Ухихэ: История одной дружбы

Вечер на школьном стадионе был уже прохладным, Урим заканчивала тренировку, привычно пробегая последние круги по периметру поля. Она остановилась у скамейки, на секунду прикрыла глаза, опускаясь на деревянное сиденье, и тут телефон в кармане замигал. Хэсу: «Кто сегодня с тобой ночует?» Ведь точно, ее папа сегодня на работе. Честно говоря, она и забыла, кто должен быть с ней сегодня. Было удивительно что Хэсу помнила о расписании. На лице появилась улыбка. По всей видимости была как раз таки очередь Хэсу, о которой она не забывала. Урим вытерла лоб рукавом и набрала ответ. «Хиен занята.» Урим не могла нагло сказать что очередь Хэсу настала. Все еще чувствовала вину, да и врать она тоже не планировала. Сообщение от Хэсу не заставило себя ждать. Хэсу: «Я тогда приду на ночевку. Только я буду занята. Надеюсь ты не обидишься» Урим уставилась на экран, а потом прикрыла рот рукой, все же это было смешно. То как Хэсу пыталась держаться обиженной было даже мило.

***

Дом у Урим сегодня был особенно тихим. Даже чайник кипел как-то вяло, будто знал, что сегодня не стоит создавать лишний шум. Хэсу пришла вовремя. Сняла обувь, молча прошла в комнату и аккуратно поставила рюкзак у стены, не проронив ни слова. — Чай? — тихо спросила Урим. Она здесь, все же был шанс на примирение. — Нет, спасибо. Надо учиться. — голос Хэсу был вежливым, слишком вежливым. Она уселась за стол, разложила тетради, ручки, открыла учебник. И будто бы всё было нормально — экзамены же, у всех стресс, но неловкость висела в воздухе. Их разделяло не расстояние, а что-то невероятно большое, Урим чувствовала это всем телом. Дело не в том что был конфликт, а в том что они не знают как его решить. Она понимала — будь у Хэсу выбор, будь в ней сегодня хотя бы чуть-чуть эгоизма, она бы не пришла. Готовилась бы как проклятая к своим экзаменами, сама по себе истерила бы, но в итоге занималась бы в комфортных для себя условиях, но сейчас она тут и Урим искренне не знает как все решить. — Хэсу, — она присела рядом с подругой, весьма настороженно. — Как уроки? — сейчас Урим поняла что ведет себя как ее же отец, он настолько отпал от жизни дочери, что из-за пропастью между ним и дочери не знал что и сказать. — Все нормально. Твои как? Есть хвосты по алгебре или по физике? Могу решить их. — не отрываясь от своих дел и так сухо ответила подруга. — Ты же знаешь что я не сильна в решении проблем. — резко начала Урим, — Я сейчас не знаю что делать, помоги мне. — Хэсу закусила губу. Она почему-то надеялась что девочки сами все осознают и придут разъяснить ей все. Потому что ей не хотелось вовсе снова проговаривать произошедшее. Но послышать как открылась дверь. Это наверное редкость, чтобы Урим забывала запереть дверь на замок. Да и по взгляду видно, что это ее промах и что она испугалась, но на пороге стояла Хиен. На лице полное удивление, как будто она вошла в неправильный дом. Или в правильный, но в неправильное время. — Ой… — вырвалось у неё. — Я… Эм… — она перевела взгляд с Хэсу на Урим, потом обратно. — Я думала, я сегодня… — Я думала ты не сможешь прийти. — тихо ответила Урим, вставая. Хиен стояла, будто не знала — входить ли дальше. В руке у неё затрепетал пакет с мороженым. Хэсу поднялась со своего места, отставила тетрадь. Кажется она хотела уйти, Хиен и не знала как реагировать. Только хотелось заплакать и вымаливать прощение. Потому что у нее было два конфликта одна с Миной, вторая с Хэсу и хоть Хиен пообещала себе их не сравнивать, но не перестает этого делать. В конфликте с Миной хотелось просто прояснить все и продолжить общаться как раньше. В данном конфликте, хотелось бы извиниться за все ошибки и исцелить раненное сердце подруги. И Хиен точно знает что оно ранено, и это вовсе не из-за Чимина, а из-за них. — Мы же поговорим, да? — спросила Хиен и Хэсу остановилась. — Да, конечно. — тихо и сдержанно ответила Хэсу. На кухне они устроились за столом. Никто из них не пытался разрядить обстановку. Только Хиен неловко в чашку переставила мороженое и поставила три маленькие ложки. — Я… — одновременно начали Хиен и Хэсу, после чего обе замолчали, наткнувшись взглядом друг на друга. Воздух как будто дрогнул. — Прости, что перебила, Хэсу, я потом скажу, — первой сдалась Хиен, слегка улыбаясь. Неловкость всё ещё жила в голосе, но на удивление в душе было спокойно. Наверное потому что, Хэсу начала делать хоть какие-то шаги. Значит не все потеряно. — А что за пакеты ты принесла? — Хэсу слегка наклонилась вперёд, заметив в углу скопление ватманов, свёрнутых листов и коробок с чем-то шумящим. Она струсила. Побоялась говорить о своих проблемах, наверное и сама думает что они незначительные. Стыдно из-за таких мелочей драматизировать столько дней. — А, это… — Хиен показала на свёртки. — Это всё с осеннего бала. Мина не успевала ничего закончить — там стенды, оформление, ещё какие-то креативные штучки для фотозоны. Всё надо доработать, часть — уже к завтрашнему дню. Она, бедная, еле на ногах стоит, поэтому я сказала, что заберу хотя бы часть. Сидеть допоздна всё равно планировала, так хоть с пользой. — Это, конечно, очень благородно, — протянула Хэсу, — Но вы к экзаменам готовиться не будете? — Ну, только базовым предметам надо будет, — Хиен пожала плечами. — По остальным у нас автомат, так что… — она запнулась. Сказала слишком буднично. А потом вспомнила, в каком классе учится Хэсу — и как там устроено всё, включая жёсткую систему зачетов и требований. Хэсу подняла бровь, но не обиделась. Она лишь усмехнулась, откинувшись на спинку стула. — Ты чего так переживаешь? Меня такими словами не обидеть. На твоем месте я бы не радовалась автомату. Лучше книги зубрить три ночи подряд, чем вот так — над организацией мучаться три недели. — Ну да, — усмехнулась Хиен. — Это уже какой-то отдельный вид пыток. Но… — она взглянула на Урим и подмигнула. — Я знаю, кто мне будет помогать. — Ты издеваешься? — Урим закатила глаза. — Там работы на неделю вперёд. И как Мина собиралась справиться одна? — Поверь мне, я даже меньше половины взяла. — Хиен развела руками. — Остальное она зачем-то оставила на себя. Я хотя бы это вытяну до завтра. На пару секунд повисла пауза. Всё снова стало как-то обыденно. И в этот момент Хэсу, не меняя интонации, решила медленно начать говорить обо всем, о чем желала с ними поделиться. — А вы знаете, что у меня парень есть? — Чего? — одновременно выдохнули они. — Я встречаюсь с Чонгуком. Уже как больше недели назад начали. — Хэсу поставила свою чашку на стол. — Простите, что не сразу сказала. Просто хотела немного привыкнуть. Мне он нравится, но кажется, я ему — больше. И это немного пугает. Не знаю, правильно ли это, но с ним легко. — Нет, я не удивлена, я догадывалась, но слышать это от тебя так не привычно. — а вот Хиен молчала потому что не подозревала, она столькое упустила в жизни Хэсу. Это было так грустно. — Я это к тому… Я не испытываю чувств к Чимину. И мне правда всё равно, кого он любит. Для меня важнее — что ты чувствуешь. — Хэсу посмотрела на Хиен и в груди у нее что-то больно кольнуло. — Не ставь себе барьеры, если в глубине души хочешь идти к нему. Я не должна быть причиной, чтобы ты отказывалась от чего-то важного. — Я долго думала об этом. Поверь, я никогда не хотела тебе зла. Просто… всегда боялась сделать тебе больно. — начала Хиен. Она и в правду трусливо молчала только по той причине, что боялась за Хэсу. — Насчет Чимина, мне намного дороже ты. Я о нем не могла даже думать в романтическом плане. В этом плане я чиста и говорю это в первую очередь для себя, так как я грызла себя мыслями о том, что подставила тебя. Да, я чувствовала его симпатию, да, я знала что он крутиться вокруг Мины из-за меня, но я не знала что делать. Я так не хотела решать эти непосильные мне проблемы, что просто притворялась дурочкой и притворялась что все нормально. — она вздохнула. — Когда ты тогда написала… Я увидела сообщение, и не смогла найти в себе силы чтобы поддержать тебя. Я знаю что такая ненадежная, но у меня буквально не было сил просто существовать и мне так стыдно за это. Мне казалось, если напишу «держись» — это будет фальшь. Бессмысленно. А я не хотела фальшиво. Не подумала, что, может, ты просто хотела услышать, что ты не одна. Я… правда не нашла в себе силы поддержать, прости. — Просто если слышите меня, дайте знать. Просто не игнорируйте, даже если поздно, дайте знать что все нормально. — Моя сладкая булочка, прости меня. Всё, я всё поняла. — Хиен заключила в крепкие объятия Хэсу, а после подтянула Урим к ним. Так они и стояли, втроём. Наконец все были спокойны. — Я очень рада что вы все обговорили. — начала Урим. — Вы мои солнышки и я честно переживаю за вас. — первой из обнимашек отстранилась Урим, — Но надо напомнить, у нас ещё целая гора дел, и я не уверена, что мы в обнимках справимся с ними. — она кивнула на пакеты. — Насчёт твоих плакатов… Их много, дорогая. — вздохнула она, качнув головой. — Очень много. — Кстати, я же не просто так заговорила о Чонгуке, он же рисовать умеет, может поможет? Часть плакатов ему передадим и на утро он все сделает. — Хэсу и сама бы хотела помочь, но ей надо готовится, а еще… А еще почему бы и парня своего не попросить? — И еще Тэхен рисовать умеет. — добавила Урим. — Чем больше рук, тем лучше. — Ха-ха. — выдавила Хиен нервный смешок. — Я же Чимина весьма в недоброжелательной форме попросила отстать от меня и моих подруг. Думаю не правильно будет лезть к его друзьям. — Ты скажи мне правду, пожалуйста. — Хэсу посмотрела на Хиен. — Как ты к нему относишься? В действительности не хочешь с ним общаться или наоборот? Пожалуйста, не бойся говорить правду. — Я только скучаю по нашим старым время провождениям. Скучаю по нашей атмосфере и готовности помочь друг другу. Я бы хотела извинится перед ним, но он признался мне и его чувства я принимать не готова. — Его чувства — это его зона ответственности. — мягко сказала Урим. — Если хочешь — просто извинись. Но если тебе и в правду сейчас не комфортно с ним, то мы сделаем сами, справимся. — Если что, просто скажи, — кивнула Хэсу. — Я попрошу Чонгука, он организует всё. — Ой-ой-ой… — Урим закатила глаза и засмеялась. — Начинается. Вот она — фаза, когда парень становится всемогущим героем, способным решить всё, вплоть до мировой экономики. — Перестань, — проворчала Хэсу, отводя взгляд и прикрывая лицо руками. — Я просто знаю, что он поможет, если попрошу. — Ну, давай. — тихо согласилась Хиен, наконец чуть улыбнувшись. — Если он не против… было бы здорово.

***

Чонгук сидел за столом, опершись подбородком о руку, а в другой сжимал ручку. Листы в клетку были исписаны до краёв, формулы, схемы, какие-то мелкие пометки сбоку. Он пытался сосредоточиться, но голова не выдерживала — слишком много цифр и задач. В комнате было тихо, разве что часы на стене отсчитывали время, а свет от настольной лампы мягко ложился на столешницу. Он уже собирался сделать перерыв, когда экран телефона загорелся. «Хэсу» На лице сразу отразилась улыбка — эта, особенная, которая сама собой появляется от одного только её имени. Он сразу поднял трубку. — Алло. — Не занят? Не хочешь поболтать? — мягкий, чуть игривый голос. Сердце невольно начало биться быстрее. — Для тебя я свободен всегда. — искренне сказал он, уже отодвигая ручку в сторону. — ты звучишь очень радостной, кажется я догадываюсь в чем дело. Порадуешь меня новостями? — Мы с девчонками помирились. И сейчас я с ними. — даже видеть Хэсу не обязательно, чтобы знать, как искренне она сейчас улыбалась. — Ура, теперь Ухихэ снова вместе. — с улыбкой сказал он. — Не называй нас так. — Простите, — театрально проговорил Чонгук. — Смотри, я буду на что-то намекать, а ты попробуй все понять с первого раза. Я рассчитываю на тебя. — Давай, — Чонгук уже решил не сдерживать смех. — Есть очень много плакатов которые надо нарисовать. И я подумала, хм… Есть же на свете добрые люди, которых можно попросить о помощи, только вот, стыдно все-таки навязываться, вдруг они заняты. Понимаешь, словно нужен не один человек, и даже не два, а словно трое людей. Желательно, чтобы один был брюнетом, второй шатеном, ну и третьим блондин. — на том проводе Чонгук уже в открытую смеялся над всем этим. — Чем заплатишь на эту услугу? Насколько мне помнится у блондина разбитое сердце. — С нас извинение, искренний разговор, ну и, если постараетесь, то что-то вкусное. — По рукам, я так полагаю мы должны будем собраться где-то. Думаю дом Тэхена отличный вариант, только вот его самого надо предупредить. Я потом отпишусь, ладно? — Спасибо большое. — С тебя потом отдельно причитается. — поддразнил он. — Ты у меня на особо дорогом тарифе. — То есть обычным «спасибо большое» я не отделаюсь? — Нет. — спокойно и уверенно. — Хорошо. Потом как нибудь рассчитаюсь.

***

Поздний вечер понедельника. В квартире Тэхена всё было как обычно — полумрак, музыка в наушниках, пара пустых чашек на столе, и до боли знакомая тишина, которую редко кто решался нарушать. Но сегодня было иначе — сегодня планировалось сборище, правда, с целью совершенно не тусовочной. Чонгук был очень красочен, когда расписывал все в сообщениях, а после пришел к нему домой через десять минут. — Ты, конечно, понимаешь, — начал Тэхен, появляясь в дверях кухни с миской чипсов в руках, — что если они притащат сюда свои фломастеры, ватманы и свою творческую энергию, это значит, что я как придурок на утро должен все отнести в школу. — Да не переживай. Я потащу половину, — отозвался Чонгук с улыбкой. — И вообще, тебе не помешает немного социальной жизни. Будешь в числе художников, это же честь. — Меня интересует только одно: будет ли еда? — Тэхен бросил взгляд в сторону холодильника. — Ты пообещал мне бургер, если я впишусь. — Да, завтра я его тебе принесу. — Ладно, мне особо без разницы насчет девчонок, а как ты думаешь, как всё это скажется на Чимине? У него же разбитое сердце и все дела. — Думаю, он наоборот окрылён. — Чонгук усмехнулся. — Хотя строит из себя мученика. Он воспользуется шансом поговорить с Хиен и как минимум все прояснит. — М-м. Тогда ладно. — Он чуть ткнул друга локтем. — А Чимин в курсе, что вы с Хэсу встречаетесь? — Что? — Чонгук приподнял брови. — А… блин. Нет, не знает. Я забыл ему об этом сообщить. — Ну, тогда сейчас и скажешь. — протянул Тэхен, вставая и потягиваясь. — По таймингу, он должен быть с минуты на минуту. И правда — в ту же секунду раздался звонок в дверь. Чимин вошёл, слегка напряжённый, в куртке нараспашку. Лицо усталое, но в глазах — ожидание чего-то. Чонгук поднялся с места, подошёл к другу и чуть похлопал по плечу. — Мы будем рисовать. Плакаты и фотозона для твоего бала, всё как ты любишь. — Да, просто жить без этого не могу. — не без сарказма ответил он. — Чонгук, не тяни кота за хвост. Скажи уже ему. — подключился Тэхен. Любит Тэхен вот так вот всех спешить и многое контролировать. — Что-то серьёзное случилось? Что ты мне должен сказать? — Чимина уже порядком травмировали новостями. Ему из-за организации, да и вообще с событиями с последних времен теперь новости приносили только тревогу и проблемы дополнительные. — Мы с Хэсу встречаемся. Уже как неделю. — Голос Чонгука был ровный, даже мягкий. Он посмотрел прямо в глаза. — Ты и Хэсу?! — Чимин моргнул. Он, конечно, видел, что они сблизились, но до конца не осознавал, насколько. — Стой… а девчонки знали? Почему вы раньше не сказали? Ты знаешь, сколько драмы было на ровном месте? — Ой, не притворяйся святым. — усмехнулся Чонгук и внезапно прижал друга к себе, а потом одной рукой растрепал ему волосы. — Драма была не из-за нас, а из-за твоей неопределённости. Сам понимаешь. — Чимин сдавленно хохотнул и чуть отстранился, тряхнув головой. — Мне кажется… или он влюблённый? — Чимин бросил взгляд на Тэхена. — Он в неё по уши. — подтвердил тот, — Это же из-за ее просьбы он нас уломал на эту авантюру. — Рад за тебя, — искренне сказал Чимин. — Честно. Ты ей подходишь. — А ещё, ты, наверное, уже понял, но Ухихэ помирились, — добавил Чонгук, —Так что ты сильно не переживай. С Хиен тоже всё наладится. Попробуй поговорить с ней. — Как ненормальные переживаете друг за друга. — сказал Тэхен. — Слишком чувствительные и жертвенные какие-то. — он единственный кто не понимал их дружбу. Ему это все казалось нечто странным до сих пор.

***

Прошло время и девушки пришли не с пустыми руками. Урим толкнула дверь плечом, держа в руках ватманы, за ней — Хиен с пакетом, в котором были фломастеры, клей, какие-то странные ленты и кружево, явно из школьных запасов. Хэсу шла последней, аккуратно придерживая папку с распечатками и с тетрадями. Что может быть сильнее тревожного состояния по учебе? — Мы пришли, — тихо сказала Урим, заходя домой. Дверь была открыта, парни хотели из встретить, но не успели. — Добро пожаловать, а что не сказали что выходите из дома? Мы бы встретили вас. — вышел их встречать Тэхен и взял с рук Урим все что было. — Тебе телефон для чего если по итогу им не пользуешься? — строго посмотрел он на Урим, но та лишь закатила глаза и принялась помогать Хиен с ее пакетами. И как только Урим брала в руки пакеты, их забирал Тэхен. Чонгук сразу вынырнул из-за угла как только дверь открылась, подскочил к Хэсу и как-то по-автоматически забрал у неё вещи из рук. — Рад видеть вас, — поприветствовала он девушек, пытаясь скрыть свою улыбку. Собственно все внимание было только на Хэсу и Чонгуке. Девочки внимательно вглядывались в реакцию подруги, она лишь сдержанно улыбнулась, но во взгляде они заметили искры. Урим и Хиен переглянулись между собой. Они обязательно это обсудят позже. — Ты чего с уроками пришла, мы тут все пришли чтобы, этим двоим почомь. — сказал Тэхен и показал большим пальцем на Чимина с Хиен. — Если я не позанимаюсь, то у меня будет не спокойная ночь из-за нервов. — спокойно ответила Хэсу и добавила, почти извиняясь. — Я помогать не буду. Надеюсь вы на меня не обидитесь. — Ты пришла… и не будешь рисовать? — чем больше Тэхен смотрел на это, тем больше он понимал, что это все звучит как обман. Они словно нашли бесплатную раб силу. — Да. — коротко кивнула она. — Ничего страшного, главное подготовься к своим урокам. — Чонгук признаться честно очень сильно рад тому, что она пришла, так что он особо не переживал насчет того, что помощников будет меньше. Лицо Тэхена говорило само за себя: «Продажный судья» вот что он думал. — Ты чего расстраиваешься? Я же есть. — Урим подколола Тэхена. — Я, если что, тоже в команде «бесполезных». Добро пожаловать. — собственно, почему бы и нет, Тэхена так не обмануть. Он, в целом, не горел желанием им помогать. — Это не бесполезность, — вмешалась Хиен, пока укладывала на стол ватманы. — Ты даёшь нам крышу над головой и розетки. — Как ваши дела? — подошел Чимин пытаясь казаться естественным. Внимание на Чимине было особо острым у Хиен и у Хэсу. Наверное Хэсу нервничала, она все это время боялась увидеть Чимина. Она быстро перешла из одной симпатии в другую и сильно переживала за свои чувства к Чонгуку, а что если они исчезнут, стоит ей увидеть Чимина? На секунду повисло неловкое молчание. Тэхен хмыкнул, посмотрел на Чонгука и вскинул бровь. — Итак. Ты привёл сюда свою девушку. Но она будет заниматься учебой, а не восхищаться твоими талантами в раскрашивании. — Не переживай, я буду работать за нас двоих. Пусть она занимается своими делами. — от сказанных слов Чонгуком Урим и Хиен мгновенно начали умиляться. — Мне если что неловко. — Хэсу пыталась скрыться уже из вида, чтобы не было приколов в их сторону, не глядя на Чонгука, прошла к дивану, чтобы разложить тетради. У Чонгука невольно появилась довольная ухмылка. Работа началась. Хиен молча заняла место у стола. В руках — ножницы и распечатка. Она даже не пыталась заглядываться на Чимина, но он был здесь. И чувствовала его взгляд на себе. — Ну что. Поехали? — тихо сказала она. — У нас ночь впереди. Спустя время на столе всё было как в лёгком хаосе: ватманы, вырезки, фломастеры, блестки, линейки, ножницы, клей и ещё какой-то мусор, который когда-то точно был частью чего-то нужного. — Урим, пожалуйста, вырежь вот эту штуку аккуратнее. — Чонгук наклонился к ней и показал на шаблон. — Нам нужно, чтобы угол был ровный. — Я уже извинилась за тот провальный шаблон. Сколько можно напоминать? — устало ответила Урим. — Не забудь еще раз извиниться за ватман, куда ты поставила включенный горячий клей и все залилось потом им. — добавил Тэхен, он хоть и планировал ничего не делать, но втянулся во все это дело. — Так ты же все исправил, чего ты ноешь до сих пор? — фыркнула девушка и не забыла бросить в него недовольный взгляд. — Хватит обижать мою Уримку. — встала на защиту Хиен. — Будете портить ей настроения, то позже всем плохо будет. — Я сам все прекрасно знаю, я, кстати, говорил вам, как она, когда нам было по десять нашего одноклассника ударила своим рюкзаком и он с ног свалился? Ей повезло что рядом ее папа был, он сразу все разрулил. — начал болтать Тэхен, а вот Урим начала злиться. — Почему ты это упоминаешь? — она ударила его по плечу. — Кто нибудь дайте ему побольше работы, чтобы поменьше языком трепал. — Уж больно Тэхен болтливый. — заметил Чимин, к слову, это заметили все. Хиен улыбнулась, наблюдая за всем этим. Чимин сидел напротив и клеил детали, стараясь не глядеть на неё слишком часто. Он был спокоен, тих, и впервые за долгое время — не пытался быть центром вселенной, душой компании. Как будто ему наоборот нравится быть таким тихим. — Это у нас фотозона, да? — уточнил он, аккуратно наклеивая буквы. — А что со старым? — Кто-то врезался в нее и порвал. — Если завтра это кто нибудь порвет, то кину в него баскетбольный мяч, прямо в голову. — сказал Чимин. — Сам не порви когда на утро нести будешь. — усмехнулся Тэхен, прекрасно зная, что обязанность перетаскивания вещей в школу ляжет на плечи Чимина и Чонгука. Когда стрелки на часах перевалили за девять, и работа с плакатами начала терять былой запал, дверь в комнату чуть скрипнула. Хэсу появилась в проёме, в руках всё ещё держала ручку, а волосы были закручены в небрежный пучок. — Устала от этих текстов. Можно к вам? — спросила она, решивший заглянуть к друзьям в мастерскую. — Точно? — первой откликнулась Урим, не поднимая глаз. — Всё нормально, дорогая. Мы справимся. Даже если не справимся — просто приклеим всё как есть. — Не хочу слышать слово «справимся» от человека, который полчаса назад приклеила «А» вверх ногами. — вставил Тэхен. — Мне долго извиняться за это? — сдержанно отреагировала Урим. — За меня не переживайте. Сделаю любую работу. — Хэсу уже подошла к ним, и на лице её было что-то вроде усталого облегчения. Чонгук, который в этот момент как раз рисовал декорации на ватмане, поднял на неё взгляд и улыбнулся. — Тогда… — Он пошарил по столу, вытащил один из самых лёгких заданий. — Вот тебе задача. Обводи эти буквы по контуру. — Серьёзно? — скептически произнёс Тэхен. — Ты мне дал вырезать восемь одинаковых листьев вручную, а ей обвести буквы? — Тебе какая разница? Занимайся своими делами. — Чонгук пожал плечами. — Вот что значит быть любимой. — усмехнулся Чимин. Тут явно пахло фаворитизмом. В целом и не надо было обводить буквы. Просто Чонгук специально задал ей такую задачу, чтобы она не напрягалась и чтобы рядом была. — А чего вы жалуетесь, словно основную часть работы не я делаю? Делегирую так, как моей душе угодно. Хэсу села рядом и склонилась над бумагой, пытаясь сдержать лёгкую улыбку. В комнате снова стало живо, легко. — Ладно, — вдруг сказал Чимин, потянувшись. — Я проголодался. И подозреваю, что не один такой. Рамен — всем? — Да. Чимин хмыкнул и уже собирался направиться к выходу, когда Хиен поднялась с места. — Я с тобой. Надо проветриться. Он кивнул. Они оба вышли. На улице было свежо, тихо. Один из тех редких поздних вечеров, когда всё будто притихло: машины проезжали реже, окна в домах светились приглушённым жёлтым светом, и каждый шаг звучал чуть громче обычного. Хиен и Чимин шли рядом, не спеша, будто общее молчание было не просто неловкостью, а временем на подготовку. Магазин был близко, они зашли сразу в отдел еды быстрого приготовления. Чимин, не особо задумываясь, потянулся за пачками рамена — три штуки, на автомате. Он знал, что ребята съедят всё что угодно. А вот Хиен стояла перед стеллажом, чуть склоняя голову, будто выбирала что-то важное. Чимин посмотрел на ее выбор, острый рамен с кимчи, сырный рамен, а так же сливочный. Весьма разнообразно. — Мега острый, острый и не острый вообще. — смотря на ее выбор сказал Чимин. — Просто моя Уримка любит острое. — она указала на выбор Чимина. — А вот я люблю сырный, ну, а Хэсенок вообще ненавидит остроту. — Ты помнишь, кто что ест? — Конечно помню. — Хиен не обернулась. — Я же не стирала их из памяти. Он ничего не ответил. Они прошли к кассе, и только когда все покупки были упакованы, когда они снова вышли на улицу и шагнули в сторону дома Тэхена. Они шли молча. Казалось бы им надо столько обсудить, но они стеснялись проранить и слово. — Чимин, — вдруг сказала Хиен, не глядя на него. — Я хочу извиниться. — он не ответил, просто замедлил шаг. Хиен остановилась. — Я не оправдываю себя, но… Я правда испугалась. Я испугалась, что могу потерять девочек. — она сжала ремешок сумки в пальцах. — Это, наверное, звучит глупо или эгоистично, но знаешь, Ухихэ, мои девочки, это единственное чем я буду так сильно дорожить. С ними моя душа находит покой. И одна мысль, что я могу их потерять… Я не выдержу этого — Я понимаю, — сказал он тихо. — Нет, подожди. — она сделала шаг ближе. — Мне надо договорить. Люди думают, что я эгоистка, что я люблю внимание, что тяну на себя всё. Наверное, так и есть. Почему-то мне кажется если я не буду руководить процессом, то все пойдет на самотек. Если я не буду контролировать тебя, то ты сделаешь хуже, если я не буду контролировать девочек, то у них все пойдет не так, если я не буду участвовать, то все разрушиться. Наверное из-за этого я и уставала. Я беру ответственность, но не умею решать проблемы. Я просто варюсь во всем этом, чтобы просто ничего не упустить, чтобы понимать логику произошедшего, но отнюдь ничего не решаю. А твои чувства, я их не понимала, мне стало страшно вдвойне. Потому что я не знала, что с этим делать. Я злилась на себя, злилась на тебя. Чимин смотрел на неё. Не перебивал. Просто слушал. — Я думала, что если скажу «нет», ты исчезнешь. Если скажу «да» — разрушу остатки дружбы. — Хиен выдохнула. — Но сейчас… я понимаю, что мне нужно время. Я правда чувствую к тебе что-то тёплое, но я не готова к отношениям. Я даже сейчас не могу принять твои чувства, словно этим могу оскорбить своих подруг. Хоть и проблемы с Хэсу решилась, но проблема с Миной остается актуальной и я не смогу за ее спиной что либо делать, когда она испытывает к тебе симпатию. — Знаешь… когда ты сбросила звонок, мне показалось, что всё. Что это точка. Что я окончательно всё испортил. Я просто думал что все испортил, но не мог понять, саму суть проблемы. — он усмехнулся, чуть натянуто, но не горько. — Я ведь тоже всё время что-то делал, не понимая зачем. Подыгрывал, отшучивался, вёл себя как будто не влюблён. Общался со всеми, искал твои глаза. А потом влюбился — и стал бояться, что все поймут. Пытался внушить что мне нравится Мина, искал повода увидеть тебя. А потом, когда ты узнала — испугался ещё больше. Знаешь, мы с тобой одинаковые. Оба боимся быть собой.