суд

мы — правосудие. возмездие над теми, чье Ка посмело прожить счастливую жизнь вредя другим. наш суд неоспорим и беспощаден. не пройдет ни одна душа безнаказанной, и прознают смертные божественный гнев за совершенные злодеяния.

      в запретной зоне архива было темно и душно. из-за того, что сюда запрещено было ходить уборщикам, все сокровища покрылись толстым слоем пыли, а окна и вовсе отсутствовали. Исаак тихо чихает. единственный источник света — свеча в руке, которая была абсолютно бесполезна в этой кромешной темноте. кругом одни книги, но не они причина его вторжения. «да, было бы неплохо, если бы караван с моими материалами поторопился. мне скоро научную работу писать.» — говорит ему голос в Акаше.       это был их код. Исаак цокает зубами и ускоряет в шаг. как он может работать быстрее, если из всех источников света у него только свеча?!       однако не успел Исаак даже осознать собственное раздражение, как он обо что-то споткнулся. еле удержав равновесие, ученый присел на колени перед преградой. это была не маленькая пыльная коробка, которая закрыта скотчем. Исаак поставил рядом свечу и начал вытаскивать содержимое: пустой пергамент, пыль, пара записных книжек и что-то твердое, что было завернуто в кожу. развернув, перед Исааком предстала скрижаль с древним текстом и изображением двух человекоподобных шакалов с весами. — нашел. — шепчет он.       Исаак быстро убирает находку в сумку и юрко просачивается сквозь стеллажи книг. миновав запретную зону, ученый закрывает к ней дверь, у которой стоял его товарищ. тот смотрит на сумку Исаака, а затем на ученого вскидывая брови. — это оно.       улыбка расползлась по лицу человека, и вместе они удаляются подальше от архива.