Вы гангстеры? Нет, мы русские

Решение провести последний месяц лета в деревне ребята приняли совершенно спонтанно. Просто так вышло, что семья Сани уезжала на море, а сам он отказался, желая провести август с друзьями. Там всплыл разговор про дачу в деревне, и тут понеслась. Саня собрал всю банду в гараже и предложил немного сменить обстановку. Там, мол, и озеро, и огород, и свежий воздух. Точно будет чем заняться, да и от городской суеты отвлекутся. Короче говоря, звучал почти совсем как те самые отцы, которые не ясно зачем вытаскивают детей из привычной им зоны комфорта и везут на природу. Мальчики на удивление единогласно поддержали эту затею. Даже Стас, меньше всех любящий подобные развлечения, был двумя руками за. Уже на следующий день после принятого решения мальчики вовсю взялись паковать вещи на две недели. Уехать первыми вызвались Саня и Филипп. Нужно было подготовить все к приезду остальных и хоть немного прибрать дом. С этими аргументами они первыми покинули гараж, помахав из окна машины отца Филиппа ручками. Чем они там занимались, ребятам оставалось только догадываться. Днем отъезда выбрали седьмое августа, а уже десятого все остальные мальчики подтянулись следом. Сам путь уже представлялся приятным путешествием, поскольку пролегал через безлюдные поля и дороги, даря то самое непередаваемое ощущение лета. Свежего, чистого, вечного. Добирались в этот раз на автобусе, поскольку со всем вещами при всем желании не поместились бы на машине поменьше. Однако это никого из ребят не смущало, наоборот, с наступлением вечера в салоне стало еще более уютно. Свет решали не включать, позволив мраку сопровождать их до самого конца поездки. До прибытия к назначенному месту оставалось всего двадцать минут, и Ян решил подремать за это время. Мысли в голове вертелись весь день, хотелось хотя бы ненадолго заглушить этот поток и выдохнуть. Остальные ребята общались о чем-то между собой, не донимая самого младшего, расположившегося на дальних сиденьях. Кирилл с грустью во взгляде посматривал в его сторону, но предпринимать ничего не решался, посчитал, что пока им с Яном все так же следует держать дистанцию. Ведь, как бы он ни делал вид, что ничего не произошло, о том откровенном разговоре на балконе ресторана все еще помнил. Высадившись у остановки, мальчики взвалили на себя рюкзаки и сумки и один за другим двинулись по адресу Сани. Домики, окруженные заборами и деревенским спокойствием, навевали так нужную сейчас атмосферу. Фонари постепенно зажигались навстречу приехавшим, а тишина летней ночи убаюкивала слух. — Саня сказал, что они сейчас не дома, так что ключи оставил в кустах, — объяснил Миша, когда ребята приблизись к нужному дому. С виду тот ничем не отличался от остальных — такой же маленький и скромный. Разве что в два этажа и с небольшим балкончиком. — Нашел, — вылезая из кустов, протянул связку Мише Чингиз. Тот принялся открывать калитку и первым вошел внутрь. Прошествовал до двери дома, оглядывая огород, в котором последний раз был лет шесть назад. Тогда они с Саней только недавно познакомились и решили провести несколько летних дней у него на даче. Как же сильно грели душу подобные воспоминания. Напоминали о том, как давно они с любимым человеком знают друг друга и как много вещей их соединяют. — Так, стоп, — вдруг вырываясь из романтичных мыслей, серьезно покачал головой Миша, — ключей от самого дома тут нет. — Как нет? — удивился Кирилл. Подошел к Мише и взял связку в руки. Действительно ключи почему-то открывали лишь дверь забора. — Вот два балбеса, — закатил глаза Сережа, — этот дуэт только за смертью посылать, как мы доверили им приехать вдвоем? — Как они могли не подумать о еще одних ключах? — не поверил Стас и для достоверности прошел на крыльцо, чтобы потянуть ручку входной двери. Та оказалась заперта. — Ну пиздец, — вздохнул Сережа, кладя сумку на газон, — и долго нам их ждать? Оказалось, меньше получаса. За это Время ребята разложились кто где, занимая и лавочку у сада с розами, которым заведовала мама Сани, и две лавочки под навесом для трапез на свежем воздухе. Больше улечься или усесться было негде, так что, уступившие лучше блага младшим, Миша и Кирилл развалились на траве. Постетилили мастерки и кофты и распластались прямо у забора. Наблюдали за звездным небом и чувствовали, как приятно трава щекочет открытые щиколотки. — Смотри, приехали, что ли?! — Реально приехали! Все шестеро вскинули головы, заслышав поблизости знакомые голоса. — Ну привет, народ! — первым влетел в открытую дверь забора Саня, — а че на улице прохлаждаетесь? Или вас так атмосфера деревенского лета затянула? — Атмосфера вашей глупой беспечности! — вздохнул Сережа, — сами нам ключи отдать забыли! Филипп, налетевший на Саню со спины, обменялся с ним недоуменными взглядами. — Бля-я, — вдруг протянул, закрыв глаза, — точно, мы же вторую связку забыли в кусты закинуть! — Олух ты, Феликс, я тебе говорил! — Че ты мне говорил? Это было твоим заданием! Сам лоханулся, а винишь меня? Ребята безмолвно наблюдали за пылкой перепалкой со стороны, мысленно помечая, что выглядят лучшие друзья и разговаривают совсем как деревенские. Будто на даче провели не несколько дней, а несколько лет. — Да хорош препираться, давайте уже сюда ключи! Саня сделал рывок и легким движением руки подбросил заветную связку прямиком в руки разозленного Сережи. — Так бы сразу, — цокнул тот, подошел к крыльцу и наконец просунул ключ в замочку скважину. Кирилл, Ян и Чингиз последовали за ним, неся в руках привезенные сумки. — Ну привет, любимые, — вместе с Саней подходя к стоящим у ворот Стасу и Мише, протянул Филипп. — Хотите посмотреть местные достопримечательности? Правда, вряд ли здесь найдется что-то красивее вас, — закинув руку на плечо лучшего друга, в тон ему распалялся Саня. Стас и Миша недоуменно переглянулись между собой, скрещивая руки на груди. Их парни по-прежнему казались им какими-то странными. Или это деревенских воздух так на них действовал? — Ну что вы смущаетесь, красивые, — усмехнулся Филипп, — иль возлюбленных своих не признали? — Ставлю на то, что они успели хлебнуть чего-нибудь на рыбалке, — шепотом обратился к Стасу Миша. — О нас шепчетесь? — усмехнулся Саня. — Ну-ка дыхни, Феликс, — подошел к Филиппу Стас, кладя руку ему на плечо. Тот не растерялся и, вовремя отпрянув от лучшего друга, прижал Стаса за талию к себе. Наклонил голову и, не дожидаясь протеста, прильнул к его губам своими. Углубил поцелуй, вкушая сладость любимых губ и понимая, как сильно он успел соскучиться по Стасу за это недолгое время разлуки. Тот перестал сопротивляться и отдался во власть любимого человека, ведь сам скучал не меньше. — Прикинь, они не пили, Лино! — когда поцелуй прервался, с рассеянной улыбкой сказал Стас. — Тогда еще страннее! — посмотрел на Саню Миша, — почему вы себя так странно ведете? — Это ты странный! — усмехнулся Саня, — будто совсем по мне не скучал. — Просто немного устал, — заметно млея под влюбленным взглядом своего парня, уже нежнее прошептал Миша. Саня больше не мог сдерживаться и, беря пример с лучшего друга, точно так же поцеловал Мишу в губы. Тот прильнул к нему всем телом, наконец показывая, что и для него эти несколько дней были невыносимы. — Если устал, я тебя понесу, — в перерыве вдруг прошептал Саня. Миша и понять ничего не успел, как вдруг его уже подхватили на руки и понесли внутрь. Кирилл, Чингиз, Ян и Сережа, в это время раскладывавшие вещи в комнатах на первом этаже, недоуменно поглядели в сторону шума. Когда дверь одной из спален закрылась за Саней, Ян усмехнулся себе под нос. Встретился с серьезным взглядом Кирилла и тут же изменился в лице. — Ну а что? Все мы их понимаем, они же столько не виделись… — Даже думать не хочу о том, что там происходит, — покачал головой Сережа. — Не думай, — усмехнулся вошедший в дом в обнимку с Филиппом Стас, — своими ушами услышишь. — Так, я в магазин, — хлопнул в ладоши Кирилл, — надо кое-какой еды купить. Кто со мной? Вверх взмыли все пять рук.

🧷🧷🧷

Ночь в деревне выдалась по-настоящему спокойной. Звукизоляциия удивительным образом отгородила большую часть парней от не успевших насладиться друг другом Миши и Сани, холодильник ломился от еды, а коридор уже вовсю заполоняла куча обуви, сваленной друг на друга. Деревянные стены домика Сани словно согревали жителей изнутри, возрождая в их сердцах те самые воспоминания о дачах бабушек в их родной стране. О беззаботном детстве, первом знакомстве и вечном лете. Следующие несколько дней проходили, как и ожидалось, незабываемо. Саня с Мишей отправились гулять по полю и ближе к вечеру улеглись на траву, слушая через общие наушники «Бесполезно» — Валентина Стрыкало. Чингиз с Кириллом и Филиппом пару раз умудрились сходить утром на речку, попытать удачу и удочки, найденные в кладовке. Получалось довольно неплохо, правда Сережа успел предсказать Филиппу, что на рыбалке тот поймает дырявый башмак. Сам порывался несколько раз пойти с ними, но вставать рано утром у него не получалось даже в деревне. Один единственный раз, когда Сережа все же отправился на рыбалку, навстречу ему шли уже сложившие удочки Кирилл, Филипп и Чингиз. Последний что-то пошутил про опоздание, и Сережа выдал одну из своих любимых конспирологических теорий: — А вы знаете, что понятия времени не существует? В один из теплых деньков электричество дало сбой, и мальчики все как один высыпались во двор, желая провести даже такую ночь незабываемо. Невозможность зарядить телефоны в таком месте никак не связывала им руки, наоборот, подарила повод установить во дворе палатку и устроить ночь страшилок, о которой Саня так давно мечтал. Потирая руки, он уже готовился пугать близких друзей, тыча фонариком на батарейках прямо себе в лицо. — Готовы умереть от страха? — глядя по очереди на каждого, загробным голосом спросил он. Стас, сидящий в обнимку с Филиппом, закатил глаза: — Если будешь тянуть интригу так долго, я умру от скуки прямо сейчас. — Обещаю умереть только в том случае, если на этот раз поведаешь что-то новенькое, — честно заявил Ян, — а то по сто раз слушать про черный-черный город я уже не смогу. — Да за это время у него наверняка что-то новое появилось, — вставил Чингиз, больше всех любивший истории Сани, — начинай. Они уселись поудобнее, укрылись пледами, которые затащили в палатку, и приготовились слушать. — История называется «В ночь на Хэллоуин». Дело было в Корее в 1986 году, как вы, должно быть, догадались, в ночь праздника нечисти. — Ты ее сам выдумал? — усмехнулся Филипп. — Нет, читал на одном сайте с переводами. Говорят, ее написал мальчик, напрямую причастный к тому случаю. Главный герой истории, которого, между прочим, звали Феликс. — У-у-у, — протянули Сережа и Ян, переглядываясь между собой с улыбками на лицах. — Да хватит! — не выдержал Стас, — не завывайте раньше времени. — Так вот, — продолжил Саня, — группа из семерых мальчишек отправилась в страшный дом на окраине города, чтобы опровергнуть ходившие о том месте слухи. Местные поговаривали, что там скитается призрак мальчика, который при жизни заживо сгорел на втором этаже в собственной комнате тридцать лет назад. Мальчика того звали Хенджин. — Бедный, — поджал губы Стас, — это действительно существовшая история? Я имею в виду… именно гибель Хенджина. — К сожалению, да, — вздохнул Саня, — я проверил информацию, оказалось, такая трагедия в самом деле случилась в пятидесятые. Но вот насколько достоверно то, что я расскажу вам дальше… По окончании истории мальчики, к собственному удивлению, вовсе не испугались. Некоторые даже плакали, потому что исход получился скорее трагическим, нежели жутким. Стас прижимался к Филиппу и всхлипывал громче всех, потому что по непонятной причине искренне проникся к этому парнишке по имени Хенджин. Его несчастной судьбе и разговору с мальчиком, имя которого было созвучно имени парня Стаса.

🧷🧷🧷

На следующий день, чтобы немного исправить грустный вечер, мальчики отправились в лес по грибы. Стас прихватил мухобойку, понимая, как сильно она понадобится в пути, Миша с Саней несли рюкзаки с едой, Кирилл с Чингизом и Сережей — корзинки. Ян с Филиппом отыскали в кладовке два детских сачка голубого и розового цвета и все пытались разглядеть в высокой траве отдыхающих бабочек. — Ты уверен, что эти грибы съедобные? — недоверчиво покосился на Сережу Чингиз, когда тот указал ему на сомнительную находку под деревом. — Уверен, — твердо кивнул тот, — поверь, я после лекций Лино, которые тот читает мне вслух, мастер в биологии. — Ну-ну, — хихикнул Миша, который сам раздел ботаники помнил лишь отчасти, — мастер. — Эй, мастер, а где твоя Маргарита? — озвучил в ту же секунду пришедшую в голову шутку Ян. Ребята замолкли, после чего громкий смех Филиппа и Стаса прорезал тишину. Они поняли первее всех, пусть и с опозданием. Остальным же понадобилось чуть больше времени, чтобы вспомнить, что у сестры Филиппа — девочки по имени Оля, — есть еще и второе. То самое, что перекликалось с названием известного произведения Булгакова. По приходе домой Миша с Филиппом сразу же стали думать, что именно приготовить из собранных грибов и ягод. Саня с Яном захотели скоротать время за волейболом на заднем дворе. О том, что мяч находится в комнате Филиппа и Стаса, вспомнили только когда оказались на улице. — Принц! — надрывая голосовые связки, в голос верещали Саня и Ян. Когда тот выглянул из окна, в унисон закричали: — Скинь мяч! Еще через пятнадцать минут, когда Сане вдруг приспичило пить, он на правах старшего попросил Яна вынести ему воды. Тот усмехнулся, закатил глаза и скрестил руки на груди: — Меня домой загонят! — Давай-давай, быстро, — на секунду вернувшись в детство, усмехнулся в ответ Саня. Вечером мальчики ели грибы с шашлыками, которые Филипп с Мишей в итоге приготовили на заднем дворе.

🧷🧷🧷

На следующее утро из-за внезапной идеи Сережи устроили день наоборот, где каждый вел себя в соответствии с противоположностью своего характера. Стас харкался, басил и вел себя гипертрафированно мужественно. Саня шутил несмешные шутки и ходил с серьезным лицом. Кирилла гоняли по мелким поручениям и отчитывали почти за каждый шаг, в то время как сам он капризничал и постоянно сбегал от остальных. Ян руководил всей группой, и его бесприкословно слушались, какие бы глупые поручения он ни давал. Миша с Филиппом оставили готовку, говорили на ломаном английском с ярым акцентом и постоянно забывали слова. Чингиз просил помочь ему с тяжелым, а Сережа задавал глупые вопросы и неуместно хихикал. К концу дня ребята так выдохлись, что были по-настоящему рады вернуться к привычным образам и осознать, как же они ценят возможность быть самими собой. В один из жарких дней они в очередной раз направились на речку. Даже Чингиз, человек всегда ходящий в одних штанах и толстовках даже летом, надел шорты. Стас с Саней тогда всерьез удивились, на пути к речке перешептываясь между собой: — Пиздец, жара никого не щадит. — И не говори. Через два часа Саня вдруг заявил, что знает дорогу к заброшенному заповеднику, который прекратил свою деятельность еще десять лет назад. Стас несколько минут не понимал, зачем им туда нужно, но, услышав от Сани заветное «Там получатся классные фотки», чуть ли не в ряду первых ринулся за проводником. Остальные тоже были не прочь посетить новую локацию. Настораживало только ее местоположение и время пути. — Уверен, что за двадцать минут? — Зуб даю, парни, — сердечно клялся Саня. — Что ж, веди, Сусанин, — усмехнулся Чингиз. И вскоре пожалел об этом. Вел их Саня и в самом деле как Сусанин. Постоянно заводил в какие-то дебри, топтал совершенно непроходимые дорожки, говорил каждые пять минут: «Почти пришли» и не разрешал устраивать привалы. — Ты точно не убить нас пытаешься? — на середине пути стал сомневаться Сережа. — Зато Принц красивые фотки на могильную плиту сделает, — нашел время пошутить Ян. Несмотря на усталость, путь пришлось продолжить. Саня, внезапно заплутавший и заставивший мальчиков сомневаться в реальном существовании заброшенного заповедника, в итоге собрался и вывел их на нужную тропу. Не чувствовавшие ни ног, ни рук мальчики нашли в себе силы обрадоваться обнаруженной локации. Стас тут же позабыл об усталости и, прикинув, как потрясающе будет смотреться в таких декорациях, тут же поволок за собой Мишу, по дороге всучивая ему собственный телефон. — Погоди, Сань, — осматриваясь, покачал головой Чингиз, — но ведь тут от речки в самом деле всего двадцать минут ходьбы. Нужно было просто с того конца зайти. Кирилл, Сережа и Ян ошарашенно уставились друг на друга. — Ой, да? — прячась за лучшего дура, едва стоявшего на ногах, хихикнул Саня, — видимо, я совсем перестал узнавать эти места. — Уверен, что именно так? — хмыкнул Кирилл, — или это все… — Ну ведь добраться за двадцать минут было бы слишком скучно, разве я не прав, парни? А так мы, считайте, целую экспедицию… Договорить Сане так и не дали. Кирилл и Чингиз слишком стремительно бросились за ним вдогонку с двух сторон, когда тот, почувствовав опасность, попытался улизнуть. Стас игнорировал крики на фоне и, не обращая внимания на боль в ногах, позировал все так же умело. Миша едва успевал делать кадры, а Филипп с улыбкой оглядывался на творщееся под боком мракобесие. В итоге Саню все-таки пощадили. Устроили прогулку вдволь всего заповедника и под конец уселись на более менее ровной полянке, чтобы перевести дух и немного подкрепиться. Стас рассматривал получишиеся фотографии и возносил талант Миши, так умело передавшего его первоначальную задумку. Домой вернулись уже ближе к вечеру и до самого утра спали как убитые. В шесть часов удивительным образом пересеклись на кухне, постепенно все больше вливаясь в деревенский режим. Здесь, в отличие от города, в самом деле получалось устать к вечеру и оттого проснуться ранним утром. Позавтракав блинчиками Миши, мальчики единогласно решили отправиться на пляж. Собирались спешно, чтобы застать чистоту утреннего воздуха, и потому умудрялись выглядеть смешно. Стас косо напялил на Сережу шляпу, чтобы к обеду тот не сгорел на солнце, Филипп не до конца растер по лицу солнцезащитный крем, из-за чего разводы забавно подчеркивали веснушки, коих к лету стало еще больше. Чингиз с Яном забыли зонтики, а Саня через силу натягивал вдруг уменьшившиеся кроссовки. — Да развяжи ты шнурки, — видя потуги друга, на лице которого вот-вот отразится боль мученика, цокнул Кирилл, — тебе же явно сдавило. — Да так любой дурак сможет, — восприняв противостояние обуви как личный вызов, отмахнулся Саня. Теперь, когда касательно такого простого дела у него возник азарт, пойти по легкому пути ощущалось самым настоящим поражением. От такого заявления брови Кирилла взлетели вверх: — А ты типа конкретный дурак, да? Миша, обувающийся рядом, слышно прыснул в голос. Скрыть искреннюю реакцию при всем желании не вышло бы. Саня сделал вид, что ничего не слышит, и продолжил возиться с собственным упрямством. В итоге время поджимало слишком ощутимо, так что под конец он отбросил это дело: скинул кроссовки, стянул носки и надел самые обыкновенные шлепки. Кирилл закатил глаза, переглянулся с усмехнувшимся Мишей и вместе с ним, как самые старшие, последним покинул дом.

🧷🧷🧷

На пляже Стас топил Саню, Чингиз соревновался с Яном, кто больше продержится без воздуха под водой, а Сережа, не раздеваясь, лежал на полотенце с котятами под деревом и читал какую-то книжку в мягком переплете. — Ян победит, — когда Чингиз собрался делать заныр, не отрываясь от страниц небрежно бросил Сережа. — Почему это? — возмутился тот. — Он самые широкие дистанции на физре бегает. Ну, бегал. С ума сойти… мы все закончили школу. — И что с того? — У него дыхалка лучше. Легкие дольше продержутся. Услышав такие смелые заявления, Чингиз лишь больше напитался соперническим духом и приготовился к заныру. Ян захихикал и на счет три погрузился в воду. Кирилл тем временем помогал Филиппу разливать колу по пластиковым стаканчикам, а Миша фотографировал удивительные виды природы и самых любимых людей. Перевел фокус на Саню, мысленно думая, что совсем немного и запечатлит самые настоящие кадры с места убийства. — Принц, ты… — Тихо-тихо-тихо, — погружая его обратно вниз, шептал Стас, — я тебе тот поход в городской бассейн никогда не забуду. — Нам было по четырнадцать! — Месть с годами только слаще. Сделав пару снимков, Миша улыбнулся самому себе и посмотрел на экран телефона. По фотографиям было вовсе не очевидно, что здесь, возможно, происходит самое настоящее покушение. Мальчики с экрана выглядели как самые обыкновенные юноши, радующиеся летнему теплу и беззаботной молодости. Чуть позже Кирилл, Ян и Чингиз собрались домой. Оставили Сережу за старшего, как это было обычно, и сказали, что ужин сегодня за ними. Филипп и Миша, желавшие еще немного побыть у озера, радостно заулюлюкали. Все-таки, как бы хороши ни были их способности в готовке, им тоже порой следовало от нее отдыхать. Еще через полчаса, когда ребята наконец накупались и вылезли одеваться в сухие вещи, погода внезапно переменилась. — Бля, ща польет! — прикрывая голову, выругался Саня. — Где зонты? — спросил Сережа. — Сегодня мы их с собой не брали, — вспомнив о допущенном из-за спешки упущении, ужаснулся Филипп. — Черт! — уже собирался паниковать Саня. — Без паники! — заявил Миша, — Хан-и, идем со мной. — Вы правда думаете, что сейчас лучшее время?.. — глядя на них, недоуменно протянул Сережа. — Ждите! Когда Стас, Филипп и Сережа уже заныкались под деревом и были готовы принять на себя удар непогоды, из-за кустов вдруг показались Саня и Миша. Слово свое сдержали, их и впрямь следовало лишь немного подождать. Единственное, что смущало в общей картине — наличие не ясно откуда взявшегося огромного пляжного зонта, который обычно можно увидеть рядом с лежаками у морских пляжей. Но на местном пляже такого не было. — Где вы, блять, его достали?! — не скрывая искреннего ахуя, опешил Сережа. — Меньше вопросов, больше дела. Залетайте все быстрее сюда, — скомандовал Миша. Мальчики, уже и без того порядком промокшие, не стали долго спорить и поскорей присоединились к парочке, держащей огромный зонт вдвоем. Плюсы в том, что тот именно пляжный, нарисовались сразу: под обычным они впятером просто не уместились бы. Так и дошагали в итоге до дома, практически не попав под дождь. Как позже выяснилось за кружкой чая на кухне, зонт Миша позаимствовал с соседнего пляжа. Не встретив никаких возражений, решил, что против его вольности никто не выступит. Кирилл и Чингиз смеялись в голос, увидев, как забавно мальчики ютятся под огромным зонтом, а после слов Миши и вовсе не могли спокойно вздохнуть. Ян чувствовал странную усталость, а потому никак не мог разделить всеобщее веселье. Хотел поскорей уйти в свою комнату и заснуть. Однако так скоро его желанию в этот раз не суждено было сбыться. К вечеру, дождавшись, когда дождь прекратится, мальчики высыпались на улицу и внезапно поняли, что страсть как хотят посидеть у костра. Укрыться теплыми пледами, прислониться к любимым и вдыхать свежесть летней ночи. Саня и Миша притащили лавочки и стульчики, Кирилл и Сережа разожгли костер, Чингиз и Филипп вынесли немного еды, Стас раздобыл пледы на всех, а Ян вытащил привезенную с собой гитару. Усевшись у костра поудобней, мальчики стали обсуждать сегодняшний день, смеяться и жарить зефир на длинных ветках деревьев. Смотрели на потрескивающие угольки и вкушали каждый миг юности. Стас ожидаемо опустил голову на плечо Филиппа, Миша стиснул руки Сани в своих, чтобы тот даже не думал замерзнуть в холодную ночь, Чингиз вздыхал о Насте, а Сережа с улыбкой поглядывал на экран телефона, в котором виднелся чат с любимой девушкой. Кирилл задумчиво уставился на огонь, а Ян старался потушить огонь внутри себя, понимая, что не может оторвать взгляда от лица близкого друга. — Давайте споем, — вдруг сказал Стас, — Миш, я тебе. Ян, сыграешь? Возвращаясь в реальный мир, Ян покачал головой и поглядел на профиль одного из друзей. — А? — Говорю, сыграешь нам, чтобы Миша спел? — Д-да, конечно, — беря в руки гитару, улыбнулся тот на просьбу Стаса, — что будешь петь? — Ты же сможешь ту, которую мы у тебя дома разучили? — вдруг вспомнил Миша. — Смогу. — Отлично. Хан-и, ты за Крида, — похлопав Саню по плечу, бросил Миша. — Что?! — только и успел спросить тот, как Ян уже провел пальцами по струнам, а Миша принялся петь первую часть за Максим. Слова о прошлом лете не оставили равнодушными никого из присутствующих. Голос Миши привычно пробирал до глубины души, помогая снова сосредоточиться на реальности и остаться в настоящем моменте. Несмотря на первоначальное удивление, Саня довольно быстро подхватил игру Яна и пение Миши. Зачитал часть Крида так, будто всю жизнь только к этому и готовился. — Ну какой я тебе друг, подруга. Ян и сам не понял, зачем в этот момент поднял взгляд на Кирилла. Смутился еще больше, когда заметил, что тот тоже смотрит в его сторону. — Отпущу, чтоб ты больше не плакала. — Отпускаю и в небо… Их голоса сочетались так же гармонично, как сами мальчики между собой. Четкий рэп Сани разбивался о мелодичность нежного голоса Миши. — Да, ты ушла по-английски, хоть ты английский не знаешь. Филипп усмехнулся, находя эту строчку по-особенному ироничной и забавной. Стас гладил его руку большим пальцем и вынуждал приятное чувство теплоты разливаться по всему телу. Царящая у костра атмосфера оказалась еще приятнее, чем мальчики ожидали изначально. Ян играл еще лучше, чем обычно, действительно вкладывался в исполнение и придавал голосам Сани и Миши идеальное звучание. Чингиз и Сережа зачарованно следили за поющими, и только Кирилл не мог оторвать взгляда от гитариста. По окончании небольшого выступления мальчики разразились аплодисментами, а Саня, Миша и Ян принялись польщенно кивать в ответ. — С каждым разом твои навыки все лучше, — не смог не подметить Стас, обращаясь к самому младшему, — такой ты умница, Янчик. — Скажешь тоже, — засмущался тот. — Да, и еще сто раз скажу, — оттянув его щеку, улыбнулся Стас, — младший братишка. — Совсем вырос, — вздохнул Сережа. То, что так к Яну обращался именно он, с учетом их разницы в год, всегда вызывало у Филиппа искреннюю улыбку. — Скоро все восемнадцать, — сказал Чингиз, — а ведь словно совсем недавно отмечали совершеннолетие Кирилла. — Восемнадцатилетний Кирилл и восемнадцатилетний Ян — два совершенно разных дела, — вставил Миша. Ребята говорили о чем-то еще, только вот Ян их уже не слышал. В его голове вновь и вновь всплывала сцена с того позорного вечера, когда он слишком отчаянно поверил в себя под градусом. Сказать, сколько раз он об этом жалел, сложно. Ян сбился со счета, постоянно рассуждая о том, как все могло обернуться иначе, не поспеши он в тот вечер. Думал, что смог бы и дальше общаться с Кириллом так же беззаботно, как все то время, что они знали друг друга. На что он вообще надеялся, помня о характере их взаимоотношений? Тот вряд ли мог даже в теории воспринимать Яна кем-то, кроме младшего брата. А так хотелось вновь побыть наедине, при этом не чувствуя напряжения. Не сбегать к другим парням, чтобы случайно не остаться один на один, и непринужденно побеседовать с Кириллом. Так, как они делали это все те шесть лет, что знали друг друга. Рассуждать о том, как много значения близкий друг придал его поведению в тот вечер, было по-настоящему страшно. Хотелось сосредоточиться на мысли, что Кирилл уже и думать забыл о том происшествии и совсем скоро, когда Ян перестанет его избегать, все вернется на свои места. Пусть воспринимать как друга того, о ком все мысли и чувства, уже не получится, терять общение ни в коем случае не хотелось. Однако и о повторном признании он, несмотря на все сожаление, тоже подумывал. Любить издалека уже не казалось такой уж хорошей альтернативой. Ян хотел верить, что при других обстоятельствах все получится. Понятия не имел, что в ответ ему может сказать Кирилл, но все равно был готов вновь рискнуть. Позже, но попробовать еще раз. Вдоволь насладившись вечерними посиделками у костра, мальчики потушили огонь и разбрелись по своим комнатам. Стас отчего-то долго не мог уснуть, и Филипп безмолвно прижимал его к себе, стараясь передать всю заботу и поддержку, что мог. Миша с Саней заговорились до самого рассвета, а Кирилл думал о своем, слушая храп лежащего на соседней кровати Чингиза. Ян помогал Сереже выбрать подарок для Оли без особого повода. В маленьком доме в деревне в каждой из четырех комнат в эту ночь происходило что-то свое. Наутро Кирилл сказал Яну, что тот может постепенно заниматься подачей документов в ВУЗы. Баллы можно будет посмотреть уже на днях, так что к такому событию стоило подготовиться. — Ох, в этом году так задержали, — когда мальчики завтракали на кухне, вздохнул Стас, — только мучают выпускников еще больше. — Волнуюсь за мелкого, как за себя, — пережевав гречку, кивнул Саня. — Но мы в тебя верим, Ян, — подмигнул ему Филипп. — Спасибо, Фил, — просияли в ответ. — Хочешь, Оля тебе расклад сделает? Она недавно стала гаданиями заниматься, — предложил Сережа. — Да ладно, всего день остался, — вставил Чингиз. — Иногда за один день происходят самые судьбоносные вещи, — подал голос Миша. А после случилось то, чего Ян так боялся. Мальчики ушли к озеру, а ему пришлось остаться дома, чтобы подать документы. И все бы ничего, если бы Кирилл, как лидер, не вызвался остаться с ним и помочь. — Уверен, что справишься сам? — Да я же видел, как в свое время подавали вы, а в прошлом году еще и Сережа. — Да мало ли, что там изменилось. Или настолько самостоятельный стал? Кирилл до сих пор вел себя так, словно ничего не случилось. И Ян все не мог понять, нравится ему такой расклад или нет. Будто он придумал себе неловкость, которой на самом деле никогда не существовало. Пусть и пытался скрывать ее от Кирилла, сейчас выходило особенно плохо. — Если правда справишься сам, я могу уйти. Просто подумал, что ты не захочешь оставаться один, пока все веселятся. После такого заявления Яну стало стыдно. Кирилл ведь в самом деле, как обычно, поступал так из лучших побуждений и заботился о нем. Сам, может, не понимал, что между ними происходит, но засовывал эти мысли поглубже, сосредотачиваясь на том, что сейчас по-настоящему важно, а именно — на поступлении Яна. — Останься, — чудом все же выпалил тот. Мысленно уже представлял, какое напряжение будет испытывать, но отказаться никак не мог, — пожалуйста. — Эх ты, — тем самым голосом старшего сказал Кирилл, подходя к Яну и присаживаясь возле него, — ну что, первым делом посмотрим московские? Как бы сильно Ян ни сомневался в успехе сданных экзаменов, вера в жизнь в Москве была сильнее. Они с Кириллом тут же принялись перебирать самые разные учебные заведения, в которых Ян мог бы обучаться уже осенью. Направление тот выбрал филологическое, еще в школе понимая, что оно ему ближе всего. Кирилл с умным видом кликал мышкой и всматривался в экран ноутбука, изучая самые непонятные сайты и пытаясь понять, как именно те работают. Ян шумно сглатывал, понимая, в какой близости они находятся друг от друга, но все так же держал себя в руках. Уводил взгляд, чтобы не пялиться, и убеждал себя, что сердце не так уж и громко колотится в груди. — Ну вот и все, — по завершении закрыл крышку ноутбука Кирилл, — самое муторное сделано. Осталось только вписать баллы, когда те станут известны. — Ага, — неловко повел плечами Ян, — спасибо. — Да ладно, — отмахнулся тот. В его понимании такое проявление заботы о друзьях было чем-то само собой разумеющимся. Именно поэтому Кирилл даже банальную благодарности в подобный момент считал излишней.

🧷🧷🧷

— Вот тут потуже затяни, отвяжется. — Это корейский метод узлов, какой отвяжется, Лино. — Если хоть один шар раньше нужного взлетит, я тебя самого в воздух запущу, Чингиз. — Сань, ты уверен, что она сама не взорвется? — Хоть раз доверься мне, Принц. — Когда мы с Филом доверились вам в последний раз, вы с Мишей наебали нас, что расстались. — Да когда это было-то! С тех пор за нами никаких преступлений не числится! У безлюдной части пляжа на озере шестеро мальчишек устроили самый настоящий праздничный переполох. Совсем скоро вся их компания могла полным составом посещать ночные клубы для взрослых, честно вводить свою дату рождения на сайтах с ограничением по возрасту и смело приобретать напитки покрепчке в «Магните» или «Пятерочке». Такое событие следовало отпраздновать с умом, именно поэтому с приготовлениями столько хлопотали. Еду припрятали в палатке, которую поставили под деревом, шарики привязали к кустам и веткам, а подарки складировали под раскладным столиком. Колпаки, дудки и хлопушки скромно ожидали своего часа. — Ну, вроде все готово, — оглядев место праздника, заключил Миша, — можем возвращаться. Кирилл, наверное, уже помог ему закончить с документами. Уйти всем составом и оставить приготовления к празднику без присмотра мальчики никак не могли, так что на место сторожей в этот раз вызвались Стас и Филипп. Как их отмазать, ребята придумали заранее, так что, со спокойной душой оставив парочку в палатке, двинулись к дому. Кирилл вовремя запряг Яна работой в саду, чтобы тот случайно не решил ринуться к мальчикам на пляж. Тот не до конца понимал прикол такой активности, но не возрожал и молча выполнял указания своего старшего. Мальчики вернулись к вечеру, рассказав о том, как устали и что поскорей хотят лечь спать. Ян, утомившийся от работы под солнцем, ожидаемо был с ними солидарен. На то у Кирилла изначально и был расчет. — А где Принц и Феликс? — Стас с Филом на свидание ушли, сказали, что вернутся на рассвете, — бросил заготовленную фразу Саня. — А, ясно, — безразлично ответил Ян, по привычке ощутив в груди ту самую легкую нотку зависти, что посещала его всякий раз, когда он задумывался о романтических отношениях своих друзей. Каким же благом казалась возможность просто взять и уйти на свидание до самого рассвета с любимым человеком. Поужинав, мальчики пораньше завалились спать. Сережа дождался, пока Ян на соседней кровати размеренно засопит, и тихонечко выполз в коридор. — Спит? — встретив его на пороге, прошептал Саня. — Спит, — кивнул тот, — можем начинать. Миша, Кирилл и Чингиз уже вышли на улицу, со всех ног несясь в сторону пляжа. До прихода Яна следовало зажечь оставленные у места проведения праздника свечи и убедиться, что все идет по плану. Ну а Сереже с Саней предстояла миссия посложнее. — Мелкий! — врываясь в комнату, воплем позвал последний, — вставай быстрее! Ян, едва погрузившийся в сон, резко вздрогнул и в ужасе уставился на близкого друга. — Что… что случилось? — Нет времени объяснять! — срывая с него одеяло, поддержал Сережа, — парни, они ждут нас! Мы нужны им! — Где Кирилл? — растерянно выпалил Ян, — с ним все хорошо? А с ребятами? — Сам убедишься, идем скорее! Больше не говоря ни слова, мальчики принялись помогать Яну собраться, а после в четыре руки поволокли прямиком в сторону озера. Тот не был уверен, что сумел проснуться даже на ходу, но все так же стойко продолжал следовать за торопящимися в неизвестном направлении друзьями. Сквозь мглу ночи он никак не мог взять в толк, что эта дорожка ему на самом деле знакома. Оказавшись у озера, Ян заслышал знакомые голоса: — Идут! Идут! Приготовьтесь! А потом все как и было задумано: громкое поздравление в унисон, взрывы хлопушек, крики мальчиков и зажженные свечи на торте в руках Филиппа. Из-за полусонного состояния все происходящее воспринималось еще ярче, чем могло бы. Яну пришлось окончательно втянуться в эту авантюру под названием «реальный мир», чтобы как следует принять поздравления друзей и ответить на их крепкие объятия. Уж такой подставы он точно никак не ожидал. Вроде как помнил про приближение собственного дня рождения, но предполагал получить поздравления утром. Забыл, как важна была для их компании полночь по таким знаменательным случаям, и недооценил фантазию друзей. — Спасибо, парни, — искренне улыбался он, сумев наконец очнуться. В руки ему тут же принялись пихать праздничные пакеты, где были с любовью припрятаны подарки. — Давайте садиться! — захлопал в ладоши Стас. Из колонки лилась не известная Яну корейская песня про день рождения, которую выбрал Чингиз. Как объяснил Саня, группы каких-то «героев». Ян решил, что чуть позже выяснит настоящее название и ознакомится с другими композициями. Чингиз расставлял тарелки, Сережа нарезал тортик, Филипп надевал на именинника праздничный колпак, Стас подпевал следующей песне, сливаясь с голосом Егора Крида, Саня утянул Мишу в медленный танец, а Кирилл чувствовал себя необъяснимо потерянным. Ян уловил это настроение, стоило только их взглядам столкнуться. Сквозь гул, что создавали мальчишки, им обоим чудом удалось оказаться в собственном мире. Там, в противовес царящей во округе атмосфере, правили тишина и покой. Время замедлилось, а в глубине глаз напротив, казалось, можно с легкостью утонуть. И ощущения эти двое юных сердец сейчас делили между собой, даже не подозревая об этом. — Ян, подпевай, — обнимая его со спины за плечи, улыбнулся Стас, — совсем уже вырос, хороший мой, — нежно погладил по волосам, — мы все тебя очень любим. Ответив одному из любимых старших теплой улыбкой, Ян поцеловал Стаса в щеку и получил не менее трепетный поцелуй в лоб. Еще около часа мальчики играли в заготовленные игры, ели оставшуюся еду и смеялись, смеялись, смеялись. Как и задумывалось, сделали день рождения своего младшего незабываемым. Но ведь и близко не подозревали, насколько незабываемыми для него будут ближайшие дни.

🧷🧷🧷

Просыпаться на рассвете после столь бурного праздника никак не получалось. Ян толком не помнил, как именно они добрались до дома, но помнил, как сделал несколько глотков чего-то крепкого. Теперь заниматься подобным можно было с чистой совестью, жаль только, еще и с гудящей головой в дополнение. — Утречка, герой, — усмехнулся Саня, материализовавшийся на пороге, — вчера так смело хлестал, так что я принес тебе волшебное спасение. Он протянул таблетку и стакан воды, в самом деле представая перед Яном в качестве истинного спасителя. — Спасибо, Хан. — Да что спасибо, — улыбнулся тот, — покушать пойдешь? Филипп пельмени сварил по твоему любимому методу. Ну, пожарил, получается. — Как мило, — искренне обрадовавшись, поджал губы Ян, — сейчас встаю. Потрапезничав, мальчики решили ближе к вечеру отправиться в горы, чтобы прямо там встретить закат. Хотели продлить праздник и взять от пребывания за городом все. Шли по парам ровным отрядом, издалека напоминая команду бойскаутов или пионеров-переростков из детского лагеря времен СССР. Кирилл шел в паре с именинником все еще не в силах поверить, что самый младший из их компании теперь тоже считается совершеннолетним. Они больше не дети, ни один из них. Такие мысли приводили в искреннее замешательство, в очередной раз напоминая о скоротечности времени. — Ну что, я теперь предоставлен самому себе, да? — не упустил шанса подшутить Ян. Помнил, сколько всего Кирилл ставил под запрет, исходя из одного лишь возраста, и теперь мог вполне насладиться свалившейся на него свободой. — Сильно не радуйся, — фыркнул тот, — от пары недель ничего не изменилось. После восемнадцати человек не становится автоматически взрослым умом. — Ну началось, — вздохнул Ян, — я ведь говорил, что ничего не изменится и ты будешь относиться ко мне как к ребенку. Не восемнадцать, так двадцать, не двадцать, так тридцать. — Ну все-все, не бубни. Просто для старших ты всегда будешь младшим. — Объективно я уже взрослый человек. — Тогда и вести себя предстоит по-взрослому. Быть подростком куда проще, поэтому не было никакого смысла рваться во взрослую жизнь. — Да не скажи. Теперь могу быть где захочу и с кем захочу и не слушать твоих упреков. — Не знал, что они настолько мешают тебе жить, — закатил глаза Кирилл, — стать взрослее — не значит иметь возможность шататься с кем угодно где угодно. В первую очередь это значит нести ответственность за свои поступки и понимать, что теперь спрос будет только с тебя самого. — Да шучу я, боже, — усмехнулся Ян, — так и знал, что опять в свои нравоучения подашься. — Из-за тебя я состарюсь быстрее. — Обратная сторона медали. Раз я для тебя такой незрелый, ты для меня старый. — Ну-ка повтори. — Саня! — боясь оставаться с серьезным тоном Кирилла один на один, тут же вскрикнул Ян и бросился прямиком на одного из друзей. — Мелкий, мы щас вдвоем свалимся! — едва отвечая на внезапные объятия, буркнул Саня под звонкий смех Миши. Добравшись до назначенного места, мальчики расстелили пледы, вывалили на них всю еду и сами расселись кто куда. Парочки говорили о чем-то между собой, миловались и смеялись со всего подряд. Чингиз утянул Сережу в какой-то спор касательно их девушек, а Ян в очередной раз почувствовал себя лишним, когда дело доходило до романтики. Благо можно было быть лишними вместе с еще одним таким же, как он. Пусть они и избегали друг друга в последнее время, на даче удалось хоть немного сблизиться вновь. Оба то ли делали вид, что ничего не было, то ли усиленно хотели забыть ту неловкую сцену, отчасти изменившую отношения между ними. — Мы забыли пакетики для рвоты, — едва слышно сказал Ян Кириллу. Тот недоуменно покосился на него, — ну чтобы нас радугой стошнило. Поняв, к чему клонит их младший, Кирилл рассмеялся: — Да ладно тебе, до сих пор аллергия на чужое счастье? — На сюсюканья у меня аллергия. — Доживи до «той самой» и все будет хорошо. Яну такие слова Кирилла нравились меньше всего. Он будто намеренно искал повод сбагрить его на чужую шею и таким образом откреститься от непрошенных чувств. Неужели шанса никогда не было и не будет? Или Кирилл просто-напросто позабыл о том вечере, о котором Ян думал и по сей день? Видать, неловкость была готова окончательно сойти на нет, раз Кирилл так смело поднимал подобные темы, учитывая те самые обстоятельства между ними. — Или того самого, — пожал плечами Ян. Умудрился, похоже, где-то храброй воды хлебнуть, иначе такое поведение было не объяснить. — Ну, или так, — не придав смыслу слов большого значения, согласился Кирилл. Мысленно же чувствовал себя несколько иначе, но хорошо справлялся с контролем эмоций. Ян закатил глаза, отвернулся в другую сторону и принялся обводить взглядом постепенно загорающийся огнями муравейник в виде домиков, что остались там, у подножья горы. Закат оказался еще более впечатляющим, чем рассчитывали ребята. Стас и Миша фотографировали его без конца, пока Филипп и Саня не могли оторвать глаз от самих фотографов. Ближе к ночи стали собираться обратно, при спуске хором напевая незамысловатую песенку о закате, который фотографировали пару лет назад.

🧷🧷🧷

Наутро Миша задумывал приготовить торт «Наполеон», но совершенно забыл об этом, с озадаченным видом стоя у плиты. — Блины будем делать? — спросил проснувшийся только что Филипп. — Да, начнем с… — У тебя же были наполеоновские планы, — обняв его со спины, усмехнулся Саня. — Точно! — радостно вскричал Миша, — не мог вспомнить, что именно упустил. Он развернулся, взял Саню за лицо, чмокнул в губы и уже в следующую секунду приступил к исполнению задуманного. — Тебе помочь? — спросил Филипп. — Да. С кремом у тебя лучше выходит. После утренней трапезы Саня откопал на чердаке игру в шарады, предложив разбиться на пары и скоротать время до вечера. Выходить на улицу в такую жару ощущалось как самая настоящая пытка. — Дом? — Да нет, чуть иначе. — Ты говорил, что не здание! На удивление, именно пара, встречающаяся дольше всех, едва понимала друг друга. Миша давал какие-то странные наводки, которые Саня ожидаемо не понимал. Сдавшись уже в пятый раз, он протяжно вздохнул: — Давай по новой Миша, все хуйня. Филипп и Стас справлялись куда лучше. Кирилл и Чингиз набрали больше всего очков до момента, пока в игру не вступили Сережа и Ян. — Ты еще мечтал о ней с детства из-за динозавров. — Машина времени. — Олино второе имя в названии книги. — «Мастер и Маргарита». — Хан разбил Лино в тринадцать лет. — Нос. — У тебя черный… — Юмор. — Филипп у тебя в начале вызывал… — Раздражение. Филипп вскинул брови и недоуменно покосился на Сережу. Стас усмехнулся и быстро чмокнул его в щеку. — Аттракцион на дне города. Только в единственном числе. — Лебедь. — Шлепки. — Чердак. — У тебя дома. — Телескоп. — Стас. — Принц. — Время вышло, — объявил Кирилл. — Вы ебанутые? — не то с восторгом, не то с завистью воскликнул Саня, — какие нахуй шлепки — чердак? — Да у нас локальный мем был, когда он на чердаке шлепку потерял, — объяснил Сережа. — Ага, — усмехнулся Ян, — половица зажевала. Саня глубоко вздохнул: — Говорю же — ебанутые.

🧷🧷🧷

Дни проходили так спокойно и беззаботно, что Ян все меньше тревожился о результатах экзамена и их взаимоотношениях с Кириллом. Пока все было хорошо, ему хотелось полностью насладиться этим ощущением и лишний раз больше не топить себя в негативе. Гулять с друзьями, не спать до рассвета, есть приготовленную Мишей и Филиппом еду, играть на гитаре, спорить с Сережей о теориях заговора, купаться на речке и жить, жить, жить. Ценить юность, близких людей рядом, возможность отдохнуть и каждый день просыпаться от светящего в его окно солнца. Примерно так и прошли его первые и, наверное, лучшие деньки совершеннолетия. На перелистнутом календаре виднелось «двадцать третье августа», а это значило, что до завершения отдыха остается уже не так много времени, а там и до результатов рукой подать. Только вот этот факт почему-то все еще никак не пугал Яна. Он смиренно готовился принять удар судьбы, каким бы тот ни был. Вовремя понял, что переживания на исход никак не повлияют, наоборот, лишат его радости каникул, а этого Яну хотелось в последнюю очередь. Перед переездом и поступлением стоило как следует отдохнуть. Студенчество может быть разным, это он понял еще на примере своих старших друзей, когда те только поступали в выбранные ВУЗы. Поездка в город была запланирована на двадцать пятое число, чтобы ребята успели денек побыть в городе, а уже после разъехаться кто куда. Сегодня же Ян мог увидеть результаты ЕГЭ, которые вывесят на сайте ближе к вечеру. Было принято решение провести последние дни более лениво, чтобы набраться сил перед сборами и поездками. Мальчики отдыхали в своих комнатах, кто-то спал, кто-то ел, кто-то сидел в телефоне, кто-то читал. Когда солнце село, Ян направился на балкон и, опустившись на пол, свесил ноги через прутья. Любовался закатом, думал о выпускном и своем пьяном признании. Чувства к лучшему другу не становились тише, но вот его реакция ощутимо отдаляла Яна от решения вновь попытать удачу. Все-таки будь Кирилл хоть немного заинтересован в нем, уже давно поднял бы животрепещущую тему. Но он молчал. И Ян принял это молчание на свой счет. Ему уже исполнилось восемнадцать, а значит, дело все это время было не в возрасте. С чего он вообще решил, что его чувства должны быть взаимны? Насмотрелся на Стаса с Филом и Мишу с Саней и решил, что у них сложится так же? Слишком много везения на одну компанию. Ян слишком поздно это понял. — Устал? Мысли развеял любимый голос, раздавшийся прямо над ним. Кирилл присел возле Яна и точно так же всмотрелся в небо. — Красиво, да? — Да, — не отрывая глаз от лучшего друга, вздохнул тот, — очень красиво. — Загрустил? Чего один тут сидишь? — Да так, захотелось на свежий воздух. Мальчики еще отдыхают? — Все уснули. В жаркий день сон нападает еще легче. — Это да. Они замолчали и какое-то время молча смотрели за горизонт. Спустя столько лет дружбы научились проводить время в тишине и при этом не испытывать неловкость. Даже пьяное признание, на какое-то время пошатнувшее их дружбу, не смогло этого изменить. Ребята довольно быстро влились в прежнее общение, и оба по-настоящему ценили его. Только вот жаль, что чувств Яна это никак не отменяло. Ему вдруг стало так спокойно, что он впервые за все эти дни решил, что хочет поговорить с Кириллом обо всем начистоту. Так надоело скрываться и прятаться. Он помнил, чем это может грозить, но все равно почему-то не думал о последствиях. Хотел снова податься порыву, но теперь быть более сдержанным хотя бы потому, что рассудок на этот раз оставался трезвым. — Мне надо… — Я хотел с тобой… Они с улыбками переглянулись, поняв, что заговорили одновременно. — Давай ты, — махнул Кирилл. — Лучше ты. Моя тема не из приятных. — Моя тоже. На секунду Ян позволил себе подумать, что они собираются поговорить об одном и том же, но вместе с тем не собирался надеяться раньше времени. — Ты о выпускном, да? — первым осмелился Кирилл. И Ян был ему за это по-настоящему благодарен. Теперь смелый шаг предстояло сделать ему. — Да, — отводя взгляд, кивнул он, — только если это ничего не изменит и мы вновь не отдалимся. А быть честным оказалось даже проще, чем он думал. — Постараемся, — вздохнул Кирилл, — все же такое ценное общение не стоит того, чтобы его терять из-за временных трудностей. Ян очень надеялся, что временными трудностями Кирилл называет неловкость и отдаление, а не его чувства к нему. — Ты ведь понимаешь, что здесь наши мнения могут оказаться совершенно полярными? — Понимаю, — кивнул Кирилл, — но я не просто так боялся подходить к тебе лишний раз все это время. Я… думал. — Ну, то что тебе не было мерзко от меня, уже очень хорошо, — стараясь разрядить обстановку, усмехнулся Ян. — Что ты такое говоришь? — не на шутку расстроился Кирилл, — конечно же нет. А это так выглядело? — Не переживай, никак это не выглядело. Просто больная голова додумывает, что ей угодно. — Да любой бы так думал на твоем месте, мне не следовало слишком явно… — Наоборот любой бы на твоем месте шарахался. Все нормально, не вини себя. Ты замечательный старший, все делаешь ради близких и даже в этот раз был осторожен, просто не знал, как подступиться. Кирилл умолк на несколько секунд, с привычном трепетым глядя Яну в глаза. Порой искренне не понимал, как внутренние миры двух разных людей могут так сильно совпадать и перекликаться. Но Ян довольно часто понимал его без слов. Улавливал все мелочи внутреннего состояния и не мучил Кирилла необходимостью объясняться здесь и сейчас. А такая связь дорогого стоит. — Ты… все еще?.. — не зная, как произнести подобное вслух, неловко продолжил Кирилл. — Забудь, — покачал головой Ян, чувствуя, как его не хотят обижать, — что было, то было. Я выпил, в таком состоянии какую только чушь не морозят. Ты не обязан мне что-то объяснять или как-то оправдываться. Дружбу мы не потеряем, я не настолько долбоеб, чтобы не осознавать всей ее ценности. — Чушь? — тише, чем планировал, спросил Кирилл, — ты это только с пьяну, что ли?.. — Ну, скажем так, в трезвом виде я бы на подобное не решился. Так что… Погоди. Ян в удивлении расширил глаза, только сейчас улавливая тон лучшего друга. Прежде и надеяться не смел, но… неужто в нем самом деле слышалось сожаление? Кирилл уточнял не потому, что хотел утешить Яна из-за отказа, а потому что… потому что что? — Кир, ты?.. — Только если ты, — раздалось смущенное в ответ. И Ян по-настоящему умилился с того, что подобным образом в самом деле сейчас разговаривает их общепризнанный лидер. Смущается как самый настоящий подросток. — Прелесть какая. — Смеешься надо мной? — заметив чужую улыбку, цокнул Кирилл. — По-доброму, — кивнул Ян, — но это что, правда происходит? — Если мы об одном и том же. — Видимо, так и не решимся напрямую сказать. — Решусь. Ты ведь решился, будучи даже в пьяном состоянии. — Кажется, тут нет противоречий, скорее именно из-за него я и… — Ты мне нравишься. Ян умолк. Те слова, которыми он только что пытался разрядить обстановку и сбавить градус неловкости, только что потеряли всякий смысл. Прямолинейность Кирилла выбила из него весь воздух, толку оттягивать неизбежное больше не было. А ведь Ян полагал, что сейчас они придут к чему-то совершенно иному. Уже намеревался запереть собственные чувства под замком, а их вдруг приняли. Подарили надежду, разрешили расти и укрепляться. Так неожиданно и приятно. — Правда? По-настоящему нравлюсь? — не мог не уточнить он робко тихим голосом. В происходящее все еще не верилось. — Правда, — вздохнул Кирилл, — по-настоящему нравишься. — По-взрослому? — Да, — усмехнулся тот, понимая, что Ян хочет услышать, — ты теперь взрослый, как иначе. — Сам знаешь, придется привыкать, что ты не видишь во мне младшего. — Вижу. Но младшего, который вырос. В последнее время ты и ведешь себя иначе, словно правда стал более зрелым. Уже и не представить, что я забирал тебя из участка… — Эй, давай лучше сосредоточимся на будущем, — оборвал Ян, — мистер гетеро. — Ладно, признаю, ты еще в школе меня прохавал, — в насмешливом жесте вскинул руки Кирилл. — Стас был первее, но не распространялся. — Я в нем даже не сомневался. — И я правда привлекаю тебя как парень? — вдруг внезапно выстрелила следующая фраза. — Боже, у нас что, марафон глупых вопросов? — Кирилл явно смутился, но виду старался не подавать. — Раз я говорю о таком, разумеется, да. — Прости, мне сложно поверить. — Ничего, — тут же заслышав неуверенность в чужом голосе, смягчился он, — поначалу будет и неловко, и непривычно. Словно мы и не знали друг друга все эти годы. Комфорт предстоит наработать заново, под видом уже немного… другого статуса. Но все придет. Это нормально. У нас и без того прекрасная база в виде стольких лет общения. Знаем друг друга лучше, чем кто-либо, просто теперь сделать это глубже предстоит с несколько иной стороны. — То есть мы… что, будем встречаться? — ушам своим не поверил Ян. — А ты не хочешь? — оторопело уточнил Кирилл, поняв, что прямо они этот момент не обговорили. Ведь в современном мире признание в чувствах не всегда влекло за собой начало отношений. — Еще спрашиваешь, — расплылся в улыбке Ян, поняв, что верно все распознал, — очень хочу. Его рука осторожно накрыла руку Кирилла. Глаза устремились в самую душу, а робкая улыбка окончательно обезоружила. Кирилл до последнего старался держать себя в руках, но теперь при всем желании не выходило. Он так настойчиво отнекивался от своих чувств, с момента признания Яна жить спокойно не мог, поняв, что они хоть немного взаимны. Что теперь, когда тот вырос и действительно поумнел, воспринимать его как того самого младшего просто не выйдет. Именно поэтому сейчас внутри разгоралось столько противоречивых эмоций и выплеснуть их хотелось слишком сильно. — Ты мне очень нравишься, — прервал поток его сознания Ян. — Тогда… раз тоже нравлюсь и ты хочешь отношений, не окажешь… — Саня, отвали! — Тебе хана, Стас. — Потому что ты Ханов? Руки мгновенно разъединились. Кирилл и Ян нервно уставились перед собой, буравя глазами уже потемневшее небо. Стас подбежал совсем близко и перегнулся через балкон. — Подойдешь ближе, я… ой, я вас не заметил. — Ага, — фыркнул Ян, — мы так и поняли. — Не замерзли? — спросил подошедший следом Саня, — чего вы вообще тут? — Закат. Красивый же, — Кирилл неосознанно кивнул головой в сторону Яна, — закат, в смысле. Красивый же закат был, вы не смотрели? Его голос нервно дрожал, вызывая у Яна улыбку, а у Сани со Стасом непонимание. На их памяти Кирилл вообще никогда так не разговаривал. — Ну… нет? А че, настолько красивый? — нахмурился последний. — Очень, — столкнувшись взглядом с Кириллом, на выдохе ответил Ян, — очень красивый. Парни с еще более недоуменными лицами переглянулись между собой. Не успели озвучить просящийся вопрос об адекватности происходящего, как вдруг из комнаты прибежал Сережа. — Ян, твои результаты пришли! Идемте все смотреть! В руках он держал ноутбук, а в глазах читалось самое настоящее предвкушение. — Смелее, — положил руку на плечо возникший рядом Кирилл, — кардинально они все равно ничего не решают… — Решают, — покачал головой Ян, — иначе в Москву полетишь без меня. — Вот еще. Либо здесь вместе, либо там. Стас, Сережа и Саня недоуменно переглянулись между собой. Вроде понимали, что такие разговоры свойственны лучшим друзьям, а вроде именно в этот раз все ощущалось несколько иначе. И ведь неспроста — чуйку не обманешь. — Все решится после баллов, — открывая сайт, прошептал Ян. Кирилл больше не стал спорить, решил передать ответственность за их будущее в руки судьбы и не прогадал. — Двести пятьдесят шесть баллов в сумме?! После озвученного мальчики словно разом сделали глубокий вдох, чтобы уже в следующую секунду на всю деревню прозвучал громкий восторженный крик. Даже спящие в своих кроватках Миша, Филипп и Чингиз невольно вернулись к жизни. Были готовы пугаться, когда их утешила настоящая причина такой бурной реакции. Яна поздравляли как самих себя. Радовались, обнимали, говорили, какой он умница и что с такими баллами его обязательно примут. А это значило только одно: — Мы вместе уедем в Москву, — с радостной улыбкой повернулся Ян к Кириллу. — Да, — улыбнулся тот. Подошел ближе и притянул Яна к себе, — мы вместе уедем в Москву. На этот раз все присутствующие почуяли неладное. Не то чтобы Кирилл и Ян не вели себя так прежде, но в этот раз что-то явно изменилось. Однако прокомментировать это никто не решился. Никто, кроме Чингиза, который тут же подплыл к Кириллу, стоило остальным выйти из кухни на улицу. — Что? — телом ощущая немой вопрос, повисший в воздухе, нахмурился тот. — Рассказать мне ниче не хочешь? — Да нет… Кирилл умолк, продолжая возиться с посудой, мыть которую пришел его черед. — Так и будешь, молчать, партизан? — все не отставал Чингиз, облокотившись о деревянные шкафчики и глядя лучшему другу прямо в глаза. — Да о чем ты? — Хватит из меня дурака делать. Я тебя как облупленного знаю. Слишком заметно светишься. До этого Яна странно избегал, а сейчас вдруг так милуетесь. — А ты ревнуешь? Могу с тобой так же помиловаться. — Такого же эффекта мы не достигнем. — Ну не обижайся, — насмешливо пунькнул Чингиза в нос Кирилл, — ты ведь знаешь, что это ты мой лучший друг. — Конечно я, — фыркнул тот, — потому что Ян, кажется, претендует на нечто иное… — Не понимаю, о чем ты. — Вот тебе и дружба, пронесенная через года. Реально не расскажешь? — Да что тебе рассказать? — Начни с того, что это за химиотерапия между вами. Кирилл не выдержал и рассмеялся в голос. Настолько устойчивым было ощущение счастья в эту минуту. — Мы начали встречаться, — не смог больше сопротивляться Кирилл, — но мальчики об этом пока не знают.

🧷🧷🧷

Убедить Чингиза не вопить от восторга едва получалось. Кирилл был даже готов на некоторое время его вырубить, чтобы приструнить неумное ликование, но в последний момент передумал идти на столь крайние меры. Вместо этого вымыл посуду и отправился на улицу вместе с лучшим другом, где их ждали мальчики. — Ну что, последние дни должны запомниться больше всего? — улыбнулся Саня. — Да, — кивнул Кирилл, — поэтому вы должны мне в кое-чем помочь. — О чем ты? — вскинул брови Ян. — Сейчас увидишь. Я ведь обещал тебе клип к моменту совершеннолетия. Ян едва удержался от желания запрыгнуть на Кирилла с разбега. Мальчики заулюлюкали, понимая, что в темпе вальса должны готовиться к любительской съемке на свежем воздухе. Темное время суток не было помехой. Саня уже настраивал камеру, Сережа устанавливал свет, а Ян вчитывался в аккорды написанной Кириллом песни. Их песни. — Готовы? — направляя объектив в сторону сидящией у костра пары, спросил Миша, — ready, set, go! Ян провел рукой по струнам. Слушал первый куплет в исполнении Кирилла и довольно быстро подхватил часть, которая изначально предполагалась для него. Зрительный контакт разрывался лишь для того, чтобы развеять нет-нет да возникавшее смущение, а голоса порой дрожали на по-особенному трогательных строчках. Песня, которую написал Кирилл, несла явный романтический подтекст и теперь не была скрыта намеками и недоговорками. В ней описывалась любовь между парнями, как она есть, во многом повторяя их с Яном историю. Мальчики, слышавшие композицию впервые, только сейчас уверялись в своих догадках, переглядками убеждаясь в наличии единомышленников. Но официальным подтверждением стало действие, произошдешее под самый конец. Ян доиграл последний аккорд, они с Кириллом разом дотянули ноту и несколько секунд с улыбками неотрывно смотрели друг другу в глаза. Все здесь располагало для того самого шага, который рано или поздно наступает в любых романтических отношениях. И ни один из них не думал медлить. Закрыв глаза, они совершенно позабыли о наличии друзей рядом и одновременно потянулись друг к другу, сталкиваясь губами в нежном поцелуе. Мягком, едва ощутимом, но по-настоящему трепетном и ценном. Мальчики не помнили, когда настолько искренне охуевали последний раз. Стас прикрыл рот двумя руками, в шоке уставился на лишившегося дара речи Филиппа, Саня запрыгнул на Мишу с руками и ногами, как обычно любил делать, желая разделить очередные яркие эмоции, Сережа схватился руками за голову, и только Чингиз во все горло заверещал: — Это наконец случилось! По истечении нескольких секунд придя в себя подхватив заразительный настрой одного из них, мальчики принялись все вместе кричать в унисон с Чингизом и хлопать в ладоши. Кирилл и Ян смущенно отлипли друг от друга, запоздало понимая, какой важный момент они только что запечатлили на камеру перед глазами всех друзей. Объятия, поздравления, просьбы рассказать, как все наконец случилось, населяли домик на даче еще около нескольких часов. Мальчики несколько смущенно делились общей историей, понимая, что такое важное событие стоит пережить в компании верных друзей. — Все, теперь все заняты, — заключил Стас, — нет больше одиноких волков, предлагаю выпить за это! Так они и провели последнюю ночь в деревне. Пили, танцевали, веселились, отмечали юность и просто радовались жизни.

🧷🧷🧷

В дороге на обратном пути Ян мог беззастенчиво положить голову на плечо Кирилла и мягко гладить его руку. Осознание счастья еще не свалилось на него полностью. Придет, наверное, только тогда, когда они вместе окажутся в Москве. В квартире, которую Кирилл думал снимать отдельно от мальчиков. — А я уж думал, будем каждое утро ваши поцелуи лицезреть, — не удержался от комментария Стас, плохо скрывающий хитрую улыбочку. Миша навалился на чемодан Сани, который тот все не мог закрыть, и постарался хоть так облегчить своему парню ношу. Чингиз с Сережей одновременно подняли коробку с мусором, закрывая за собой дверь гаража. Поплелись до ближайшей мусорки, чтобы в их любимом пристанище преждевременно не образовалась свалка. Разъезжаться планировали уже через несколько дней после возвращения из деревни, то есть сегодня, чтобы успеть на учебу. Яна все-таки приняли в московский ВУЗ, а Кириллу одобрили перевод. — Да мы все в одной хате все равно не поместимся, — вставил Ян, — Чингиз вон тоже с Настей отдельно будет жить. Зато мы наконец-то все в одном городе, ребята! Это же замечательно! Все компанией в столице, да мы… Его взгляд столкнулся со взглядом Миши, заставляя унять восторженные речи. — Ой… — Ян неловко прокашлялся, — без тебя все равно не то, Лино, но… — Кстати об этом, — вдруг поднялся на ноги Саня. Чингиз и Сережа к тому моменту как раз вернулись в гараж, — мне нужно сказать вам кое-что важное. — Да, — кивнул Миша, подходя к нему, — нам нужно. Остальные мальчики переглянулись между собой, показывая, что внимательно их слушают. — В общем. Я тут замечтался и решил проверить, примут ли документы о переводе в Сан-Диего. Ну так… чисто прикинул, и короче… — Да ну… — не поверил в слова Сани Стас, — тебя реально приняли? — Ну а че нет. Студент я хороший. ВУЗ мой — не шарашкина контора. Да и расстояния мы уже наелись, простите, пацаны, теперь любовь на расстоянии у меня будет с вами. — То есть, — не понял Сережа, — улетаешь с Мишей в Америку? — Да, — Саня взял своего парня за руку, — нам тоже пора становиться семьей. — Поздравляю! — заулыбался Ян, — наконец-то вы будете вместе. — Спасибо, мелкий, — просиял Миша. — Правда улетаешь? — не без грусти посмотрел на лучшего друга Филипп. — Да, — грустно выдохнул он. Сам не хотел оставлять друзей, но понимал, что еще год без Миши не сможет. За время совместной жизни в Москве они с Филиппом стали еще ближе. Сдружились еще сильнее и так привыкли друг к другу, что жизнь в разных городах, а уж тем более в разных странах, казалась немыслимой. Саня уже представлял, как сильно ему будет не хватать лучшего друга и остальных парней, а потом принимал решение обдуманно. Филипп был искренне счастлив за него, за двух своих друзей, историю любви которых знал не понаслышке, но все равно чувствовал неприятную боль в груди от мысли, что Саня уезжает так далеко. — Мы не потеряемся, — обнимая лучшего друга, заверил тот, — мы же звездный дуэт, не забывай. — Не отделаешься от меня, уже никак не забуду, — пытаясь скрыть подступающую тоску, улыбнулся Филипп. Но в голове как назло проносились все лучшие моменты их дружбы. Те, которые произошли здесь, в родном маленьком городке, и те, которые случились в Москве на первых годах студенческой жизни. И Саня знал, Филипп никогда его не забудет, точно так же, как он его. Такие друзья встречаются раз в жизни и становятся по-настоящему ценными. — Я щас зарыдаю, — улавливая их настроение, без издевки произнес Стас, — вы ж как однояйцевые близнецы. — Спасибо, Принц, плакать сразу расхотелось, — усмехнулся Саня. — Это что теперь… мне не нужно будет ждать своей очереди провести время с Феликсом? Знаешь, удачной тебе дороги в Сан-Диего, Сань. Даже название города почти в твою честь. Мальчики рассмеялись и вернулись к сборам. Их ждал разъезд, хоть большинство из них и оставалось по итогу в одном городе. Последние минуты в старом добром гараже утекали сквозь пальцы. Каждый думал о своем, поглядывал на любимого человека и мечтал. Мечтал о лучшем будущем и все надеялся, что в своей ценности оно ни на каплю не уступит незабываемому прошлому.