Ключ будущего: Истинное удовольствие

      Выйдя из крыла для девочек, Мей спустилась в общую гостиную Слизерина. Она была украшена гобеленами зелёного цвета, на которых изображались подвиги великих слизеринцев. Хоть факультет имел не самую яркую славу в школе, но носить подобную форму для Мей всё так же было честью, ведь она слышала из рассказов Марго, что на этом факультете учились поистине амбициозные и талантливые волшебники. У стен стояли старинные буфеты из тёмного дерева. Несмотря на наличие каминов, в комнате холодно и неуютно. Освещение тоже под стать обстановке — волшебные светильники освещали пространство холодным болотным светом. Мама Мей, будучи неплохим дизайнером, оценила бы такое решение. Первым делом, выйдя в гостиную, человек заметит большие чёрные диваны у внушительного камина, и Мей это, естественно, привлекло больше всего. Всю ночь ей было очень холодно, и она подошла к камину поближе, но почему-то грел он плохо. Сзади послышались шаги.       — О! Не ожидал здесь встретить кого-то так рано, — в гостиную Слизерина спустился высокий смуглый мальчуган с красиво выбритой головой. Глаза сверкали каштаном, и хоть это весьма обычный цвет, но было бы глупо соврать, что он не подходит под одежду. А форма мальчиков отличалась от женской тем, что им выдали болотно-зелёные жилеты, который они должны были надевать поверх белой рубашки. — Ты греешься? Не думаю, что камины помогут. Мой отец сказал, что подземелья Слизерина — это самое холодное место в Хогвартсе, и если Хогвартс заботился бы о каждом ученике, то мог бы выделить нашему факультету каких-нибудь утеплителей, я так думаю. Меня зовут Блейз Забини, — Блейз протянул руку Мей, и она не увидела в нём ничего такого, что могло оттолкнуть. Она даже была согласна с его мнением насчёт тепла. Протянув руку навстречу, она вместе с парнем услышала голос своей соседки.       — Ох, нет, нет, нет, Блейз. Ты же не хочешь подцепить заразу от маглорождённой, — девочка с чёрными волосами подбежала к смуглому парню и отвела его руку вниз, после чего ядовито улыбнулась Мей. Пэнси Паркинсон была весьма миловидной внешности. Её волосы всегда были подстрижены под каре, так как ей это шло, а также большие глаза подчёркивали форму её круглого лица. Губки у девушки были пухленькими и слегка детскими, что предполагало, что из её уст должны выходить невинные вещи, но Мей мысленно назвала её стервой, что говорило о том, что с её языка слетали лишь ядовитые колкости.       — Смотри, сама его не зарази, соседка, — Мей парировала её замечание и повернулась к Блейзу. — А насчёт тепла, есть заклинание Фоверус, но думаю, ты знаешь, отец явно посвятил тебя, раз уж тут каждый из поколения в поколение попадает на один и тот же факультет.       — И откуда такие познания? — один из уголков рта Забини приоткрылся, выдавив лёгкий смешок. Мей обидело, что тот не спросил её имени, но она поняла, что так будет происходить часто, также Мей не заметила в парне какого-то отвращения к ней, скорее он посчитал забавным её ответ, и его совсем не смутил факт того, что её родители маглы.       — Ох, да какая разница, откуда она знает это, пойдём, Драко скоро тоже выйдет, — Пэнси закатила глаза и слегка подтолкнула Забини к выходу, ведь ей совершенно не хотелось видеть, как её приятель общается с грязнокровкой.

***

      Мей вышла из гостиной вместе с Пэнси и Забини и направилась к лестнице, ведущей из подземелий на первый, цокольный этаж, где располагался Большой зал, в котором она вчера получила звание слизеринки. Сейчас там проходил завтрак, на который многие уверенно спешили. Кое-кто опаздывал туда, а именно первокурсники. Мей же не торопилась: она наблюдала за интерьером в замке, который был пропитан волшебством. Всё же, пересилив свои любопытство и желание насладится прекрасным, Мей поспешила на завтрак, который через час заканчивался. Зайдя в зал, она увидела всё то же место, где она была вчера, но ей явно оно не надоедало. Над столами висели свечи, фуршет оказался всё таким же богатым, и атмосфера, которая царила в зале, была просто незабываемо чудесной. Дети сидели, веселились, смеялись друг над другом, рассказывали истории. Старшекурсники занимались подготовкой к вступительным на новый курс, обсуждали планы, отношения. Всё было так обыденно и так необычно одновременно. Идя рядом со столами факультетов, Мей выглядывала чёрную макушку. Она хотела увидеть Гарри и бегло искала его глазами по всему столу Гриффиндора. Заметив его, она поспешила сесть за стол так, чтобы украдкой наблюдать за ним. Что бы ей это дало? Может быть, она хотела предостеречь его чуть что, а может, он ей просто понравился. Нет, Мей попросту многое не знала о Гарри. Она видела лишь отрывки из судьбы мальчика, и ей стоило начинать работать, ведь девочка всё больше замечала знакомые лица среди учеников. Например, неподалёку от Поттера сидел тот самый Рон Уизли, который лишь спустя время должен будет стать его лучшим другом. Рядом с Роном расположились двое рыжих братьев, а чуть дальше сидели ещё два знакомых ей человека, ещё чуть дальше ещё, и так можно было перечислить весь состав первого курса Гриффиндора. Конечно же, и на других факультетах были уже известные ей ребята, и на старших курсах, но гриффиндорцы всегда отличались своей привычкой встревать в неприятности, о которых сами не знали. Мей настораживало лишь то, что она, будучи всего лишь ребёнком, ничего не могла сделать, даже не так, она попросту не знала, чего от неё хочет судьба. Единственное, что пришло в голову, это наблюдение. Присев за стол так, чтобы никто не мешал обзору, она принялась кушать. И как вы думаете, насколько же удачлива она оказалась, если ей уже какой раз напоминают о её месте в этом мире?       — Какого чёрта ты делаешь на моём месте? — послышался ей голос, который она несомненно знала и на который уже хотела тысячу раз навести порчу. Вытерев рот салфеткой и повернув голову, она ожидаемо увидела белую макушку и серые, слегка раздражённые глаза.       — Твоё место? Скамья Слизерина достаточно длинная, чтобы ты мог присесть, — Мей сидела с серьёзным лицом, она не колебалась в ответах и излучала уверенность. Что же до Драко…

***

      Драко наконец нашёл запонки, которые Пэнси положила в одну из множества коробок для украшений. На сборы ушло полчаса его драгоценного времени и ещё пару минут для возвращения и надевания некоторых заключительных частей одежды. Одевшись, он посмотрел на себя в зеркало, чтобы убедиться в своём пригодном для выхода виде, и со спешкой покинул комнату. Он спустился в гостиную, затем прошёл через барьер и наконец увидел своего лучшего друга Блейза и не менее лучшую подругу Пэнси, которую он уже лицезрел до этого. Сейчас она выглядела иначе, и его удивило то, что она спустилась раньше, да ещё и была невероятно ухоженной. Ничего не говоря, намерено избегая утренних разговоров, которых ему уже хватило, он просто молча кивнул Блейзу, пожал ему руку, и они своей тройкой направились на завтрак.       При входе в зал взор Малфоя тут же остановился на столе Гриффиндора, что не ускользнуло от внимания первых сидящих. Последние тут же зашептались, припоминая о том, как ловко Гарри поставил Драко на место, и, естественно, Гарри мог бы услышать это, но мальчик был слишком сосредоточен на трапезе, так как впервые в жизни находился за столом с таким количеством блюд, да и сам он был заинтересован окружением и вряд ли станет обращать внимание на кого-либо. Драко только отвёл от них свой презрительный взгляд, как тут же его глаза снова приковались к определённому месту у стола своего факультета, к определённому человеку.       У мальчишки было столько мыслей и чувств, что от них можно было лопнуть. Ему захотелось позабавиться, поэтому он не спеша подошёл к своей жертве со спины и, посмотрев на то, как та спокойно, как ни в чём не бывало ест, а потом на стол Гриффиндора, он решил начать конфликт так:       — Какого чёрта ты делаешь на моём месте? — обычно после таких резких слов люди вокруг Драко или вокруг его отца начинали суетиться. Но взору мальчика предстала наглая девчушка, которая неспешно положила столовые приборы, вытерла салфеткой губы и только после всего этого повернулась к нему со спокойным лицом, выдав, по мнению Драко, самую нелепую и грубую фразу, которую вы могли прочесть ранее. Быстро придя в себя, Драко тут же ещё раз повернулся в сторону стола Гриффиндора и будто спонтанно спросил:       — Неужели ты заглядываешься на Поттера? — он нешироко раскрыл глаза и рот в гримасе, будто до чего-то додумался; качая головой вверх и вниз, он продолжил, поворачиваясь к собеседнице: — Вкус у тебя явно есть. Чистокровный маг, горы золота, избранник судьбы, должно быть, многое себе надумала в голове, вот только… Гарри не нужна подобная челядь, ведь на Гриффиндоре не любят слизеринок, да ещё этот дефект с чистотой крови, какая жалость.       Драко всё ещё не сомневался, что Мей обидел утренний инцидент, и он продолжал давить на больное место. С улыбкой на лице он поцокал языком и покачал головой, будто жалеет Мей. Он посчитал, что той даже думать не придётся, она тут же сбежит, чтобы избежать неловкостей. Но Мей, встав с места, ответила, предварительно усмехнувшись:       — Забавный случай, Малфой… Ты так расписал Поттера, должно быть, очень не хочешь терять место наблюдения за своим кумиром. Ведь он наполовину чистокровный, богатый и избранный в придачу, действительно, как тут не стать фанатом. Либо ты всё же признал его превосходство над собой! Кстати, должно быть, обидно, когда тебе отказывают? — Мей никогда раньше не говорила с таким сарказмом, и после стольких лет молчания она решила выплеснуть свою желчь на того, кто бесил не так сильно, но раздражал достаточно. Она заметила, что тот хотел подружиться с Гарри вчера и что, скорее всего, он очень обиделся, когда тот ему отказал, поэтому она решила бить тем же, чем и Драко: давить на больное. Единственное, что она не заметила, так это то, что ею используются жесты, которые применяет её мать.       — Да как ты сме… — Малфой-младший хотел повысить голос, но осознал, что вокруг них столпилось достаточное количество людей и что ему будет стыдно потом краснеть перед отцом за то, что тот вообще начал разговор с нечистокровной. Поэтому он закончил всё так:       — Что ты, Гарри видно и слышно везде, не думал, что ты воспримешь всерьёз мою шутку.       Мей была вне себя, улыбка с лица пропала, ведь она поддалась на провокацию, а также привлекла лишнее внимание. Она услышала тихие смешки в свою сторону, и что самое обидное, увидела недоумевающее лицо Гарри Поттера. Мей не хотелось, чтобы тот запомнил её в плохом свете, и решила просто сказать, что Малфой прав, сев на то же самое место и не уступая его Малфою.

***

      «Невероятно. Это чёртова маглорождённая ещё смеет отвечать мне. Ещё бы чуть-чуть, и я бы точно утёр ей нос, она бы ещё долго не смогла открыть свой рот. Хорошо, что она заткнулась. Да кому сдался этот Поттер?! Фанат? Кумир? Вздор и бред! Все знают здесь, что Поттер для меня самый ненавистный волшебник на Гриффиндоре, да во всей школе! И этот его приятель… нищий Уизли, которому лишь повезло познакомиться с Поттером! Я вас всех уничтожу, к концу этого года вы все будете у моих ног. Поттер будет просить стать его другом, этот Уизли — молить, чтобы я оставил его в покое, а Авэнджелл… Факультет змей сделает из неё самую несчастную в мире пиявку».       Удивительно, как много недобрых мыслей приходит в голову злому ребёнку, который ещё не познал все горести и неудачи жизни. Малфою пришлось расположиться чуть дальше Мей, так как та после утренней стычки не пересела на другое место, что немного задело эго Малфоя, но не позволило ему показать это перед ней.

***

      Данная стычка привела к мнению, что Мей легко задеть, в принципе, так и было, ведь она маглорождённая, но никто точно не ожидал, что Авэнджелл станет отвечать, да ещё и так уверенно. Это стало новым мнением, что Мей на самом деле очень сильная маглорождённая девочка и что её не задела «любовь к Гарри», наоборот, со стороны девушек и некоторых парней появилось понимание. А что до Гарри? Гарри сидел за столом Гриффиндора, и в голове его крутились разные мысли: от изумления от происходящего вокруг него до размышлений о странном свёртке, что Хагриду приказали забрать из банка «Гринготтс». Мальчика всё никак не могла покинуть мысль разузнать о таинственном предмете, который одиноко лежал в сейфе, и та нерешительность великана, его слегка заметное подрагивание рук, избегание взглядов и разговоров, когда он забирал его. Да даже меры предосторожности вызывали у мальчина интерес. Кому придёт в голову охранять такую маленькую вещь в пустой комнате, такой просторной и защищённой, в самом надёжном месте в мире магии? Тем не менее раздумья сошли на нет, как только мальчик в круглых очках услышал странный шум со стороны Слизерина. Он повернул голову в сторону источника звука и увидел девочку, которую заметил на распределении и не раз слышал разговоры других о ней, но не сильно понимал их сути. Слева, но с другой стороны стола, он услышал шёпот девочки, зашедшей к ним с Роном в поезде:       — Боже, её уже достают! — её лицо внушало беспокойство.       Гарри сидел спиной к зелёному факультету и, развернувшись, услышал провокационную фразу Малфоя в сторону Мей. Его это удивило, и он посмотрел на Мей, которая не повернулась в сторону Гриффов, лишь, встав, ответила: «Забавный случай, Малфой… Ты так расписал Поттера, должно быть, очень не хочешь терять место наблюдения за своим кумиром. Ведь он наполовину чистокровный, богатый и избранный в придачу, действительно, как тут не стать фанатом. Либо ты всё же признал его превосходство над собой! Кстати, должно быть, обидно, когда тебе отказывают?» Гарри это позабавило, он с надрывом сдержал смех, но было понятно, что ему смешно. Он даже не заметил, как все повернулись на него, чтобы увидеть его реакцию. Далее разговор он не услышал, лишь уловил быстрый взгляд Мей в свою сторону и прекращение небольшого конфликта. Но, усевшись, Мей всё же ещё раз взглянула в сторону Гарри, поймав его улыбку.