вашим обществом. Мужчина распахнул с грохотом дверь и вышел. Шеклболт посмотрел на Лейн с болью и тоже пошел в сторону выхода. — Не боись, Кингсли. С тобой и правда было интересно работать. Мы же друзья, помнишь? Я обязательно попрошу Тёмного Лорда пощадить твою тушку. — Не боишься Азкабана. Так веришь в него? — спросил парень после нескольких секунд, но так и не повернулся. — Я верю в себя. Я могла бы убить вас всех прямо там. Не была бы беременна, так бы и сделала. А за свои убеждения я готова и умереть. Девушка осталась одна и потянулась рукой к медальону на шее. Его не могли забрать. Высшие чары невидимости, отвлечения внимания, скрывающие тёмную магию. Вспомнив о Томе, она сосредоточилась на метке. Радуясь, что этому никакие подавители не могли помешать. «Я в порядке. Развлекалась на допросе. Сейчас в особой палате Мунго. Пообещала Кингсли твоё снисхождение». «И чем же он заслужил?», — поинтересовался насмешливый голос в голове. «Прикрывал мою спину в аврорате. А ещё влюблён в меня». «Сомнительные характеристики». «Перспективный малый, если направить в нужную сторону, чем-то напоминает мне Рабастана». «Тоже сомнительно. Ладно, потом разберёшься. Зачем ты напала на авроров? " «Хотелось сбить спесь с Грюма и его постной рожи». «Не забывай, что у тебя в животе мой ребенок», — на этот раз звучало грозно. «На моём животе был великолепный артефакт. А Аваду они боятся. Идиоты? " «Да. Много новостей, потом узнаешь. Пока всё нормально. Как появится дочь, я вас заберу». «Считаешь это для меня безопасным местом?» " Не даю тебе делать глупости». *** Альбус Дамблдор нервно наворачивал круги по своему кабинету, обдумывая данные, полученные от Поттера, Розье и Грюма. — Девчонка явно знала, что здесь авроры, зачем же пришла? Думала справиться со всеми? Нет, она хоть и убила парочку, но всё же явно сделала не всё, что могла. Специально сдалась? А этот её ребёнок? Чей? Что она вообще делала в Хогвартсе? Надо поговорить с Северусом. Отвертеться не сможет. Но зачем же сдалась? Верит в победу Тома? Может самому к ней зайти? Нет. Надо устроить её как можно быстрее в Азкабане. А может провернуть несчастный случай? И с ней, и с ребёнком? Якобы убил Волдеморт за раскрытие его тайн? Или озлобленные Авроры? А ведь я помню день смерти её отца. Она стояла там на могиле. И не плакала, вообще ноль эмоций. Альбус тут же пересмотрел воспоминание в омуте памяти. Нет, вот, на её губах проскользнула улыбка, когда все отвернулись. А вот и слова: «Ты был ужасным отцом. Но ты сделал меня сильнее. Спасибо. Я ещё не раз станцую на твоих костях».