Takotsubo

      После раннего завтрака агенты, имеющие отношение к разведывательной миссии, собрались в комнате для брифинга. Бримстоун затянул свою длинную речь, вновь прошелся по плану действий, стараясь не упускать ни малейшей детали, пока остальные с нетерпением вслушивались в его монотонный голос, частично пребывая в своих собственных мыслях и переживаниях. Обстановка была… Накаленной. Даже обычно уверенная в себе и своих творениях КиллДжой на этот раз изрядно нервничала, проверяя раз за разом показатели приборов, а то вдруг что сбилось? Параллельно она грызла ногти, пытаясь хоть как-то унять все нарастающую тревогу, что привело к тому, что к концу собрания она сгрызла их до мяса. Бримстоун, после окончания речи вновь, как заведенную пластинку, начал проговаривать отдельные моменты, даже не замечая того, что за общим разразившимся галдежом его уже никто не слушал. Из участников миссии не хватало только Неон. Она еще вечером обговорила все с каждым по отдельности и сейчас отчаянно медитировала на пару с Астрой, стараясь удержать бурлящие эмоции под контролем и в ключевой момент успешно выполнить свою задачу, не спалив все к чертям.       Сайфер чувствовал себя не выспавшимся, раздражительным и злым. Впервые за долгое время ему было сложно сосредоточиться на своей работе, а голоса коллег больше не казались фоновым успокаивающим шумом, а наоборот, только мешали. На душе было скверно. Рассеянные мысли то и дело возвращались к посетившей его в сновидениях Норе. Острое чувство утраты, первые месяцы кинжалом вонзавшееся в его сердце, затупилось, со временем превратившись в глухую, окутывающую внутренности похоронным саваном тоску. Она тихо и незаметно затухала в его сердце, а теперь, после вторжения Кошмара в его разум, вспыхнула с новой силой. Амиру приходилось прилагать значительные усилия, чтобы вынырнуть из воспоминаний и собственных мрачных мыслей и сконцентрироваться на своем деле. Шантажистка впервые за все время в протоколе присутствовала на общем собрании, примостившись в самом дальнем углу, под защитным крылом Сейдж. С Фейд сняли наручники и она, как и обещала, вела себя тихо и смирно и старалась не замечать периодически бросаемых на нее агентами подозрительных и враждебных взглядов. Сайфер повнимательнее рассмотрел Фейд и рассеянно отметил, что на этот раз она выглядела бодрой и выспавшейся. Почувствовав чужое внимание, шантажистка повернула голову в сторону Сайфера. Слегка прищурившись, она как-то странно посмотрела на стража. Понимающе и с долей… Сочувствия? Амир вопросительно поднял бровь, а потом запоздало спохватился, что за маской шантажистка не видит выражения его лица. Очевидно, по-своему расценив его пристальный взгляд , Фейд сдержанно кивнула в знак приветствия. - Итак, повторяю, все всё поняли? – пытаясь заглушить общий гомон, прокричал Бримстоун, - или еще раз проработаем? КайО, Фейд, вам все понятно? - Да командир, - не стройным хором отрапортовали агенты, и после этого наконец наступила долгожданная тишина. - Ну, раз так, - устало выдохнув, продолжил командир, - тогда начнем?

***

      Через незаметные камеры, размещенные на снаряжении Фейд и КайО, была видна поблескивающая радианитовым гладь портала. В поле обзора периодически попадала нервно переминающаяся с ноги на ногу Неон и застывшая чуть позади с каменным лицом Вайпер, внимательно наблюдающая за ходом эксперимента. - Ну, с Богом, - тихо прошептала КиллДжой за пультом управления и запустила протокол. Когда портал был полностью готов к работе, КайО с Фейд чуть посторонились, пропуская вперед Неон. Поджимая губы от напряжения, она направила правую руку в сторону питающего элемента и, поддерживая ее левой, выпустила мощный разряд. От основного потока энергии, похожего на устрашающе крупную застывшую во времени молнию во все стороны посыпались искры, пока Неон насыщала портал необходимой ему для работы энергией. Засбоили показатели приборов, протестующе заморгали потолочные лампы, отключилась одна из камер Сайфера, но на этом повреждения электроники закончились. Уложившись в отведенное время и осознав, что чудесным образом ничего не спалила в процессе, Неон облегченно выдохнула и опустила руки. Поверхность портала дрогнула, напитавшись энергией, его структура изменилась, и за ставшей полупрозрачной гладью Сайфер увидел едва различимую картину незнакомого помещения. - Пора! – скомандовала КиллДжой, внимательно наблюдая за показателями. Фейд сжала руки в кулаки и решительной походкой отправилась вперед. Стоило ей только пересечь грань, как изображение с камеры Сайфера исчезло и пришло оповещение, что связь с агентом утеряна. - Расщепило? – вопросительно подняв бровь, спросила Вайпер. - Не могу сказать… - Сайфер судорожно принялся восстанавливать связь, - все ее показатели просто перестали отображаться. - Пойду за ней, - пожал плечами КайО, - если не вернемся в срок, вы знаете, что делать. Как только робот испарился за гранью, его передача данных тоже оборвалась. Оставшиеся агенты замерли в состоянии боевой готовности. Пять минут – такой срок был дан их разведчикам на минимальный сбор информации. После чего энергия, которой Неон запитала портал, иссякнет, и его грань захлопнется, запирая ушедших союзников по ту сторону. - Хоть бы все получилось, пожалуйста, пожалуйста! – молитвенно шептала КиллДжой, в напряжении сведя темные брови к переносице, - пусть все сработает, ну же, ну! В комнате воцарилась тяжелая, удушающая тишина. Все замерли в ожидании. Пять минут, что обычно пролетали незаметно, как мгновение, на этот раз, казалось бы, растянулись в полноценный час. В томительном ожидании Амир чувствовал, как испарина медленно проступает на его спине, а ткань маски неприятно липнет к вспотевшему лицу. - Тридцать секунд до закрытия, - дрогнувшим голосом пробормотала КиллДжой, - ну где же они… Двадцать… Гладь портала дрогнула, наблюдающий за ним Чембер приблизил свой оператор к лицу, прицеливаясь, но, к всеобщему облегчению, из другого мира к ним вернулись их собственные разведчики, не приведшие за собой следом врага. Стоило Фейд вслед за КайО пересечь барьер, как он тут же захлопнулся за ее спиной. Стоящая чуть поодаль Сейдж с готовностью бросилась вперед, уложив светящиеся радианитовым пальцы на виски шантажистки, оценивая состояние ее здоровья, проверяя, не навредил ли ей портал. КайО же без чьей-либо помощи запустил диагностику всех систем, и через пару минут на экран Сайфера пришел отчет, что неполадок выявлено не было. - Сработало! Сработало!!! – радостно прокричала КиллДжой, разрывая напряженную тишину своим звонким голосом, и тут же общая связь взорвалась от поздравлений. Пока остальные агенты стягивались к порталу и комната наполнялась все новыми и новыми голосами, Амир по-быстрому снял с разведчиков все записывающее оборудование и скрылся вместе с ним в мастерской КиллДжой. Там он подключился скрытым камерам и, к его облегчению, запись всей этой маленькой, но важной авантюры оказалась в целости и сохранности, что позволило ему тут же приступить к ее просмотру.

***

- Я впечатлен, - вынес свой вердикт Омен, закончив просматривать запись с камер. После миссии и прошедшего вслед за ней общего собрания Амир тут же отправился к другу и поделился с ним результатами их маленькой вылазки, зная, как сильно заинтересован Омен в изучении других миров, - но что же их так сильно напугало… - задумчиво продолжил призрак, уложив когтистый палец на окутанный дымкой подбородок, - Фейд увидела в сознании зеркальных жителей короткие пугающие образы, что все так или иначе были связаны с водой. Что-то масштабное, затронувшее жизнь большого количества людей… Природный катаклизм? Цунами? Наводнение? В нашем мире, благодаря переходу к использованию разработанного на основе радианита топлива, удалось снизить выброс парниковых газов в атмосферу, отсрочить глобальную экологическую катастрофу, но мир наших врагов испытывает острый дефицит радианита… Могло ли это привести к тому, что они пересекли свою точку невозврата и изменение климата в их мире стало необратимым? Как бы мне хотелось попасть туда, Сайфер. Ты и представить себе не можешь, - Омен тяжело выдохнул и сел на край кровати, уставившись в пол. На лице Амира появилась легкая улыбка, пока он наблюдал за другом. - Уже поставлен вопрос о подготовке следующей миссии. Мы планируем вернуть украденный зеркальными радианит, КайО зарегистрировал в точке высадки большое его скопление. Не волнуйся, я думаю, это будет не последняя наша вылазка и ты когда-нибудь тоже сможешь поучаствовать. - Когда-нибудь – слишком неопределенный период, - раздраженно откликнулся Омен, стиснув кулаки, - я надеюсь ускорить процесс и попросил Сейдж начать снижать активность моей камеры. Теперь мощность работы составляет шестьдесят пять процентов. - О, это очень хорошая новость, - улыбка на лице Амира стала шире, - как ты себя чувствуешь? - Я не замечаю значительных изменений в моем состоянии. Единственное, что я могу отметить –изменение чувствительности кожных покровов. Я бы описал это ощущение, как зуд. Так и хочется снять бинты и расцарапать кожу когтями, - обреченно выдохнув, признался призрак, - но это было бы весьма нерационально.

***

      В последующие дни Амир был занят подробным изучением полученных во время разведывательной миссии данных и налаживал работу оборудования совместно с КайО и КиллДжой. Потеря связи во время телепортации была крайне нежелательна, и требовалось понять ее причину и сделать все возможное для устранения этой критической ошибки. После успешного выполнения задания Фейд вернулась в свою комнату уже без наручников. Ее все еще не включили в состав агентов, к облегчению Амира, но, тем не менее, ряд поблажек ей был предоставлен. Теперь она могла перемещаться по базе в сопровождении кого-нибудь из агентов, чем она не преминула воспользоваться. На камерах Сайфера то тут, то там мелькала ее тощая фигура в сопровождении Сейдж, с которой они теперь постоянно, как две подружки, неразлучно ходили вместе. Фейд старалась лишний раз не мозолить глаза другим участникам протокола и не провоцировать конфликты с теми, кто относился к ней с особенной враждебностью, но она с любопытством изучала базу. Чаще всего Фейд и Сейдж проводили время на тренировочном полигоне, а также в их небольшом импровизированном саду, где целительница обучала шантажистку уходу за растениями и различным методам медитации. Амиру не нравилась перспектива включения Фейд в их ряды, но он не мог отрицать, что она правда старалась влиться в их коллектив и быть полезной. Если на мгновение закрыть глаза на произошедшие по ее вине ужасы, она была сильным радианитом, и из нее получился бы хороший агент. Амир позволил себе на краткий миг представить, как бы все могло быть, поверни судьба в другое русло: Мучающиеся от бессонницы полуночники, они наверняка часто бы пересекались поздним вечером в комнате отдыха. Фейд бы рисовала свои мехенди, Омен бы вязал, а сам Амир доделывал в ноутбуке свою работу. Днем Фейд могла бы обучать более молодых агентов методам разведки, они бы обменивались опытом с Совой и Скай, тренировались вместе. На поле боя Фейд значительно бы облегчала Амиру работу по сборе данных… Если бы эта дура не отправила координаты его родных убийцам. Если бы не поставила под угрозу жизнь беззащитной женщины и ее маленького ребенка. Амир и сам в старые времена пользовался различными методами шантажа, и они, порой бывали весьма беспринципными… Но он редко опускался настолько низко. Странно было думать, что это «если бы» скорее всего где-то произошло. Восторженные речи Омена о вариантах реальности в концепции Мультивселенной теперь будоражили сознание и самого Амира. Наверняка существовал мир, где Фейд вступила в протокол меньшей кровью, а Амир счастливо воссоединился со своей семьей. Если бы всего этого не было… Ему бы сейчас не пришлось собирать самое дорогое из осколков.

***

Через два дня Сейдж снизила мощность работы радианитподавляющей камеры еще на десять процентов. На уровне в пятьдесят пять процентов Омен отметил появление болезненного распирающего напряжения внутри тела, из-за чего ему казалось, что кожа вот-вот лопнет, высвободив клокочущее нестабильное нутро наружу. Амир пытался хоть как-то помочь другу. Отвлекал его бесконечными разговорами, зачитывал ему статьи по интересующим призрака темам, смотрел вместе с ним документальные фильмы. С тягостным ощущением за грудиной страж наблюдал, как с каждым днем призрак становится все более молчаливым и отчужденным, сконцентрированном на собственных, явно не самых приятных ощущениях. Еще через три дня Сейдж снизила мощность до тридцати пяти процентов. Сознание Омена заполнил неразборчивый шум и бормотание. Боль усилилась и призрак перестал четко ощущать границы своего тела. Через два дня после этого Амир привычно направился в сторону подавляющей камеры, чтобы навестить своего друга. Сейдж еще снизила мощность. Теперь она составляла двадцать пять процентов, и следующим шагом было полное отключение радианитподавляющей камеры. Амир обнаружил друга сидящим на краю кровати. Омен смотрел куда-то себе под ноги, болезненно согнувшись. Руками он обхватывал себя в странном подобии объятий, пытаясь удержать крупно подрагивающее тело в привычных границах. Сквозь прорези отчетливее просматривался включенный в тело Омена, теперь ярко сверкающий лазурным радианит, темный дым периодически бесконтрольно прорывался сквозь плотные туры бинтов. Заметив Сайфера, Омен повернул в его сторону голову и едва заметно кивнул, а затем вернулся к прежнему положению. В последнее время Омен мало и неохотно разговаривал, ведь стоило ему хоть немного отвлечься, как тело тут же выходило из-под его контроля и начинало уходить в нестабильность. Амир попытался стереть со своего лица все признаки жалости – это не то чувство, что заслуживал его лучший друг, и осторожно сел на стул, с горечью рассматривая сгорбленную фигуру Омена. Если Омену было так тяжело, когда камера еще помогала ему справиться со своей сущностью… То как же он держался все это время до инцидента с Кошмаром за ее пределами? Постоянная боль, которую не под силу купировать ни одному обезболивающему. Не прекращающееся ощущение нестабильности в теле, готовом в любой момент времени распасться на атомы. Вечный, беспрестанный, изматывающий контроль, на который, должно быть, уходила немалая часть сил. И в таком состоянии Омен еще умудрялся тренироваться, использовать свои способности радианта, участвовать в миссиях, взаимодействовать с союзниками и заниматься своими хобби… «Уму не постижимо… - Амир с сочувствием посмотрел на друга, - вот это выдержка». - После выходных… Сейдж сказала… Я отсюда выйду, - надсадно и сдавленно, словно сквозь крепко стиснутые челюсти, прохрипел Омен, не отрывая взгляда от пола, - и наконец смогу… Приступить к изучению портала. У меня есть некоторые наработки… Которыми бы я… Хотел поделиться с КиллДжой. И проверить их эффективность… На практике. Астра помогает мне… Концентрироваться на ощущениях тела, но пока ее тренировки… Малопродуктивны. Болезненно захрипев, Омен вцепился когтями в ребра и сильнее сгорбился. - Эти голоса… Они так мешают! Амир поджал губы и наклонился вперед. - У тебя уже получается разобрать, что они говорят? - Отдельные слова… С трудом. Пока это просто выкрики… И бормотание. Сейдж уже рассказала Омену о его способностях. В том числе об умении поглощать души. Жертвы Омена наконец дождались ослабления работы камеры и с удвоенной силой принялись за разум своего тюремщика. Их речь пока что была бессвязной, и Амир с тревогой ждал момента, когда на его друга обрушатся полноценные проклятья. Справляться еще и сэтим… - Что мне сделать, чтобы тебе стало легче? - Ничего. Ты… Не можешь мне помочь. Амиру все же не удалось удержать лицо.

***

      Перед поблескивающим радианитовым барьером камеры на этот раз собралось несколько агентов. Помимо Сейдж и Сайфера присутствовала Вайпер, а также Скай, в качестве «резервного» целителя, на случай, если все пойдет не по плану. Омен стоял внутри камеры, беспокойно сжимая и разжимая кулаки. Его спина была привычно сгорблена, а прорези на лице тревожно мерцали в нетерпении. - Мы будем отслеживать все твои показатели, - мягко произнесла Сейдж, внимательно просматривая графики данных, - если мы увидим значительные отклонения от нормы – снова поднимем барьер. Ты должен докладывать обо всех изменениях в своем самочувствии. Не доводи боль до критичной отметки, если она превысит шесть баллов по десятибалльной шкале – сообщи мне об этом, и мы остановимся. Если ты почувствуешь, что тебе слишком сложно удерживать тело в привычных границах – также озвучь это. После деактивации барьера к тебе вернутся твои способности радианта. Пожалуйста, не пытайся их использовать, ты еще не готов. Если все пройдет успешно, мы оставим тебя еще на пару дней в подавляющей камере с опущенным барьером, затем ты сможешь вновь присоединиться к протоколу. Если же эта попытка будет неудачной, не переживай. Мы будем работать еще, тренироваться, и через какое-то время попробуем снова. Вайпер, тебе есть что добавить? - Надеюсь на твое благоразумие, - женщина оценивающе прищурилась, рассматривая Омена, - мы уже это проходили, и не раз. Если будешь придерживаться первоначального плана – справишься. - Сообщи, когда будешь готов, - Сейдж выжидающе посмотрела на своего подопечного. - Ты справишься, друг! – одобряюще улыбнувшись, придвинулся ближе к барьеру Амир. - Думаю, мы можем начинать, - спустя несколько мгновений, тихо прохрипел Омен и кивнул Сейдж. Целительница нажала на несколько кнопок и радианитовый барьер дрогнул, постепенно истончаясь. Его поверхность пошла волной искр и через пару мгновений исчезла. - Аргх! –потрясенно вскрикнул Омен, стоило камере прекратить свою работу, и вцепился когтями себе в ребра, болезненно согнувшись. Он явно не был в полной мере готов к тому, что его ожидало. Все его тело пошло крупными волнами, предплечья предупредительно заискрили радианитовым, а сквозь туры бинтов заструился темный дым. Считывающие приборы предупредительно запищали, а экран с данными окрасился в оранжевый. - Омен? – встревоженно спросила целительница, профессионально пройдясь взглядом по фигуре союзника, - я поднимаю барьер? - Нет! – с трудом прохрипел призрак, слегка приподнимая вверх голову с мерцающими на ней, как экран старого телевизора, прорезями, - я выдержу! - Если тебе слишком больно, не нужно терпеть, - с трудом сдерживая стремление броситься на подмогу, вступил в разговор Амир, - мы можем попробовать позже! Омен отрицательно покачал головой и сильнее сгорбился, замирая. Судорожные конвульсии неконтролируемого хозяином тела постепенно перешли в хаотичные подергивания. Широко до этого распахнутые прорези лица сузились в тонкие напряженные ниточки. Призрак явно призвал все свои силы на то, чтобы сохранить контроль. Амир метнул беспокойный взгляд на по-прежнему оранжевый экран с данным, затем перевел его на Сейдж. Она выглядела озадаченной, но не более того. Судя по тому, что она предпочла наблюдение вмешательству, состояние Омена находилось в допустимых границах. - На сколько баллов оцениваешь боль? – холодно спросила Вайпер через десять минут, подходя ближе к границе камеры. - Четыре… Пять. - Хорошо. Обычный уровень. - Дайте мне время… Я привыкну. Быть свидетелем происходящего было весьма болезненно. Внутренности Амира скрутились в узел, пока он с тягостным чувством за грудиной наблюдал за мучениями своего бедного друга. Страж невольно вспомнил период собственного восстановления после потери рук. Боль была постоянной, ноющей, выматывающей. Несколько месяцев он с трудом боролся с ней, а ведь у него тогда были обезболивающие, которые хоть немного скрашивали его состояние.В случае Омена боль была хронической, ее нечем было снимать, на таком высоком уровне она наверняка заметно ухудшала качество его жизни. Терпеть подобное постоянно… Амир даже представить себе не мог, какого это. - Это просто какой-то кошмар… - озвучила мысли стража стоящая чуть позади Скай, - может хватит? Верните барьер, нельзя же его так мучить! - Предлагаешь навечно запереть его в этой камере? – вопросительно подняла бровь Вайпер. - Может, есть менее болезненные способы? Сабина покачала головой и занесла руку над кнопкой активации барьера. - Омен, мы останавливаем эксперимент? - она оценивающе всмотрелась в почти черную гладь лица союзника. - Я же сказал, нет! – с раздражением прошипел призрак и, отойдя назад, тяжело уселся на койку. - Показатели остаются на стабильном уровне, - отчиталась Сейдж спустя еще несколько минут подошедшей к ней Вайпер и указала пальцем в ставший желтым экран, - я предлагаю действительно понаблюдать какое-то время за его состоянием. Он хорошо держится, я думаю, у нас может получиться. - С первой попытки? Лучше, чем в прошлый раз, - согласно кивнула Сабина, - судя по динамике, моя помощь в данный момент не потребуется, так же, как и вмешательство Скай. Я могу оставить его на тебя? - Да, конечно. - Хорошо. Держи меня в курсе. Если все пойдет по плану, ночью с ним сидишь ты, можешь позвать себе в помощь Скай, если будет тяжело, утром приду я. Буду рада твоему возвращению в строй, Омен, - сухо кивнув призраку, Вайпер направилась в сторону выхода. Скай перекинулась парой слов с Сейдж, скомкано попрощалась и отправилась за ней следом. Ей явно было не по себе наблюдать за чужими страданиями. Когда союзницы ушли, Амир поставил стул для Сейдж около панели управления, а сам прислонился к стене и вытащил из кармана крепление от растяжки, приготовившись наблюдать. Вскоре мерные щелчки разбили воцарившуюся тягостную тишину. Пока Сейдж оценивала графики данных, Амир внимательно рассматривал своего друга. Омену явно было не до союзников. Он удерживал скрюченную неудобную позу, в которой первоначально расположился на койке. Прорези на лице друга были закрыты, и лишь их края равномерно пульсировали в такт низкоамплитудным покачиваниям тела. Омен концентрировался на своем состоянии, стараясь привыкнуть к болезненному ощущению собственного существования. Устав бесцельно стоять, Амир сходил в лабораторию за вторым стулом и принес из своей комнаты ноутбук, расположившись у стены неподалеку от Сейдж. Омену было не до разговоров, а целительница заполняла медицинские данные в своем планшете. Еще раз пробежавшись беглым взглядом по фигуре друга, Сайфер углубился в свою работу. Примерно в два часа ночи Сейдж попросила Сайфера подменить ее на полчаса, и страж с готовностью принял дежурство. За последние часы тело Омена стало выказывать меньше признаков нестабильности, зависнув в пограничном состоянии, но сам он явно сильно устал сдерживать себя. Призрак сидел в изголовье кровати, опираясь спиной на стену и уложив голову на согнутые колени. Амир заканчивал дистанционную настройку одной из камер в главном коридоре, когда Омен впервые за долгое время нарушил воцарившуюся тишину. - Сайфер… Скажи… Кто-то еще есть здесь? Амир непонимающе нахмурился, посмотрев в сторону друга. Его лицо было спрятано за тканью свисающего вниз капюшона. - Сейдж отправилась на свой поздний ужин. Нет, мы здесь только вдвоем. Что-то случилось? - Я… Не могу их больше сдерживать. Они становятся слишком громкими. - Ты… О голосах? Омен слабо кивнул и сильнее уткнулся лицом в колени. - Когда мне удалось установить контроль над телом, они появились. Их слишком много. Один голос особенно настойчивый. - Что они говорят, Омен? - Что я убийца. Монстр, - Омен обхватил себя руками, сильнее сгорбившись, - Они желают мне смерти, ненавидят меня. Но ее голос перекрывает все остальные. Я не знаю этот язык… Не понимаю, что она кричит… Наверняка тоже проклятья. «Женщина? – удивился Амир, - очевидно жертва времен начала протокола, когда я еще не вступил в команду. А может и раньше. Интересно, кто она?». - Постарайся их не слушать. Все, что они говорят – полная чушь. Каждое слово, - поспешил поддержать друга страж. - Я и сам знаю, - раздраженно прохрипел Омен, - но заткнуть их не могу, как бы сильно не хотелось. - Давай включим что-нибудь? Музыку или фильм, чтобы заглушить их? Или… Я довольно неплохо пел. Когда-то. Может тебе будет приятнее послушать мой голос? - Просто заткнись! Помолчи. Амир поджал губы. - Хорошо. Как скажешь. - Я не понимаю твой язык. Прекрати… Прекрати кричать! - все тело Омена резко дернулось. Фиолетовый дым заструился сквозь туры бинтов и едва различимой дымкой окутал его согнутую спину. - Омен? – Амир встал со стула, подошел ближе к камере, бросил мимолетный взгляд на графики данных. Экран из зеленого вновь стал желтым. «Плохо дело»,- с беспокойством подумал Амир и потянулся к смартфону, набирая номер Сейдж. Послышались долгие гудки. -Так ты все же знаешь английский…Что ты сказала? Нет! Быть такого не может. Я… Тебе не верю, - призрак оторвал лицо от коленей и невидяще уставился в пустоту перед собой, - Я не мог сотворить такое. Нет! - Ну же, возьми трубку, - нервно закусив губу, уговаривал Амир Сейдж ответить, с тревогой наблюдая за все нарастающей нестабильностью состояния Омена, - что же делать, что же мне сделать… - Я не мог! Я этого не делал! Я не помню! Омен вскочил с кровати и схватился руками за голову, бормоча себе под нос что-то несвязное. Вся его застывшая в напряженной позе фигура излучала панику и отчаяние. Так и не дозвонившись до целительницы, Амир решил действовать по собственному усмотрению и, нажав на таймер на пульте, зашел в камеру. Прорези на лице Омена были широко распахнуты и дико вздрагивали, как и все его тело. По предплечьям призрака хаотично метались радианитовые молнии, а густой дым вовсю валил сквозь ослабшие туры бинтов. Барьер поднялся вслед за зашедшим внутрь Амиром. Страж поставил постепенное дистанционное увеличение мощности камеры до уровня сорока процентов: относительно комфортного для Омена. - Как такое могло произойти… - потрясенно пробормотал Омен, не замечая своего гостя, - почему? Я не понимаю… - Омен, это я, Сайфер. Все хорошо. Я поднял барьер. Скоро они затихнут. Я помогу тебе. Не бойся. Широко расставив руки, демонстрируя жест безопасности, страж сделал несколько осторожных шагов в сторону друга. Он впервые за долгие недели был так близко к Омену. Чувствовал исходящий от его нестабильного тела колющий холод. От звука голоса Амира Омен замер. Мерцающие прорези на его лице сложились в осознанное выражение. - Сайфер… -растерянно прошептал Омен, - ты… О Господи. Что же я наделал… Нет… Призрак вцепился когтистыми пальцами себе в лицо и отчаянно замотал головой. Амир с ужасом увидел, как по чужим рукам заструилась черная кровь вперемешку с жидким радианитом. На мгновение перед глазами мелькнуло воспоминание: острое лезвие скальпеля, с силой вонзающееся в голубую прорезь лица. Кислота, прожигающая окутанную темной дымкой голову. Он знал, что последует за этим. Ни мгновения не задумываясь, страж бросился вперед, пытаясь остановить Омена, но стоило имплантам застыть на чужих плечах в незавершенном объятии, как крепкая рука призрака перехватила его за предплечье, не давая совершить задуманное. Не смотря на отточенную годами реакцию, страж не успел предупредить неожиданное нападение. Сильные руки схватили его, в мгновение ока комната прокрутилась перед глазами, а затем колоссальнейший удар тела об пол вышиб из груди стража весь воздух. Отчаянно задыхаясь, как оглушенная, выброшенная на берег рыба, Амир во все глаза уставился в потолочную лампу над собой. Воздух упрямо не втискивался в сжавшиеся легкие, а спина… Загорелась ужасным, нестерпимым огнем. Боль в позвоночнике за пару секунд стала настолько невыносимой, что Амир четко ощутил: если он попробует хоть на сантиметр сдвинуться – тут же потеряет сознание. Лицо стража исказилось в уродливой гримасе, из пережатой глотки вырвался мучительный сдавленный крик. В поле зрения появилось ошарашенное лицо Омена, который явно не мог осознать, что только что сделал. -Djävlar! Я не хотел! В позвоночник словно налили раскаленное железо, а ноги придавило свинцовой плитой: с каждым мгновением они становились все более и более ватными. Из коридора раздался испуганный вскрик подоспевшей на помощь Сейдж, который Амир с трудом различил за собственным истошным воплем. Через мгновение послышался треск радианитового барьера и целительница появилась в комнате. Омен отпрянул назад, закрываясь руками, забился в угол, как напуганный дикий зверь. Сейдж опустилась перед Амиром на колени, неразборчиво бормоча что-то себе под нос. Ее миндалевидные глаза широко распахнулись от испуга, когда она посмотрела куда-то в область солнечного сплетения стажа расфокусированным взглядом, очевидно, сканируя сквозь тело состояние позвоночника. - Поврежден спинной мозг. Какой ужас, Сайфер. Пожалуйста, потерпи немного, я сейчас! Руки Сейдж окутало едва различимое радианитовое сияние. Целительница опустила ладони ему на живот, и Амир почувствовал силу чужого дара, исцеляющей прохладой проникающую вглубь тела, но она была намного слабее обычного. Боль совсем не угасала; не утихала и отвратительная, подкатывающая к горлу тошнота. Сейдж лишь слегка снизила мощность камеры, только чтобы зайти внутрь, - понял Амир, - ее способности подавлялись так же, как и силы Омена. Целительнице пришлось выбрать из двух зол, и она решила обойтись меньшей кровью. Поврежденные позвонки и сдавленная их осколками нервная ткань восстанавливались мучительно медленно, позволяя Амиру подробно оценить все грани агонии. Не в силах сдержаться, он тихо поскуливал, стараясь смотреть куда угодно, но не на застывшее от сострадания лицо Сейдж. - Почему ты это сделал? – неожиданно холодным, злым голосом спросила целительница спустя несколько минут, подняв тяжелый взгляд на растерянного Омена, - ты нанес своему союзнику тяжелую травму. Мне придется доложить об этом инциденте Бримстоуну. Ты будешь находиться в этой камере, пока мы не обсудим эту ситуацию на собрании. В чем причина твоего поступка, Омен? - Я… Не хотел, - вновь глухо пробормотал Омен, затравленно блеснув прорезями из-под капюшона, - тело как будто само... Они так кричали… - Я не думаю, что он специально, - с трудом выцедил сквозь плотно сжатые челюсти Амир, вставая на защиту друга, - он не был готов к голосам. Сейдж ничего не ответила, только тяжело выдохнула, молча продолжая выполнять свою работу. На исцеление внутри подавляющей камеры Сейдж потребовалось порядка получаса. Когда она остановилась, страж с облегчением выдохнул и попытался приподняться, но спину тут же пронзило острой вспышкой боли. Сейдж положила руку ему на грудину и слегка надавила, указывая лечь обратно. - Я восстановила только критические повреждения. Отек еще сохраняется. Не нужно усиливать травму, я позову Скай и мы вынесем тебя отсюда, чтобы я смогла завершить лечение. - Я вполне мог бы… - Нет, - жестко оборвала его Сейдж, - не можешь. Амир не стал спорить. Пока целительница связывалась со Скай, Амир слегка приподнял голову и посмотрел в сторону Омена. Призрак понуро стоял в углу комнаты, низко опустив голову. Его руки бессильно повисли вдоль тела. Грудная клетка друга судорожно вздрагивала, но как-то странно, изолированно от остального тела. С закрытого тканью лица Омена на пол падали крупные черные капли вперемешку с радианитом. Амир на мгновение подумал, что Омен плачет, но запоздало понял, что тот изрядно располосовал себе лицо. - Сейдж! – тихо позвал он целительницу, - Омен ранен, помоги ему! Союзница завершила звонок и прищурилась, посмотрев на призрака. В несколько быстрых шагов она оказалась около Омена и попросила его поднять вверх голову. Амир успел увидеть мелко подрагивающие прорези на лице друга, которые к низу странно размазывались, совсем как когда Омен узнал правду о своем прошлом. - Ты испугался, да? – наконец в голосе Сейдж появилось привычное сочувствие. Осторожно она подняла руки вверх и занесла их над лицом Омена, загораживая его от Сайфера, - наверное, это было тяжело, вновь услышать их крики. Не стоило мне отлучаться… Через пять минут по ту сторону барьера раздались торопливые шаги. Скай еще снизила мощность барьера и ввалилась в камеру вместе с носилками. Вместе с Сейдж она ловко затащила на них отчаянно краснеющего от стыда Сайфера, а затем они вынесли его в коридор. Пока Скай увеличивала мощность работы камеры, Сейдж наклонилась над стражем и быстро долечила его. - Не женское это дело, хоть бы кого позвали, - неловко пробормотал Амир, наконец с облегчением избавившись от терзающей его спину боли. - Пф-ф-ф, не парься. Для мужика ты просто пушинка, Сайфер. Давно тебе говорила – правильное питание и тренировки, а то скоро ветром сдует! – Скай как всегда разрядила напряженную обстановку, - эй, Омен, принцесса спасена, отставить панику! Амир осторожно сел на корточки и поднялся на ноги, тут же находя глазами Омена. Крепко обхватив себя руками, призрак совсем сжался. Если бы у него была такая возможность, он бы наверняка скрылся с чужих глаз, страж был абсолютно в этом уверен. Давно он не видел в позе друга столько сквозящей в каждом движении вины. - Я не злюсь на тебя, Омен. Сейдж вылечила меня, все хорошо. - Я повысила мощность до шестидесяти процентов. Голоса должны были пропасть. Ты еще слышишь их? – целительница прищурилась, внимательно наблюдая за динамикой учащенного пульса Омена. Призрак отрицательно покачал головой. - Я все же считаю, что не стоит привлекать ко всему этому Бримстоуна, - нацепляя на лицо успокаивающую бдительность беззаботную личину, с мягкой улыбкой произнес Амир, - произошедшее – всего лишь недоразумение, не более. Я опять полез, куда меня не просили и получил по заслугам. - Сломанные позвонки и поврежденный спиной мозг – это, по-твоему, по заслугам, Сайфер? – неожиданно гневно воскликнула целительница, во все глаза уставившись на стража, - может быть, мне стоит провести и твою психиатрическую экспертизу? Ведь ты явно неадекватно оцениваешь собственные травмы! - Он наверняка принял меня за кого-то… Сама же знаешь, как Омен может отреагировать на голоса… - Если он, не контролируя себя, нападет на кого-то из молодых агентов или, не дай Бог, твою собственную дочь, ты так же будешь его защищать? Амир беспомощно остановился на полуслове и захлопнул рот. - Мы должны выяснить причину подобного поведения. Продумать план дальнейших действий и принять соответствующие меры. Мы попробовали выпустить Омена, но он еще не готов. Произошедшее показало, что он сможет покинуть камеру только тогда, когда мы будем уверены в том, что он не навредит ни себе, ни другим. Уголки губ Амира опустились в мрачном выражении. Он так надеялся, что Омен наконец вернется в протокол. Он уже строил планы о том, как они вместе будут проводить дни. Совсем как в старые добрые времена. Несмотря на наличие дочери в протоколе, несмотря на ставшее теплым и дружеским отношение к нему других агентов, страж все равно испытывал острый дефицит взаимодействия с Оменом. За всю жизнь у него было слишком мало близких друзей, чтобы он мог позволить себе разбрасываться ими. Он не собирался оставлять призрак аи дальше влачить жалкое существование пленника. - Я докажу, что это было всего лишь недоразумение, - уверенно произнес страж, - скоро ты присоединишься к нам, Омен, вот увидишь. - После всех необходимых проверок, - напряженно осекла его Сейдж. - Вау, я ощущаю себя свидетелем настоящей Шекспировской драмы! – деланно удивилась Скай, - пожалуй, уже можно делать ставки. В этот раз я обязательно уделаю Йору! - Скай! – целительница возмущенно посмотрела на союзницу, - опять?! Пока они препирались, Амир незаметно проскользнул к барьеру и положил на него руку, улыбнувшись неуверенно посмотревшему на него Омену. -Все будет хорошо, друг. Дай мне еще немного времени, и я тебя вытащу.