Белое небо

Бабушка вошла в дом как раз к тому моменту, когда они с Лань Чжанем уже приняли совместный душ и взялись за приготовление завтрака, больше мешая друг другу, нежели реально помогая. Лань Чжань настаивал на вкусном и питательном завтраке, который обязательно включал в себя кашу на молоке с непонятно откуда взявшимися злаками (откуда, черт возьми, у них злаки?) и свежие овощи, а Вэй Ин — в принципе завтракать не хотел, думая заглушить утренний голод глотком крепкого кофе. Нетрудно догадаться, чьи аргументы оказались более убедительными. Лань Чжань недовольно на него посмотрел и с каменным лицом оккупировал кухню, прогнав насупившегося Вэй Ина в гостиную в целях сохранения их хороших взаимоотношений. Каким таким образом споры о еде и правильном рационе должны были вызвать у них разлад — загадка века! Благо пришла ба и у него появился весомый повод покинуть насиженное место и присоединиться к возлюбленному на кухне. — Доброе утро, дети, — улыбнулась она, румяная с мороза. — Чем занимались? А-Ин, ты сияешь! Вэй Ин с сомнением посмотрел на ба, а Лань Чжань тем временем с порозовевшими кончиками ушей начал отвечать: — Мы… Вэй Ин толкнул Лань Чжаня локтем: — Мы пили чай! — От простого чая кожа и глаза так не сияют, сяо Ин, — коварно сверкнула глазами ба, но больше смущать или как-то настаивать на продолжении разговора не стала и резко перевела тему на А-Юаня: — Где Юань-эр? — Спит. — Хм, он действительно выглядел очень уставшим вчера, — задумчиво произнесла ба. — Испеку ему блинчиков. — А мне? — И тебе, конечно, — махнула рукой ба, даже не пытаясь стереть с лица лисью ухмылку, — и твоему мужчине. Вам обоим нужно набраться сил перед дорогой. Ты же уже придумал, куда вы поедете? Вэй Ин придумал, но не знал, как к этому отнесется Лань Чжань. К тому же, стоило ли на этот раз брать с собой А-Юаня? Последние несколько недель А-Юань то и делал, что разъезжал с Вэй Ином по разным местам и нервничал почем зря. Его маленькому лисенку следовало отдохнуть дома и заняться чем-нибудь хорошо знакомым и любимым. Он обожал рисовать, листать книжки и цветные журналы и часами перебирать свои драгоценные коллекции. Они могли бы заняться этим, вместо того, чтобы снова куда-то там ехать. — Вижу, ты разрываешься на части, — сказала ба, — и я, так и быть, облегчу тебе жизнь. Твой лисенок останется здесь, со мной, а ты сам со своим возлюбленным поедешь куда-нибудь отдохнуть, и можешь не возвращаться. — Ба, ну что ты такое говоришь, — пробормотал Вэй Ин, взмахивая руками и чувствуя, как на щеках медленно расцветает румянец смущения, и Лань Чжань ничуть ему не помогал — он слишком внимательно разглядывал его, даже не пытаясь осадить несносную родственницу своего любимого человека. Что за позор! — Здравые вещи. — Мгм. — И ты, Брут?! — Вэй Ин драматично приложил ладонь к груди, словно его ранили чужие слова. — Вэй Ин может показать мне все свои любимые места, — успокаивающе произнес Лань Чжань. — Мы можем снова съездить в Сиэтл и сходить в любой ресторан на твой выбор или погулять в лесу. Это было бы нашим с тобой вторым свиданием. Лань Чжань хотел пойти с ним на еще одно свидание. Черт. — А он мне нравится, — мурлыкнула ба и одобрительно прищурилась. С ее губ не сползала самодовольная улыбка. — Прекрасно. Вэй Ин хлопнул в ладоши и оставил этих двоих единомышленников наедине, а затем, не оборачиваясь, отправился к лисенку наверх, бесшумно открыл дверь, подошел к постели, прилег рядом с сыном и легонько дунул ему в ушко. «Хорош ты спать», — подумал добродушно он, чуть успокоившись, и, наклонившись ближе, на этот раз обхватил мягонькое пушистое ушко губами и тут же со смешком выпустил. А-Юань заворчал и недовольно дернул ухом. — Лисенок, маленький мой, пора вставать, — прошептал Вэй Ин. А-Юань фыркнул, мило зевнул во всю пасть, и с любопытством приоткрыл правый глаз. — Да-да, мистер, уже утро и давно пора вставать, встречать новый день, завтракать, играть с Чжань-гэгэ. Услышав последнюю часть про игры и своего Чжань-гэгэ, лисенок навострил уши и повернул голову к Вэй Ину. — Ты правильно расслышал, — улыбнулся он, целуя А-Юаня в мокрый нос. — Чжань-гэгэ все еще здесь, и он ждет не дождется встречи с тобой, все время меня спрашивает, когда же ты наконец проснешься. А-Юань вскочил на ноги, словно и не спал вовсе, и юркнул рыжей стрелой за дверь под аккомпанемент громкого смеха Вэй Ина и непрекращающихся поддразниваний. Часть его была справедливо возмущена, потому что лисенок никогда, никогда так не подскакивал от перспективы поиграть с ним, а другая — светилась от признания и счастья. А-Юаню явно нравился Лань Чжань. Спустившись вниз, Вэй Ин остановился у основания лестницы и прислонился к перилам, наслаждаясь открывшимся зрелищем. А-Юань вился и восторженно фыркал и тявкал у ног замершего Лань Чжаня, который взглянул на него с безмолвным криком о помощи в этих великолепных золотистых глазах, что мучали и терзали его сегодня всю ночь и все утро, и протянул к нему руку. Вэй Ин усмехнулся и крадучись подошел к своему возлюбленному. Взял его за руку и притянул к себе для короткого и очень-очень сладкого поцелуя, а следом наклонился и прижал разволновавшегося лисенка к своей груди, прямо как младенца. — А-Юань, что за манеры? Ты что же, дикий зверь? — раскачивал он скулившего у него на руках А-Юаня в такт каждому произнесенному слову. — Ты забыл, как нужно здороваться со старшими? А-Юань обиженно пискнул, и Лань Чжань в ответ на это издал приглушенный вздох, словно хотел забрать его из надежных объятий Вэй Ина и утешить, ну и ну. — Лань Чжань, разве я не прав? — Вэй Ин с интересом наклонил голову и, не переставая смотреть на него и искать подсказки на невозмутимом и прекрасном лице, поцеловал лисенка в макушку. — Возрасту можно простить многое, — сказал Лань Чжань. — А-Юань еще совсем юный. — О? — не смутился Вэй Ин. — Я вижу, эта милая мордашка уже покорила тебя. Ладно. Вэй Ин отпустил на пол А-Юаня, который, воспользовавшись дарованной свободой, спрятался за юбку ба, и обнял Лань Чжаня за талию, и тот опустил свои длинные ресницы к щекам, зарозовевшим от легкого смущения и неудобства, но никак не показал, что был против. — Что у вас здесь произошло, пока меня не было? — Ничего, — ответил Лань Чжань и плавно усадил их обоих на диван лицом друг к другу. А-Юань, не став превращаться обратно, о чем-то чирикал на кухне с ба. — Ба бывает настырной и весьма настойчивой, когда пожелает, — улыбнулся Вэй Ин, придвигаясь ближе, он ничего не мог с собой поделать. — Ты выглядел почти напуганным, когда я спустился к вам вместе с лисенком. Ну, не считая того факта, что А-Юань по пробуждении чуть не свалил тебя с ног, конечно же. — Госпожа Баошань просто беспокоилась о тебе. — Неужели? — Да, — кивнул Лань Чжань. — Боялась, что я обидел тебя, или обижу как-нибудь в будущем. — И она провела с тобой воспитательную беседу? — Если это можно так назвать. — Лань Чжань, она ведь не угрожала тебе? Не угрожала, верно? Лань Чжань многозначительно промолчал, и Вэй Ин засмеялся, уронив голову на крепкое плечо возлюбленного. Какой ужас. — Что моя бабушка тебе сказала? Давай же, Лань Чжань, расскажи! Мне любопытно! — Не скажу. — А за поцелуй? — Я подумаю. — Торгуешься со мной? — прошептал с придыханием Вэй Ин, восхищенный чужой наглостью. — Так я могу поцеловать тебя и просто так. — Только на это и рассчитываю, — таким же шепотом ответил Лань Чжань. — Не соблазняй меня, не надо. — Вэй Ин почувствовал, как между ними снова заискрил жар. Он не мог толком на него посмотреть — воспоминания об этом лице, искаженном в муках удовольствия, и руках, мнущих и ласкающих его тело, все еще давали о себе знать. Кожа Вэй Ина до сих пор чувствительно покалывала в тех местах, к которым так бесстыдно прикасался Лань Чжань. Когда они вдвоем стояли в ванной под упругими струями воды, забывшись в объятиях друг друга и слившись в страстном поцелуе, Вэй Ин думал только о том, как хорошо ему было, и это чувство и не думало пропадать. Казалось, что-то между ними окончательно разрушилось — невидимые стены отчуждения, скрепленные сдержанностью и чувством долга. С них спали железные цепи страха и боязни причинить вред, сковывающие их и причиняющие боль, отравляющие их существование и уничтожающие любой шанс на любовь — на саму возможность открыто проявлять любовь и нежность. Вэй Ин хотел еще, и не знал, как это остановить и стоило ли вообще это останавливать. — Вэй Ин начал первым, — произнес вполголоса Лань Чжань. Вечное обвинение. Вэй Ин не делал ничего особенного. — Я не соблазнял тебя. — Соблазняешь каждую секунду. Вэй Ин выдохнул со смешком и оглянулся назад, прошептав: — Не здесь. Они могли обсудить это позже. Где-нибудь в другом месте. — Хорошо, Вэй Ин. Да, хорошо. С ними все будет хорошо. Завтрак прошел замечательно. А-Юань снова превратился в мальчика и начал задавать им сотни разных вопросов, — любил он поговорить во время еды, хотя Вэй Ин сто раз просил его сначала прожевать, а потом спрашивать о чем бы то ни было. Возможно, некоторые правила Ланей имели смысл. Лань Чжань терпеливо отвечал, привыкший к повышенной активности А-Юаня, и лишь иногда поправлял, мягко, с родительской лаской напоминая о тишине и правильном поведении за столом. И этот непоседа слушался его! А-Юань слушался и даже сел прямо! Вэй Ин не мог не удивляться и не любоваться ими двоими. Они так хорошо ладили и дружили. Лань Чжань был таким заботливым и добрым к А-Юаню, что это вызывало зависть. Каплю белой зависти посреди моря обожания и любви. Вэй Ин не находил в себе сил протестовать или возмущаться, даже в шутку, поскольку все проходило действительно замечательно. Просто идеально. Вэй Ин все бы отдал, лишь бы застрять в этом моменте навсегда. — А-Ин, когда мне вас ждать? — Вечером, — задумчиво произнес Вэй Ин. — Мы съездим в Порт-Анджелес, погуляем там и сразу вернемся. — Папа уезжает? — взгрустнул А-Юань, уже не с таким энтузиазмом поглощая свои любимые блинчики, горячие, только со сковороды, с бабушкиным ягодным вареньем. — Ненадолго, — успокоил его Вэй Ин, обрадовавшийся уже тому, что дело, кажется, не дойдет до истерики. Хороший мальчик. — Мы с Чжань-гэгэ поработаем на скучной работе, прогуляемся по городу пару часиков и приедем. Соскучиться не успеешь. — А вы привезете мне подарок? — Какой ты хочешь подарок, А-Юань? — поднял голову Лань Чжань, этот ужасный человек с кучей денег и свободного времени. — Не знаю, — пожал узкими плечиками А-Юань, в точности повторяя излюбленный жест Вэй Ина. Он и сам, наверное, не до конца понимал, что невольно перенимал все привычки отца. — Мы что-нибудь придумаем, — хмыкнул Вэй Ин и погладил ребенка по голове. — Без подарка ты не останешься. Мне твой Чжань-гэгэ не позволит. — Мгм. Что и требовалось доказать. Дай Лань Чжаню волю, и он все деньги на него и на лисенка спустит. Вэй Ину следовало бы зорко следить за ним, чтобы ни одна монетка не была потрачена впустую. Богатые и избалованные люди обычно не знали меры. Да-да, и не смотрите на него так.

***

Вэй Ин не в первый раз ехал с Лань Чжанем вместе в одной машине, но впервые — наедине. Чтобы не сойти с ума, он включил на фоне музыку и выкрутил звук до приемлемого минимума. Это были Scorpions. Мама боготворила их, и, когда была жива, постоянно ставила дома их пластинки и подпевала любимым песням, иногда совершенно не попадая в ноты. В ее защиту, вокал там был действительно мощный. Не каждый смог бы повторить. Вэй Ин смутно помнил, как она аккуратно доставала заезженную до дыр пластинку из конверта и настраивала иглу проигрывателя, как она танцевала и ярко улыбалась ему, освещенная закатными лучами, беспечная, молодая и красивая. Вполне вероятно, что он все додумал и его память всего лишь заполнила недостающие пробелы. Ну, и пусть. Это не так уж и плохо. Вэй Ин украдкой взглянул на Лань Чжаня, внимательно изучающего мелькающие за окнами виды, и снова вернулся к дороге. Заснеженные деревья, редкие дорожные знаки, камни и мох. Ненавязчивая музыка и их тихое дыхание в теплом салоне машины. Любопытные взгляды, которые периодически бросал на него Лань Чжань, думая, что Вэй Ин не заметит. Вэй Ин заметил. — Почему ты так на меня смотришь? — спросил он, и Лань Чжань мило засмущался. Можно было бы подумать, что тот лишь притворяется стеснительным, если вспомнить о том, как они провели свой первый раз в постели. Боже, их первый раз. Они занялись любовью. — Я настолько красив, что ты не можешь оторвать от меня глаз? — Без поддразниваний обойтись было невозможно, иначе он не был бы самим собой. Да и трудно это — не напрашиваться на комплименты, когда рядом с ним сидело настоящее божество во плоти и открыто засматривалось на него. — Вэй Ин очень уверенно водит свою машину, — отметил Лань Чжань со странными интонациями в голосе. Что это интересно должно значить? Уверенно водит? — Это что, намек? — не сдержался Вэй Ин и широко улыбнулся. — Намек? — Да так, есть у нас, механиков, один стереотип, что как мужчина водит свою машину, так он и трахается, — рассмеялся пронзительно Вэй Ин и смущенно отвел взгляд, предпочтя смотреть в боковое зеркало, а не на лицо Лань Чжаня. Вот кто разрешил ему рот открыть?! Теперь они оба точно помрут от неловкости, смущения и его отвратного чувства юмора! На могиле Лань Чжаня напишут, что он любил своего благоверного со всеми его изъянами и всеми тупыми шутками. А на могиле Вэй Ина ничего не напишут. Довыделывался потому что, вот почему. — Возможно, не такой уж и стереотип, — тихо проговорил Лань Чжань, к его крайнему ужасу и возмущению. Вэй Ин устал терпеть что-то подобное. Это несправедливо! — Лань Чжань! — Что? — Да ты хотя бы предупреждай, о, мое сердце, — в отчаянии воскликнул Вэй Ин, пока его избранник потешался над ним и глядел на него с глубокой нежностью. — Никаких нервов с тобой не хватит. Как мне жить дальше? — Хорошо, предупреждаю, — торжественно склонил голову Лань Чжань. О, нет. Вэй Ин знал, что последует дальше. — Нет, нет, Лань Чжань, — выдохнул с присвистом Вэй Ин, ужаснувшись сильнее прежнего. Из его горла вырвался сиплый шепот: — Ты не посмеешь. — Я люблю тебя, и я посмею. — Лань Чжань, — взмолился Вэй Ин и крепче вцепился в руль. Теперь следить за дорогой для него стало вопросом жизни и смерти. Буквально. — Вэй Ин, ты восхитительный и щедрый любовник, — храбро начал он, проигнорировав любые попытки Вэй Ина прекратить разговор. — Мне очень с тобой повезло, твоя уверенность предавала мне сил и дарила чувство безопасности. Мне никогда не было так хорошо. Ни с кем. «О, Лань Чжань», — заскулил про себя Вэй Ин, но вслух, спустя целую минуту, полную необъяснимого потрясения, сказал: — Во мне нет ни капли уверенности. В том, что мы делаем. — Сегодня мне так не показалось. — Лань Чжань слегка нахмурился, выражая всем своим видом сомнение. — Не дразни меня. — Не дразню, — поклялся Лань Чжань. — Я просто честен с тобой, хотел, чтобы ты знал, как сильно ты влияешь на меня. — Хочешь сказать, возбуждаю? — не сдержался Вэй Ин и с ухмылкой подмигнул ему, скрывая настоящие чувства за показной самоуверенностью. Сердце в груди забилось сильно и быстро. В нем расцветала нежность. Кончики пальцев знакомо закололо от желания прикоснуться и убедиться в реальности происходящего. — Не без этого, — отвернулся к окну Лань Чжань. Кончики ушей у него опять восхитительно покраснели, и он поспешил их поскорее спрятать от жадных глаз Вэй Ина. — Однако я не буду извиняться за то, что хочу тебя. — Думаешь, я буду? — Не знаю, — вздохнул Лань Чжань. — Но ты чем-то обеспокоен? Не так ли? — Скорее да, чем нет. Я взволнован. — Чем? — спросил Лань Чжань, забыв о всяком стыде. — Нашей близостью? Нашей совместной ночью? — Лань Чжань, — выдохнул Вэй Ин и свернул к обочине. Остановившись в более-менее безопасном месте и на автомате подняв ручник, он посмотрел на Лань Чжаня, сжимающего кулаки на коленях, и понял, что они оба нервничали и переживали из-за предстоящего разговора. Будь проклята их неопытность. — Лань Чжань, пожалуйста, посмотри на меня, но, если хочешь, можешь не смотреть. Я не хочу тебя заставлять. Комфорт его возлюбленного — превыше всего. — Вэй Ин? — Лань Чжань все-таки взглянул на него и нежно погладил его по руке, что все еще судорожно сжимала рукоять ручного тормоза. — Я не знаю, как тебе сказать. — Что сказать? — Лань Чжань, ты веришь мне? — тяжело вздохнул Вэй Ин. — Да, — без колебаний ответил Лань Чжань. — Тогда ты, наверное, помнишь, как я сказал тебе, что мне все понравилось. Ты потрясающий. Щеки, шея и даже грудь Лань Чжаня покраснели от удовольствия, от его слов и взглядов. Вэй Ин из-за этого чуть с ума не сошел и, немного подождав, решительно отстегнул ремень безопасности, расстегнул куртку, снял ее, бросил на заднее сиденье и перебрался на колени к потерявшему дар речи возлюбленному. Лань Чжань от удивления широко распахнул глаза, но тут же закрыл их, как только почувствовал страстное давление губ Вэй Ина на своих губах, и обнял его за талию. Места было мало. Вэй Ин, не прерывая поцелуя, то и дело задевал головой потолок своей машинки или стукался локтями об разные вещи, когда пытался избавить возлюбленного хотя бы от верхней одежды. На секунду Вэй Ин засомневался в их здравомыслии, поскольку заниматься тем, чем они занимались с Лань Чжанем на данный момент, явно удобнее без всего. В постели. — Вэй Ин, — позвал Вэй Ина Лань Чжань, любовно кусая его за нижнюю губу и засасывая ее в рот. После такого точно останется след: губы еще долгое время будут выглядеть опухшими и измученными. И Вэй Ин, чье тело наполнилось искрящимся возбуждением, вполне осознавал, что на самом деле он этого и добивался. Усмехнувшись, он, насколько мог, откинулся назад и медленно облизнулся, смакуя чужой вкус и наслаждаясь им от начала и до конца, набросив на себя маску бесстыдности, от которой возлюбленный, кажется, был абсолютно без ума. — Ты потрясающий, — не поскупился на похвалу Вэй Ин, уверенно повторив то, что и так давно знал, и Лань Чжань весь раскраснелся в ответ на это, зарывшись лицом в его грудь и обняв еще крепче. — И ты счастлив? — А должен быть не счастлив? К чему вопрос? — Просто я переживал, что навязался тебе, — сказал возмутительную чушь Лань Чжань, отказываясь поднимать голову и встретиться с ним взглядом. — Мы не поговорили, а за несколько часов до этого были пьяны. Сегодня утром я не сдержался и разбудил тебя. Самое сладкое и самое лучшее пробуждение на свете. Вэй Ин таял под вниманием возлюбленного и тайно желал, чтобы это никогда не заканчивалось. — Красивый настолько, что ты не сдержался? — улыбнулся Вэй Ин и погладил Лань Чжаня по голове. — Вэй Ин, ты — очень красивый, — прошептал с чувством Лань Чжань. — Ты очень желанный для меня. У Вэй Ина мгновенно пересохло во рту и по телу прошлась приятная возбужденная дрожь. — Желанный, — невольно повторил за ним Вэй Ин, пробуя незнакомое слово на языке. — Да, и поэтому мне нужно было сначала узнать, хочешь ли ты чего-то большего со мной, прежде чем лезть к тебе с поцелуями. — Если ты вдруг забыл, то напомню тебе, ты предложил мне встречаться с тобой, — поцеловал его в макушку Вэй Ин. — Мы состоим в отношениях. — Отношения не всегда подразумевают секс, — ответил Лань Чжань и поднял голову, чтобы наконец посмотреть на него. О, эти прекрасные золотые глаза. Вэй Ин мечтал тонуть в них всю жизнь, несмотря на то, какие глупости их хозяин сейчас говорил ему, преисполненный серьезности, глубоко переживающий и старающийся не показывать то, насколько это все его тронуло, взволновало и пробудило в нем нечто прекрасное. Предназначенное лишь для него, для Вэй Ина. Из всех людей. Как он не понимал? — Я был не против, — нежно поцеловал его Вэй Ин. — Мне нравится целоваться с тобой. — А… все остальное? Лань Чжань иногда такой смешной, ей-богу. Вэй Ин едва не рассмеялся над неуверенным выражением его лица, когда какую-то минуту назад он расхваливал его и называл потрясающим. — Лань Чжань, у нас был чудесный первый раз. — Вэй Ин потерся о нос Лань Чжаня своим и довольно мурлыкнул, почувствовав горячее дыхание на своих губах и последующий поцелуй. Много поцелуев. Лань Чжань не ограничился только губами и теперь целовал его щеки, осторожно спускаясь вниз, к очень чувствительной шее. — Лань Чжань, ты… ты был идеален… Это так приятно… — простонал он и прижался к возлюбленному ближе, сгорая от мысли, что они могли бы повторить их предыдущий сценарий и довести друг друга до наивысшей точки наслаждения, не снимая одежд, что все еще преступно оставались на них. Какая жалость. — И ты бы ничего не поменял? — допытывался Лань Чжань, покусывая и посасывая его кожу на шее и заставляя проглатывать так и рвущиеся наружу стоны. — Н-нет. — М? — Уверен, — ответил он на его безмолвный вопрос. — Да, это было не совсем романтично, но я рад, что это было с тобой. Лань Чжань, я был бы счастлив, даже если бы ты набросился на меня в лесу! — Вэй Ин, — мягко упрекнул его Лань Чжань. — Ты прав. Сейчас там холодно. — Вэй Ин! Вэй Ин задрожал от смеха и испустил долгий облегченный вздох, решив еще немного поиздеваться над своей любовью, совсем чуть-чуть: — А может это не я тут сомневаюсь? В конце концов, не ты ли настаивал на том, чтобы мы все сделали правильно? Так что, я прав? — Мгм. — Считаешь, мы торопимся? — А мы торопимся? — Без понятия, — фыркнул Вэй Ин, коротко чмокнув Лань Чжаня в губы. Это его первый опыт отношений и секса. Откуда ему знать, торопились они или нет? — Ты хотел романтики? Вино, свечи, лепестки роз, шелковые простыни? То, что Вэй Ин сумел попасть ровно в точку, он понял только тогда, когда Лань Чжань неуютно заерзал под ним и отвел взгляд. Снова. Его мышцы ощутимо напряглись, а руки судорожно сжались вокруг него. Лань Чжань явно ждал насмешки и готовился с достоинством ответить на язвительные замечания убедительными, заранее составленными аргументами. Вот только Вэй Ин не собирался смеяться над ним. Не хотел. Да и просто не мог. — Лань Чжань, — ласково позвал его Вэй Ин, утыкаясь носом в любимую шею, от которой вкусно пахло отголосками дорогого парфюма и тем, что являлось самим Лань Чжанем, сандаловым деревом и теплой чистой кожей. — Это так мило. Никто не старался ради меня так, как стараешься ты. — Не так сильно, как должен. — Ничего ты мне не должен, не говори глупости. Если так рассуждать, то из нас двоих это я совсем не стараюсь. — Неправда. — Да? — Вэй Ин оставил на шее Лань Чжаня россыпь нежных поцелуев и провел носом по его линии челюсти, вдыхая полной грудью смутный аромат сандала. Возможно, он исходил от пальто. Когда они пошли на свидание в ресторан этот аромат повсюду преследовал Вэй Ина. Да, пальто и рубашка. Лань Чжань сильно обидится, если он заберет его рубашку себе? — Вэй Ин, — судорожно вздохнул Лань Чжань, — выбрал для нас прекрасное место. Тот ресторан был хорошим, блюда — вкусными и сытными. — Как я? — негромко усмехнулся Вэй Ин, прикусывая розовую мочку уха Лань Чжаня и неторопливо втягивая ее в рот. — Ты лучше, — сказал Лань Чжань и вцепился пальцами в ткань на спине Вэй Ина, притягивая вплотную к себе и не желая отпускать. — Раз так, то, может, следующее место для свидания выберешь ты? — Ты позволишь? — Есть вариант, в котором я тебе что-либо не позволяю? — со смехом и удовольствием в голосе протянул Вэй Ин. — Мне напомнить тебе, что ты сделал со мной сегодня в постели и в душе, м? — Вэй Ин, — простонал Лань Чжань, приоткрывая губы и накрывая ими губы Вэй Ина. К его глубокому разочарованию, они целовались недолго. Спустя около пары минут обмена ласками, Лань Чжань мягко отстранился и обхватил щеки Вэй Ина руками. — Вэй Ин, ты?.. — Что? Лань Чжань некоторое время молчал, собираясь с силами, а потом, резко выдохнув, спросил: — Вэй Ин, ты хочешь большего? Со мной? — Большего? То есть?.. — в недоумении вопросил Вэй Ин. Он плохо понимал, что от него хотели услышать. Что значит иметь больше, чем у них было и есть сейчас? — Что ты имеешь в виду? Лань Чжань красноречиво посмотрел на него глазами, полными желания, и тут до Вэй Ина дошло. Вэй Ин нервно закашлялся и почувствовал, как румянец на щеках стал ярче. Руки, медленно опустившиеся с щек на его талию, ощущались остро и приятно, а еще уверенно. Лань Чжань держал твердо, но ненавязчиво. Вэй Ин знал, что если он попросит, то возлюбленный отпустит его и не будет настаивать на продолжении чего-либо. Вэй Ин долго думал и размышлял о своем первом разе с Лань Чжанем. Залезал на кучу форумов, по ночам, когда никто не видел. Задавал там сотни вопросов под разными никами. И большинство пользователей, — в основном девушки и женщины, — которые откровенно делились своими историями, склонялись к тому, что самое важное в первой близости с любимым человеком, — это доверие, любовь и большое желание. Ну, и готовность, разумеется. Быть готовым, — или, как пошло пошутил у себя в голове Вэй Ин, подготовленным, — не менее важно. — Вэй Ин, нам необязательно делать что-то больше, чем мы уже сделали, — тихо проговорил Лань Чжань, поглаживая его по горящей щеке. — Но я не против, — шепнул Вэй Ин. — Только у меня есть одно условие. — Мгм. Лань Чжань приготовился слушать. Послушный какой, надо же. — Давай займемся любовью там, где поблизости не будет моих родных? Мне же потом им утром в глаза надо как-то смотреть. — Хорошо, — чуть дрогнул под ним Лань Чжань, ища успокоение в его губах, целуя Вэй Ина сладко и долго. От этого поцелуя все в нем заново загорелось от огромного и непреодолимого желания, а низ живота — защекотало, словно внутри него поселилась стайка маленьких и шаловливых бабочек, томно потянуло... Необыкновенное ощущение — Вэй Ин мог бы стать от него зависимым. — Как ты хочешь это сделать? — Мы серьезно об этом сейчас разговариваем? — спросил Вэй Ин и сразу же исправился: — Не то чтобы я против. Я только за. Просто у меня в голове так пусто. Это все из-за поцелуев. Во всем виноват Лань Чжань. — Ничего страшного, — успокоил его Лань Чжань. — Я уже придумал кое-что. — Что ты придумал? — Не могу сказать, хочу преподнести это тебе как подарок, — Лань Чжань с трепетом поцеловал его в щеку, — хочу, чтобы ты доверился мне. — Лань Чжань, конечно, я доверяю тебе. — Тогда можешь подождать пару дней, пока я все не устрою? — Звучит страшно, — не смог не усмехнуться Вэй Ин, доверительно прижимаясь к телу возлюбленного и выжимая из него тяжкий вздох, почти стон. — Ты как будто к войне готовишься. — Тебе бояться нечего. — Это радует. Но все же?.. — Терпение. — Не тебе говорить мне о терпении, — сказал Вэй Ин, страстно качнув бедрами под их общий синхронный стон. Боже. — Вэй Ин, пожалуйста, остановись, — взмолился Лань Чжань, и Вэй Ин остановился, прислонившись лбом к его надежному плечу, глубоко дыша и пытаясь угомонить свое непослушное тело. — Обещаю рассказать тебе, но чуть позже. Ты первым узнаешь обо всем. — Только если у тебя на примете нет еще одного Вэй Ина. Тогда он узнает первым. — Что за вздор, — легонько щелкнул его по носу Лань Чжань. — Вэй Ин один такой на белом свете. Вэй Ин есть Вэй Ин. — И, наверное, оно и к лучшему. — Мгм. Вэй Ин в последний раз, с оттягом, поцеловал Лань Чжаня в губы и с недовольным стоном пересел обратно, на водительское сиденье, чувствуя крайнее неудобство где-то в районе штанов. Вновь сосредоточиться на дороге было трудно. Лань Чжань, зацелованный и раскрасневшийся от ласк, отвлекал и не давал погрузиться мыслями в составление маршрута и планы на город. Вэй Ин приоткрыл окно, и с порывом холодного свежего воздуха его голова ненадолго прояснилась. Теперь он хотя бы мог думать. Первым делом они заехали к мистеру Сингеру. Старик был рад его видеть и сразу предложил кофе и чаю, и они не стали ему отказывать в такой мелочи. Из работы Вэй Ину предложили не так уж и много: протереть пыль, разобрать пару ящиков с мелочевкой и расставить книги на полках. Лань Чжань захотел заняться книгами. Оказывается у него был опыт реставрации и восстановления свитков и старых книжных изданий, которым насчитывалось, по прикидкам, несколько столетий, вау. Ближе к обеду Лань Чжаню поступил звонок. Звонила его мама, спрашивала, как у него дела, а после попросила передать трубку Вэй Ину. Дрожащими руками он взялся за телефон, отложив в сторону серебряное кольцо, от которой слабо фонило темной энергией, и, отвернувшись, произнес: — Здравствуйте? — О, А-Ин, здравствуй! Я наконец-то услышала твой голос и теперь поняла, отчего все животные в доме сходят с ума, — рассмеялась мама Лань Чжаня. — Мой А-Чжань и дня не мог прожить без того, чтобы не услышать тебя хоть раз, и не давал мне поговорить с тобой, такой собственник, представляешь? — Мама, тебя прекрасно слышно, — наклонился к трубке Лань Чжань, на что женщина довольно фыркнула и пожурила его за то, что тот не связался с ней раньше и не сообщил о своих приключениях. Уши Лань Чжань покраснели от того, как госпожа Лань произнесла последнее слово, и Вэй Ин засмеялся в кулак, ловя на себе укоризненные взгляды. — Простите, что забрал у вас вашего сына, госпожа Лань, — покаялся Вэй Ин. — Я не хотел проблем. — Можно просто Цзиньхуа, мой милый, или мама. Обращайся ко мне как к маме, если хочешь, — радушно предложила госпожа Лань, пока Вэй Ин бился в конвульсиях и пытался не расплакаться от ее щедрого предложения. — Мой сын не доставляет тебе хлопот? — Нет, он очень милый и крайне вежливый со мной и А-Юанем. — Хорошо, если так, — сказала госпожа Лань. — Я приеду, если он обидит тебя, и проведу с ним воспитательную беседу. — Не думаю, что это потребуется. — О, у вас настолько все хорошо? Вэй Ин приложил руку к излучающей тепло щеке и громко усмехнулся: — Да, все хорошо, — сказал он и перевел тему: — Как ваше здоровье? — Извечный вопрос, от которого я уже, между нами говоря, очень устала. — Извините, не хотел беспокоить. — Ты не беспокоишь меня! Мне очень приятно! — Тогда ответьте, как вы себя чувствуете? Советы моей ба вам помогли? — Да, передай ей от меня спасибо. Спать и засыпать мне стало намного легче, — улыбнулась она. — Лекарства уже плохо справлялись. — Раз так, то я нагружу Лань Чжаня на обратном пути лучшими травами для вас. — Мой мальчик, — рассмеялась она, — не нужно. Я прекрасно себя чувствую. Без надзора своего строгого сына я теперь могу позволить себе съесть шоколадку с очень сладким чаем и не бояться осуждающих взглядов, ведь это вредно для здоровья. Лань Чжань, услышав это через динамик телефона, нахмурился, и Вэй Ин смешливо фыркнул. — От одного раза ничего плохого не случится, — произнес уверенно Вэй Ин. — Жить вообще вредно. Госпожа Лань снова весело рассмеялась и попросила передать телефон Лань Чжаню, пока они не увлеклись разговором. Вэй Ин так и сделал и отошел в сторону, чтобы дать им свободное пространство. Быстренько он нарисовал на ближайшем клочке бумаги очищающий талисман и избавил кольцо от маленького и неприятного проклятья. Мистер Сингер поинтересовался у него, сколько они еще пробудут в его лавке, и Вэй Ин на пальцах показал, что не больше часа точно. Лань Чжань уходил от антиквара неохотно и напоследок приобрел у мистера Сингера за баснословные деньги наручные часы, которые тут же и надел. Вэй Ин уже знал, что связался с истинным транжирой и ничего ему не сказал. Только головой покачал насмешливо и пригласил погулять по городу и где-нибудь поесть. Они гуляли как семейная пара, шли друг с другом под руку и много говорили о всяких пустяках, в основном о работе и семье. Устроившись в уютном ресторанчике у дороги, Вэй Ин уселся рядом с Лань Чжанем, чтобы показать ему фотографии с отпуска и пообсуждать с ним некоторые забавные случаи. Лань Чжань заказал себе какой-то салат и чай, а Вэй Ин остановил выбор на пасте с грибами и сливочным соусом и вишневом пироге. За разговорами день пролетел быстро, и он уже с трудом переставлял ноги. Когда Лань Чжань предложил повезти машину вместо него, Вэй Ин не нашел в себе сил протестовать и просто сел на пассажирское сиденье, а по пути задремал, прислонившись головой к стеклу и не заметив, как Лань Чжань сбросил скорость и заботливо пригладил его волосы. До дома они доехали спокойно и без проблем, сытые и уставшие. Довольные жизнью.